Где болит, там любит

Где болит, там любит

Глава

Дисклеймер

Произведение является художественным вымыслом. Все персонажи и события вымышлены, любые совпадения случайны. Книга предназначена для читателей старше 18 лет и может содержать сцены эротики, насилия, а также употребления алкоголя или табака. Все описываемые в тексте действия представлены исключительно в рамках художественного вымысла, не являются пропагандой и осуждаются автором.

Глава 1

– Динка, тебя там похитили или что?

– Я иду, только не понимаю, в какой корпус надо. Налево или направо?

– Юрфак, он там один, не заблудишься. Давай топай скорее, до пар пять минут, живо!

Осматриваюсь по сторонам, огромное здание самого престижного университета столицы. Я не знаю, сколько ночей не спала, чтобы подготовиться к вступительным экзаменам и сдать их на отлично. Зато без помощи, сама добилась не только бюджета, но и стипендии.

Перебрасываю рюкзак через плечо. Тяжелый, под завязку набит книгами. Я не знала еще расписание, потому взяла почти все и теперь едва шагаю с этой ношей.

Не то чтобы я совсем нерасторопной была, просто растерялась. Здесь огромные холлы, длиннющие коридоры и куча просто студентов. И я тоже, тоже уже одна из них.

– Налево, налево и потом прямо! Чего, первый курс, что ли? – мне подсказывает какая-то уборщица. Она одна не остается равнодушной и помогает мне сориентироваться, в какую сторону идти.

– Да, первый, а как вы поняли?

– На лбу у тебя написано, что молодо-зелено. Ну, иди, наука – свет, не иначе.

– Спасибо большое!

Да, сегодня точно один из самых волнительных и счастливых дней в моей жизни. Сначала школа с золотой медалью, теперь универ. Пожалуй, лучшего я и придумать себе не могла, теть Люба аж плакала, узнав, куда я поступила.

– Господь, ну наконец-то! Я уж думала спасательную бригаду тебе вызывать.

– Привет, Мирось! Я успела?

– Ну да, кучкуемся пока, не ясно, в какую аудиторию нас запрут первыми.

Это Мирослава, и познакомились мы с ней как раз при поступлении. Ростом она чуть выше меня, яркая блондинка с голубыми глазами. Мы как-то сразу подружились и обрадовались, узнав, что попали в одну группу.

– А-а-а, девки! Привет!

Еще одна одногруппница – Аленка. Она пищит на ведь коридор, как только видит нас, а после идет в нашу сторону.

– Опаздываешь, женщина.

– Ну простите, Мирось, ну я была занята!

– Боюсь даже спросить, чем именно.

Аленка закатывает глаза, я, кажется, не догоняю. Я видела их последний раз, еще когда списки объявляли, честно говоря, не особо даже запомнила этот момент. От счастья казалось, что уши заложило.

Нет, я была уверена в своих знаниях, но бюджетных мест в такой универ немного, и, если бы я по баллам недотянула, пошла бы туда, куда приняли бесплатно.

Я со своей теть Любой живу без родителей. Так вышло, но я не жалуюсь. Просто на ее зарплату медсестры я и подумать не могла о том, чтобы пойти учиться платно.

– Так, ну чего, топ-топ в аудиторию?

– Да, время уже. Идем.

Мироська берет меня под руку, но в этот момент мы все слышим из-за угла коридора голоса. Это парни. Их трое, и сейчас они уверенно идут по коридору. Один впереди, двое сзади. Мой взгляд тут же приковывается к тому, который идет первым.

Очень высокий, спортивного телосложения. Широкоплечий, такой весь крутой. Они старше – видно, что последний курс. Красивые, уверенные в себе, совсем скоро эти студенты уже будут работать юристами и адвокатами.

Этот парень такой красивый, что у меня аж в глазах заискрило. На нем модные джинсы и белая рубашка с закатанными руками. На шее золотая цепочка, на запястье браслет, на пальцах какие-то кольца. И его лицо. Он такой, что, раз увидев, не забудешь уже никогда.

– Кто это? – спрашиваю тихонько, невольно прячась за Мироську. Аленка в это время распаковывает пачку конфет и забрасывает себе сразу две в рот.

– Ай… да это у нас мажоры местные, последний курс, спустились сюда из самой поднебесной.

– Откуда ты знаешь их?

– Да так, виделись. Вон тот, который последний идет, – это Милош-гандош. Смазливый, но скотина редкая. Моя сестра как-то с ним встречалась, но куда там нам, простым смертным. Блатные они, с простушками общаться корона давит, чего сказать – детки элиты.

– А рядом кто? Тот брюнет?

– А это у нас Масик-распиздяй-гулясик. Ты вообще лучше к нему близко не подходи, оно слегка ку-ку.

Сглатываю, почему-то снова смотрю на того первого парня. Они как раз остановились у окна, что-то обсуждают.

– А тот кто? Шатен…

– Зарубин. Этот вообще без царя в голове.

– Зарубин?

– Ну да, Гордей. Может, слышала, у него дядя в кресле серьезном сидит.

– Не слышала.

– Ну, в общем, Гордей – вожак их, мне сестра рассказывала. Принц на коне, только без коня!

– Как это?

– Так это. Лексус у него, на учебу на нем ездит, прикинь? Говорю ж – блатные.

Как раз в этот момент они проходят мимо нас, и я невольно улавливаю запах парфюма. Того первого. Красивого парня.

– Привет… – лепечет им Аленка, но они просто прошли, этот Зарубин даже голову в нашу сторону не повернул.

– Какие они.

– Ну да, короли, только не по нашу душу цаца! Ладно, идем, солнце. И ты, Аленка, топай. И хватит жрать конфеты, не то тебя твой Эмилио в жены не возьмет!

– Он Эмир! И он возьмет меня в жены! Я уже даже учу танец живота! – смеется Аленка, а я, кажись, понимаю, причину ее опоздания. У Аленки есть молодой человек, и, судя по подколкам Мироси, он иностранец.

Первый день учебы проходит относительно спокойно, хоть и сложно. От непривычки столько писать у меня под конец пар уже рука отваливается, но дело не в этом. Те короли, как назвала их Мирося. Я больше их не вижу, хотя невольно выглядываю несколько раз в коридор.

Я таких парней еще не встречала. Особенно тот первый, и мне бы очень хотелось еще хотя бы раз посмотреть на него. Хотя бы одним глазком.

Сразу после пар решаем с девочками отметить, но в толпе мы быстро теряемся.

И снова эти огромные коридоры, в которых я вообще не ориентируюсь. Тащу свой рюкзак, спина уже отваливается, пытаюсь рассмотреть схему на листочке, которую утром мне уборщица дала.

– Налево, направо, потом снова направо… Ой!

Не замечаю, как врезаюсь кому-то в грудь. Словно в стену бетонную. И вот, в полутемном коридоре. И толпы, как назло, больше нет.

– Смотри, куда идешь, чучело!

Голос низкий, красивый, и он очень высокий против меня. Правда, я пока не понимаю, кто передо мной.

От неожиданности даже слова забываю, а после поднимаю голову, и парень делает шаг к окну.

Сглатываю, не веря такому совпадению. Быть не может, но это факт: я врезалась в одного из “королей”, и сейчас предо мною Гордей Зарубин собственной персоной.

Глава 2

Сказать, что мне неловко, – это ничего не сказать, но это его “чучело” больно бьет просто наотмашь.

– Извини, я не увидела.

– Извини-те. Очки купи, курица слепая!

– Извините.

– Уже кого попало на курс берут! Черт-те что, – прорычал Гордей и, сильнее перехватив свой явно дорогущий рюкзак, пошел прочь. Я же просто оторопела.

От этого контраста. От того, насколько он красив внешне и насколько колючий внутри. Его слова летели в меня точно стрелы, а я, как дурочка, не смогла ничего сказать в ответ. Я просто не думала, не была готова.

Гордей. У него большие прекрасные карие глаза. Красивые такие, как миндаль настоящий. Густые брови, темные длинные ресницы. Острые скулы, красивая линия подбородка, упрямый взгляд, ровный нос и эти губы. Такие чуткие, хоть и говорил он ими обидные слова.

И от него так приятно пахло. Каким-то дорогим парфюмом. Я знаю, я такой слышала в одном из недавно открытых магазинов. Зашла выбрать тете подарок, но как только цены увидела, так сразу и вышла.

Гордей пахнет именно так. Мускусом и сиренью, какими-то травами и сигаретами, а еще шоколадом черным и крепким кофе.

– Дура, дура, дура… и я не курица! – бубню себе под нос, ускоряя шаг, выбираюсь из лабиринта коридоров. Наконец оказываюсь на улице, где мы с девчонками торжественно празднуем первый учебный день вкуснющим пломбиром.

– Айда в парк! На аттракционах покатаемся! Потом можно и на дискач! – подначивает всех Мирося, но я вспоминаю, что денег у меня ровно на обратный путь, и вежливо отказываюсь. Я знаю, что у девочек полные семьи, им родители помогают, а у меня только теть Люба, и все.

Я не люблю касаться этой темы, так просто сложилось. Нет, я не голодала и особо ни в чем не нуждалась, но одежду часто приходилось перешивать. Ремонты мы особо не делали, а вместо морей летом ездили на дачу выращивать огурцы.

Зато теть Люба моя добрая. Когда я лишилась родителей, она не сдала меня в интернат, так что мне вообще грех жаловаться.

Живу я в обычной панельке – правда, ехать до нее добрый час, но это неважно. Я учусь в самом престижном универе столицы, и я сама поступила сюда.

Я дома. Тут же опускаю на пол старенький портфель.

Он не новый. Теть Люба принесла, ей какая-то подруга давняя передарила. Не было денег на новый. Ну и одежда у меня так себе. Вязаная зеленая кофта и такая же длинная юбка.

Раньше мне нравились эти вещи, они казались необычными, но сегодня, когда увидела, в чем пришли девчонки в универ, в чем другие студентки были, стало не по себе. Мне стыдно.

Распахиваю шкаф, смотрю на полки. Ну, негусто, если честно, все вещи примерно такие же. Теть Люба вязать любит и меня научила. Мне всегда нравился ее вкус, а теперь… блин.

Ну нет у меня альтернативы! Стипендии еще не было, а просить денег у тети еще и на модную одежду уж совсем язык не поворачивается. Она и так ночные смены берет, чтобы нам было проще. Кредиты у нее. Я как-то болела, долго, с воспалением в больнице лежала. Помочь было некому, лекарства дорогие. Вот тетя и набрала долгов, а отдать мы их вовремя не сумели. Только проценты она платила, и все.

И нам сложно теперь, так что, вспомнив о действительно важных проблемах, я закрываю дверцу шкафа, так и не выбрав себе ничего.

Не одежда красит человека, а человек одежду. С этой мыслью я засыпаю, не дождавшись теть Любы к ужину.

Впервые мне снится молодой король. С карими глазами, в модной одежде и с презрительной ухмылкой. Он такой высокий и красивый, а после он подходит ко мне и говорит:

“Отойди, слепая курица”.

Я просыпаюсь рано утром от звонка будильника. Сердце неистово прыгает в груди. Вот же ж приснится. Боже, надеюсь, я никогда больше не увижу этого мажора. Бр-р, аж мурашки от него. Сказала бы я ему, кто тут слепой и кто тут курица.

***

Неделя занятий пролетела по щелчку пальцев. Курс интересный, задают много, читают увлекательно. Я уже познакомилась со всей группой. Девчонок и парней примерно поровну, точно не все хотят учиться, большинство пошли сюда, чтобы родители отстали.

У меня же глаза горят. Потому что я сама хотела сюда, я сама старалась и мне нравится. Я буду адвокатом, буду заниматься серьезными делами, помогать людям, буду занимать хорошую должность и обязательно сделаю в квартире тети ремонт. И на море ее повезу, и вообще, все у нас нормально будет.

Так думает мой еще очень зеленый мозг первокурсницы, который пока не знает, как жизнь устроена. И что этот самый высокий пост по наследству обычно передается, а знания тут вообще часто ни при чем.

– Рыба моя, у тебя так рука скоро отвалится. Ну хорош писать, пошли на улицу!

Мироська толкает в бок. Аленка рядом, как обычно, что-то точит. Притащила бутерброды, они пахнут на всю аудиторию. Мальчишки уже окружили ее, как стая воробьев.

– Мир, я вот тут таблицу еще не чертила.

– Ну и что? Успеешь еще. И вообще, в столовку надо. Есть хочу – не могу, а топтать бутеры Аленки всухомятку уже сил никаких нет.

– Ладно, идем.

Складываю в рюкзак книги, спускаемся в столовую. Она оказывается в подвале под первым этажом. Большая и просторная. Правда, студентов – просто не протолкнуться.

Наивная, я было думаю, что буфет включен в план учебы, но нет. Тут все платно, и, посмотрев на цены, я расстраиваюсь.

Придется тоже, как и Аленке, бутеры из дома таскать, потому что одна только слойка с вареньем тут стоит как весь наш с теть Любочкой ужин. «Это универ для мажоров, – пролетает в мыслях, – привыкай».