На мои слова они никак не прореагировали, обездвиживая магией и крепко привязывая к растущему неподалёку дереву. Верёвку затянули так, что я едва могла дышать. Ноги и руки связали отдельно, чтобы не оставить ни единого шанса на спасение.
– Долго не простоите, принцесса Амари, – один из мужчин равнодушно завязывал хитрые узлы. – Либо первыми вас найдут и растерзают дикие звери, либо тот, кто гораздо страшнее их. И на вашем месте я бы молился о первом варианте. Алый генерал не простит вам бегства.
Я даже не обратила внимания на грубые прикосновения, хотя в другое время за такое ему отрубили бы руки. Просто смотрела на того, кто всё это время оставался в тени. Высокого мужчину, чьё лицо полностью скрывала маска, оставляя в прорезях только глаза.
В груди медленно проворачивался раскалённый клинок горечи и боли, потому что я узнала его. Кажется, мою судьбу предрешили с самого начала. Была ли случайной гибель отца? Теперь я уже ни в чем не была уверена.
Вскинув голову, я смотрела на мужчину с презрением, на которое только способна дочь правителя Санджара. Тот не выдержал и отвернулся.
– Трус!
– Уходим, скоро дракон будет здесь.
Мужчины проверили крепость узлов напоследок и, повесив мне на грудь какую-то табличку, скрылись в зарослях, повинуясь кивку своего нанимателя и… моего уже бывшего жениха.
Сколько я так стояла, не знаю. Мне казалось, что из темноты за мной наблюдают светящиеся глаза хищников. Выжидают лучший момент, чтобы напасть.
Джунгли вновь постепенно наполнились разнообразными звуками, говоря, что наёмники уже далеко. Чёрная ночь подёрнулась дымкой рассвета, но едва ли я различала, что происходит вокруг. Сказывались несколько суток без еды и сна и верёвки, нещадно впивающиеся в тело.
Я то выныривала в пугающую реальность, стоя привязанной к дереву, то вновь погружалась в бредовое состояние, где всё было иначе. Шайра, нервно бьющая длинным хвостом о мраморные плиты и наблюдающая за солнечными зайчиками на полу. Улыбающийся отец, когда я приходила к нему, чтобы продемонстрировать новый разученный танец.
– Отец…
Когда рядом послышался какой-то треск, даже не подняла головы. Кто бы там ни был, он пришёл, чтобы оборвать мои страдания и освободить.
– Кого я вижу? Неужели это сама принцесса Амари?
Я вскинула голову, пытаясь сфокусировать взгляд на говорившем. Синий военный мундир, длинные золотистые волосы и ядовито-зелёные глаза с вертикальными зрачками, один из которых пересекал шрам. Дракон.
Мужчина издевательски поклонился и оскалился, рассматривая меня в ответ.
– Табличка на твоей груди мне особенно нравится. Но, думаю, кое-что здесь явно лишнее… – Он шагнул вперёд, доставая из-за голенища сапога нож.
Сейчас я была даже благодарна богам за то, что они затуманили мне сознание, не давая сполна ощутить, в какой ужасной ситуации оказалась – одна с изголодавшимися по женскому телу солдатами.
– Что здесь происходит? – раздался неподалёку ледяной голос, заставивший вздрогнуть.
Алый генерал!
– Ты был прав, говоря, что девчонку сдадут свои же. Они оставили тебе послание, Вейн.
В поле моего зрения появились высокие мужские сапоги, начищенные до блеска. Сознание стремительно уплывало, норовя отправить в небытие, и я держалась на чистом упрямстве, желая понять, какую судьбу уготовили мне боги.
Чужой пристальный взгляд впился в моё лицо, обрамленное спутанными волосами, и сжал шею, как будто дракон мечтал свернуть её.
– Лучше убей.
От моих слов ледяные глаза стали совсем жуткими, вертикальные зрачки сузились до тонких игл.
Тишина вокруг лишь сильнее разгоняла внутреннюю волну паники, пока солдаты ожидали приказа предводителя. Кажется, я даже дышать перестала, мечтая только об одном – поскорее бы всё закончилось.
– Слишком красива, чтобы так просто умереть. В мой шатёр её. Отмыть и переодеть.
– Тебе повезло, – верёвки ослабли и меня подхватили чьи-то грубые руки. – Алый генерал сначала развлечётся с тобой, а уже потом убьёт.
Повезло?
*****
– Разденешься сама, принцесса, или тебе помочь? – уже знакомый дракон со шрамом на лице втолкнул меня в шатёр, разбитый в центре небольшого военного лагеря.
Хорин, правая рука алого генерала, как я теперь знала. Именно он вёз меня обратно в своём седле, жёстко пресекая попытки сбежать, хотя я пыталась. Снова.
За спиной военачальника маячили двое крепких солдат – не было сомнений, что они применят силу, если откажусь.
– Сама.
Была уверена, что Хорин останется и будет наблюдать, но он смерил меня нечитаемым взглядом и вышел, произнеся что-то резкое на своём языке.
Быстрее! Бросившись к пологу, с разочарованием увидела выставленную снаружи стражу – никто не собирался давать мне нового шанса на побег.
Походный шатёр генерала Холда на самом деле впечатлял. Пол застилали шелковые ковры, в углу стояло ложе, застеленное белоснежной бархатной шкурой. Рядом расположился низкий столик с серебряным блюдом с запечённым мясом с инжиром, запах которого заставил меня судорожно сглотнуть.
За резной ширмой обнаружилась бадья с водой, от которой поднимался пар с запахом сандала и иланг-иланга. Надо же, какая честь для пленницы!
Если не получилось сбежать, какой вариант ещё остаётся?
Быстро стянув с себя то, что раньше было роскошным нарядом, я с ужасом застыла, рассматривая табличку, которую с меня никто так и не удосужился снять.
«Личный трофей алого генерала».
– Какой же ты шакал, Джамал!
Почему я решила, что принцесса для него чем-то отличается от обычной рабыни, которую можно легко подарить или продать?
Воздух за ширмой был влажным и горячим, как дыхание зверя, когда я шагнула за неё и с головой погрузилась в бадью. Вода смывала страх, унижение и прикосновения чужих рук, но не могла смыть горечь предательства. Чем дольше я тёрла кожу, тем сильнее и глубже она въедалась внутрь.
Ничего уже было не изменить.
Отец когда-то сказал: «Бояться не стыдно, Амари. Стыдно позволить страху взять над собой верх».
Я повторяла эти слова шёпотом, как молитву, пока переодевалась в полупрозрачное пурпурное платье, которое мне оставили. Пока вытирала длинные волосы цвета воронова крыла, заплетая их в толстую косу, и смотрелась в небольшое зеркало.
Красива? Даже сейчас, с лихорадочно блестящими глазами и искусанными до крови губами, да. И… абсолютно не похожа на сестру.
Малика внешностью и характером пошла в мать. Хитрая, гибкая, податливая как воск. Похожа на изящную змейку с миндалевидными глазами и смуглой кожей.
Я полная противоположность ей – со светлой кожей и тёмно-синими глазами, доставшимися от матери-чужестранки, привезенной отцом из далекой страны. Слишком упрямая и своевольная.
Вот и сейчас в ладони был зажат крохотный флакончик с ядом. Сита сказала использовать его лишь в случае, когда надежда умрёт окончательно. Кажется, это время пришло.
Всего несколько капель отделяли от свободы, пока я медленно откручивала крышку в форме резного бутона цветка. В тяжёлых бронзовых лампах трещало пламя, метавшееся в стороны от лёгкого сквозняка.
Не бояться. Быть сильной.
Я помню, отец.
Полог шатра распахнулся слишком резко. В проёме, полностью загораживая его собой, возник высокий, широкоплечий мужчина. Если бы взглядом можно было убивать – я уже была бы мертва. В нем не было ни жалости, ни сомнения. Только холодная ярость зверя, что добыча посмела ускользнуть против его воли.
Инстинкт самосохранения требовал бежать и прятаться. Воздух вокруг наэлектризовался до предела, заставляя дышать через раз и лишь сильнее стискивать в пальцах флакон. Острые грани цветка впились в нежную кожу, но я этого даже не замечала.
Дракон медленно приближался, удерживая меня на крючке своих ледяных глаз. С грацией смертельно опасного хищника, крадущегося к своей жертве.
Шаг. Второй. Третий.
Движения, больше похожие на танец смерти. Мучительно. Страшно. Невыносимо. Нервы всё же не выдержали, заставив резко дёрнуться в сторону.
– Бах!
Сильное тело врезалось в меня, снося в сторону и прижимая к толстому деревянному столбу, на котором держался свод шатра. Дерево под лопатками жалобно скрипнуло, пока я пыталась оказаться хоть немного дальше от чужой подчиняющей близости.
И тут же вскрикнула, когда мои волосы намотали на кулак, заставляя запрокинуть голову. Мужская рука капканом упала на запястье, стискивая с такой силой, что я вынуждена была разжать ладонь. Флакон с ядом упал на ковёр и затерялся в высоком ворсе.
Острый взгляд прожигал насквозь, ни на миг не давая усомниться – он точно знает, что в нём было.
– Значит, ты решила сделать по-своему, принцесса… – раздался хриплый, низкий голос. – Приготовила для меня сюрприз.
Я не посчитала нужным отвечать – всё и так было очевидно. Впервые я видела алого генерала так близко, оказавшись вплотную к нему. Вдыхала его запах – ледяной мяты, стали и злости.
Полуголая, мокрая, с бесполезной магией. Абсолютна беззащитная перед ним. Только ненависть к этому мужчине разгоралась внутри всё ярче, не оставив места для страха.
– Если притронешься ко мне, клянусь, я тебя убью!
Зрачки дракона расширились, в их глубине вспыхнуло ледяное пламя, грозящее спалить меня заживо.
– Можешь начинать прямо сейчас.
Короткий миг, и мою руку отпустили, но лишь для того, чтобы поудобнее перехватить за талию, одновременно с этим впиваясь в губы требовательным поцелуем. Сминая их с безжалостной жадной яростью. Выбивая из груди весь воздух, пока я бессильно трепыхалась в его объятиях, как бабочка, пришпиленная к столбу.
Алый генерал просто брал то, что считал своим. Наказывал меня. Клеймил собой.
Миг, и поцелуй закончился, оставляя меня одну – тяжело дышащую, потрясённую. Давая короткую передышку. Дракон отступил на пару шагов и теперь рассматривал меня мерцающими в полутьме глазами. И по мере того как взгляд его скользил по моему телу, в нём всё сильнее разгоралось желание.
Тёмное. Необузданное. Дикое.
Миг, и он снова возник передо мной, но уже без мундира, в одной рубашке, расстёгнутой на несколько верхних пуговиц. Руки властно смяли мои бёдра, прижимая к себе все плотнее, в живот недвусмысленно упёрлась мужская твёрдость.
По шее скользили губы, прикусывая нежную кожу, и тут же обводя укусы языком. И вновь бесцеремонно вторгаясь в мой рот. Чувственно. Горячо. Порочно.
Сквозь пелену слёз я почувствовала, как меня подхватили на руки, относя на ложе и нависли сверху, заключая в ловушку из рук.
– Отпусти меня, животное! Можешь взять моё тело, но я никогда тебе не покорюсь!
Лицо дракона стало особенно хищным и пугающим, мышцы напряглись, как натянутая тетива.
– Смотри на меня, принцесса, – сильные пальцы стиснули мои щёки, вдавливая в подушки. – Что ты видишь?
Что? О чём он говорит?!
Замерев от ужаса, я смотрела в ледяные глаза с тонкими, как иглы, зрачками. Сквозь тёмное желание в них всё отчётливее разгоралось совсем другое чувство…
Лютая ненависть.
– Просто убей!
– Нет.
– Тогда что тебе нужно? – слёзы покатились по лицу, делая голос ломающимся и каким-то жалким.
– Тебя.
Мне показалось, что я ослышалась, и захотелось рассмеяться от абсурдности происходящего. Но уже следующие слова вернули обратно в пугающую реальность:
– Я всё равно сломаю тебя. Трофей, который сопротивляется, дороже того, что сдался без боя.
Глава 4. Первая ночь с алым генералом
Слова обожгли сильнее удара плети. За что так ненавидел меня алый генерал?
– Ты принадлежишь мне, принцесса, – раздался жёсткий, ледяной голос. – Я могу распоряжаться тобой, как захочу. Подумай об этом.
Это не было пустой угрозой – в статусе повелителя Санджара он действительно имел полную власть надо мной. Мог бросить в темницу, продать на рынке или отдать на потеху своим солдатам.
Но вместо этого уготовил другую пытку, сажая на длинную цепь возле себя. Хотел, чтобы я прочувствовала цену поражения и пришла к нему сама. Добровольно.
Никогда!
Чужак просто не знает, на что способно дикое животное, загнанное в угол. Рано или поздно оно перегрызёт цепь, отомстит обидчику и сбежит. Приучить его есть со своей ладони невозможно.
Я по-прежнему лежала на ложе, придавленная тяжестью мужского тела, и смотрела в глаза дракона, в которых билось ответное пламя. В этой части шатра царил полумрак, внешние звуки тоже исчезли. Были только я и он, отрезанные от всего мира. И ненависть между нами.
Ладонь генерала сместилась мне на горло, слегка сдавливая и заставляя дёрнуться в тщетной попытке освободиться. Вырваться из его захвата можно было только в одном случае: когда сам решит отпустить. Но генерал явно не собирался этого делать:
– Ты будешь приходить в мои покои, принцесса. Каждую ночь. И танцевать передо мной. Так, чтобы я остался доволен. И если мне покажется, что ты не стараешься или хоть раз повторилась…
