Страница 2 из 3
— Так оно и есть, — пожал я плечами. — И будут смотреть ещё более тщательно, пытаясь узнать всю вашу подноготную и происхождение. А после того, что произошло на этом Совете, так и подавно. Многие захотят узнать о моих слабых местах и разумно сделают вывод, что одна из них — это вы. — Невесело усмехнулся я. — Но и прятать вас, заперев в поместье, в мои планы не входит. Мне нужна ваша помощь, если вы, конечно, не против её оказать.
— А что произошло на Совете? — оживилась Мила, посмотрев мне в глаза. — Что-то решили? Ты станешь наследником?
— Император объявит решение на ужине. А в Совете я, кажется, нажил себе кучу врагов. Кстати, ужин пройдёт сегодня, и вы все будете меня сопровождать. — Серьёзно проговорил я, обводя вновь притихших друзей сосредоточенным взглядом. Они, как никто, знают и могут определить демоническую сущность в человеке. И эта их способность может не просто помочь, но и сохранить не только мою жизнь.
— Миша, нет. Мы же опозоримся! Я в жизни не была на императорских приёмах! — воскликнула Мила и замахала руками. — Я даже под пристальным взглядом твоего дворецкого себя неуверенно чувствую, и мне постоянно кажется, что я всё делаю не так.
— И я тоже, — поддержал её Сергей. — Я там, наверное, буду есть суп вилкой, когда не смогу определиться с той ложкой, необходимой для этого таинства поглощения пищи.
— Не будете, — я встал на ноги, потягиваясь и разминая затёкшие мышцы. Мне бы хотелось бросить всё и просто завалиться спать, потому что после приключений на Северной Заставе, я всё-таки как следует не смог отдохнуть. Но пока времени для этого не было. Отец постарался наказать меня за самонадеянность в спасении Лебедева и бросил в самый центр пруда с крокодилами. — Паша, у тебя ничего не завалялось, что могло бы нам помочь.
— Я тебе барахолка на центральном рынке или уважающий себя артефакт? — отозвался он немного ворчливо. — Конечно, есть. Между прочим, самая настоящая реликвия. Целый трактат: «Как не быть съеденным на званом ужине, или искусство выживания при дворе для чайников». Со всеми актуальными дополнениями, разумеется. Специально составлял для одного хозяина, когда тот решил кое-что украсть из императорского дворца во Франции несколько десятков лет назад.
Перед моими друзьями в воздухе материализовались три изящные, тонкие книжицы в кожаном переплёте.
— Надеюсь, это обычная кожа, — протянул я, беря в руки одну из них.
— Да, надейся, — хихикнул Павел, но ничего пояснять не стал.
— Это что? — осторожно взял тетрадь в руки Роман, начиная сразу же листать старые, пожелтевшие от времени страницы.
— Краткий, иллюстрированный и максимально ёмкий курс выживания. — Пояснил я, ознакомившись с одной из частей составленного Павлом справочника. — Основные правила этикета, список главных запретных тем и несколько изящных фраз для поддержания беседы. В принципе, должно хватить, чтобы не привлечь лишнего внимания, — подытожил я, протягивая книгу насупившемуся некроманту.
— А это зачем? — Мила закрыла тетрадь и прочитала название на обложке: — «Яды: как распознать и что делать, если вас всё-таки упорно пытаются отравить». Серьёзно? Яды? — уточнила девушка, изумлённо глядя на меня.
— Возможно, именно это будет лишним, всё равно без практики трудно будет опознать. Но у нас есть Сергей на этот случай, — кивнул я, бросая тетрадь на кофейный столик рядом с тем местом, где я стоял. — Да, наверное, всё же нужно будет сегодня соблюдать несколько правил: не есть и не пить ничего, что не буду есть и пить я. Никаких угощений от незнакомцев. Никаких прогулок в одиночестве по саду. Мы держимся вместе.
— Будто детей в детский сад собираешь, — рассмеялся артефакт, но мои друзья растерянно кивнули и расположились поудобнее на своих местах, вчитываясь в написанное мелким красивым почерком.
— Хорошо, — сказал Роман. — Это всё логично. И что могу сказать, будем учиться. А практика будет?
— Будет, — я кивнул, глядя на часы и вспоминая распорядок дня, утверждённый в нашем поместье. — Обед через час. Я попрошу Андрея Владимировича, нашего дворецкого, составить нам компанию. Он сыграет роль герцога, который будет придираться к каждой мелочи. А вы будете тренироваться.
— Да лучше бы я с демонами сразился, — простонал Сергей и отмахнулся от лезущего к его лицу Иннокентия, притянув книгу по ядам к себе. Кому, как не оборотню-некроманту первым проштудировать эту памятку. Он и так может по запаху распознать некоторые из них.
Я оставил их обогащаться знаниями дворцового этикета и подошёл к окну. За пределами особняка кованые ворота охранялись людьми нашей личной гвардии. Именно их я видел в тот день, когда очнулся в этом месте. Все были сосредоточены. Оно и понятно, сомневаюсь, что отец часто находился в родовом поместье. Поэтому можно сказать, что здесь впервые находится кто-то кроме слуг.
— Ты что-нибудь нашёл про моего деда? — тихо спросил я у Павла.
— Ничего, вообще. У меня есть только та информация, которой я поделился с вами. И ничего больше. Человек-загадка. Я впервые ощущаю себя бесполезным. И как информация о таком человеке, как твой дед, могла пройти мимо меня? — сокрушённо выдохнул артефакт и замолчал.
— Да ладно тебе, даже я не знал, что он жив, — отмахнулся я от стенаний перстня и пошёл к выходу из гостиной, где сразу же наткнулся на Андрея, ожидающего моих указаний.
— Ваша Светлость, — он слегка склонил голову и выжидательно посмотрел на меня. — Я слышал то, что вы говорили, и с радостью помогу вам обучить ваших друзей.
— Спасибо. Я хочу кое-что у вас спросить, — указал я рукой в сторону малой гостиной. Мы молча прошли внутрь, и я кивком головы показал, чтобы мужчина садился. Я видел, что ему было тяжело долгое время проводить на ногах, но он всячески старался делать вид, что его ничего не беспокоит.
— Сколько лет вы здесь работаете? — мягко поинтересовался я.
— Двадцать четыре года. Я начал работать на род Уваровых, когда мне только исполнилось шестнадцать, как и вашему отцу, — сдержанно ответил он. — Почему вы интересуетесь?
— Вы помните моего деда Владимира Уварова? — осторожно спросил я. — Мне больше не у кого узнать о нём, вся информация сгорела, а люди, которые его знали — мертвы. Сегодня я узнал, что он жив, но отец не хочет ничего о нём говорить.
— Я застал князя Владимира, — кивнул он. — Мне не было дано указаний не говорить о нём, да и всё, что с ним связано не секрет для большинства представителей высшей знати. Поэтому хочу уточнить, что именно вас интересует?
— Всё, — тихо ответил я. — Всё, что вы знаете и считаете важным. Но больше всего меня интересует, почему он ушёл?
— Ваш дед, князь Владимир Уваров, был очень сильным магом, а также хорошим алхимиком. Тогда только начали появляться первые слухи о первых появлениях демонов в нашем мире, — тихо начал Андрей. — Он искал способы противостоять демонической угрозе более щадящим, так сказать, методом, не причиняя вреда людям, в чьи тела вселялись эти монстры. Разрабатывал эликсиры, усиливающие магию, защитные составы для укрепления духа и способностей противостоять демонам.
— И как это относится к его уходу? — нахмурившись, спросил я.
— Мне неизвестно. Знаю только, что случился конфликт между только что вставшим на престол Василием Годуновым и вашим дедом, который закончился грандиозным скандалом. Владимир Уваров тогда отрёкся от титула и покинул Империю. Я мало чем могу помочь, — пожал плечами Андрей и поднялся на ноги, глядя в сторону выхода, склонив голову. Я обернулся, встречаясь взглядом со своим отцом.
— Андрей, оставь нас, — коротко приказал князь Уваров и зашёл внутрь помещения, вставая рядом с небольшим баром. Открыв его, отец внимательно посмотрел на расставленные бутылки и молча захлопнул дверцу. — Отец в то время работал над «Эликсиром Зари», как он его тогда назвал. Он был способен очищать разум и душу от демонической ауры. Так, по крайней мере, планировалось. — Немного отрешённо проговорил он, всё ещё не поворачиваясь в мою сторону.
— Что случилось? — не удержался я.
— Проектом заинтересовался Совет. Они увидели в нём инструмент контроля. Помимо тех свойств, что пытался извлечь из эликсира отец, он обладал и другими свойствами. На время он лишал воли, подавлял личность и усиливал магию, — повернувшись, наконец, ко мне, ответил отец.
— В общем, это было практически идеальным оружием, — покачал я головой.
— Да, наверное. Князю Орлову, тогда ещё молодому и амбициозному дальнему родственнику императора, было поручено убедить твоего деда передать разработки Совету.
— И он отказался. — Подытожил я.
— Естественно. И тогда они просто попытались выкрасть образцы и черновики из лаборатории. Те недоумки что-то задели, и произошёл пожар. В общем, отец очень обиделся и пошёл на конфронтацию с императором, — он сел в кресло и провёл рукой по лицу.
— Как-то мелко для грандиозного скандала, о котором ты говорил, — нахмурился я, сложив на груди руки.
— Я просто продолжил ту историю, что рассказывал тебе Андрей. И это официальная версия того, что произошло, и почему Светлейший князь Уваров отказался от титула, семьи, назвав всех бесхребетными никчёмными дегенератами. Ну и покинул пределы Империи, заявив громогласно, что вернётся только тогда, когда Годунов помрёт, как он надеется, жуткой и мучительной смертью, — усмехнулся отец, принимая чашку с горячим чаем с подноса, принесённого одной из служанок.
— Что, так и сказал? — удивился я, недоверчиво глядя на отца.
— Дословно, — хмыкнул он.
— Так что на самом деле произошло? — упрямо повторил я.
— Твой дед возглавлял особый отдел при дворе. Занимался, мягко скажем, деликатными вопросами устранения некоторых проблем. — Немного подумав, всё же ответил отец. — Однажды произошёл несчастный случай, и погибло много людей. Не по вине моего отца. Просто так совпало. Там вообще случилась череда неудач и мелких предательств. Исчез сильный артефакт «Слеза Дракона». Годунов едва не лишился трона. Мне пришлось тогда сделать очень непростой выбор, и я публично осудил методы отца и встал на сторону императора. Это был скандал, но его замяли. Но твоему деду это всё не слишком понравилось. Ему вообще Василий Годунов как кость в горле стоял. Он считал его несмышлёным мальчишкой, недостойным управлять великой страной.
— Да уж, теперь твои слова про то, что вы расстались не очень хорошо, достаточно ёмко отражают всю суть проблемы, — я закрыл глаза, разваливаясь в кресле.
— Я же говорил тебе, что он нам не поможет, — услышал я голос отца. — Да он, когда узнает, что Годунов при смерти, то лично закажет самый красивый венок и отправит первым же стационарным телепортом.
— Знаешь, — задумчиво протянул я. — После того, что ты мне сказал, я понял, что дед действительно единственный, кто может нам помочь. Этот его эликсир можно неплохо модифицировать и спасти жизнь нашему императору. Жаль только, что он, скорее всего, прибьёт нас гвоздём к полу при первой же встрече.
— Ты действительно хочешь с ним встретиться? — напряжённо спросил отец. — Это опасно.
— Да, для тебя. Но лично я ему ничего не сделал, и я являюсь не только твоим сыном, но ещё и его внуком. Поэтому у меня есть больше шансов найти с ним точки соприкосновения, — я хлопнул ладонями по ручкам кресла и резко поднялся на ноги, глядя на часы. — Уже обед. Пойду посмотрю, что происходит в обеденном зале. Ты со мной?
— Нет, мне нужно идти. Я просто забежал проверить, что с тобой всё в порядке, — мягко улыбнулся он, продолжая сидеть на своём месте, когда я вышел из малой гостиной, направляясь в столовую.
— Ужин при дворе всегда начинается с рыбы, даже если суп подают первым, — раздался голос моего дворецкого, когда я вошёл. В это время Роман как раз отодвинул от себя тарелку и вопросительно посмотрел на Андрея. — Это неоспоримое правило. Можно сказать, что так демонстративно отказавшись от блюда, вы лично нанесли оскорбление всему императорскому дому.
— Но почему? — тихо спросил наш оборотень, владеющий магией разрушения, и перевёл взгляд на тарелку.
— Потому что прадед нашего императора утонул в супе, — без тени улыбки парировал дворецкий. — При дворе не задают вопросов «почему», молодой человек, а просто запоминают все тонкости и нюансы. Но вы правы, ужин в Академическом саду не является обычным званым ужином. Там будет фуршет. Так что, пройдёмте в большую гостиную.
— А мне он нравится, — восторженно прокомментировал Павел увиденное. — Это самое настоящее искусство так изысканно кого-либо унизить.
— Я не голоден, — тихо проговорил я и практически выбежал из столовой под злобными и возмущёнными взглядами моих товарищей. Надеюсь, к ужину они остынут и не решатся пойти на преступление, утопив и меня в этом пресловутом супе.
Глава 3
Академический сад был залит мягким светом магических шаров, освещая искусно подстриженные кусты, фонтаны и собравшуюся в стайки знать нашей многострадальной империи. Столы с угощениями были расставлены по периметру, а в центре, на небольшом возвышении стоял трон императора. Сам Годунов ещё не появился.
— Знаешь, у меня сейчас есть странное желание поджечь пару кустов, чтобы разбавить эту атмосферу фальшивого благополучия, — негромко обратился я к отцу, шедшему рядом со мной.
— Странные мысли для наследника престола, — негромко рассмеялся он, покосившись на меня.
— Официально я ещё пока всего лишь твой наследник. Надеюсь, что так оно и останется, — пробурчал я, заходя за огороженный периметр. — Или это уже свершившийся и достоверный факт? — я вопросительно посмотрел на отца, но тот только неопределённо повёл плечами. — Ясно. Ты говорил с Годуновым по поводу чудодейственной пилюли из крови феникса?
— Да, мы потом это обсудим с тобой и Милославой, — тихо проговорил он и замолчал, показывая, что разговор на этом пока окончен.
Мы с отцом прибыли одними из последних, как и полагается по протоколу. Друзья в сопровождении Лебедева, примкнувшего как-то незаметно к их обучению, вызывая самую настоящую панику у Сергея, были уже здесь.
Как только мы вошли, десятки взглядов устремились на нас. Отец шёл спокойно и невозмутимо, кивая редким знакомым, но я видел, как он при этом осматривает цепким взглядом каждого, кто попадался ему на пути.
Я заметил друзей возле одного из многочисленных столиков и сразу же направился в их сторону. Роман всё-таки не просто так был самым старшим в нашем импровизированном отряде. Он стоял поодаль от Милы и Сергея, с которых не сводил пристального взгляда Дмитрий Лебедев, и вёл с каким-то графом непринуждённую беседу, периодически бросая настороженный взгляд на товарищей, хотя внешне он казался вполне расслабленным.
— Милослава, — я услышал немного раздражённый голос Лебедева. — Ты сегодня очаровательно выглядишь, никто даже не подумает, что ты полжизни провела в деревне. Расслабься и улыбайся. Тебе сегодня ничего не нужно будет делать, кроме как улыбаться и слушать собеседников, только иногда отвечая им что-то односложное.
Она перевела испуганный взгляд с нашего наставника на меня и неуверенно улыбнулась.
— Как вы? — тихо спросил я у немного расслабившихся при виде меня друзей.
— Это не улыбка, а… что-то совсем не то, — простонал Лебедев, приложив ко лбу руку и покачав головой. — Мила, верни всё как было, а то у тебя сейчас такой вид, будто ты либо расплачешься, либо кого-нибудь придушишь.
— Дима, не нужно так наседать, — улыбнулся отец. — Это первый выход в свет графини Пановой. Сделай поблажку.
— И мне, как её наставнику, поручено сопровождать юную графиню на это важное мероприятие, если рядом с ней нет её отца, — укоризненно посмотрел он на князя Уварова, едва сдерживая раздражение. — Я стараюсь сделать так, чтобы они просто все не опозорились. Хорошо, хоть, с Романом никаких проблем нет.
— Графиню? — удивлённо вскинулся стоявший рядом с ней Сергей, сжимая в руке вилку.
— Если её отец является графом, то сама она графиня, — хмыкнул Лебедев. — Сергей, ты уверен, что твоя вилка предназначена для рыбы, тарелку с которой ты держишь в руках, а не в качестве смертоносного оружия для вскрытия какого-нибудь слишком наглого дворянина?
— Ты не говорила, что принадлежишь дворянскому сословию, — обратился я к покрасневшей девушке, стараясь не рассмеяться при виде растерявшегося некроманта.
— А какой в этом смысл? Я никогда не была в столице и не вела великосветские беседы, — пожала она плечами. — Тем более, насколько мне известно, этот титул практически ничего не значит в современных реалиях, когда я не могу даже одну вилку от другой отличить.
— Не горячись, я просто поинтересовался, — поднял я руки в примирительном жесте.
Сергей медленно, с подчёркнутой аккуратностью, положил вилку на край тарелки, а потом и вовсе поставил её на край стола.
— Я, наверное, просто постою, — мрачно проворчал он.
— Мудрое решение, — кивнул Лебедев, и в его голосе впервые за вечер прозвучали нотки одобрения. — Так будет безопаснее для всех вокруг.
Отец жестом подозвал официанта с подносом, но, прежде чем взять бокал, незаметно коснулся его пальцем. Бокал окутал приятный зеленоватый свет. Простенькая проверка на стандартные яды. Нужно самому взять на вооружение подобный метод. Убедившись в безопасности, он взял два бокала и протянул один мне.
— Не пей. Просто держи в руках, — тихо сказал он, поворачиваясь в сторону Мстиславского, незаметно подошедшего к нам со спины.
— В принципе всё готово, — проговорил Иван Фёдорович. — Прогуляемся?
— Да, Дима, ты с нами. Оставь молодёжь саму вариться в этом котле, ты нам будешь нужен, — обратился к Лебедеву отец. Тот кивнул, и они отошли в сторону, о чём-то негромко переговариваясь.
— Вы что-нибудь заметили? — спросил я у друзей, зрением душ осматривая каждого, кто попадался мне на глаза. Но как бы ни старался, ничего странного и подозрительного я не увидел. Кроме того, что все собравшиеся были не слишком сильны в магическом плане. Максимум пятого уровня. И это несколько сбивало с толку и вызывало много вопросов.
— Нет, — покачала головой Мила. — Я не смогла почувствовать демонической ауры ни от кого из ближайших ко мне гостей.
— А вот меня смущает запах, — серьёзно проговорил Роман, подошедший к нам, когда сопровождающие нас князья ушли.
— Запах? — переспросил я.
— Да. Едва уловимый запах тлена и разложения. Он витает вокруг и постоянно забивается другими резкими запахами духов и расставленных повсюду цветов. Из-за них я не могу найти источника. — Выдохнул он. — В своей второй ипостаси я бы справился с этой задачей, но сомневаюсь, что это приведёт в восторг собравшуюся публику.
— Замри, — впервые подал голос Павел. — А теперь нацепи свою приторную, мерзкую улыбку княжича и медленно повернись, чтобы поприветствовать гостью.
Я медленно повернулся, разглядывая подошедшую к нам Ирину Орлову в сопровождении двух молодых девушек из её свиты.
— Ваша Светлость, — поприветствовала она меня, слегка улыбнувшись. Девушки сделали какое-то упрощённое подобие книксена. — Мне приятно видеть вас снова. Но не ожидала увидеть вас в такой разнородной компании, — она окинула быстрым неодобрительным взглядом моих друзей.
— Ваша Светлость, — кивнул я, даже не стараясь показывать, что мне приятна её компания. — Я, вот, наоборот, не ожидал такого повышенного внимания к моей персоне с вашей стороны.
— Я слышала, что вы прибыли с Северной Заставы, — задержала она пронзительный взгляд на Миле, едва заметно скривив губы. — Должно быть, нравы там куда проще, чем при дворе. Надеюсь, ваши друзья смогут адаптироваться к нашим более сложным правилам.
— Даже не сомневайтесь, — искренне улыбнулся я, переводя взгляд на князя Орлова, уже практически подошедшего к нашей группе.
— Какая стерва, — протянул Павел, начиная нагреваться у меня на пальце. Как жаль, что в этих условиях я даже не мог поинтересоваться, что артефакт задумал.
Орлов подошёл к нам и скользнул взглядом по моим друзьям. Задержавшись на Миле на мгновение дольше, чем на всех остальных, прежде чем остановиться на мне.
— Михаил, — произнёс он, слегка наклонив голову в почтительном поклоне, который, однако, не скрывал его превосходства.
— Отец, — мягко проворковала Ирина, положив ему руку на локоть. — Я как раз говорила Михаилу, как приятно его видеть в нашем обществе после суровых будней Заставы.
— Конечно, — князь Орлов улыбнулся, продолжая пристально смотреть мне в глаза. — Я могу ненадолго отвлечь вас от общения с вашими друзьями? Ваше выступление на Совете весь день не давало мне покоя, и мне бы хотелось его обсудить с вами в более приватной обстановке.
— Да, конечно, — кивнул я, отходя следом за Орловым в сторону небольшой беседки, расположенной в глубине огороженного периметра Академического сада. Отсюда было хорошо видно то, что происходило в основной части, и я невольно остановил взгляд на своих друзьях, приблизившихся к нам максимально близко, насколько это вообще позволяли правила приличия. — Так о чём вы хотели со мной поговорить, ваша Светлость? — не скрывая раздражения, осведомился я, когда мы втроём вместе с Ириной вошли в беседку и погрузились в идеальную тишину. Похоже, здесь были наложены какие-то заглушающие чары. Умно.
