Грешница

Маргарита
Павловна отключила вызов с новым тяжёлым вздохом, чувствуя облегчение от того,
что выговорилась, а Лидия тут же набрала номер своей сестры:

– Наташа!
Представляешь, Риткина невестка – стриптизёршей работала! С мужиками направо и
налево шашни крутила и деньги за это брала. А Славка-рогоносец ничего об этом
не знал…

***

Выйдя на
улицу, Гладышев постоял, задумчиво глядя по сторонам. Он должен был найти дочь
своего клиента и обязательно найдёт её, чего бы это ему не стоило. А то, что
она ушла от мужа, это очень хорошо. Он и сам женится на богатой наследнице,
ведь такой шанс выпадает человеку только один раз в жизни.

Глава 8

Катерина,
одной рукой осторожно придерживая круглый живот, попыталась встать с постели,
но, ойкнув, схватилась за поясницу. Тупая, тянущая боль сковала всё тело,
и палата медленно поплыла перед глазами.

– Ну чего ты
скачешь, Кать? – спросила её другая женщина, тоже лежавшая на сохранении, но на
совсем маленьком сроке. – Что тебе подать?

– Там, в
холодильнике питьевой йогурт вишнёвый, принеси, пожалуйста, Викуля, –
задыхаясь, проговорила Катерина. – Так его хочется, что просто сил нет.

Вика принесла
бутылочку и подала её соседке:

– На, пей на
здоровье. Только тут совсем немного. Ты бы позвонила своим, пусть привезут тебе
чего-нибудь вкусненького. И йогурта тоже, если тебе его так сильно
хочется.

– Мать должна
сегодня прийти, – Катерина одним большим глотком выпила лакомство и тыльной
стороной ладони вытерла губы. – Ой, как вкусно. Мне, наверное, и ведра было бы
мало.

– А муж-то
есть у тебя? – отозвалась с койки у окна ещё одна соседка Катерины Лариса. –
Почему тогда не навещает? Где он?

– Дома, где
же ему ещё быть, – пожала плечами Катерина. – Только он у меня егерь и
кататься по городам ему некогда. А если попрошу, то он обязательно приедет.
Егор у меня хороший…

Дверь в
палату приоткрылась и на пороге появилась невысокого роста грудастая женщина с
рыжими, как мех лисы, волосами. Дарья сразу бы узнала в ней тёщу Егора, Анну
Ивановну, а если бы услышала, что она собирается рассказать о ней своей дочери,
снова залилась бы краской стыда.

– Привет,
мам, – махнула ей Катерина и показала на стул. – Присаживайся... Ты что такая
запыхавшаяся?

– Некогда нам
рассиживаться, доченька, – наклонившись к самому её уху, заговорила Анна
Ивановна. – Беда, слышишь ты меня? Беда!

– Что
случилось? – мгновенно встревожилась Катерина.

– Пойдём в
коридор, там и поговорим, – покосилась на соседок дочери женщина. – Срочное
дело, говорю тебе! Спешное!

Она помогла
Катерине подняться, и сама распахнула дверь, пропуская её вперёд.

Виктория и
Наталья удивлённо переглянулись:

– Странная
какая-то мамаша, – сказала Вика. – Дочка еле ходит, боится, что в любой момент
может потерять ребёнка, а она её своими проблемами грузит. Хоть бы о внуке
подумала.

– И не
говори, – поддакнула ей Наталья. – Ей-богу странные люди!

Но мать
Катерины и в самом деле не волновало сейчас состояние дочери, а в то, что с
малышом, которого она носила, может случиться что-нибудь плохое, и вовсе не
верилось. В конце концов, беременность - не болезнь, не она первая надумала
рожать, и не она последняя. Раньше бабы вообще в стогу сена разродиться могли,
а потом дитя завернут в какие-нибудь тряпки и снова за серп или грабли берутся.
А теперь ишь, как разбаловались. Чуть какое недомогание, сразу к врачам бегут,
чтобы их на сохранение положили.

Когда Анна
Ивановна узнала о том, что её дочь находится в больнице, сразу подумала, что та
затеяла неладное. Разве можно такого мужика как Егор надолго оставлять одного?
Неужто жизнь её так ничему и не научила? Пора бы хоть немного поумнеть,
всё-таки уже не маленькая...

Катерина
подошла к окну и грузно оперлась на подоконник:

– Ну, говори,
мам, что там у тебя стряслось?

– Не у меня,
доченька, а у тебя, – скорбно покачала головой Анна Ивановна. – Загулял
твой Егорушка. Девку какую-то к себе домой привёл. А она, ясное дело, теряться
не стала и сразу к нему в постель прыгнула. Ещё бы, такие мужики, как Егор, на
дороге не валяются.

Катерина
удивлённо похлопала глазами:

– Этого не
может быть, мама. Егор не такой. Он добрый и верный.

– Много ты
понимаешь, – всплеснула руками Анна Ивановна. – Третьего мужика уже удержать не
можешь. Вот в кого ты у меня такая дурища?

– Перестань,
мам, – попросила Катерина.

– А что
перестань, что перестань? – повысила голос та. – Сколько я терпеть твои
выкрутасы буду? С Петькой Другашевым ты сколько прожила? Почти четыре года. Но
что-то он так и не захотел на тебе жениться. Людку Анохину в жёны взял. Ладно,
тогда я тебя поняла. С кем не бывает. В город отпустила даже, думала, хоть там
своё счастье найдёшь. И что? Какой ты оттуда вернулась? Брюхатой! А где же
твой городской? Поматросил тебя и бросил?

Катерина
отвернулась от матери и стала смотреть в окно, не зная, как ей прервать этот
неприятный разговор.

Но Анна
Ивановна не привыкла молчать, когда дело касалось её семьи. И она ткнула
пальцем в пухлое плечо дочери.

– Месяца не
прошло после твоего возвращения в деревню, как я сосватала тебя за Егора. И
ведь как хорошо всё получилось: Егор давным-давно бобылём живёт, а ты у меня
красавица и работящая к тому же. Всего делов-то – перед глазами правильно
помаячить. Один раз зашла, о помощи попросила, другой – сама заглянула к
нему, помогла. Где пирог испекла, принесла, где просто улыбнулась, а мужик уже
и попался на твой крючок! Бери его тёпленьким. Он ведь даже согласился
расписаться с тобой, дурёхой. Дитя твоего своим хотел признать. А ты вместо
того, чтобы хватать его и бежать в ЗАГС, решила в больнице поваляться! Вот и
довалялась.

– Мама, может
быть, ты чего-то не поняла? – резко повернулась к ней Катерина.

– Конечно!
Мать же у тебя дура! – всплеснула руками Анна Ивановна. – Нет, доченька! Я
пришла к нему, как ты и просила. Думаю, сейчас скажу ему, чтобы навестил тебя
сегодня, а я уже завтра поеду. Стучу, кричу, не открывает. Потом смотрю,
выходит – сам заспанный, а лицо так и лоснится от счастья. Слышу, в хате
кашляет кто-то. Голос женский. Я туда, а она там, полуголая, в его рубашке
щеголяет. Что ж тут непонятного?

Катерина
нахмурилась: не стала бы мать обманывать её. А раз так, значит, у Егора в самом
деле кто-то появился.

– Ты права,
мама, – подумав немного, сказала Катерина. И добавила: – Подожди меня, я сейчас
только вещи соберу и поеду с тобой домой. Хочу сама посмотреть в глаза этой
гадине и спросить у неё, что ей нужно от моего Егора.

***

Ничего не
добившись от свекрови Дарьи, Гладышев снова отправился в супермаркет, где она
работала последнее время, чтобы ещё раз расспросить о ней. И первой, кого
встретил, была Ксения.

– Почему вы
интересуетесь Дашей? – спросила она, не скрывая своего раздражения. Ещё бы!
Ведь её обида на Дашу так и не прошла.

Ксения
дружила с Дарьей давно и никогда не думала, что та может вот так уехать, даже
не попрощавшись с ней. Разве подруги так поступают друг с другом? Ксения во
всём поддерживала Дарью, после ссоры с мужем приютила у себя, а она, уезжая, не
только не захотела проститься с ней, но и ключи передала через кого-то.

– Не понимаю,
чем я могла заслужить такое отношение? – с обидой думала Ксения о бывшей
подруге. – Поговорить бы и всё узнать, но она сама-то не очень к этому
стремится. А значит, и я не буду. Пусть живёт, как хочет, мне всё равно.

Но едва