- Спасибо, - говорю и, забрав пакет, иду переодеваться.
Размер, как ни удивительно, подходит. И я вынуждена признать, что брюки и туника лучше, чем халат из отеля. Так на дне пакета еще и пару балеток нахожу.
Ну, просто идеальный мужчина - все предусмотрел. Хотя вряд ли он сам занимался подобным.
Мой внешний вид Власов никак не комментирует. А вот Гена всегда высказывался. Конечно, хвалил, делал комплименты.
Я, естественно, верила. Улыбалась, смущалась порой от двусмысленностей. Горела им, дышала, а вышло…
- Что, боевой запал иссяк? - интересуется Владимир, когда мы покидаем номер.
К счастью, мое молчание он понимает правильно и больше ненужных вопросов не задает.
Всю дорогу я пытаюсь как-то подготовиться к разговору. Вчера полночи проплакала. Все вспоминала отношения с Геной, искала подсказки, которые не заметила.
И не находила. Никак.
Да, он пару раз вспылил. Но никогда не давал повода заподозрить его в связи с другой женщиной.
С моей мамой…
Этот факт причиняет такую боль, и мне кажется, что теперь я так и буду жить с ней - дышать не так свободно, закрывать глаза и видеть их лица, слышать те самые слова…
Гена живет за чертой города в элитном жилом комплексе, в огромной двухуровневой квартире. Еще вчера утром я предвкушала, как буду спускаться утром, чтобы приготовить ему завтрак…
Дорога занимает довольно приличное время, но мне все равно кажется - слишком быстро доезжаем! Я еще не готова, еще не могу встретиться с ним.
- Не передумала? - вдруг спрашивает Власов.
- Конечно, нет. Мне нужны мои вещи и документы. И я все сделаю сама.
Он лишь сдержанно кивает, не запугивает. Хотя я-то жду именно этого. И уже когда открываю дверь, вдруг добавляет очень серьезно:
- Я буду здесь, Лида. И без тебя не уеду.
Мне совершенно точно не нужно поддаваться на такую уловку. Но эта фраза дает ощущение, что я все-таки не совсем одна. Не одна против всех, и пусть у Владимира есть свои цели, пока он готов меня поддержать.
Удивительным образом это добавляет мне уверенности. Сдержанно киваю и выхожу из машины.
С каждым шагом к дому пульс ускоряется. Когда же поднимаюсь на последний этаж, где и располагается квартира Гены, мне кажется, у меня сейчас начнется тахикардия.
Быстро нажимаю на кнопку звонка и жду. Секунды тянутся так медленно, что превращаются в минуты. Очень некстати я вдруг соображаю - а что если Гены нет дома?!
Правда додумать эту мысль не успела - дверь открывается, и я сталкиваюсь взглядом с Власовым-младшим.
- Ого, кто тут у нас, - криво ухмыляется он. - Блудная жена вернулась. А ну иди сюда! - и хватает меня за руку…
8 Лида
От напора мужа я теряюсь и позволяю затащить себя в квартиру. Гена тут же прижимает меня к стене, наваливается, а я чувствую запах перегара. То ли он еще не отошел после вчерашнего, то ли, наоборот, уже вовсю празднует.
Морщусь, отворачивая голову.
- Что? Не рада меня видеть, да? - скалится он. - А как же любовь до гроба, солнышко?
- Ты мне изменил, - тихо повторяю, выставляя перед собой руки, чтобы сохранить дистанцию.
Гена морщится недовольно, но все же отступает. А я выдыхаю с облегчением. По крайней мере, он хотя бы держит себя в руках.
- Зря ты туда пошла. На черта?
- Серьезно? Это твое оправдание? Ты изменил мне с моей матерью!
- Да, но претензии ты почему-то выкатываешь только мне, - глумливо возражает он и, развернувшись, уходит вглубь квартиры.
Я была здесь несколько раз, и расположение комнат примерно знаю. Так что жениха своего нахожу довольно быстро на кухне.
- Замуж я вышла не за нее, - говорю. - Ответь - ты ее любишь, поэтому, да?
- Ты правда такая тупая? Не понимаешь?
- Что я должна понять?
Сейчас я совершенно не узнаю Гену. Он всегда был внимательным и обходительным. Я никогда не слышала от него грубостей в свой адрес. Теперь же это словно другой человек. У него в глазах нет теперь тех тепла и заботы, что я всегда видела. Неужели он так талантливо притворялся все это время?!
- Это просто физиология. Твоя мамаша отлично трахается. Так почему нет?
Цинизм в его словах вызывает приступ тошноты.
- Избавь меня от подробностей, - прошу, сдерживая очередные слезы. - Я пришла за вещами.
- Какими вещами, Лида? Ты теперь моя жена и будешь жить здесь.
- Зачем? Если ты не любишь меня, зачем нам продолжать?
- Все-таки дура, - ухмыляется он. - Ты, наверное, забыла, что подписала брачный договор, да, солнышко?
- Это неважно. Я подаю на развод.
- А ты читала, когда его подписывала? - нахально спрашивает Гена. - Нет, я уверен, не читала. Ты же клуша недалекая, которая только и умеет, что витать в облаках да просаживать папины деньги на своих танцульках.
То, как небрежно он окрестил мои занятия танцами, только усугубляет мое состояние. А ведь совсем недавно восхищался тем, с каким упорством я продолжала заниматься, участвовала в конкурсах и надеялась начать преподавать сама.
- Я не стану с тобой жить.
- Ошибаешься, Лида, - заявляет он с победной ухмылкой. - Не только станешь, но и с радостью будешь это делать. Потому как иначе… По условиям брачного договора на развод могу подать только я.
- Ты врешь…
- Зачем мне это? Ты всегда можешь перечитать многостраничный документ и убедиться в этом сама. Если, конечно, у тебя мозгов хватит, чтобы понять тонкие юридические формулировки.
- Это же рабство! Так нельзя. По закону…
- По закону - ты теперь моя собственность. И этот закон ты подписала сама, - чеканит Власов-младший. - Сидела бы себе смирно, проблем бы сейчас не знала.
- Я не стану жить в обмане и этой грязи!
Гена мрачно ухмыляется и шагает в мою сторону.
- Станешь. Больше того - еще и наследника мне родишь. Чтобы выполнить все условия в завещании. И вот тогда… Я подумаю, может, и отпущу тебя, дав развод. Без ребенка, конечно же.
- Ты больной! - взвизгиваю, отходя от него все дальше.
- Следи за языком, жена. Иначе придется тебя научить послушанию.
Кошмар. Словно два разных человека. Как же я так обманулась? Ну как?
- Отпусти! - шиплю, когда муж хватает меня за руку, не давая сбежать из кухни. - Пусти!
- Только после того, как закрепим наш союз, - ухмыляется он.
Запах перегара бьет по рецепторам, вызывая естественную реакцию. Меня вот-вот просто вывернет.
- Пусти…
- Ты - моя жена, Лида. Смирись. И да, трахать я тебя буду столько, сколько захочу, и куда захочу. Отказать ты мне не имеешь права.
- Ненавижу! - выплевываю, пытаясь вырваться из крепкого захвата. Несмотря на то, что Гена нетрезв, он все равно сильнее меня. Все-таки разница в весовых категориях у нас довольно большая.
- Так даже интереснее. Люблю ролевые игры.
Он отталкивает меня к стене, я запинаюсь о стоящий рядом стул, едва не падаю, но Власов вовремя придерживает меня. Правда, не для того, чтобы позаботиться. Наоборот. Хватает и буквально впрессовывает в стену так, что я бьюсь затылком. Боль обжигает и расходится горячими волнами, а перед глазами темнеет.
Одной рукой Гена удерживает мои запястья, а другой пытается расстегнуть брюки. Понимание того, что он намерен взять меня силой, ошпаривает. Но вместо того, чтобы что-то сделать, я замираю.
Леденящий ужас сковывает каждую мышцу. В этот момент я будто и не вижу ничего перед собой. Ни довольно скалящегося мужа, предавшего меня. Ни этой кухни, выполненной в светлых тонах.
Я даже глаза закрыть не могу - тело не слушается. В горле ком, а во рту пересыхает. Судорожный вдох - все, что мне удается сделать.
- Да как, черт подери, она расстегивается! - бесится Гена, сражаясь с пуговицей на брюках. В итоге психует и просто вырывает ее.
Я всегда думала, что если ты попал в ситуацию с насильником, то надо сражаться. Биться до последнего - кусаться, царапаться. Я была уверена, что ни за что бы не далась живой. Пусть лучше вырубят меня чем-то за то, что не даюсь.
Но сейчас мелькает мысль, что в реальности это совершенно не так. И я просто не могу даже вдохнуть полноценно, не то что сопротивляться. Мысль, что вот-вот надо мной надругается человек, которому я доверила свое сердце, морально уничтожает меня еще до того, как произойдет это самое надругательство.
- Рыба мороженая, - презрительно фыркает Гена, а затем все-таки сдергивает с меня брюки…
9 Лида
Каждое прикосновение воспринимается как что-то гадкое, противное. Мысленно я кричу сама себе - ну давай же, отмирай! Сопротивляйся!
Но вместо этого продолжаю стоять, с ужасом глядя на мужчину, который вот-вот попросту изнасилует меня.
- И как с такой горячей мамашей ты выросла такой отмороженной? - ехидничает Гена, продолжая свое мерзкое дело.
- Не… надо… - все, что у меня выходит произнести.
Тихо, слишком тихо, чтобы это реально помогло. Однако Власов замирает, смотрит на меня презрительно.
- Надо, Лида. Ты же жена моя. Так что должна выполнять супружеский долг. И так вчера сбежала. Теперь будешь отрабатывать за каждый час, что я носился в поисках тебя. Поняла?
Встряхивает меня, словно куклу, снова бьюсь затылком о стену и жмурюсь. Хотя бы не видеть его…
Но в то же мгновение его руки пропадают с моего тела, зато я слышу совершенно иные звуки. А как только открываю глаза, вижу… Владимира. Тот держит младшего брата за шкирку. Они сцепляются. Дерутся.
А я кричу, что есть силы. Выходит, правда, так себе, но, по крайней мере, мужчины останавливаются.
- Так вот с кем ты кувыркалась, - выплевывает Гена, прожигая ненавидящим взглядом сначала меня, затем брата. - А такую недотрогу строила. Что, раскупорил мою бабу?!
Власов-старший делает резкое движение, и мой муж со стоном сгибается.
- Я, в отличие от тебя, не имею привычки пользовать чужое, - равнодушно отвечает Володя. А затем переводит взгляд на меня. - Лида, иди, забери вещи. Только важное.
У меня не возникает даже мысли ослушаться. Подтягиваю штаны и на трясущихся ногах выбегаю из кухни.
Спальня располагается на втором этаже. Именно туда по идее и должны были отнести мои вещи. В панике оглядываюсь по сторонам, не зная, чего еще ждать от Гены, после того как он меня почти….
Вдруг выбросил вещи? Вдруг еще что-то похлеще?
Но мне хоть в чем-то везет - мои сумки так и стоят неразобранные в углу. Испытываю настоящее облегчение - начинать жизнь заново и самостоятельно проще, имея хоть что-то свое.
Правда, паспорт свой я найти не могу. Но зато карты, телефон, планшет и еще кое-какие необходимые мелочи забираю. В том числе и одежду хотя бы какую-то.
Все равно получается немало, и я кое-как стаскиваю пару сумок на первый этаж. Владимир выходит ко мне, окидывает оценивающим взглядом и выразительно поджимает губы, но никак не комментирует мое желание взять столько всего.
А мне плевать на его мнение в этот момент. Это ведь моя жизнь разрушена, не его. Это мне начинать заново! Он сам вызвался помочь.
- Свалишь сейчас, и я больше не пожалею тебя, Лида, - с вызовом произносит мой муж.
Он тоже появляется в холле, и тут же становится слишком тесно для нас троих, хотя объективно здесь довольно просторное помещение. Но рядом с Геной мне трудно дышится.
- Я подаю на развод, - повторяю в который раз. Он, естественно, снова скалится.
- Черта с два ты это сделаешь. Ознакомься для начала с брачным договором!
- Кстати, где он? - неожиданно спрашивает старший Власов.
- Ты вообще не имеешь права… - однако осекается, стоит только тому глянуть на брата. - Попробуешь ей помочь, и тоже окажешься на дне, - мстительно говорит Гена. - Впрочем, ты же помнишь, как это, да, братишка?
