Что? Этот урод стал чистильщиком? Он же был претендентом! Выходит, убил какого-то чистильщика на дуэли. Но откуда он там взялся? Пришла группа из «Маглаяга?» Захватил местных? Надо у Карины чуть позже выяснить.
– Вот это совсем хреново. Наглухо отмороженный тип. Ладно… Какое у них оружие?
– Не знаю, это мне не видно, скорее, она знает. – Девушка кивнула на Карину.
– Спасибо, Лиза. Ты уже помогла, а поможешь еще больше.
Подумав немного, я отдал самое ценное – рацию.
– Она хорошо заряжена. Выруби ее и спрячь где-нибудь. Выключается вот так. Когда будет удобно, связывайся с нами, смотри, как это делается. – Я показал. – Понятно? Если тебя раскроют и заставят нас выманивать, начинай со слова «прием». Иначе – просто «раз-раз». Поняла?
Лиза все повторила, взяла рацию и прижала к себе. Я погладил ее по волосам.
– Мы обязательно еще встретимся, я вытащу тебя оттуда.
Она кивнула, показала на Карину.
– Как доберетесь, зашейте ей рану, если есть чем. И вколите антибиотик на всякий случай.
Даже в такой ситуации Лиза думала о других. Хорошо. На миг мне резко расхотелось ее отпускать. Сердце вопило, что я допускаю ошибку, что Лизку нужно беречь как зеницу ока!
Видно было, что и она безумно хочет уйти со мной, но здравый смысл победил – Лиза отстранилась, пошла прочь, потом побежала.
«Все-таки героическая женщина!» – хмыкнул я про себя. Очевидно, что ей было чертовски сложно это сделать. Будто ощутив мой взгляд, она остановилась, обернулась, но подавила искушение вернуться.
Проводив ее взглядом, я шагнул к Карине, протянул ей руку и помог подняться.
– Идем. Но не думай, что ты полноценный член команды. Свою преданность тебе придется доказать, – сказал я, подбирая ведро с морскими гадами – отличное будет подспорье, легко усваиваемый белок.
На всякий случай я просмотрел профиль Карины, убедился, что активность держится на том же уровне – ползун никакой дот не повесил. Закусив губу и зажав рану на боку, которая осталась от выстрела, Карина пошла за мной, причем довольно бодро. Что ей трудно и больно, выдала лишь выступившая испарина.
– Карина, как дела у Папаши? Может, есть новенькие? – поинтересовался я.
– Есть, да. Эти твари по радио транслируют, что у них, мол, убежище, дадут еду, кров и защиту всем. Пришли люди из «Маглаяга». Много, больше десятка. Поймали сигнал, что у Папаши убежище для всех выживших. Ну, их и… ну, ты знаешь.
Двигались мы медленно, а я представлял, как там Лиза, не напал ли на нее какой бездушный, она ведь не сможет дать отпор! Хотя вряд ли нападет, Кукушкин бдел и перебил зомби, чтобы надзираемые были в безопасности. И все равно я волновался за нее – девчонка все-таки. Как она добралась, я узнаю, только когда Лиза с нами свяжется.
– Ты видел, как крабы жрут Еремея? – спросила Карина. – Ни в жизнь их, трупоедов, не стану есть!
– Нам больше достанется, – отмахнулся я.
Наконец мы добрались до кабаньей тропы, и нам предстояла самая сложная часть маршрута.
Чтобы отвлечь бывшую от страданий, я сказал:
– Расскажи-ка, Карина, про лагерь Папаши: сколько там людей, у кого какой статус, сколько у них оружия и патронов. У нас всего шесть. – Я поднял руку с патронташем. – И этого чертовски мало.
Глава 2. Я из мосинки стрелял!
Прихватив брошенное филиппинцами ведро с морепродуктами, уже затемно мы с Кариной прибыли к электростанции. К счастью, заряда самоката хватило на весь обратный путь.
Нас сильно замедляло ранение моей бывшей, особенно когда приходилось ползти по кабаньей тропе, но Карина мужественно терпела и не создавала проблем. Какой бы беспринципной швалью она ни была, в стойкости и выживаемости ей не откажешь.
Впрочем, раны ее подзажили довольно быстро. По всей вероятности, чем выше уровень претендента, тем выше все его характеристики, включая регенерацию. Так что даже зашивать после ползуна не пришлось.
Когда прибыли к электростанции, я увидел двух бездушных возле бетонного забора. Со двора доносились крики, рев и женский визг – мои союзники разделывали зомби, которого по моему совету заманили на территорию электростанции.
– Что там? – напряглась Карина.
– Не ссы, не Папаша.
– Грубо, Денис, – фыркнула она.
Когда все было кончено, ворота приоткрылись, выглянул Рамиз, увидел нас, помахал и запустил внутрь двух зомби, не закрывая ворот.
И снова – мат, крик, рев раненых зомбаков. Женская ругань – Вика материлась не просто грубо, а крайне умело. Упокоение, похоже, шло так же эффективно: когда мы закатили самокат и вошли, два зомби уже были убиты, Макс и Сергеич тащили их к куче других трупов.
Вика подбежала ко мне – безумно красивая, раскрасневшаяся, растрепанная, с блестящими глазами, ничего не спрашивая, зыркнула на Карину, кивнула ей. Я просмотрел ее профиль: она заработала 3-й уровень. Ну прямо валькирия! Рамиз прокачался до 2-го, взяв только один уровень – наверное, недавно проспался, – зато Эдрик добрался до 4-го. А вот Макс и Сергеич какими были, такими и остались. Впрочем, это меня приятно удивило: значит, подавили свой эгоизм.
– Деннис! – воскликнул Эдрик слегка погрубевшим голосом.
Я отметил, что он будто бы подрос и раздался в плечах, под носом и на подбородке пробилась растительность. Что за фигня? Всмотревшись, убедился, что не показалось… Получалось, что с уровнями старые претенденты молодеют, а юные – взрослеют?
– Мя-а-ао! – заорал Крош и бросился ко мне, принялся по штанине карабкаться на плечо, я его подхватил и посадил туда, куда он рвался.
В знак благодарности котенок меня лизнул и замурлыкал.
После крика Эдрика все повернули головы. Макс, увидев Карину, раскрыл рот, выставив кроличьи зубы, и остолбенел.
Рамиз шагнул ко мне и указал на дробовик.
– Позволишь посмотреть?
Кивнув, я отдал ему оружие. Он переломил ствол, потом перевел взгляд на мое предплечье, увидел патронташ и удовлетворенно кивнул.
– Знакомьтесь, это Карина, – представил я бывшую супругу Рамизу и Вике. – Моя бывшая жена. Она из группы Папаши, была там… – Хмыкнув, я отказался от выбранного слова и сформулировал иначе: – Рабочей силой.
– Передком она там работала! – съерничал Макс.
– Гляди-ка, шалашовка пожаловала! Ну ты даешь, Денис! Ничему тебя жизнь не учит! – изумился Сергеич и, запинаясь при подборе слов, пропел: – Как у нашего Дениса… ни х… ведь нет мозгов… его бошку… украшает… куст кудрявеньких рогов!
– А парень с дедом, смотрю, не только расисты, но и сексисты, – хмыкнула Вика, глядя на этот цирк.
Тем временем Карина попыталась сжечь взглядом моих компаньонов, но не на тех напала. Сергеич с радостью бы пошел на прямую конфронтацию, ему только повод дай, а Макс… Парня явно девушки обижали в прошлом: уж слишком болезненно он реагировал на то, что его даже не касается.
– Угомонись, Сергеич, это все в прошлом, – отмахнулся я. – Карина все осознала, раскаивается и все такое, да и здесь она не как моя бывшая, а как человек, который для нас лишним не будет. Впрочем… решать будем коллективно. Выслушаем ее и проголосуем.
Вика, что-то для себя решив, с нескрываемым презрением посмотрела на Карину и отступила на шаг, причем с таким лицом, будто увидела перед собой кучу вонючего дерьма.
Рамиз и Эдрик просто стояли и смотрели, но без недоброжелательности. Наоборот, моя бывшая им обоим явно приглянулась. Эдрик даже зарумянился.
Карина потупилась. Защищать и оправдывать ее я не стал. Повернулся и сказал:
– Если они проголосуют против, тебе придется уйти.
– Конечно, проголосуют против! – вызверился Сергеич. – На фиг она нужна, подстилка.
Другая бы на ее месте расплакалась… или принялась оправдываться. Карина же подняла голову и сказала:
– Да, я ошиблась. Предала Дениса – человека, который меня любил… Но кто вы такие, чтобы меня судить? Это только между мной и Денисом, и ему решать. Поверьте, я так за это расплатилась, что не дай бог никому, ведь у Папаши женщины не люди, а так, куски мяса. Это меня не оправдывает, знаю…
– Никак не оправдывает! – с ненавистью прошипел Макс, как будто она изменила ему, а не мне.
– Но я обещаю, – продолжила Карина, – клянусь, что искуплю свою вину перед Денисом и начну прямо сейчас. Я знаю все про банду Папаши, знаю все их слабые места. Уничтожьте их, а я вам помогу.
Сергеич поскреб макушку. Макс посмотрел на меня с упреком, но не из-за того, что притащил Карину, а потому, что не привел девушку, которая ему нужна.
– Заканчивайте, – объявил я, сгрузил с самоката ведро с дарами моря. – Объявляю через полчаса общий сбор в диспетчерской. Будем обсуждать, что делать дальше, исходя из новых вводных. Я вот языка привел.
Посмотрев на ведро с добычей, я обратился к Эдрику:
– Глянешь, что из этого можно есть?
Филиппинец поднял крышку и радостно воскликнул:
– О-о, Деннис!
– Мы пока зомбаков прикопаем, – отчитался Сергеич. – Чтобы не гнили и не воняли, да и мухи от них. Послушаем, че как, а потом я пойду доделывать свой боевой тарантас!
Когда мы с Кариной вошли в здание, она обернулась и задумчиво посмотрела на Сергеича и Макса.
– Да, это проблема, – сказал я.
Вот как она собирается уживаться с людьми, которые ее, мягко говоря, не любят?
Карина усмехнулась:
– Веришь – нет, но мне их на свою сторону привлечь – пять сек. Даже спать с ними не надо, просто поиграть глазками, улыбнуться, попросить помощи… Таких как раз легче всего из ненавистников в поклонников превратить. Но я хочу в этот раз по-другому свою полезность показать.
– Ну-ну…
Рассказ Карины о базе Папаши я слышал по дороге, а одним фактом был ошеломлен до глубины души, теперь это предстояло узнать остальным. Пока они заканчивали дела: прикапывали трупы, а Вика и Эдрик перебирали дары моря, – мы нашли кусок гипсокартона и прислонили его к стене.
Черным маркером я схематично нарисовал здания базы Папаши.
– Так? – Я посмотрел на Карину и передал ей маркер. – Давай дальше ты – что там да как. Показывай полезность.
Кивнув, Карина изобразила частокол, который почти построили, и две сторожевые вышки.
Ниже она написала: «Внедорожники – 3 шт., квадроциклы – 4 шт., мотоциклы – 5 шт., гольф-кар – 1 шт., ружья – 4–1=3 шт., пистолеты – 2 шт.».
Интересно, где они набрали столько оружия, когда оно тут запрещено?
Теперь и у нас есть ружье и шесть патронов. Как ни крути, огнестрел – самое эффективное оружие… Кроме даров жнецов типа «Секатора». Впрочем, у огнестрела нет отката.
– Напиши, сколько у них людей, господ и рабов.
– Было двадцать, минус я и Ерема, – проговорила Карина и начала писать, озвучивая: – Восемнадцать. Из них минимум десять – боевое крыло, но они подтягивают туда перспективных рабов, а их теперь много. Добавилась группа из «Маглаяга», двенадцать человек. Теперь еще из «Калигайахана» четырнадцать. Это с Лизой. Всего сорок четыре человека получается, если считать с теми тремя филиппинцами, что дали деру. Без них – сорок один.
Все написав, она потупилась, помолчала немного и выдала:
– Все равно я никуда не уйду, потому что вам без меня будет хуже, чем со мной. Вас же немного совсем. А я могу дежурить, могу драться. Могу есть готовить и хозяйство вести.
Вот те раз! Сколько всего моя благоверная, оказывается, умеет! Тянуло съязвить, но я не стал, потому что увидел Сергеича, стоящего в дверном проеме.
– Как запела, а! Прям не курица, а соловей!
Он встал, подперев стену. Следом пришел Макс, потом – Рамиз. Из кухни вышли Эдрик и Вика, принесли запах морепродуктов и два стула, уселись, готовые внимать.
Подождав, пока Макс переведет парнишке все, о чем мы говорили ранее, я рассказал, как встретил Карину и филиппинцев под контролем вертухая, а потом убил Кукушкина с помощью Карины и еще одного человека. Добавил, что у нас есть крот в лагере Папаши, но не стал говорить, кто это. Рассказывать о Лизе я запретил Карине еще в пути. Категорически. На случай, если кто-то из наших попадется в руки Папаши.
– Собственно, вот такой расклад, – закончил я, указав на схему на гипсокартоне.
– И кто этот крот? – ожидаемо поинтересовался Сергеич. – Маруська, что ли? Кстати, как она там? Все так же живет с Тетыщей?
– Пф-ф, живее всех живых, – презрительно скривилась Карина. – У нее этот… шведский синдром.
– В смысле, стокгольмский? – уточнил Макс.
– Ну, вы поняли. Ни на шаг от него не отходит, в рот этому демону заглядывает… – объяснила Карина. – Она вряд ли будет на нашей стороне, так и знайте.
Сергеича перекосило. Да-да, я также удивился, не ожидал такого от Маши. Не то чтобы ждал от нее чего-то, но… Ладно, может, Карина приукрашивает намеренно, чтобы задеть меня. Надеюсь, она не выдаст Лизу. Хоть и просил ее молчать, но мало ли…
– Так что насчет крота? – напомнил Сергеич.
– У нас там пол-общины наши кроты! – воскликнул Рамиз.
– Да, Рамиз прав: много наших людей там, и каждый поможет, я надеюсь, – сказал я. – А имя не раскрою по понятным причинам.
– Так, а кто из наших жив? – спросил Рамиз. – Хотя ты вряд ли знаешь, если не был на базе.
– Почему же, знаю. – Я перечислил имена выживших и похлопал по схеме вражеского лагеря. – Смотрите сюда.
Все ознакомились с рисунком и надписями. Карина подождала немного и продолжила:
– Костяк у них этим утром был такой – одиннадцать человек. Минус… Еремей – десять. То есть их совсем немного, втрое меньше, чем рабов. Наверное, они сами это понимают, потому и развивают самых…
– Ты сказала «перспективных», – напомнил я, когда она запнулась.
