Страница 8 из 10
Помнил я и о нормах этикета: во время бала обращался к графу на «вы», иначе было бы странно, если он говорит мне «вы», а я ему – «ты». Это не вписывалось бы в представление публики.
– О, а это князь Меншиков, – кивнул Костомиров на высокого, статного мужчину, разговаривавшего с кем-то в другом конце зала.
Он обернулся, увидел нас и направился в нашу сторону.
– Вы знакомы? – спросил я.
– Нет, особо не общаемся, – ответил Костомиров.
– Надо полагать, вы Александр Олегович? – произнёс князь Меншиков, подойдя к нам.
– Да, ваше сиятельство, – кивнул я и пожал ему руку.
Меншиков бросил на графа неоднозначный взгляд. Тот понял намёк, кивнул и удалился.
– Вы хотели поговорить о чём-то? – уточнил я, надеясь, что хотя бы ему неизвестно о моей способности и он не предложит мне список пропавших родственников.
– Да. Хотел обсудить с вами один момент. Как вы, возможно, помните или видели в новостях на прошлом моём мероприятии случилось происшествие с графом Волковым.
– Да, ужасная новость, – покачал я головой, стараясь изобразить сочувствие. – Надеюсь, что граф сможет оправиться.
– Не сможет. Но это неважно, – скривился Меншиков.
– Что вы имеете в виду?
– Я долго его допрашивал. И знаете что? Он всё время твердил, что это вы наслали на него демона.
Глава 5
О том, что я и правда прислал демона, граф Волков знать никак не мог. Скорее всего, то, что он догадался, было чистой случайностью: в тот день у нас с ним произошёл конфликт, и он просто не знал, на кого ещё свалить вину. Ну уж точно не на Романа Евгеньевича.
Да и то, что демон действительно был, доказать невозможно. Он действовал максимально аккуратно, под прикрытием чёрных алмазов. А потому никаких оснований для выдвижения официальных обвинений у князя Меншикова ко мне быть просто не могло.
Я лишь усмехнулся:
– Вы верите всему, что говорят сумасшедшие?
– Сумасшедшим – нет. А вот холодным и расчётливым аристократам – да, – ответил он.
– Холодным и расчётливым, – повторил я, чуть прищурившись. – Вы ведь знаете, что у нас был конфликт с Волковым в день, когда его госпитализировали?
– Да. Потому я и подумал, что он так пытается отомстить вам напоследок. И подошёл предупредить. Возможно, он ещё кому-то успел рассказать эту чепуху.
Скорее всего, князь Меншиков всё проверил, вновь вызвал членов ордена. И никаких следов демонического присутствия они не нашли. Тогда он сделал логичный вывод: Волков просто хотел мне насолить. Всё складывалось удачно.
– Спасибо за предупреждение, – кивнул я. – Если честно, я уже ничему не удивляюсь. Когда граф нас вызвал, он обвинял свою жену в одержимости. Но её проверял не только я, а и другие экзорцисты. Женщина была чиста. Он просто хотел использовать это как повод для развода, чтобы не потерять репутацию.
– Репутация у него и без того была… – князь замялся, затем продолжил. – Плохая.
Похоже, вместо «плохая» он хотел сказать что-то куда менее дипломатичное, но место и обстановка не позволяли. Хотя я был с ним совершенно согласен
– Позвольте поинтересоваться? – спросил я.
Князь кивнул, и я продолжил:
– Виктор Борисович, вы мне почти прямо сказали, что Волков не сумасшедший. Зачем вы так рискуете? Я ведь могу передать эту информацию дальше.
Меншиков улыбнулся:
– Потому что доказать это невозможно. Даже если вы попытаетесь кому-то что-то рассказать, вам никто не поверит. В конце концов, слово князя против барона.
– Почти графа, – поправил я.
У князя вытянулось лицо.
– Когда вы успели, Александр Олегович?
– Всего несколько дней назад. Бумаги на оформлении. Это займёт ещё какое-то время. Пока я это не афишировал.
– И правильно делаете. Будет хороший сюрприз для общественности, – князь улыбнулся.
Видимо, решил наладить со мной дружеские отношения. Дворяне иногда так поступают в отношении тех, кто ниже их по титулу – из расчёта на перспективу. Даже если сейчас я для него малоценен, он явно что-то обо мне слышал видел новости. А этими откровениями, которые князю ничего не стоили, он располагал меня к себе. Умный ход.
– Собираетесь устраивать приём в честь такого события? – с интересом спросил он.
После моего признания его внимание явно усилилось.
– Увы, мне негде, – пожал я плечами. – Наше поместье в Муроме разрушено, а на новых землях мы ещё не построили родовое гнездо. Сейчас мы вообще живём в доме ордена. А там крайне ограниченное пространство.
– Понимаю, понимаю, – кивнул князь. – Это событие можно и отложить. Знаете, отпраздновать такое достижение никогда не поздно.
С этими словами он удалился.
Интересно… это был намёк, что он не прочь быть приглашённым? Вполне возможно.
Хотя я ещё не опустился до такой жизни, чтобы устраивать балы и тратить на это баснословные деньги. За сумму, потраченную на организацию одного такого вечера, можно целый год кормить бездомных в столице. Или содержать пару больниц.
Я отыскал взглядом Костомирова и вернулся к нему.
– Широков не появлялся? – спросил я.
– Нет, – покачал он головой. – Хотя странно. Он обычно не опаздывает.
Граф в этот момент смотрел в сторону пятидесятилетней женщины, которая, щебеча с подругами, не сводила с него взгляда.
– О, а теперь она тебе и вовсе подмигнула, – заметил я. – Часто у тебя такие интрижки?
Пока никто не слышал, я вновь перешёл на «ты».
– Бывает, бывает, – улыбнулся Костомиров.
В этот вечер он держался намного сдержаннее, чем когда мы были наедине. Ничто в его поведении не выдавало одержимого. Всё-таки он живёт в этом мире уже очень давно и вряд ли попадёт в такую глупую ситуацию, как Полина сегодня.
– А дети у тебя от этих интрижек есть? – поинтересовался я.
Граф закашлялся, словно вопрос застал его врасплох.
– Простите?
– Я спрашиваю: дети от этих союзов есть?
– Трое, – скривился он. – Я их всех обеспечиваю.
А ведь в этих детях течёт демоническая кровь. Сейчас они не представляют угрозы для общества, но в потенциале – да такие нередко становятся сильными магами.
– Какой у тебя дар? – спросил я, а затем тихо добавил. – Был.
Одержимые редко пользовались способностями прежних владельцев тел. Им сложно подстроиться под их источники, хотя те сохраняются. Демонам всегда проще полагаться на собственную магию.
– Дар тени, – коротко ответил Костомиров.
– Угу, – кивнул я. – Ты их обеспечиваешь и поддерживаешь связь. Я правильно понимаю?
– Всё так.
Граф отвечал крайне неохотно. Понятно, что он поддерживает связь с детьми чисто для своего прикрытия. На самом деле они ему мало интересны.
– Проверь их на потенциал к экзорцизму. Думаю, ты удивишься.
– Да там ещё ни у одного инициации не прошло. Одному двенадцать, второму восемь, третьему семь.
– И все от разных женщин? – предположил я.
– Да, – кивнул Костомиров.
– Проверь, – велел я и направился в сторону волшебной зоны.
Здесь толпилось множество дам, оживлённо перешёптывающихся и обменивающихся всевозможными сплетнями. В этой толпе я заметил знакомое лицо. Жиляева Игоря Геннадьевича. И подошёл поздороваться.
– Александр Олегович, с каких это пор вы начали появляться на балах? – с улыбкой спросил он.
– Сюда я пришёл, скорее, в качестве исключения, – ответил я, отвечая той же вежливой улыбкой.
– И как вам вечер?
– Неплохо.
Хотя по мне здесь было скучновато.
– Кстати, раз уж мы с вами встретились. Позвольте, я познакомлю вас с одной своей знакомой.
– Хорошо. По какому поводу? – насторожился я.
– Это дочь моего давнего друга, графа Любанского.
Фамилия была мне хорошо знакома. Род Любанских владел автомобильными заводами, и каждая пятая машина в империи сходила с их конвейеров. Знакомство с ними может помочь мне в будущем. Но пока неясно, чего они сами от меня хотят.
– Хорошо. Пойдёмте, – я не стал отказываться. Скорее из вежливости.
Игорь Геннадьевич провёл меня к дальнему краю длинного фуршетного стола, где стояла группа из трёх девушек. На вид каждой не больше двадцати лет.
Когда мы подошли, две из них тут же отступили в сторону, оставив лишь рыжеволосую.
Она была стройной, с узкой талией и почти на две головы ниже меня. Подняла на меня ярко-зелёные глаза и широко улыбнулась.
– Игорь Геннадьевич! Какая встреча! – звонко воскликнула она.
– Виктория, как и обещал, – начал он. – Хочу представить вам моего друга – Демьянова Александра Олеговича.
Девушка слегка поклонилась и обратилась ко мне:
– Вы не представляете, как я рада знакомству.
– У Виктории единственный в её семье дар экзорцизма, – добавил Игорь Геннадьевич.
И тут до меня дошло. Если у Виктории редкий дар, и семья хочет развивать его, – а экзорцизм в магическом мире по праву считается престижным направлением, – то и мужа ей должны подобрать соответствующего. А кто сейчас экзорцист с наибольшим потенциалом за последние сотни лет? Верно. Я.
Что ж, рано или поздно, эта эпопея с невестами должна была начаться. Значит, пора придумывать, как от них отбиваться.
– Александр Олегович, я столько о вас слышала, – девушка слегка наклонила голову, голос её звучал почти заискивающе. – Говорят, вы можете стать сильнейшим магом нашего столетия.
Её глаза лукаво блеснули.
– Всё возможно, – пожал я плечами.
Виктория предложила прогуляться по саду, и я согласился. Может, хотя бы там увижу князя Широкова.
Мы шли по аллее, пока она рассказывала о себе и своей семье. Казалось, она уже перечислила все активы, которыми владеют Любанские, и каждый дом, зарегистрированный на их род. Наверняка ожидала, что меня это впечатлит. Но нет, я просто продолжал осматриваться в тёплом саду.
Над садом возвышался магический купол, поддерживающий постоянную температуру, так что здесь царило вечное лето.
– А ещё, – с улыбкой добавила Виктория, – мой отец говорит, что, когда я выберу жениха, моё преданное будет самым большим за последнее столетие среди всех дворянок.
В её голосе звучал откровенный намёк. Меня это уже начинало раздражать.
– Чего вы добиваетесь? – прямо спросил я.
– Ничего, просто беседую, – широко улыбнулась она.
