Ну да, этого мне еще не хватало, плюсом ко всем текущим проблемам!
Стать одержимым женщиной, что принадлежит другому…
В моем нынешнем состоянии, когда вот-вот должен начаться гон после встречи с истинной парой, да еще и учитывая, сколько мне лет и как долго организм и зверь этого ждали… Я могу убить его, сам того не желая.
Просто увидеть – наброситься и загрызть.
Я даже испугался на мгновение, что Фасхал даст координаты соперника. Тогда – не факт, что мне удастся урезонить себя и остановиться.
Однако вместо врача ответила Эми… или как там ее теперь звать?
– Мой муж остался в другом измерении… Но это вовсе не значит, что ко мне можно так безобразно… домогаться! Это же просто кошмар! Я… Вы… Я представляла вас совершенно другим! Серьезным, правильным, гениальным и легендарным вождем племени вельзеров, как пишут в сети.
Да, мать же твою! Ее бы в мою шкуру, после двух тысячелетий, когда организм готовился встретить пару, посмотрел бы я тогда на ее правильность и серьезность!
Я злился, бесился, что она ко мне так отнеслась, хотя ее мужика сюда не притащишь, и, по факту, она ведь теперь одинокая.
А еще меня рвало от ярости потому, что я ничего не мог с собой сделать.
Мне хотелось смотреть на нее – долго, пристально, не сводя глаз.
Мне хотелось с ней говорить, хотя я и понятия не имел – кто она и откуда взялась.
Мне хотелось быть рядом с ней, даже, если к телу не подпускает…
А уж как я хотел ее прямо сейчас, это даже описать сложно.
Было так дискомфортно в своем теле, в одежде, что хоть рви ее в клочья и набрасывайся, как безумный, на пару.
Я альфа-самец, вожак племени вельзеров – один и самых мощных драконов на Земле и Сварайе. Мне черте сколько уже лет, и гормоны гона ни разу не выходили на волю…
Я дышал через раз, пытаясь себя успокоить.
Аж ноздри раздувались мехами.
– Уйдите! Мне нужно поговорить с Эми или кто она там такая! – рыкнул я в сторону Шаруха. И, хотя тот был мне ровней, но, понимая в каком я сейчас состоянии, возбуждении, вожак попятился и поманил своих воинов.
Мои быстро ретировались за пределы участка.
Фасхал посмотрел на меня, от которого сейчас бы только костры поджигать, на Эми, которая не Эми, и предложил:
– Давайте все спокойно обсудим в доме.
– Только пусть не смотрит на меня так! – гневно сверкнула глазами рыжая. – Я ему – не кусок мяса! И, если местные мужики так долго женщин не видели, то пусть хотя бы пьют бром!
– Сама что-нибудь выпей для ума! – разозлился я.
Я словно нарочно! Я просто не мог на нее так не смотреть! А она злобствовала и, фактически, меня оскорбляла. По больному била – по самолюбию.
Будто ей неприятно даже внимание с моей стороны.
Ей, которая теперь будет мне каждую ночь сниться, в присутствии которой я буду дуреть и еще переживу начавшийся гон…
Я рыкнул, пытаясь не сказать чего-то грубее.
Фасхал странно на меня посмотрел, словно хотел что-то объяснить, но не мог.
Попросил Эми.
– Зайди в дом, мы попозже придем.
Она окатила меня взглядом, полным негодования и презрения, рванула в здание и хлопнула дверью.
– Она не понимает, что происходит. Видимо, решила, что ты какой-нибудь маньяк, который кидается на каждую встречную, – произнес тихо. – Или у тебя давно не было женщины, и вот… В общем, то еще вышло знакомство.
– Ты не посвятил ее в особенности нашего мира? Откуда она вообще появилась? И почему ты сразу мне не сказал?
– Об этом позже. Я пока не могу гарантировать, что она восстановит воспоминания Эми.
– Сама знахарка, выходит, все-таки умерла?
– По факту, да. Но вместо нее у нас есть эта попаданка. Что она сможет и как, пока под большущим вопросом. Я приехал с ней сюда, чтобы понаблюдать. Вдруг растения, какие-то детали дома или еще что подтолкнут скрытые воспоминания Эми…
– Ясно, – выдохнул я. – И ты не мог за все это время объяснить ей про истинность и гон?
– Не мог, – развел руками Фасхал. – Я дал ей много видео и ссылок в интернете. Но про это, сам знаешь, стараются не писать. Несколько лет назад была большая волна: дескать, это интимные вещи для оборотней и нельзя их вот так освещать… У кого есть гон, у кого нет. Ну и все остальное такое… Собственно про гон теперь знают все. А вот истинность и прочее под запретом.
– То есть, она ничего не подозревает, и теперь будет меня сторониться? – процедил я, срываясь на рык. – Зашибись!
– Думаю, мы все уладим. Главное, постепенно. И не бросайся на нее сразу.
– Я и не собирался, я не насильник. Твои слова даже оскорбительны!
– Да я не об этом. О том, что она сделала тебе замечание и выговорила.
– А-а-а… Вот ты о чем. Постараюсь держаться. Но слова дать не могу.
– Да уж, знаю я твой характер…
Я развел руками.
Фасхал окинул внимательным взглядом:
– Ты успокоился? Можем поговорить и понаблюдать, как она реагирует на обстановку?
Я поправил халат так, чтобы стояк не настолько бросался в глаза.
– Не успокоился. И ты лучше меня знаешь, что это не происходит мгновенно… Нет кнопки, чтобы все прекратить. Но можем поговорить. Хочешь сказать, мне с ней вообще ничего не светит?
– Не знаю. Она попала к нам полгода назад. Все это время я лечил ее, пытался восстановить память Эми, но безрезультатно. Тем не менее, в своем мире она была замужем и вроде бы очень любила своего мужа.
– Так он остался в другом измерении! Куда ей уже нету хода!
– Ну ты же сам видел, как она на тебя отреагировала. Думаю, лучше тебе не предъявлять на нее собственные права. Тем более, что она ведь не оборотень, и не поймет, что вообще происходит.
– Все так плохо? – мой голос охрип. Слова Фасхала настолько были мне неприятны, что я физически все ощущал. Вот уж не думал, что недоступность пары настолько болезненна и до такой степени бьет по живому. Дело-то обычное – совсем не каждый мужчина оборотень получает истинную себе. И отвергнутые как-то переживают все это, даже иногда женятся…
– Успокойся, Гор. Надо дать ей время. Пока привыкнет, пока попытается узнать – чем занималась Эми. Пока освоится… Ты должен держаться отстраненно и – по возможности – официально.
– Кажется, ради этого я столько времени тренировал самоконтроль, – зло пробурчал я.
– Мы после всего зайдем в поселение, и я дам тебе гонный экстракт. Сам знаешь – помогает тем, кто нашел пару, и она отвергла его притязания. Снизит эмоции и ощущения, поможет лучше справляться с гормонами. По крайней мере, не в стрессовых ситуациях.
Я отмахнулся. Лады. Теперь буду, как последний слабак, поддерживать самоконтроль препаратами, пока пара считает меня монстром, извращенцем и еще бог знает чем.
Красота!
А я-то думал, хуже не будет…
Арон
Гортан
Эминея
ГЛАВА 4
Эми
В доме пахло мятой и мелиссой.
Кхм… Неожиданно.
Слава сидел за большим столом из непонятного материала – то ли дерева, то ли пластмассы. На вид он очень напоминал дерево, даже были как бы естественные круги эти, линии и все остальное. Пах как дерево. Но был легким, как пластик и поверхность казалась слишком уж гладкой, при условии отсутствия лака.
Стул, на котором устроился сын, тоже был сделан из подобного материала. Подушечки под спиной и на сидении, похоже, принимали форму тела, хотя не были гелевыми, а выглядели обычными, бархатными.
Убедившись, что с сыном все хорошо, я неспешно продолжила изучать диспозицию.
Потолки тут оказались очень высокие – не меньше шести-семи метров, если опираться на мой глазомер.
Стены и пол выглядели отделанными тем же материалом, из которого вырезан стол. Хотя снаружи дом вроде бы был каменным. Причем, его как будто выбили в цельном куске минерала, которому затем придали нужную форму.
Я оставила сына в первом помещении и двинулась дальше исследовать здание.
Толкнув внушительную дверь, обнаружила, что она легко открывается, потому что… да, сделана все из того же загадочного дерева-пластика. Как и остальная мебель, как потом выяснилось.
В соседней комнате обнаружилось нечто вроде лаборатории агронома или типа того. Возле всех стен выстроились стеллажи, на которых кучковались батареи баночек с семенами, какие-то небольшие горшочки с полузасохшими растениями, мешки с удобрениями и садовые инструменты.
Где-то стеллажи сменяли закрытые шкафчики. В некоторых обнаружились прямо шкатулки с семенами. Уже не баночки, что удивительно! Похоже, этой рассадой Эми дорожила как-то особенно.
Дальше шла гигантская ванная комната. Похоже, Эми любила помыться с комфортом и даже с шиком. В ванне можно было разместиться хоть вчетвером. Само помещение казалось просто гигантским и полупустым.
Через следующий коридор и дверь я попала уже в спальню.
Кровать, столики, стулья, тумбочки и шкафы – все это было утилитарным, удобным и довольно вместительным.
Из спальни двери вели в еще несколько комнат схожего предназначения, я так поняла – гостевые. Кухню я нашла с огромным трудом. Войти в нее удалось только из одной спальни, причем, та располагалась примерно посередине между остальными.
Первое, что бросилось в глаза – странная плита в виде эдакой платформы из дерева-пластика, с десятью конфорками. Не совсем, конечно, понятно, зачем Эми столько, ведь она жила совершенно одна. Ну может, множество гостей принимала…
Холодильник в форме цилиндра смотрелся довольно футуристично, как и стол для готовки, чья столешница вначале выглядела обычной, но затем загибалась и поднималась углом. Загибалась еще раз и образовывала как бы стенку, высотой сантиметров тридцать. В шкафчиках и стеллажах толпилась причудливая кухонная утварь.
Тут были и странные, круглые кастрюли без плоского днища, и сковородки с разного уровня стенками – то выше, то ниже. Впрочем, и самые обычные тарелки-ложки-кастрюли тоже нашлись.
Не успела подумать, как тут стираться, как заметила еще один агрегат, который располагался сразу за кухней. Судя по тому, что там как раз лежала одежда, правда, сухая, но пахла она свежестью – апельсинами, мятой – это и было нечто вроде стиральной машины.
Я уже знала, что техномагия умела практически все то же, что и высокие технологии моего мира, только при помощи особой энергии и существ, что способны ей управлять.
Я задумалась, куда девать чужую одежду и что с ней вообще теперь делать, учитывая, что хозяйка больше сюда не вернется, а точнее – вернулась, но это уже не она, когда на плечо легла горячая пятерня.
