Веснушка для Бати
Ольга Коротаева
Очаровательные пышки. Авторская серия Ольги Коротаевой
"Веснушка для Бати" – роман Ольги Коротаевой, входит в цикл "Очаровательные пышки. Авторская серия Ольги Коротаевой", жанр современный любовный роман, романтическая комедия.
– Муж мне изменил, – рассказываю старшей медсестре. – Обозвал жирной и ушёл из дома! Я выплеснула ему борщ на голову, но это оказался другой человек.
– Кто?! – ахнула Ира.
– Высокий, мускулистый, поджарый. То ли бандит, то ли военный. Он моего мужа одной рукой над землёй приподнял! А потом спросил, какая у меня квартира.
– И пришёл к тебе? – заволновалась медсестра. – Что было? Ругался? Угрожал?
– Попросил борща…
Меня прозвали Веснушкой, потому что я рыжая полнушка. Его – Батей, поскольку он один воспитывает дочь-хулиганку.
Нас свела судьба… Точнее, борщ!
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ УПОМИНАНИЕ КУРЕНИЯ ТАБАКА ИЛИ УПОТРЕБЛЕНИЯ НИКОТИНОСОДЕРЖАЩЕЙ ПРОДУКЦИИ. КУРЕНИЕ ТАБАКА ИЛИ УПОТРЕБЛЕНИЕ НИКОТИНОСОДЕРЖАЩЕЙ ПРОДУКЦИИ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ.
Ольга Коротаева
Веснушка для Бати
© Коротаева Ольга
© ИДДК
Содержание цикла "Очаровательные пышки. Авторская серия Ольги Коротаевой":
Зефирка для чемпиона
Кекс-бомба для комдива
Моя сводная Тыковка
Пышка для босса, или Временно беременна
Пряник для Кнута
Веснушка для Бати
Доярка для босса с ребёнком
Плюшка для авторитета, или Двойной кошмар!
Глава 1
– Веснушка! Бегом в шестую, там деду плохо! – заорал главврач, и я подскочила как ужаленная. – И шевели булками, пока богу душу не отдал!
– Валерий Павлович, – зевнула я и погрозила пальцем. – Во-первых, в шестой бабуля лежит, и Марья Матвеевна ещё всех нас переживёт, помяните моё слово. А во-вторых, я уже полчаса как закончила дежурство.
Мужчина присел на краешек моего стола и подмигнул.
– Если закончила дежурство, тогда почему спишь здесь, а не торопишься к любимому мужу? Или уже не любимому? Ты только намекни, и я тебя утешу…
– Валерий Павлович, придержите утешитель для Татьяны, – ехидно перебила я. – И не забывайте, что ваша жена – виртуозный хирург. Вы же не хотите лишиться стратегически важных органов?
– Чур тебя, Веснушка, – содрогнулся главврач. – Вот смотрю я на тебя, такая ты…
Он замолчал, задумчиво окидывая мою фигуру пятьдесят шестого размера.
– Толстая? – подсказала я.
– Сдобная! – заулыбался этот ловелас. – И должна говорить сладкие речи, а льёшь кислый сарказм.
– Не кислый, а отрезвляющий, – парировала я, стаскивая с себя халат. Главврач тут же нырнул взглядом в моё декольте, и я весело заявила: – Таня, привет! Что-то ты рано сегодня.
Валерий Павлович отпрыгнул от меня так резво, будто планировал попасть в какую-нибудь книгу рекордов с лучшим прыжком назад. Обернулся и, осознав, что я его обманула, насупился.
– Злючка ты, Веснецова. И почему тебя Веснушкой прозвали? Не пойму.
– Потому что рыжая, – ехидно пояснила я. – Веснушки на лице видите? А ещё полная. Веснушка-полнушка!
– Валерий Павлович, – в комнату отдыха врачей заглянула старшая медсестра. – Вот вы где! Марья Матвеевна из шестой поговорить с вами хочет.
– Иду-иду, – засуетился главврач и сбежал.
Ирина подошла ко мне и помогла снять халат. При виде розовых полос на моих руках осуждающе покачала головой.
– Он же тебе мал. Возьми размер побольше.
– Знаю, – повесила халат в шкаф и подхватила сумочку. – Всё руки не доходят. Кажется, только недавно меня взяли врачом, а я уже набрала десять килограмм. И как умудрилась? Нам есть и спать некогда! Эх, а другие в таком режиме худеют.
– Нашла о чём переживать, – отмахнулась Ира. – Ты очаровательна какая есть…
– Верно, надо меньше есть, – хмыкнула я и помахала рукой. – До понедельника. Уползаю домой и просплю сутки!
– Сначала мужу борщ свари, – посоветовала старшая медсестра. – Мужчина не должен оставаться голодным, иначе будет налево посматривать. А потом уже с чистой совестью спи хоть двое суток!
– С чистой не получится, – хохотнула я, вспомнив, какой дома бардак. Собиралась прибраться в воскресенье, ведь мне впервые дали целых два выходных. – Но борщ сварю. Ты права, надо побаловать Даню!
По дороге зашла в магазин и купила всё, что нужно по моему фирменному рецепту. Дома мужа не оказалось, наверное, на пробежке или в спортзале. Недавно он решил поддерживать себя в хорошей форме и купил годовой абонемент. Я бы с удовольствием присоединилась, но времени не было. А жаль!
Скороварка пискнула, отвлекая меня от грустных мыслей. Я процедила бульон, переложила в него приготовленную поджарку из лука и свёклы, нашинкованную капусту, а потом очищенную и порезанную картошку. Щепоть самолично приготовленной смеси специй, соль и лаврушечку.
Через двадцать минут выключила борщ и наполнила две тарелки – себе и Даниилу. Но мужа всё не было. Поела одна, а потом задремала, ожидая его. Проснулась от звука – кто-то открывал дверь в квартиру. Протёрла глаза и посмотрела на часы. Уже обед?
– Ой, – муж застыл на пороге кухни. – Ты дома? Я думал, на дежурстве…
– Оно закончилось. – Я с трудом сдержала зевок. – Ты долго. Есть будешь? Только подогреть…
– Я пообедал в фитнес-центре, Люб, – виновато проговорил муж и тут же улизнул от ответственности за кулинарное предательство: – Я в душ!
– Вот и вари мужу борщ, – обиженно проворчала, слыша, как журчит вода.
Направилась к двери, передвигая кроссовки Дани. Вечно он их посреди коридора оставляет! Пыталась бороться, просила ставить на полочку для обуви, но эта привычка в муже оказалась неистребима, а потом и у меня выработалась – поправлять за ним.
Раздался сигнал, и я повернулась к столику, на котором лежал телефон мужа.
Миг, и экран погас, а я всё смотрела на сотовый, не веря тому, что успела прочитать.
«Ты огнище! Настоящий пожар в постели! Повторим завтра?»
Глава 2
Любовь. Это и моё имя, и моя жизнь. Сколько себя помнила, любила Даню. Мы были соседями, ходили в один садик, потом в школе сидели за одной партой. В восемнадцать сразу поженились, и я поступила в медицинский.
Учёба давалась сложно, и я оглянуться не успела, как мои округлости сорок восьмого размера раздулись к ординатуре до пятьдесят второго. А потом и до пятьдесят шестого, стоило получить постоянную работу.
Но я считала, что всё это временно. Что скоро станет легче, как только укреплюсь на месте работы, мы с Даней будем вместе ходить в спортзал, и я сброшу всё лишнее. А лишней, оказывается, была я.
– Так вот почему ты решил спортом заняться? – спросила мужа в лоб сразу, как тот вышел из душа. Покрутила телефоном. – У тебя интрижка? И кто она? Инструктор по фитнесу? Каким упражнениям она тебя в постели научила?!
Даня сурово поджал губы и шагнул ко мне, пытаясь выхватить телефон.
– Отдай.
Но я быстро отступила и завела руку за спину.
– Знаешь, я никогда не просматривала твой сотовый, – голос предательски дрогнул. – Сейчас случайно увидела сообщение от твоей любовницы. Хочу прочитать вашу переписку полностью. Как утешительный приз для обманутой жены. Говори код!
– Люба, прекрати, – поморщился Даниил. Он и не думал отпираться или что-то объяснять. – Зачем тебе это?
– Как зачем? – выгнула бровь. – Хочу знать, что в ней такого, чего нет во мне. Почему ты предал? Мне интересно!
– Скорее, в ней нет того, чего у тебя в избытке, – зло выпалил муж. – И я тебя не предавал. Ты сама себя забросила. Перестала выглядеть так, чтобы я тебя хотел!
– Ложь, – тихо возразила я. – Ты предатель. Если разлюбил, надо было сказать. А то, что ты сделал, – подло.
– Довольно, – в сердцах выпалил он. – Я терпел, сколько мог. Всё, ухожу! Отдай телефон…
– Да катись уже, постельный пожар! – швырнула я сотовый ему в ноги. – И о кроссовки твои пусть другая теперь спотыкается! И носки тебе подбирает по паре… И борщ варит!
– Она веганка, – повысил он голос.
– Да и ты то ещё травоядное парнокопытное!
– На себя посмотри, корова!
– Свалишь уже, козлина?
– Да, только вещи соберу!
Даня ушёл в комнату и хлопнул дверью, а я не могла себе места найти. То садилась за стол и смотрела на тарелку с остывшим борщом, то вскакивала и подходила к комнате, желая зайти и извиниться.
Но почему я должна извиняться? Это он изменил! И даже не считает себя виноватым. Даже бравировал тем, что его любовница – травоядная стройняшка. А вот мне было плохо, очень плохо! У меня тряслись руки, сердце колотилось так, что шумело в ушах, а в мыслях царил такой сумбур, что бардак в доме казался идеальным порядком.
