– Я проспала, – констатирую очевидное.
А смысл отпираться?
– Мам, блин! Алекс с отцом вот вот приедут! – Мира на взводе. – Его отец ненавидит опоздания…ты меня подставляешь! Папа и Джессика уже здесь.
Свешиваю ноги с кровати, пытаясь осознать какой сейчас день, год и вообще на какой планете я нахожусь. Голова просто ватная! Ненавижу снотворные, как и всякие другие таблетки.
– Я буду готова через десять минут. Прости.
Мира насупившись дышит в трубку.
– Ты же знаешь, как это для меня важно!
– Я уже извинилась, Мира, – произношу строго. – Десять минут мне на сборы и двадцать на такси. И я буду в ресторане.
– И будет уже поздно!
Мира возмущено цокает языком и бросает трубку.
Вздохнув, взлохмачиваю волосы, которые после сна антеннами стоят в разные стороны. Ну что ж, доброе утро дивный мир!
Приняв быстро душ и почистив зубы, делаю легкий макияж. В моем возрасте без точечной коррекции уже не обойтись, а после долгого сна лицом в подушку, мой вид так себе. Консилер, румяна, немного туши и блеск для губ. Нарисовать стрелки или не надо?
Пф…
Кого я там собралась удивлять своим внешним видом? Раздраженно отправляю подводку для глаз обратно в косметичку.
Наношу немного любимых духов.
Надеваю легкое красное платье-рубашку, на ноги белые босоножки на небольшом каблуке. Времени на укладку мало, поэтому просто расчесываю мокрые волосы назад и прячу их под шляпой. Солнечные очки, сумка. На все ушло ровно девять минут!
Теперь задача поймать такси.
Выходя из жилищного комплекса, приветственно киваю швейцару и застываю на месте. На встречу мне двигается Роман.
На его загорелом лице солнечные очки, но я почему-то уверена, что он пристально разглядывает мои голые ноги. По ним бегут иглы мурашек, это чувство ни с чем не спутать.
– Доброе утро, Оля. Все еще любишь поспать? А меня с возрастом наоборот начала мучать бессонница, – говорит Роман и останавливается рядом.
– Что ты здесь делаешь? Тебя Мира прислала? – отступив немного назад, потому что не хочу чтобы моего носа касался запах его туалетной воды.
Надо же столько лет прошло, а он до сих пор пользуется Лакост Л.12.12 Белый. Это штука какая-то? При его деньгах и статусе можно выбрать любой аромат мира, а он использует тот, что я подарила ему на свою первую стипендию на нашу годовщину?
– Да, она. Мира очень переживает, чтобы эта встреча прошла без сучка. Ей важно одобрение отца Алекса Стивена. И я приехал, чтобы отвезти тебя. Я знаю короткую дорогу, а ты со своим географическим кретинизмом, будешь плутать по улицам еще час.
Мне хочется влепить ему пощечину. Звонкую такую, смачную, чтобы его довольное загорелое лицо отлетело в сторону. Но вместо этого я сладко улыбаюсь и произношу:
– Не надо делать вид, что ты меня все так же хорошо знаешь, Роман. Прошло слишком много времени после нашего с тобой нормального, – делаю акцент на последнем слове, – общения. И ты не имеешь права меня судить или вешать ярлыки.
– Зубки отрастила? Оль, ты мне такая нравишься даже больше, чем когда была молода, – Роман спускает очки на кончик носа, и уже не скрывая своего взгляда ныряет им в ворот моего расстегнутого платья. – Пуговки застегни.
– А то, что? Боишься заработать на завтраке косоглазие? – взмахнув сумкой на длинной золотистой цепочке, закидываю ее на плечо и цокая каблуками иду в сторону припаркованного мерседеса Романа.
Затылок, лопатки, ягодицы и даже лодыжки жгут от его взгляда! Пусть смотрит, мне не жалко, только вот дотрагиваться до меня он не имеет больше никакого права.
– Чем Мире так важно одобрение этого Стивена? – спрашиваю, когда мы уже почти подъехали к ресторану, расположенному на тридцать третьем этаже небоскреба.
– Родного отца у Алекса нет, Стивен Маккуин воспитывал его с пятилетнего возраста. Брак матери Алекса и Стивена не дал им больше детей и когда, Агнес умерла, Алекс является его единственным наследником многомиллионной империи. Маккуины строители, они скупают земли и застраивают ее, а потом выгодно продают и начинают все заново.
– И причем тут свадьба нашей дочери?
– Стивен не в восторге от Миры и кхм…меня.
Повернувшись к бывшему мужу в удивлении округляю глаза, а потом начинаю громко и безудержно хохотать. У Романа слишком забавно вытягивается лицо.
– Да ладно? Неужели так бывает?
– Не ерничай. Поэтому, Мире важно, чтобы ты была на этом завтраке и свадьбе. Давай хоть на время объединимся ради нашей дочери и ее счастья.
– Этот Стивен важен для Миры или все-таки для тебя, Роман? – интересуюсь, склонив голову на бок.
– Для меня важен союз Алекса и Миры.
– И чем же я помогу нашей дочери просто присутствуя на завтраке?
– Стивен консерватор в отношении брака и однолюб. Поэтому давай мы покажем ему, как могут общаться взрослые люди после развода.
– Прошло уже десять лет, Рома. Не слишком ли поздно играть в дружную семейку? Тем более, как ты себе это представляешь, там же будет твоя нынешняя жена?
6 Глава
– Джессику в наши разборки не втягивай, она знает свое место и умеет вовремя промолчать, потупить взор и сбежать припудрить носик.
– Выдрессировал себе куклу за годы брака? – хмыкаю.
Пока Роман рядом пыхтит и бормочет себе под нос ругательства, пытаясь втиснуть огромную как его эго машину в парковочное место, я открываю козырек от солнца и в зеркало поправляю свой макияж.
Улыбаюсь своему отражению, обнаруживая несколько новых морщинок около уголков глаз. Черт. Может все-таки стоит попробовать уколы красоты? Я посещаю косметолога на регулярной основе с тридцати четырех лет, но ни разу не колола себе ботокс, обходилась как-то более радикальными методами.
Стареть очень не хочется. Раздраженно захлопываю козырек и поворачиваюсь к Роману, который не сводит с меня своего темного взгляда.
– Что? – приподнимаю бровь, хочется добавить “уставился”, но я сдерживаю себя.
– Красивая ты, Оля. Жаль, волосы обрезала они очень тебе шли.
– Говорят волосы хранят воспоминания, вот и я решила таким образом избавиться от прошлого.
– Помогло?
– Да, – произношу после секундной заминки. – Ну что идем покорять твоего Стивена?
– Идем, – усмехнувшись говорит Роман.
Прежде чем я успеваю выбраться из его машину, он открывает передо мной дверь и протягивает руку.
– Эти замашки джентльмена оставь для своей жены.
– Я просто не хочу чтобы ты сломала себе шею в моем обществе, – саркастически произносит Роман, намекая на высоту его белого мерседеса и мои каблуки.
В ресторане очень светло. Солнце заливает просторный светлый зал, играя в бликах ваз, что украшают каждый столик. Вокруг много стекла, зеркал и белой ткани. Выглядит все слишком дорого. Даже помпезно.
Миру замечаю сразу, она сидит с чересчур прямой спиной и слишком громко смеется. На дочери нетипичный для нее наряд: тонкая светлая блузка и светлые брюки. Рядом с ней сидит Алекс, тоже во всем белом, словно уже отдыхает на яхте. Через стул от жениха моей дочери я замечаю еще одну женщину. Блондинка с модным окрашиванием в длинном шелковом платье, словно она не на семейный завтрак приехала, а на светский раут у президента не меньше. Как я понимаю это и есть Джессика.
Когда наши взгляды пересекаются, я легонько киваю в знак приветствия и Джессика отвечает мне таким же кивком и широкой улыбкой. Ну надо же, совсем не похожа на пиранью, какой мне описывала ее Мира в первый раз, когда ей пришлось познакомится с новой женой отца. Она сразу восприняла ее в штыки и всячески ей докучала. Дочь никак не могла смириться что в жизни любимого папочки больше не она главная звезда.
Стивена нигде не видно. Я не знаю, как он выглядит, просто за нашим столиком больше никого нет.
– Наконец-то, – облегченно произносит Мира, когда мы с ее отцом подходим к столу.
– И тебе доброе утро, дочь. Ресторан просто шикарный, – произнесу, опуская сумку на свободный стул.
Прямо напротив Джессики. Ну что ж, зато не плечом к плечу с бывшим мужем сидеть за трапезой.
– Любимый ресторан моего отца. Добрый день, Хельга, очень рад с вами наконец познакомится лично, – улыбаясь встает Алекс.
Он забавно произносит мое имя на иностранный манер, что я не сразу соображаю, к кому он обращается. Снимаю шляпу и вешаю ее на спинку стула. Алекс обходит Миру и порывисто меня обнимает, несколько раз клюнув в щеку, как здесь принято.
– Добрый день, Алекс. Ты оказывается выше, чем кажешься на фотографиях. Как дела? – произношу на иностранном языке и ловлю недоуменный взгляд Роман.
Я знаю, что обязательно нужно сделать комплимент и спросить о делах другого человека и ответить на его встречный вопрос, у них так принято, даже если вы просто покупаете зубную пасту в магазине и продавец интересуется вашим настроениям.
– Все отлично. Как у вас? Вам нравится, как разместились?
– Спасибо, все шикарно. Спала, как младенец на новом матрасе, поэтому и немного опоздала.
– Ничего страшного, папа тоже задерживается. Обычно это не в его правилах…
– Короче просто повезло, – вставляет Мира. – Дорогой, ты не мог бы налить мне апельсинового сока?
– Да, конечно. Располагайтесь, Хельга. Я очень рад, что вы нашли время приехать на нашу свадьбу, – немного сконфуженно улыбается Алекс и ретируется к своей невесте.
– Я тоже очень рада, – произношу задумчиво и уже собираюсь сесть и рассмотреть меню, но видимо сегодня все против этого, потому что моего плеча касается теплая ладонь.
Подняв глаза, вижу Джессику. Она широко улыбается и без лишних предисловий прикладывается своей щекой к моей.
– Хельга, как я рада, что вы наконец выбрались к нам! Мира и Роман столько про вас рассказывали! – произносит женщина красивым грудным голосом.
Ее английский настолько идеален и быстр, что я сначала теряюсь, перевожу растерянный взгляд на бывшего мужа.
– Джесс, Оля плохо тебя понимает и дайте ей уже присесть и выпить утренний кофе. Человек только недавно голову от подушки поднял, – говорит Роман, раздраженной помешивая ложкой в своей чашке.
– Мы обязательно должны сходить вместе по магазинам и поболтать! – тараторит Джессика и наконец выпустив из плена мои плечи, устремляется к своему место.
– Обязательно, – произношу рассеяно.
Это будет очень-очень долгий завтрак. Моя голова уже кругом.
– Извините меня, я в уборную и помыть руки, – говорю громко ни к кому особо не обращаясь.
Мира занята Алексом. Он кормит ее виноградом с рук. Джессика с каменным лицом выслушивает нотации Романа, а мне нужно освежиться.
У официанта уточняю где находится туалет.
Сделав свои дела, подхожу к зеркалу.
Намочив руки в прохладной воде, приглаживаю волосы, чтобы мокрый эффект прически сохранился еще чуть-чуть.
Дальше торчать в туалете будет просто неприлично, люди за столиком могут подумать, что я страдаю несварением или отправить кого-то за мной на поиск.
В зале бросаю взгляд за наш дружный столик, пятой фигуры пока не появилось. Я решаю, немного пройтись и посмотреть поближе цветочные композиции установленные в центре зала. Там много белых цветов, орхидей и зелени.
Зависнув рассматриваю лепестки цветов и делаю несколько фотографий. Потянувшись трогаю тонкие лепестки, не могу удержаться. Никогда не видела такие крупные нити орхидей. Они почти с мою ладонь.
Развернувшись делаю, шаг и моя нога в босоножке, уже вспотела, пятка скользит вбок и лодыжка подворачивается.
Взмахнув неуклюже руками, пытаюсь найти какую-то опору, хватаюсь за длинные свисающие головами вниз цветки орхидей.
Рядом раздается крик. Звон битого стекла. Я кажется, тоже взвизгиваю, когда понимаю, что огромная ваза с композицией летит прямо на меня.
– Фак!
Меня дергает куда-то вбок и я оказываюсь прижатой к незнакомому мужчине. Он крепко держит меня в своих объятиях, разглядывая мое вздернутые к нему лицо.
– Спасибо, вы только, что спасли мне жизнь, – произнёс на английском, вряд ли он понимает мой родной язык.
Уж слишком выглядит по-американски. Но безусловно красивый и сильный, потому что продолжает держать мое тельце на весу
– Правда? Тогда вы должны выпить со мной хотя бы кофе, – улыбнувшись произносит незнакомец.
– Я…я…– не знаю, как отказаться.
– Мама! – голос Миры отрезвляет.
– Отец! – голос Алекса бьет наотмашь.
