Так, ну допустим. Второй шанс и вторая молодость? Честно говоря, для меня это гораздо предпочтительней, чем смерть и небытие. Хотелось бы, конечно, чтобы хоть кто-нибудь объяснил мне хоть что-нибудь, но кажется, придётся всё это принять минуя торг и депрессию.
Вот ведь ч-ч-чёрт, а?! Грёбаный Калитка! Надеюсь, Валентиныч не додумается поставить ему практику после того, как этот идиот убил владельца ресторана!
Достаточно насмотревшись в зеркало, я сделал глубокий вдох, не менее глубокий выдох и вернулся в каюту. Не то, чтобы я дико фанател от книжек про попаданцев, но базу знаю. Есть вариант, что память вот-вот начнёт синхронизироваться, но для этого обязательно стоит покопаться в личных вещах человека, в которого я попал.
Итак, что у нас здесь? В горе одежды в основном валяются кителя и клетчатые поварские штаны, и новых выводов мне из этого не сделать. Зато есть книги. Книги – это интересно.
Первая сверху называлась «Основы Ментальной Магии» и её я сразу же отложил. У парня явно была беда с головой, раз он тратил свои кровные на сраную эзотерику. А вот вторая порадовала, и даже очень: «Управление Рестораном: 99 способов увеличить средний чек».
Вот это хорошо. Вот это уважаемо. Теория невозможна без практики, а практик без теории так и будет всю жизнь котлы мыть и креветки ваннами чистить.
Следующая книжка оказалась не книжкой, а тетрадочкой с надписью «Мой Бизнес-План». Ещё лучше! Стремился значит парень, и уже успел набросать чего-то интересного. Та-а-а-ак, посмотрим:
«1. Продать сосиску.
2. Внушить, что она вкусная.
3. ???
4. PROFIT
5. Повторить.»
Н-да.
Бах! Бах! Бах! – раздалось снаружи. Кто-то со всей дури барабанил кулаком по обшивке этого, если можно так выразиться, корабля? Или где я сейчас вообще нахожусь?
– Эй! – а вот и голос раздался. – Слышь?! Ты там заснул что ли?! Обед давно закончился! Мы есть хотим!
Ладно, посмотрим.
Мимо коридора я вышел в соседнюю каюту и оказался на кухне. Очень лаконичной кухне, я бы даже назвал её «крохотной». По правой стене стоял чумазый гриль и стол-холодильник, а по левой касса, раздача, два пивных драфта и окошко для обслуживания посетителей. Я как будто бы в фудтраке оказался. Только этот трак, по ходу дела, плавучий.
Ну что ж? Видал я и такое. Понтонный катер с оборудованной кухней вытаскивают на берег и прекрасно торгуют из окна. Или швартуют на набережной иииии-тоже торгуют из окна. Судя по легкой качке, сейчас второй вариант. И да! Об окне: в нём уже торчало недовольное бородатое лицо, а за ним простирался пляж.
Узкая полоска песка, вся сплошь в отдыхающих людях и цветастых полотенцах, а дальше резкий обрыв и лесочек. Лесочек, к слову, уж больно был похож на подмосковный: эдакое смешанное хвойно-лиственное буйство. Моё же плавсредство было пришвартовано к хлипкому деревянному причалу.
– Ну наконец-то! – сказало лицо.
Это был молодой парень в белой панаме. Молодой, но уже такой мохнатый – не иначе верфольф тормознул во время превращения и остался в пограничном состоянии. И пялился этот тип на меня так, будто я ему что-то задолжал. Глаза пучил, хмурился, и всячески корчил из себя сурового альфу.
Рядом с ним стояла молодая симпатичная девушка в солнцезащитных очках и голубом купальнике на завязочках.
– Сделай два!
– Чего «два»?! – на автомате резко переспросил я.
– Хот-дога два сделай!
Я хотел было ответить. Хотел сказать, мол, так и говори, козлина ты шерстяная, я же не умею читать мысли, но тут вдруг понял, что вообще-то умею.
Объяснить очень сложно. Глядя на парня, я почувствовал его мысли. Не «услышал», нет-нет-нет, и даже не «прочёл»! Это был не внутренний монолог, и не текст, чтобы их читать или слушать. Это были ВСЕ его мысли СРАЗУ.
Тысяча тысяч побуждений, суждений и знаний, которые оказались фрагментированы и оформлены в эдакие «строчки»? Мыслестрочки, во!
Какие-то мыслестрочки наслаивались друг на друга, а какие-то вообще не вязались друг с другом. Какие-то были проще для расшифровки, какие-то сложнее, какие-то плавали на поверхности, а какие-то были зарыты «глубже». Где находится это самое «глубже» и как вообще применить понятие глубины относительно метафизической вещи типа мысли, у которой нет объёма? А хрен его знает! Я сам, блин, в шоке!
– Ага, – коротко сказал я и пошёл делать два хот-дога.
За шоком от умения читать мысли, я как-то совсем позабыл шокироваться от того, что началось слияние рассудков – моего и некогда жившего в этом теле Васи Каннеллони. Я уже прекрасно знал где и что лежит на этой кухне. Знал, как пользоваться оборудованием, что в меню и чего конкретно от меня хотят.
Обжаривая сосиску, подогревая булочку и собирая всё это в фастфудное чудо-блюдо, я заворожено наблюдал за танцем мыслей волосатого паренька.
«Накормлю её сейчас, чтобы не вести в ресторан», – вот эта мыслестрочка сейчас главенствовала и плавала на самой поверхности. К ней чуть ли не корабельными канатами были привязаны две другие: «денег мало» и «очень хочется перепихнуться».
Переключив своё внимание на девушку в голубом купальнике, я смог пробиться и к ней в голову тоже. Картина здесь была похожая, но более шебутная и непонятная. Во всяком случае, разницу в мужском и женском мышлении я ощутил сразу же.
Понять о чём думает девушка я в конечном итоге так и не смог. То ли устал, то ли опыт не позволяет. А то ли потому, что она всю дорогу пела про себя какую-то хрень о том, что ей муж купил. Муж купил, мне муж купил. Ач-чорт, как бы не заразиться!
– Прошу, – я протянул парочке готовое хрючево. – Приятного аппетита, – а потом сразу же опустил рольставни на окошке.
Нахер-нахер. Я на сегодня закрыт. Слишком многое предстоит переварить, и лучше бы делать это наедине, ни на что не отвлекаясь.
– Эй! – раздался глухой крик по ту сторону. – А деньги?!
«Да пошли вы в жопу, ” – подумал я, всё так же внутренним взором сканируя их головы.
– Да пошли мы в жопу! – неожиданно, в один голос весело крикнула парочка и удалилась.
Оба-на! Интер-р-ресно.
Глава 2
Кое-как я побрёл обратно в каюту.
Пускай особой качки на озере не наблюдалось, но вот конкретно меня сейчас штормило только так. И тому было сразу несколько причин:
Первая причина – нет, не я. Первая причина – это попадание! Ну нихрена себе! Прямо вот настоящее попадание, из тела в тело, и из мира в мир!
Вторая причина – это слияние разумов, которое пошло полным ходом с того самого момента, как в моей жизни появилась та молодая парочка поедателей хот-догов. Поставленный на конвейер ручной труд, который уже стал для парня второй натурой, в этом случае выступил катализатором.
Третья причина стала понятна благодаря второй. Воспоминания Васи Каннеллони объяснили мне, отчего ж меня сейчас так корёжит.
– У-у-у-ух, – я упал на койку и закрыл глаза.
Как оказалось, магом он и впрямь был никудышным, а потому использовал свой дар очень аккуратненько и куцо. Я же в свою очередь выплеснул недопустимый для своего уровня объём маны, и теперь просто обязан был за это поплатиться.
Всё равно, что всю жизнь не поднимать ничего тяжелее пятилитровой баклажки, а потом в один прекрасный день упороться по физкультуре. Ответка от тела прилетит незамедлительно. Но! Если верить содержанию книжки про магию, которое тоже потихонечку всплывало в моей голове, то прокачка источника и тела в чём-то похожи. Так что все эти микротравмы пойдут во благо, лишь бы их сперва перетерпеть.
– Ху-у-ух, – выдохнул я спустя пару минут, когда начало попускать.
Метафизический шторм утих. Неприятная магическая качка закончилась. Пускай теперь мне не грозит в ближайшее время воспользоваться перетружденным источником, зато теперь я мог сконцентрироваться на слиянии разумов. А сам этот процесс оказался внезапно приятным. Однако настолько обычным, что терял весь свой сакральный флёр.
Серьёзно. Я просто лежал и вспоминал. Как бы так получше объяснить?
Короче: воспоминания Васи Каннеллони приходили так же, как мои собственные позабытые. То есть… сижу я, например, на встрече выпускников, и кто-нибудь говорит: «Вася, а помнишь, как мы перед „Огоньком“ в таком-то классе спрятали в батарее бутылку коньяка и, сука, в тот же день начался отопительный сезон?». А я помнить-то уже забыл и про бутылку эту, и про батарею, и про огонёк. Я тогда вообще другим человеком был, но всё равно вспоминаю. И тепло так на душе становится, прям как от того самого коньяка. Эдакий мини-выброс эндорфинчиков.
И вот тут то же самое, только в промышленных масштабах. Потому как вспоминались мне залпом аж восемнадцать лет жизни. Детство голожопое, садик, школа, и дальше, дальше, дальше. Лица, имена, основные моменты.
Всё это я постарался как-то структурировать и, – о чудо! – у меня получилось. Более всего меня почему-то заинтересовала моя новая фамилия. Каннеллони. Не Иванов ведь, и даже не Рысь-Гривогрызов, а именно Каннеллони, – ну нихрена себе!
Ответ оказался прозаичным. Моя мать была последствием весёлых приключений итальянцев в России. А точнее, в Российской Империи, – история в этом мире пошла вообще по-другому пути, и оно не мудрено. Ну да не суть, геополитика и прочий сюрреализм меня сейчас мало волнуют.
К теме. Дедушка мой был итальянцем. Приехал покорять московский общепит и влюбился в молодую повариху, то бишь в мою бабушку. Бизнес не пошёл, снег задолбал, и господин Джордано Каннеллони свалил обратно на свои виноградники. Бабушке в качестве сувенира оставил магнитик из Рима, початую бутылку граппы и мою мамку.
Почему с собой не забрал? Бабушка сама не рассказывала, а я и не спрашивал. Но подозреваю, что просто человек оказался говно. Мать с отцом я, кстати, тоже не помню. И эта тема, кстати, у нас тоже табуирована.
Стоп…
– Ах-ха-ха-ха! – я аж рассмеялся в потолок.
«Я и не спрашивал», «я тоже не помню», «моя мать», «моя бабушка». Кажется, я уже не различаю, где кто. Все новые воспоминания оказались настолько родными, что открещиваться от них было глупо. Да и не хотелось, чего уж там? А тем оно даже и лучше! Диссонанс от попадания сгладился чуть ли не полностью, и я уже чувствую себя вполне в своей тарелке.
Но едем дальше! Быстроходный экспресс по жизни Василия Каннеллони! Ту-ту, ядрёна мать, приготовьте билетики к досмотру! Итак, воспитанный бабушкой-поварихой пацан сперва был практически полностью предоставлен сам себе. Подростковый возраст прошёл как в сказке – всё время на улице, всё время в стайке других пацанов и пацанесс.
Летом футбол, ролики и парк; зимой – снежки, санки и петарды. Иногда вылазки на пляж в Пирогово, иногда в Москву на рок-концерты. Из ярких адреналиновых событий, пожалуй, разве что драки школа на школу.
Но блин… добрые такие, ламповые. Ни разу не травматичные. Ну так оно и понятно: когда все участники потасовки весят по сорок килограмм, чтобы серьёзно травмироваться надо очень постараться.
Школа как-то вдруг внезапно закончилась. Грянул выпускной. Бабушка к этому времени вышла на пенсию и с деньгами стало совсем туго, так что ни о какой вышке и речи не шло. Благодаря существующей прослойке аристократии, а следовательно внушительном частном финансировании, бюджетных мест в этом мире было гораздо больше, чем у нас, но парень объективно до них не дотягивался. Официальную инициацию и Магическую Академию вообще не рассматривали. Это что-то из области фантастики; там ещё больше бабла нужно.
В армию Вася не захотел, а захотел Вася бизнес. И начал, кстати, очень правильно. Благодаря бабушке он уже умел неплохо готовить, а тут ещё и Олимпиада в Сочи подвернулась. Прошла она здесь гораздо позже, чем у нас, но параллель этих событий в разных мирах почему-то меня порадовала и даже развеселила.
Так вот…
Для работников общепита Сочи в то лето были всё равно что поездка на золотые прииски. Золотой телец бил копытом, и сильные мира сего отдыхали изо всех сил. И далеко не одна предприимчивая сисястая официанточка в ту пору за пару месяцев обеспечила себе всю оставшуюся жизнь. Буквально.
Однако Вася сисяст не был. Вася компенсировал своё «безсисье» тяжким физическим трудом. Чуть не сдох, но вернулся домой с приличной суммой денег и сразу же купил вот эту самую лодку, на которой я сейчас нахожусь. Оборудовал её изнутри как фудтрак и собрался богатеть.
Задумка, в целом, была хорошая. Хоть и сезонная, но мало ли людей в нашей необъятной, у которых сезон год кормит? Подвели грёбанные проверки. Не имея никаких подвязок абсолютно нигде, Вася вынужден был башлять взятки направо и налево. Пожарка, сэс, лицензионка и прочие неприятные ребята выстроились в очередь и будто чайки галдели: «Дай! Дай! Да!»
– Хех, – я аж улыбнулся.
Похожая ситуация! У меня ведь в самом начале так же было! Вот только Васе в его случае не хватило характера, чтобы перебороть всех этих сук. Довести свой катер и рабочий процесс до идеала, к которому невозможно будет придраться и утереть им нос. Потому что… ну честно, это только в фильмах подобные проверки – это злое зло. Коварные все из себя такие и падлючие, и тараканов с собой в кармане носят, чтобы подкинуть по случаю.
Не-а. Всё не так.
Это обычные люди, которые попали на должность. При этом должность может в любой момент закончиться, и потому они заняты скоростной рубкой бабла. Так что, если у них на участке вдруг появляется кто-то, кто соответствует всем требованиям, то они не будут тратить своё время чтобы ломать его через колено и наказывать из чувства обиды.
Ну вот нету у них никакой драматической мотивации к этому! Они, блин, заняты! Вместо того чтобы бодаться с тобой, таким принципиальным красавчиком, они лучше оббегут двух беспринципных «некрасавчиков» и состригут бабки с них.
Обратная сторона медали, кстати, тоже хороша. И полезна, блин, как квашеная капуста с семенами чиа! Короче! Когда ты приводишь своё заведение в порядок и изо дня в день строго следишь за этим порядком, ты автоматом переходишь на какой-то совершенно другой уровень дисциплины, и это идёт тебе только впрок.
Причём во всём; это не только работы касается. Увы, как и многим другим горе-рестораторам, Васе эти житейские мудрости были неведомы. Вася с порога разочаровался в жизни, плыл по течению, платил и постепенно влезал в долги. На данный момент такие, что даже продажа катера не выправит ситуацию. Очень надеялся на этот сезон, но что-то как-то приуныл в самом его начале. Ну и наконец…
Последнее воспоминание юного Каннеллони было таково: к нему на катер ворвались люди в масках. Не в карнавальных, ясен хрен, а в чёрных. Не поздоровались, не представились, а сразу же больно скрутили руки, чуть приспустили Васе штанишки и вогнали в задницу шприц.
Всё. А очнулся в этом теле уже я.
И… да, теперь всё встало на свои места. Это была инсценировка самоубийства. Конечно же, прежний Вася прекрасно знал Сашу Дадарину – главную звёздочку имперского кинематографа. Знал, облизывался и неприлично грезил о жаркой встрече всякий раз, когда она появлялась на экране.
Но не более! Не было у него причин самоубиваться по поводу того, что им не быть вместе. Это глупо. Другой вопрос, кому и зачем понадобилось устранять паренька? Из-за долгов? Не-не-не. Не те суммы. Даже для схемы «грохнуть в назидание другим» не подойдёт – прослывёшь отморозком, с которым лучше вообще никаких дел не иметь.
Что ж… несмотря на то, что сознание Каннеллони слилось с моим, вопросов у меня меньше не стало. Я теперь владелец этого тела, и если на него идёт охота, то меня это вроде как тоже касается. А значит будем разбираться. Но сперва нужно поправить дела, потому что игра в нищего детектива до добра не доведёт.
Спустя час я пришвартовал своё корыто и выдвинулся в сторону дома. В нынешнем своём состоянии эта точка фастфуда нежизнеспособна, и даже пытаться не стоит. Ни с магией, ни без. За вечер набросаю мысли и вернусь с чётким осознанием того, что нужно делать. С осознанием, а ещё с другими продуктами, потому что складывается впечатление, что свои сосиски Вася закупал не на рынке, а в типографии.
Ничего-ничего.
Всё будет хорошо, причём довольно скоро. Делов то – просто начать и кончить…
Некоторое время назад.
Особняк семейства графа Орлова
Старый граф умирал не спеша. Старого графа лягнула кобыла. Однако ко счастию его, причиной смерти стал не удар копытами безмозглой животины, – это было бы неблагородно, неаристократично и в какой-то степени даже потешно. Настоящей причиной смерти стали последствия этого удара.
Сломанные рёбра проткнули лёгкие в нескольких местах, и по этой части графа подлатали. Однако на фоне воспаления и просаженного иммунитета, болячки начали всплывать одна за одной. И тут не так, и здесь не здорово, и почка отваливается, и стонет трепетная печень.
Годы резко дали о себе знать. Виктор Степанович покинул этот мир на больничной койке. Угасал постепенно и вполне сознавал происходящее. Напоследок он даже успел написать несколько прощальных писем и изменить завещание.
Именно его и зачитывал сегодня душеприказчик графа, его хороший друг и по совместительству семейный юрист Орловых, Геннадий Витальевич Безобразов.
– Все в сборе, – констатировал факт Безобразов и вскрыл конверт. – Начинаем…
Семейство покойного графа расположилось на уютных кожаных креслах в кабинете покойного главы рода. Сын Сергей разглядывал хрустальную люстру и болтал ногой, закинутой на подлокотник, дочь Ольга уткнулась в телефон, и лишь жена Виктора Степановича пыталась изобразить хоть какое-то подобие скорби.
В отличии от детей, Марина Марковна Орлова пришла на оглашение завещания в чёрном. И даже лицо её по случаю было укрыто чёрным фатином, ниспадающим со шляпки. Так было трагичней.
Пускай душа пела и утренняя бутылка игристого била в голову, вдова Орлова держала себя в руках. Пару раз даже всхлипнула для проформы.
– Итак, – сказал Безобразов и прокашлялся. – «Дорогое моё семейство. Находясь в трезвом уме и твёрдой памяти, обращаюсь к вам своим последним письмом. Поначалу я хотел написать что-то возвышенное, трогательное и душещипательное, чтобы сбить вас с толку и произвести гораздо больший эффект, однако начну с главного. Вертел я вас всех…» – тут законник резко остановился.
