Элисон медленно коснулась одной шляпы, кожаной и с пушистым пером. Аура хозяина была видна совершенно четко, словно след… прикрыть глаза, обвести взглядом из-под ресниц комнату…
– Ваш муж тут не бывал. За последние несколько месяцев точно.
– Да…
Вторая шляпа легко погладила руки. Соломенная, с вуалью…
– А вот вы часто заходите сюда. Я бы сказала, очень часто…
– Конечно.
– Мария здесь бывает нечасто. Может, раз пять или шесть…
– Да, рента. Вы правильно говорите.
– Я не увижу то, что было давно. Но недавно…
Элисон творила несложное заклинание. Теперь каждая аура для нее виделась своим цветом. Черный, белый, синий, красный… будут другие цвета? Элисон медленно переводила взгляд с предмета на предмет.
Ничего особо важного, но почему столько красного в том углу? Кровать сияет красным цветом, сундук, стол, но полы почему?
Лиза не так чистоплотна, прошлась – и все, а тут прямо-таки алое в спектре, такое, ядовитое…
Элисон шагнула вперед, провела рукой по доскам пола… где ярче? Здесь, здесь и вот тут…
Тихонько щелкнул, открываясь, тайник. Да и не такой уж тайник, если рассудить.
Просто кто-то аккуратно вытащил два гвоздя, и доска стала приподниматься. Немного, ровно настолько чтобы засунуть под нее… письма?
Скорее даже записочки. Небольшие такие и отчетливо фонящие чем-то зеленым, так отразилась для Элисон чужая аура.
– Мне кажется, это оно?
– Вам определенно не кажется, рента.
Элисон открыла глаза. Пошатнулась, переключаясь на обычное зрение, рент Вальдес поддержал ее под локоть.
– Так просто?
Элисон пожала плечами.
– Видеть ауры у людей и предметов – это первый курс. Для этого не надо быть особо умной, я же ничего такого и не сделала.
– Выпорю заразу!
Рена Алина едва зубами не скрипела.
– Можно? – Рент Вальдес протянул руку за записочками.
Алина помедлила несколько секунд, а потом подумала, что все равно их магу показывать придется, наверное… да и чего там скрывать? Там вещи неприятные…
Элисон взяла записку, вчиталась…
Некто Аарен признавался девушке в любви. Причем клялся он горячо, а вот остальное…
«Твои родители никогда меня не одобрят…»
«Уедем от всех, начнем новую жизнь в глуши, там, где нас никто не будет знать…»
«Никто другой не будет тебя так любить и понимать, как я…»
И почему Элисон это не нравилось?
Рент Вальдес тоже читал, кривился, но молчал, прорвало его чуточку позднее:
– Алина, я б такого умника поленом приветил!
Судя по лицу женщины, она бы в стороне не осталась, там бы и ухватом прилетело, и поленом, и вообще чем придется.
– Откуда этот гад взялся, девке голову кружить?
Элисон покривила печально губы.
– Откуда угодно. Вы мне лучше скажите, вы этого Аарена знаете? Имя какое-то…
– Странное?
Элисон качнула головой.
– Нам курс географии читали, политологии… мы же все это обязаны знать, хотя бы в осях. Мне одной кажется, что имя на довернское похоже?
– Вот довернца мне еще не хватало, – кошкой зашипела Алина. – Чем хочешь клянусь, рента, не слышала ни разу, дочь мне про него ни слова не сказала!
– Да не надо клясться, – отмахнулась Элисон. – Это понятно, другое хуже. И до чего у них дошло? И почему он так себя ведет? Довернцы же… они не так чтобы на наших женщинах женятся.
Трое людей переглянулись с пониманием.
Довернцам вера не позволяет брать больше одной жены. Они ее и берут, из своего народа, но… в Доверне разрешено рабство. Почти официально.
Это называется «кабальный договор», человек его заключает – и все. Разорвать можно, только если выплатить неустойку, а она такая… и чем должен отслужить человек по этому договору?
То-то и оно…
Элисон приводили примеры из практики.
Семья, в ней шестеро или девятеро детей, да всяко случается… много! И срочно нужны деньги! Скажем, кто-то заболел или еще какая беда. Заключает семья кабальный договор с довернцем и оставляет ему в услужение одного из своих детей. И все…
И сам ребенок уже довернцу принадлежит, и его дети, долг-то на потомков перейдет…
Не раб?
А договор кровью заверен, вздумаешь сбежать – мигом найдут, любой маг с тобой по этой крови такое сделает – на пузе обратно приползешь. Умолять будешь, чтобы приняли и отработать хоть как позволили.
Сказать, как и чем в Доверне красивые девушки такие договора отрабатывают?
В Элларе тоже всякое случается, но такие договора официально запрещены. Человек с кабальным договором на территории Эллары по умолчанию считается гражданином, пусть другой страны, но имеющим право на помощь. Только до полиции дойди.
Иногда и доходят.
А иногда их доносят. Или… всякое бывало, и о таком Элисон тоже рассказывали, и не радовали ее те рассказы.
– Шкуру спущу! – рыкнула Алина. – У меня Лизка из дома год не выйдет!
Элисон пожала плечами.
Уж как там мать будет разбираться со своим чадушком, ее не касается. Ответ на вопрос получен?
Она свою работу сделала.
А вот рент Вальдес был задумчив.
– Рента Элисон, а найти этого Аарена никак нельзя?
К чести Элисон, она не стала спрашивать – зачем? Конечно же, рент Вальдес будет с ним беседовать о поэзии. Или о прозе… да не важно! Два рента (или больше) всегда найдут общие темы для разговоров.
– Вряд ли. Для поискового амулета или чего-то такого нужна кровь объекта. И то не всегда срабатывает.
– А как-то… другими способами?
– В полицию пойти или расспросить по трактирам, где он остановился. Вряд ли особенно далеко, ему ж надо как-то с Лизой видеться?
Рент Вальдес едва себя по голове не хлопнул.
Вот ведь… дурак старый! Мог бы и сразу сообразить, и сам додуматься…
– Вы правы, рента Элисон! Алина, ты запирай девку. А я и правда поищу, кто тут воду му́тит! Он у меня навсегда заречется к нашим девкам подходить.
– Спасибо, рент Борг.
– Элисон спасибо, она это нашла. Я б и не подумал, что тайник…
– Я бы тоже не подумала, я дочери доверяла. Вот не в меня она, – опустились руки у Алины. – Внешность моя, а вот ума боги не додали…
Элисон промолчала.
А что тут скажешь? Можно подумать, она тут самая умная…
* * *
«Сегодня состоялось бракосочетание ренты Эрдвейн-младшей с рентом Рателем.
На свадьбе разразился безобразный скандал…»
Рена Шафф отвлеклась от заметки в газете и перевела взгляд на Элисон.
– Лисси, детка, вернулась?
– Да, рена Шафф.
– Сядь, чайку выпей. И вот, пирожка скушай.
– Спасибо, рена.
Элисон опустилась на стул, плеснула себе чая, взяла небольшой ломтик пирога.
– Я смотрю, рена Кирстен пишет?
Астрид заулыбалась, широко и искренне.
– Будешь смеяться, Лисси, она замуж собралась.
– Как?! – искренне удивилась Элисон.
– А вот! Догулялись по столице. Пишет, что очень приличный мужчина, вдовец, вроде как начал ухаживать, так что рена Кирстен собирается оставаться в столице. Составит брачный контракт, по которому все наследует ее старший сын. Ты, кстати, не знаешь в столице хорошего стряпчего? Чтобы состряпал?
Элисон побарабанила пальцами по столешнице. Что-то не нравилось ей такое…
– Рена Шафф, скажите, а к вам рена Кирстен прислушается? Как вообще зовут ее ухажера?
– Рент… Диль… Даль… а, вот! Дальмен!
Элисон отчетливо расслабилась.
– Рент Рене Дальмен?
– Да, так она и пишет. Ты его знаешь?
– Да вы что, рена! Где я, а где он? Так, слышала кое-что! Столица, она ж где-то и тесная…
– И кто он такой?
– Вроде как дальний родственник тех же Эрдвейнов, о которых вы сейчас читали, – показала Элисон на газету. – Но если это он, то вроде как человек порядочный. Ничего плохого я о нем не слышала, никогда.
– А о других Эрдвейнах? – поинтересовалась рена Астрид.
Элисон качнула головой.
– Они меня не так чтобы интересовали. Если скандал какой или подлость, тогда да. Я же хотела в столице оставаться после института, поневоле знать кое-что будешь, да и нарочно узнавать. Мало ли с кем столкнуться придется.
