– Ты этих людей не знаешь, по работе, – соврала я.
Я продолжала ее обманывать.
– Это правда? – настаивала она, улыбнувшись с надеждой.
– Да! – Я все глубже погружалась в ложь.
– А Бетти будет?
У меня образовался комок в горле. Человеком, от общения с которым я методично уклонялась последние два года, была как раз Бетти, моя редакторша. Именно она, едва начав работать в издательстве, прочла мой первый роман и отчаянно защищала меня, уговаривая руководство опубликовать его. Она подарила мне свое доверие. Как и все мои знакомые, она тоже в конце концов перестала узнавать, как у меня дела. Я ее достаточно хорошо знала, чтобы прийти к выводу, что она отказалась от разговоров со мной не из-за того, что устала, но из уважения. Веря в то, что я ее не забыла, она наверняка решила, что я вернусь, когда почувствую, что готова. Чего никогда не случится – я все больше убеждалась в этом.
– Нет, не Бетти, там будут другие люди. Мне может быть интересно встретиться с ними. Кстати, – продолжила я, покосившись на часы, – пора начинать собираться.
Чуть позже я была готова к выходу и с трудом узнала себя в зеркале. Такой яркой я уже давно не бывала. Мне пришлось поработать над собой – если я хотела, чтобы Фантина поверила в мое вранье, она должна была увидеть мать принаряженной, как всегда, когда я собиралась на деловое свидание. Конечно, я по-прежнему была совсем не похожа на ту, что раньше, но все же, по-моему, выглядела вполне прилично.
– Хорошего вечера, – пожелала я дочери, надеясь, что это прозвучало весело.
– И тебе, мама, а я пригласила на ужин друзей, ты не против?
То есть она не до конца поверила в мою историю и собиралась проследить, когда я появлюсь дома. Вообще-то я планировала пройтись по ближайшим улицам, сразу вернуться и забиться в свою комнату, но от этой идеи придется отказаться.
– Конечно, не против. До встречи!
Я уже собралась открыть дверь, когда она меня окликнула:
– Мам, ты намерена опять начать писать?
Мне понадобилось несколько секунд, чтобы набраться мужества и честно ответить:
– Не знаю.
– Я бы хотела, мне этого не хватает, я обожала слушать, как ты мне рассказываешь свои истории и объясняешь поведение твоих персонажей. Ты проверяла на мне свои задумки…
От проснувшихся воспоминаний у меня перехватило горло. Когда она достигла подросткового возраста, я начала приходить к ней в спальню. Она ложилась спать, а я забиралась к ней в постель и приступала к изложению развития романа, который писала в данный момент. Ее наивная реакция дарила мне счастье, а заодно помогала все обдумать и в чем-то усомниться. Эти короткие мгновения взаимопонимания между мамой и дочкой были драгоценными и наполняли меня энергией.
– Можешь не сомневаться, если я опять начну писать, место в первом ряду тебе обеспечено.
В ответ она довольно улыбнулась, и я увидела на ее лице тот же солнечный свет, который излучал, улыбаясь, Эстебан. Эта картинка так и стояла перед моими глазами, когда я выходила из квартиры, скрывая волнение.
На меня обрушился ливень. От оглушающего стука капель по зонтику была польза – он перекрывал неприятные звуки автомобильного движения, нервные и агрессивные гудки. Почему во время дождя все усложняется? Несмотря на то, что вокруг было мокро и по-зимнему холодно, я все же бродила по улицам Парижа. А что еще я могла делать? Я сама себе соорудила ловушку. Фантина должна окончательно поверить в то, что я весело провожу вечер, способный помочь мне выйти из тупика. Оскар тоже в это поверил, судя по сообщению, которое он только что прислал: “Желаю хорошо провести время, мама. Жду не дождусь твоего рассказа о встрече”. Мои близнецы действовали из лучших побуждений, но я начинала тяготиться их пристальным вниманием. Эстебан уехал и не мог интересоваться тем, как я провожу дни, и я была против того, чтобы дети приняли от него эстафету. Я бесцельно и без малейшего желания ходила уже больше часа. В уме я все время прокручивала разговор с дочкой. Это получалось само собой, и я опасалась, что постоянное давление со всех сторон угнетает и душит меня и еще больше парализует мою волю. Я не очень-то надеялась на то, что справлюсь.
Я все сильнее мерзла и даже начала дрожать. Нужно поскорее попасть в тепло, но возвращаться рано. Я задумалась, как бы заполнить время до того, когда уже можно будет вернуться, догадалась, где найду хотя бы подобие поддержки, и зашагала более решительно. Впервые за весь вечер я знала, куда иду. “У Альфреда” – это ресторан, где мы с Эстебаном любили посидеть в период счастья и легкости. Там же я иногда писала и там же обедала одна или в компании. Это было единственное место, куда я не отказывалась приходить и после того, как утратила вдохновение. Мне нравилось одиночество, которое я находила в ресторане “У Альфреда”. Там всегда можно было отвлечься, наблюдая за другими клиентами, за полным энтузиазма поведением хозяина – которого, кстати, Альфредом не звали, но он напрочь отказывался назвать нам свое имя, – и за официантами, снующими между столиками и кухней.
Мне стало легче, когда я открыла дверь ресторана. Позвякивание приборов, запах еды и теплая атмосфера заставили меня улыбнуться впервые за долгое время. Мне стало совсем хорошо, когда Альфред обрадовался моему появлению.
– Ребекка! Как приятно тебя видеть!
– У тебя найдется свободное местечко?
– Для тебя – всегда!
Он приобнял меня за плечи и подвел к стойке.
– Тебя устроит? А то у меня все забито, но как только первый столик освободится, я тебя приглашу.
– Все прекрасно, – я забралась на высокий табурет. – Не беспокойся!
– Эстебан тоже придет?
Я заставила себя улыбнуться.
– Нет, он на некоторое время уехал поработать в Испанию! – беззаботно ответила я.
Альфред подозрительно нахмурился, а я не отводила глаз, давая ему понять, что ни в коем случае не следует продолжать обсуждение этой темы. Он покачал головой и сдался.
Через несколько секунд он налил мне бокал моего любимого пино нуар. Я сделала глоток и доставила себе удовольствие, рассматривая присутствующих в зале. Атмосфера, как обычно, была одновременно камерной и оживленной. Сколько часов я провела на банкетках, обтянутых кожей бутылочно-зеленого цвета, переходя от сосредоточенности к расслаблению и обратно? Здесь я до позднего вечера перечитывала некоторые свои рукописи, прежде чем отправить их Бетти. Приглушенный золотистый свет настенных светильников помогал моей последней интимной и доверительной беседе один на один с персонажами. Я часто выбирала в этом ресторане столик у стеклянной витрины, чтобы блуждать мыслями в поисках идеи или разрешения интриги. Отсюда открывался прекрасный вид на городскую суету. Несмотря на все связанные с Эстебаном воспоминания и утрату способности писать, я с удовольствием проводила здесь часть своего вечера, тут я чувствовала себя уверенно и была защищена от всего того, из-за чего страдала.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
