– Пусть стоит, – не оборачиваясь, отозвался Саныч.
Он остановился напротив дверей лифта и размышлял. Кнопок открывания не было. Но был пульт с кнопками и прорезь в нем. Саныч достал пластиковую карту-ключ и провел в прорези. Двери лифта зашуршали и открылись.
– Ничего себе, – прозвучал голос Эльзы у Саныча за спиной. – Как ты это сделал?
– Долго ли умеючи, – усмехнулся Саныч и шагнул в лифт. Следом проскочила Эльза.
Саныч нажал кнопку вверх, с цифрой три. Двери закрылись, и они стали подниматься. Вышли на самом верху за запыленным стеклом.
– Ну, точно пост наблюдения, – произнес Саныч. – Смотри, пульт связи с надписями, и тут даже есть видеонаблюдение.
Он включил рубильник пульта, и тот загорелся под слоем пыли разноцветными огоньками. Замигали и «воскресли» мониторы. И на них Саныч сумел разглядеть окрестности с высоты птичьего полета.
– Да, – произнес он, – все исправно работает, – и выключил пульт. – Пошли, посмотрим, что ниже, – он прошел в лифт. Эльза как хвостик следовала за ним.
Они спустились на минус первый этаж и вышли в большом подсобном помещении. В стене была дверь, запертая изнутри на засов. Больше ничего. Сан Саныч с усилием отодвинул массивный засов и приоткрыл дверь. Перед ним была площадка с поручнями, сваренная из толстой арматуры, и она находилась у среза воды.
– Гляди, Эльза, вот так мы будем сюда попадать, – он выглянул и улыбнулся. – Снаружи открывается простым ключом, и его надо найти.
– Да вон шкафчик с ключами, – услышал он ответ Эльзы и снова вернулся в помещение. В углу висел шкаф, и в нем три больших ключа и еще баллончик со смазкой WD–40. Саныч взял баллончик, поболтал его и стал смазывать засов и отверстие для ключа. Затем проверил ключ, он идеально подходил для замка и прокручивался легко.
– Мудрёно придумано, – произнес он, – но зато надежно и просто. Если не работает электричество, можно дверь открыть ключом. Вот и пригодилась нам лодочка. Смотри, Эльза, мы должны перевезти сюда все, что сможем. Заберем из поселка, из дома отдыха и часть заберем из подвала, все оружие перевезем сюда, тут более надежно.
– А если лодку заметят со стороны? – спросила Эльза.
– Правильно думаешь, Звереныш. Мы ее сюда будем заносить. А сейчас пошли обратно, отдохнем и приготовимся к работе.
– Нет, дед, я на старых матрасах спать не буду, давай уж привезем что-нибудь сегодня, чтобы мы могли нормально отдохнуть.
– Тоже верно, – согласился Саныч, – придется попрыгать.
Они вышли к дверям, ведущим на дамбу. Саныч отодвинул засов и со скрипом открыл стальную дверь, радостно улыбнулся:
– Живем, Эльза.
Та промолчала.
Саныч мельком глянул на девочку и понял: та боялась того, что будет. Она понимала, что предстоит еще один прыжок над пропастью, и, скорее всего, не последний. Саныч не стал ее успокаивать, сел за руль, подождал, пока усядется Эльза и пристегнется ремнем безопасности, потом развернул машину и поехал к башне. Разгон был стремительным, а полет долгим, как вся жизнь. Удар по грунтовке заставил Эльзу вскрикнуть и удариться головой о крышу, но она сдержалась и облегченно задышала, когда Саныч вырулил на дорогу параллельно реке. Они направились в поселок.
В домах Эльза усердно собирала все, что, как она считала, нужно для жизни: белье, скатерти, стиральную машину – правда, портативную, но и это радовало. Мыло, порошки, шампуни, кондиционеры, даже шторы прихватила. Два ковра. Вещи и принадлежности складывала в большие черные полиэтиленовые мешки и грузила в джип. Саныч собирал съестные припасы и то, что считал нужным: охотничье снаряжение, рыболовные снасти, сети, одежду для походов и туризма.
Вскоре джип был забит под завязку, и они тронулись обратно. До ночи они успели сделать еще два рейса и сгрузили собранное в подсобном помещении башни.
Эльза обнаружила в спальной комнате старую электроплитку и принялась готовить ужин. Ее движения были уверенными и спокойными, обыденными. Она знала, что именно сейчас нужно сделать. В то же время Саныч неутомимо переносил узлы, ящики и мешки, складывая их в коридоре. Он даже использовал вагонетку и толкал ее, нагруженную вещами, словно маленький локомотив.
Оба они устали, и скоро сон взял верх. Эльза, не говоря ни слова, застелила диван, и ее строгий взгляд заставил Саныча понуро уйти вниз к ручью, чтобы помыть ноги. В тишине ночи Эльза нагрела воды и, обнаружив туалетную комнату с неработающим душем, совершила вечернее омовение, поливая себя теплой водой и смывая следы дня.
Когда она вернулась, Саныч уже дремал, его дыхание было ровным и глубоким, как у человека, который нашел покой после долгого и трудного дня.
– Свет? – промычал он, и Эльза выключила свет, улеглась рядом, обняла его и, счастливо улыбаясь, уснула. Саныч ничего этого не видел, он спал. Недовольно попискивая и ворча, мельтешил Бро, он пытался оттолкнуть Саныча от хозяйки. Когда у него это не получилось, он убежал осматривать новые владения.
Утром Саныч проснулся рано. Осторожно спустился с дивана, стараясь не разбудить Эльзу. Она вздохнула, повернулась набок, и Саныч сделал два шага. На столе горел ночник, и на том же столе сидел Бро, поедал крошки, оставшиеся после ужина. Бро увидел Саныча и возмущенно запищал, требуя еды. Саныч достал из ящика копченую сардельку и положил на стол. Сам сбегал в туалет на две кабинки, полазил у душа, но не понял, откуда берется вода. Махнул на это занятие рукой и пошел на вышку. У него забрезжили мысли, куда направиться дальше. Внутреннее чутье вело его в город.
Он на лифте поднялся до застекленного этажа и стал осматривать местность из бинокля. Через грязное стекло было плохо видно окрестности, он приоткрыл одно окошко для проветривания и внимательно осмотрел подступы к подстанции и двор. Отсюда он был виден отлично. У него сложилось впечатление, что подстанция пуста, но он также ощутил исходящее оттуда давление, правда, не очень сильное.
«Значит, там прячутся зараженные», – догадался Саныч и задумался, к чему бы им там прятаться? Сидеть на голодном пайке? Или там кто-то прячется из живых, и они трутся рядом? «Надо бы посмотреть», – решил Саныч и спустился.
Бро терзал Эльзу и не давал ей спать. Саныч улыбнулся и стянул с Эльзы одеяло.
– Вставай, соня, тут не остров, тут Подземелье, и мы в походе.
Эльза села, сонно потерла глаза, прижала к себе пищащего Бро и, шлепая тапками, которые она прихватила, пошла в туалет.
– Воду нагрей, – кинула она через плечо. Саныч уже знал ее потребности, и в электрочайнике бурлил кипяток. Эльза в одном из домов нашла себе подходящую пижаму и ходила в ней.
«Ну прям как дома. Везде обживается», – мысленно посмеялся Саныч, глядя вслед девочке. И строит из себя взрослую, а на самом деле дитя дитем.
Он нарезал хлеб, колбасу, заварил несколько упаковок сухой лапши, развел протеиновый коктейль. Открыл банку сгущенки и положил на стол на тарелке копченые сардельки. Подождал Эльзу. Та пришла и стала в рюкзаке искать свои вещи.
– Ты чего копаешься? – спросил Саныч. – Садись есть.
– Трусы не могу найти, – машинально ответила Эльза.
– Так ты их постирала. Вон висят внизу…
– Я другие ищу, у меня месячные начались.
Саныч скривился. Он терпеть не мог такие откровенные разговоры.
– Могла бы не сообщать всему миру, – буркнул он. Эльза поморщилась.
– Живот болит, и я не всему миру сообщила, а крестному мужу.
– Я тебе еще не муж, я тебе дед, – решительно заявил Саныч, но Эльза не обратила на его слова ни малейшего внимания. Нашла красные трусы и ушла.
Вернулась она бледной, села и стала лениво есть.
– Ешь хорошо, – насупился Саныч. – Мы идем дальше.
Эльза подняла на него печальные глаза.
– Сходи без меня.
– Нет, с тобой. Ты будешь запускать коптер.
– Давай подождем пару дней, а лучше три, навезем сюда вещей, оборудуем базу, а потом уже двинем туда, куда ты запланировал. В город, я так понимаю.
– Звереныш, мы тут не на курорте, мы учимся выживать, – спокойно, но несколько суровее, чем хотел, ответил Саныч. – Тут мутанты не будут смотреть, есть у тебя… твои дела, – с небольшой заминкой произнес он. – Сожрут, и все. Помойся хорошо, вставь свой тампон, и запаха не будет.
– Я уже все сделала, дед, не учи меня и не кричи. У меня живот болит.
Саныч отложил ложку, которой мешал коктейль.
– Ладно, – сдался он. – Подождем три дня, а пока привезем сюда все, что можно. Ты готова?
– Готова, – слабо улыбнулась Эльза.
– На лодке пойдем, – продолжил Саныч. – Пойду надую лодку и спущу на воду.
Плыть против течения на лодке оказалось не самым приятным занятием. Мотор ревел, как раненый зверь, оглашая округу своим громким треском. Санычу казалось, что зараженные со всего левого берега собрались на берегу, чтобы наблюдать за их лодкой. Он уже проклинал себя за эту затею, но и часто прыгать через мрачный провал не желал.
Два часа тянулись как вечность, прежде чем они наконец достигли острова.
Эльза начала собирать свои вещи: диски были аккуратно уложены в рюкзак, ноутбук бережно упакован. Бро, выскользнув из подсумка, исчез в густых кустах, словно растворился в их зелени.
– Обратно на машине поедем, – предупредил Саныч.
Он на старой лодке отправился на берег к спортивному центру, поставил на «газель» аккумулятор и завел ее. Съездил к поселку у черноты, стал загружать в кузов патроны, оружие, инженерное имущество, а потом вернулся к спортивному центру. Эльза уже собрала все необходимое и на резиновой лодке причалила к берегу. Саныч погрузил то, что она захотела взять собой, приспустил лодку, погрузил в кузов, прикрыл тентом и сел за руль.
– Ты будешь на ней прыгать через провал? – спросила Эльза. Ее взгляд был испуганным.
– Нет, – неохотно ответил Саныч. – На лодке перевезем. Еще холодильники нужны, морозильники… Дел хватает.
Весь день они были заняты важным делом – переправляли необходимые вещи. Солнце клонилось к закату, когда Саныч завел мощный джип и преодолел коварный провал. Оставив машину в тени густых кустов, вдали от любопытных глаз, он аккуратно снял аккумулятор и спрятал его среди высокой травы. Затем вернулся к реке, сел в надувную лодку и, бесшумно загребая небольшими веслами, причалил к старой дамбе у самого входа. Лодку он спрятал внутри, тщательно укрыв ее от посторонних взглядов.
Три дня пролетели незаметно в хлопотах по обустройству нового жилища. Саныч, словно заботливый хозяин, привез все необходимое: массивную кухню и два вместительных платяных шкафа. Эльза, не жалея сил, очищала и приводила в порядок жилую комнату и санузел, словно готовя их к долгожданному переезду. Саныч же с ловкостью мастера расставлял мебель, крепил ее к стенам, создавая уют и гармонию в новом пространстве.
К концу третьего дня их новый дом преобразился до неузнаваемости. Чистота сверкала, как хрусталь, а тепло и комфорт окутывали каждый уголок. Ковры устилали пол, добавляя уюта и мягкости. Шторы на стенах создавали иллюзию жилого пространства, превращая это место в настоящий дом.
Вытяжная вентиляция, заботливо запущенная Санычем, наполнила воздух свежестью и чистотой. Привезенные вещи он аккуратно разместил в аккумуляторной, предварительно освободив ее от старых, уже не пригодных танковых аккумуляторов. Эти двадцать массивных батарей, утративших свою силу, он отнес к стальной стене с дверцей, которая отделяла их от подземного убежища со стороны подстанции.
Открыв дверку, Саныч увидел обрыв, скрученные рельсы и провал шириной в два десятка метров. Он понял, что со стороны города к нему не подобраться. Закрыв засов, он поставил старые аккумуляторы вдоль стальной стены.
Затем Эльза потребовала от Саныча найти подачу воды в санузел. Покопавшись в документации на полках, Саныч выяснил, где находится водяной насос, и включил его. Даже электрический бойлер он обнаружил внизу в отдельном помещении. Теперь у них была горячая вода, и заработала канализация. Осталось перевезти сюда аккумуляторы со спортивного центра, но это дело Саныч отложил на потом.
Он не собирался оставаться здесь навсегда. Что-то внутри, что-то неуловимое, но могущественное, шептало ему: нужно двигаться, менять место. Так они останутся менее заметными, ведь он кожей ощущал, что им предстоит скрываться, как призракам в тумане. Судьба не всегда благосклонна, но удача улыбается тем, кто не боится рисковать. Это он осознал в первый же месяц своего пребывания в Улье, где каждый шаг мог стать последним.
Вечер и ночь третьего дня превратились в тихий оазис покоя. Эльза включила телевизор и вставила диск с любимым фильмом. Они уютно устроились на диване, словно два путника, нашедшие приют в песчаной пустыне. Саныч потягивал самогон из бочки маленькими глотками, наслаждаясь его теплом, а Эльза через трубочку попивала кока-колу, погружаясь в мир кино.
Утро разбудило Эльзу не звонким будильником, а настойчивым любопытством маленького зверька. Он, словно маленький ураган, ворвался в ее сон, кусаясь за нос и дергая за пальцы ног. Эльза, сонная и недовольная, села на диване, проворчав: «Я устала, отстань, негодник». Но зверек, завершив свою миссию, быстро умчался за порцией еды. Вскоре его радостный писк возвестил о том, что он вернулся с добычей – куриным крылышком. Восторженно пища, он утащил свой трофей под кухонный шкаф, словно спрятал драгоценный клад.
Эльза поплелась в санузел. Через полчаса она вышла умытая и причесанная и стала одеваться по-походному.
– Какая на улице погода? – спросила она.
– Жарко будет, – односложно ответил Саныч, – возьми на всякий случай тактические штаны. А свой срам сними.
– Какой срам, дед? – возмутилась Эльза.
– Вот эти твои… как их, «леденцы в обтяжку», засунь в рюкзак, а лучше оставь дома.
– Сама разберусь, – буркнула Эльза, – и это не леденцы, это легинсы. – Она стала совать свои лосины в рюкзак.
– Вынь, – потребовал Саныч.
– Не-ет, это мое, – отрезала она и закрыла рюкзак. Выпрямилась и с вызовом посмотрела на Саныча. Тот лишь махнул рукой: что с ней поделаешь. Упрямая… Эльза, довольная маленькой победой, сверху в рюкзак положила маленький коптер.
Позавтракали плотно и отправились к привязанной лодке. Саныч ключом закрыл дверь, придержал лодку, и Эльза села. Он включил мотор, и лодка, громко тарахтя, поплыла вверх по течению к берегу, на котором расположился город. Не сам город, а его часть. Как знал Саныч, тут были подстанция, микрорайон Энергетиков и немного окраины части города из двух улиц, отделенной от микрорайона стадионом и объездной дорогой с развязкой.
Пристали они в сотне метров выше дамбы, где река, словно устав от долгого пути, начинала лениво плескаться о берег. Саныч, осторожно заглушив мотор, выскочил из лодки и, словно заправский силач, протащил ее через густые заросли камыша. С глухим шелестом лодка выбралась на песчаную кромку, и Саныч, подхватив Эльзу под руку, помог ей сойти на твердую землю.
За дорогой, что вилась вдоль берега, виднелся рыбачий поселок – пять домиков, окруженных сараями, пристанями и лодками, словно игрушки в детском мире. Гаражи для катеров и моторных лодок придавали поселку уютный и хозяйственный, деревенский вид. Но они не стали задерживаться там. Саныч поправил свой рюкзак, который словно весил с пушинку, и решительно направился к подстанции, его шаги были неслышными в стоявшей тишине. Несмотря на свой вес и габариты, он мог ходить, не издавая посторонних звуков.
Эльза, следуя его наставлениям, шла в двух шагах позади, ее глаза настороженно скользили по сторонам, выискивая малейшие признаки опасности. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь шорохом камыша и плеском воды. Это было время, когда природа и человек существовали в хрупком равновесии, и казалось, что каждая сторона боялась его нарушить.
Глава 4
Природа Улья щедро одарила их солнечным днем. Редкие облака, словно легкие перины, нежно укрывали жаркий диск солнца, позволяя ему дарить тепло, но не обжигать. Легкий ветерок, родившийся на реке, скользил по коже, даря ощущение свежести и свободы. Они шли, наслаждаясь каждым мгновением, словно танцуя под незримую мелодию природы. Мир казался обманчиво спокойным и нестрашным. Но за этой благостной картинкой скрывался неизменный спутник любого иммунного – оживший призрак смерти и ужаса.
Достигнув забора подстанции, они свернули вдоль него, пока не наткнулись на массивные железные ворота. В их центре, как приветственный знак, виднелась открытая калитка. К ней вела узкая, но прямая одноколейная железная дорога.
– Стой тут, – приказал Саныч, – контролируй тыл, – и сам вошел во двор подстанции. Хотя на подстанции царила тишина, он хитро усмехнулся. Внутри подстанции он заметил несколько аурных форм зараженных. Они прятались, но, по-видимому, знали о его появлении.
«Значит, – догадался Саныч, – среди них есть хорошо развитая особь, но недостаточно сильная, чтобы напасть сразу. Она выжидает».
– Второй, – позвал Саныч по переговорному устройству, – видишь трансформаторы и железную лестницу между ними? Лезь на нее и с площадки сверху контролируй ситуацию, огонь открывай самостоятельно, тут есть мутики.
– А зачем мы тогда сюда пришли? – услышал он ответ.
– Как зачем? На охоту. Лезь без лишних вопросов.
Он подождал, пока Эльза ужом проскользнула в калитку и быстро забралась по лестнице на площадку, встала на колено и положила винтовку на поручень.
– Готова, Первый, – отозвалась она, и Саныч направился к дверям здания подстанции.
Он только сделал два шага, как из открытых дверей выметнулась смазанная фигурка, которая пролетела мимо отскочившего в сторону Саныча и упала мордой в асфальт за его спиной. Полголовы у нее не было, и мозги растеклись кроваво-белой лужей рядом с головой. Споровый мешок разорвало.
«Как неаккуратно», – поморщился Саныч.
– Это кто, лотерейщик? – спросила Эльза. Саныч разглядел мутика.
– Нет, не лотерейщик, это развитый топтун. Я пойду выгоню остальных, а ты отстреливай тех, у кого есть спораны. Только аккуратно, не так, как этого. Не повреди споровые мешки.
– Это вместо спасибо, – услышал он бурчание Эльзы.
Саныч зашел внутрь, и к нему ринулось сразу около десятка голодных тварей.
– Я свой, – проурчал Саныч, и зараженные остановились, словно напоролись на стену. Недоуменно заурчали. Затоптались на месте в темноте. Саныч прикрикнул: – Пошли вон, я тут хозяин! – и грозно рыкнул.
