А теперь вижу что? Что мою машину угнал сын Климовых!
Это что? Усмешка судьбы? Или как это еще можно назвать? Пинок?
– Никогда не думал, что вы умеете работать на опережение, – цепляю мента. Зря, наверное, но настроение такое. – А этот молодой человек, – киваю на парня, который даже не смотрит в мою сторону, сложив руки на груди, – угонщик, видимо?
– Он самый. Климов Лев Дмитриевич, пятнадцать лет, ученик девятого класса, седьмой школы.
Седьмой… нашей школы.
– А ты чего не уехал? – не здороваясь, спрашивает Дима.
– Не успел, – скольжу взглядом по присутствующим. – Транспорта лишился.
Кто бы мог подумать, что случится такая ситуация. Расскажи нам ее кто-нибудь лет семнадцать назад, не поверили и дружно бы рассмеялись.
Только не смешно.
Сейчас.
Вообще.
Смотрю на них и не знаю, что ощущаю, что чувствую. Херня какая-то. Пора бы уже свалить из этого города. Хватит ворошить прошлое. Гребанные эти воспоминания, которые ни черта никому не нужны.
Никому.
Жил спокойно все эти годы, так какого черта поперся сюда? Отец спокойно мог и сам с недвижимостью разобраться.
Но что-то меня толкнуло предложить свою помощь.
Зря, мать его, очень зря.
Что я хотел тут увидеть? Еще это приглашение на встречу бывших одноклассников. Решил таким способом потешить свое самолюбие.
Но что теперь говорить? Дело сделано. Кого хотел увидеть, увидел.
Ловлю взгляд Яны, цепляюсь за него, хочу удержать. И понять. А что, сам не знаю. Будто ищу чертовы ответы на свои немые вопросы. Но Чижова быстро отводит свой в сторону.
– Вы знакомы? – догадывается Тимофеев.
– К сожалению, – выдает Климов.
Сказать, что меня удивил его ответ? Нет, не скажу.
Возможно, будь мы не знакомы, было бы проще сейчас, да и тогда тоже.
И снова смотрю на Яну.
Она закусывает губу.
Пялюсь, как идиот.
Флешбэком по затылку. Мозг оживляет картинку из прошлого.
Не доведет все это до добра. Надо скорее заканчивать дела, и все, ставить конкретную жирную точку.
– Что ж вы, родители, за сыном-то своим не следите?
– Вот когда будут свои дети, тогда и поговорим, – снова прилетает от Димы.
Да хрен тебе, а не разговоры.
– Заявление писать будете? – влезает капитан полиции Тимофеев.
Снова бросаю взгляд на парня.
Не скажешь, что ему пятнадцать. Достаточно взросло выглядит. Лет на семнадцать-восемнадцать. Русые волосы в модной стрижке…
– Нет, – отвечаю и тут же чувствую на себе взгляды Яны и Димы. – Где расписаться?
– Вот тут, – тычет ручкой в протокол Тимофеев. – Уверены? – переспрашивает, пока оставляю свою подпись.
– Машина же целая?
– Да не разбил я ее, – заговаривает парнишка. – Водить умею.
Оглядываюсь на него, встречаясь с взглядом серо-голубых.
– И на этом спасибо. А теперь извините, дела, – да, я деловой до мозга костей и сейчас быть таким мне жизненно необходимо. – Машина где?
– На стоянке.
Снова смотрю на парня. В глазах Климова-младшего вызов. Гонор у паренька – что надо. Сам таким когда-то был. Даже завидно. В таком возрасте мало понимаешь, что ждет впереди. А там миллион возможностей. Стоит только захотеть.
– Как смог вскрыть? – интересуюсь.
– Дядя, все возможно, если есть мозги.
– Лёва, – одергивает сына Яна.
Киваю. Действительно. Если есть мозги. Возможно если не все, то многое.
– Всего доброго, – прощаюсь и покидаю кабинет.
Пора домой. Погостили и хватит.
– Стой, – хлопок двери, и за спиной слышатся быстрые шаги. – Подожди, Влад.
Останавливаюсь.
Янка обходит, преграждая мне путь.
– Спасибо.
– Не понимаю, за что, – сложно отвести взгляд от нее. Потом буду жалеть, но ничего поделать не могу.
– Что не стал писать заявление. Если там понадобится что-то отремонтировать, то мы возместим, – тараторит.
Всегда тараторила, когда волновалась.
Что ответить? Не знаю.
– Ты его любишь? – вырывается, что не успеваю вовремя прикусить язык.
Ее глаза становятся большими. Зрачок расширяется.
Молчит.
Киваю.
Мне все предельно понятно.
Обхожу ее, ловя запах женских духов, и покидаю отделение полиции.
Глава 6
Яна
– Вот увидишь, – не может успокоиться Дима, пока мы все втроем едем домой. – Мы еще услышим о нем.
Это он, видимо, о Горецком.
Молчу. Даже думать об этом не хочу.
В голове все еще крутится вопрос Влада.
Зачем он спросил об этом? Зачем? Разве он имеет право спрашивать о таком?
А самое главное, что я не смогла ответить на этот вопрос. И это злит еще больше.
– Яна, ты меня слышишь? – врезается недовольный голос мужа в мои мысли.
– Слышу, – отворачиваюсь к окну.
– А мне кажется, ты витаешь в каких-то своих облаках. Что ему стоит засадить нашего сына? – продолжает нести какую-то чушь.
Совершенно не понимаю, как такое вообще могло прийти ему в голову!
– Что? Ты сам соображаешь, что ты несешь?
– А что? Думаешь, нет? Мне кажется, этот на все способен, – говорит бойко, но под конец как-то сдувается, убавляя громкость.
– Лев, как ты вообще додумался вскрыть машину? – оборачиваюсь назад, где притих Лёва.
– Додумался, – хмурит брови и отворачивается, не желая разговаривать.
– Ты понимаешь, что могло бы быть, если не Влад? – продолжаю.
– Вот только не надо его боготворить и кидаться ему в ноги за решение не писать заявление, – влезает Дима.
– А с чего ты взял, что я кидаюсь? – не понимаю.
– Как побежала за ним, – морщит нос. – Стыд!
– А что мне надо было делать? – усмехаюсь. – Пустить все на самотек? Я просто поблагодарила его за это решение.
– Это нормальное решение! Адекватное.
– Да? Не думаю. Его машину вскрыли, угнали. Спасибо, что не разбили, – снова кидаю осуждающий взгляд на сына.
Не верю, что это сделал он. Просто ума не приложу, как он до такого дошел. А главное, где я упустила его? И когда?
– Ну, не нагоняй страху. Угнали. Вернули.
– Ты адекватный, Дим? – поворачиваюсь вполоборота.
– Да, а что?
– Твою машину угоняют. Представь. Твоя реакция?
– Если бы я узнал, что это сделала сын друзей, то точно так же.
– Ты невозможный, – сжимаю кулаки. Непробиваемый просто. – Сам сказал, что он тебе не друг! А теперь про дружбу вспомнил и обязанности?
– То есть надо было попросить его написать заяву, чтобы сына посадили?
– Привлекли к ответственности, это раз. А два, это понять, где мы упускаем нашего ребенка.
– Хватит уже цапаться, – оживает Лев. – Как с цепи сорвались.
– А ты вообще замолкни, – рявкает Дима.
Дурдом на выезде. Хочется заткнуть уши. Но в голове голос Влада. И этот взгляд.
Закусываю губу.
Дура.
Нужно просто отпустить эту ситуацию. Он уехал. Все. Продолжаем жить, как и жили.
