Невозможно врать и притворяться, то, что сейчас было… это искренне. Точно. Тут рассчитывать и просчитывать все глупо как минимум. Будет как будет. Может так и хорошо, у меня будет постоянный мужик, да еще какой. Дима красивый, страстный, умелый, между прочим. Вот только больно уж властный. Это пугает больше всего. Но мы же взрослые люди, всегда сможем договориться…
–– Яааан, – он перевернулся на бок, обнимая меня и зарываясь лицом в волосы, – у тебя такой вид сейчас… – он усмехнулся, – словно на тебя спустилось откровение.
–– Агаа, – копируя его тон протянула я, – думаю о том, насколько ты хорош.
–– Врешь, – поцеловал тонкую кожу шеи, – но мне приятно.
–– Для меня все происходящее странно и необычно, – я смотрела на потолок, – конечно я переживаю. Еще никогда так не накрывало. И ты действительно великолепен в постели.
–– И меня. Но это же хорошо, – он отстранился и пристально посмотрел на меня, – я очень рад, что встретил тебя.
Я не нашлась что ответить. Просто поцеловала его. Не знаю, что в таких случаях говорят. Да я даже не знаю, что в таких случаях чувствуют. Думают. И что это за “такие случаи”. Зато вот целовать его – это точно хорошо. И правильно.
Но сегодняшняя нервотрепка не прошла даром. Я выключилась почти сразу. Спасибо, что хотя бы у Димы были рядом с кроватью влажные салфетки. А то утром бы мне очень не понравилось. О душе не могло быть и речи. Стоило закрыть глаза, как я провалилась в сон.
*****
-– Почему ты решил, что я хочу туда ехать вообще? – возмущалась я.
С нашей первой встречи прошло уже три месяца. Мы жили на два дома. Все время занимали съемки и мы сами. Я еле выскребала часы, чтобы держать себя в форме. И физически, и как инструменталиста. Работать, кроме как в кино, решительно не успевала. Благо, часть контрактов удалось урегулировать и отложить. И вот теперь Дима решил меня тащить на какой-то свой съезд. Не знаю уж кого там. Это все в нагрузку к тому, что я и так уже нормально не спала месяц точно! Бесит он меня!
–– Потому что ты хорошая девочка и не заставишь меня идти туда без пары, – обольстительно улыбнулся тот.
–– Между прочим, наши отношения – тайна. Не боишься ее раскрыть?
–– Конечно нет, – развел руками Дима, – наоборот. Думаю пора об этом заявить публично. Однозначно, что встретились мы только на съемках. А там вспыхнула страсть и все дела. Думаю, твоей репутации теперь ничего не угрожает, дорогая.
Я хочу в него запустить чем-то тяжелым. Жаль, что не выйдет как в мультиках типа Том и Джерри, где можно бросить пушечное ядро, а после этого искореженная голова выправится обратно. Так бы точно сковородкой он отхватил. Которая как раз у меня в руках, ибо я, как правильная женщина, кормлю нас завтраком. Омлетом, если конкретнее.
–– Мы так не договаривались.
Я, все же, развернулась к нему лицом и уперла руки в боки.
–– Яночка, детка, ну что же ты сразу злиться? – показал мне ладони в примирительном жесте Дима, – я правда считаю, что пора прекращать нам бегать и прятаться. Все же хорошо, мы счастливы, правда?
–– Ты переводишь тему, Дим.
–– Я просто поднимаю тот вопрос, который давно пора обсудить. Съемки закончатся. И что дальше?
–– Сначала они должны закончиться.
–– Яна! – Дима уже вышел из себя и не контролировал тон, – хватит уже, прекрати! Почему мне требуется на тебя давить, кричать, заставлять? Трахать до беспамятства, чтобы вымолить хотя бы каплю нежности для себя…
Я молчала. Не могу, когда на меня орут. Слезы подкатывают тут же.
–– Блять! – выругался он, заметив мои мокрые глаза, – прости, пожалуйста, – заметно успокоился, – я не хочу обижать. Но… устал… – он спрятал лицо в ладонях и глубоко вздохнул.
–– Может быть просто стоит прекратить…
–– Что?
–– Ну… эти встречи, – вздохнула я, – если так все сложно.
–– Ты серьезно сейчас? – он уже рычал.
–– Дим, – я старалась говорить спокойно, – но если все так сложно. Я не готова к… да ко всему этому. К скандалу, к твоему писательскому камингауту, понимаешь? У меня есть своя карьера, на которую мне не плевать. Своя жизнь. Конечно, ты чудесный и мне с тобой, – я картинно прижала руки к груди, – очень хорошо. Безумно. Сладко. Весело. Но…
–– Давай отложим этот разговор, – почти резко перебил меня он, – я сейчас слишком расстроен, чтобы воспринимать что-то. Но я тебя понял. И подумаю над твоими словами.
–– Хорошо. Я правда не хочу ссориться и ругаться…
–– И я, дорогая, – улыбнулся тот, – буду там без тебя. Пойдет?
–– Пойдет. Спасибо тебе.
Да, Дима решил открыть свое лицо, так скажем. Признаться, что это он Арктик Рейн. Уж не знаю, что его на это сподвигло. Но спорить не стала. Тем более, что вполне ожидаемый ажиотаж по сему поводу меня никак не коснулся. А вот постоянное давление, заявление на меня прав – напрягает. Как и многое другое. Он не так уж прост, как кажется.
Он отлучался. Внезапно, странно. Непонятно зачем. Явно вёл какие-то дела. Но в детали не посвящал, ничего не рассказывал. Прямых вопросов не задавала, я ему никто. Но это настораживало. Пару раз он приехал из своих "командировок" потрепанным, со следами побоев. Бывало и просто появлялся в плохом состоянии, спал потом буквально сутками, много ел и уходил на полчаса по звонку. И снова спать.
В такие дни он был особенно ласковым. Будто виноват. Но я ему не жена. Да и он точно был не с другой женщиной, там следы другого характера остаются. Но, видимо, Дима воспринимал все иначе. Он вообще вёл себя как собственник, часто указывал, что мне делать, давил, решал за меня. При этом вел себя так, словно обязан отчитываться за свои поступки.
Но потрясающий секс. Нежность, забота. Да и с ним весело, интересно. Он мне очень нравится, объективно. Потому я молча садилась в машину к Виктору, так зовут его водителя, который по совместительству еще и телохранитель, и ехала к Диме домой. Или открывала дверь собственной квартиры, чтобы броситься в жаркие его объятия. Везде и всегда есть свои плюсы и минусы.
И тем слаще моя маленькая победа. Завалюсь перед телеком, буду смотреть кино и объедаться. Чудесный план на вечер. А потом вернётся Дима, довольный и разгоряченный после мероприятия, и хорошенько меня отымеет. Отличный сценарий и точка.
Я действительно устроилась со всем возможным удобством. Еще бы уметь признавать вещи, которые не хочется… например, что отказ сопровождать Диму – больше бравада. Причем, для самой себя в первую очередь. Ладно. Трансляцию, я посмотрю трансляцию. Ну что такого? Болею за своего мужчину. Нормально же. Ну или не за своего, за общего, всемирного.
Так, никакого раздражения, Яночка, держи себя в руках. Или ты уже признаешь Диму своим, но тогда делаешь это публично, ходишь с ним на все мероприятия и меняешь свою жизнь. Или вот так как сейчас. Не смотришь из последних сил на включенную трансляцию на телефоне, пока идет какой-то там фильм на большом экране. Дурость полная. Как можно быть такой, как я…
Вот только смотреть, как мой мужчина появляется под ручку с модельной внешности красавицей – это слишком. Даже для меня. Какая же я дура! Надо заканчивать это скорее, бежать отсюда. Я так не могу. Все это ужасная идея. С самого начала. С того момента, как я согласилась хоть слово ему сказать в том злосчастном баре!
Пожалуй, утром мне будет стыдно. Но сейчас я, утирая слезы-сопли рукавом, натягивала куртку, схватила сумку и выбежала на улицу. Не могу смотреть на это все. И сидеть ждать его там. Ревность. Нет, не просто ревность, какое-то инферно пожирало меня изнутри. Он ее приобнял за талию и смотрел так… проникновенно, ласково, и в то же время лукаво, уверенно. Как смотрит на меня. А я сама виновата.
Не знаю, сколько я шла одна по улице. Мне стало сильно легче. Развеялась. Обида отпустила, пришла логика. Ну конечно он должен был прийти не один. Конечно с красивой женщиной. И он звал меня, уговаривал, давил. Ой дурищща и трусиха. Сейчас пойду домой, он, наверное, еще не вернулся. Приведу себя в порядок и буду просить прощения.
–– Яна? – меня окликнул приятный мужчина, с которым я тут же встретилась взглядами, повернувшись на звуки своего имени.
–– Добрый вечер, – я всегда предельно вежлива с незнакомцами, это определенного рода самозащита, – мы знакомы? – лучше говорить спокойно, даже приветливо, не провоцировать.
–– Заочно, – он подошел ближе, – но рад, наконец, встретиться лично.
–– Что вам от меня нужно? – нервозно. Странный он. И не понимаю, что от меня хочет.
–– Лишь беседа, Яна, – он развел руками, – я на вашей стороне, поверьте мне.
–– Я не очень настроена на разговоры. Особенно поздним вечером, в пустынном и плохо освещенном переулке. С незнакомыми мужчинами. Нервничаю, знаете ли.
–– Вы совершенно правы, милочка, – наклонил голову незнакомец, – но бояться вам стоит не меня уж точно.
–– Не знаю, – я была спокойна только с виду, на самом деле думала, как бы быстрее выйти к людям и не разозлить его, страшно же, блин, – тогда кого мне стоит бояться?
–– Того, кто ближе всех, – тихо рассмеялся тот, – Дмитрия, кровника. Вот он действительно опасен для вас.
–– Не понимаю, о чем вы, – развела руками я.
–– Все ты понимаешь. Просто прекращай бояться задавать ему неудобные вопросы.
И с этими словами он подмигнул мне, резко развернулся и быстро пошел прочь, пропадая в тени переулка. Бррр… странный какой. И знает, что я с Димой… вижусь часто, как минимум. А мы это, вроде бы, неплохо скрывали. И про неудобные вопросы… уф. Ладно. Пора домой, подумаю об этом завтра. А сейчас вот ей богу, надо быстрее к людям, такси и домой. Там, наверное, меня уже ждут. И ругаются. Телефон брать с собой – это ж не для истеричек.
*****
Просыпалась я с трудом. После знатного скандала, с разборками, претензиями, моей показательной истерикой и выключением после рыданий в подушку… ну, не удивительно, так-то. Голова раскалывается. Потому что вместо того, чтобы с извинениями броситься в ноги Диме, я начала на него кричать прямо с порога. Ужасно. Почему у меня мозги включаются только после идиотских поступков?
Самого хозяина дома не оказалось. Только Витя, который с аппетитом завтракал на кухне и домработница Света, которая тот самый завтрак и приготовила. Оба посмотрели на меня с осуждением. Конечно же. Пусть они его и попытались скрыть, но не вышло. Это я тут тиран и истеричка. Мерзко то, что они совершенно правы.
Игнорируя их красноречивые взгляды, взяла бутылку минералки в холодильнике и молча удалилась обратно в спальню. Дождусь, когда они уйдут, тогда и поем. Съемок сегодня нет. Так что буду страдать и ждать Диму. На этот раз точно извиняться и каяться. А вот и он, легок на помине. Звонит.
–– Привет! – я постаралась придать голосу бодрости и радости.
–– Яна, – а вот мой собеседник явно не в духе, – почему ты мне не сказала, что ты собираешься подписать контракт?! – если бы по телефону можно было заморозить, то я бы сейчас застыла хладным изваянием изо льда.
Да. Контракт. Конечно я не сказала. Потому что знала о его реакции на это. А это для меня единственный шанс поработать с очень классным исполнителем в одной команде. Да, в США, да, год. Но оно же того стоит…
–– Я… я как-то не подумала. Дим? Что-то случилось?
–– Случилось. Сиди дома, пока я не вернусь. Поговорим.
–– Хх-хорошо… – растерянно протянула я. Но он уже повесил трубку.
Нет. Так нельзя! Мы все время ссоримся. Это мучительно. Надо просто закончить это все. Да, будет больно и печально. Я знала это еще в самом начале, когда поняла, что вместо прекрасного, но разового секса это превращается в некоторое подобие отношений. Только вот отношения так, на взаимной симпатии и феерическом трахе, не строятся. Это же очевидно. Вот только я уже привязалась, привыкла. Будет больно. Но ничего. Лучше сильно больно один раз, чем больно долго и мучительно.
Так, если я начну собирать вещи перед Светой и Виктором, они позвонят шефу в течение пяти секунд. Потому… придется выдумывать. На мое счастье водитель, как только доел, вышел за дверь, пожелав хорошего дня. Осталась только домработница. Ну, это совсем несложно.
–– Свееет, – я капризно протянула гласную, – что у нас есть эдакого в холодильнике?
–– Например? – искренне улыбнулась та. Даже обманывать ее стало как-то неудобно. Хорошая же женщина…
–– Хочу романтический ужин, – я разглядывала свои пальцы ног, – Дмитрий совсем уж не в духе… хочу извиниться… перевязываться ленточкой поверх секси-белья как-то слишком уж прямолинейно. Вот, думаю, сначала накормить… поможешь?
–– Ой, – всплеснула та руками, видимо, от радости, что пришибленная опомнилась, я, то есть, – я точно знаю, что шеф просто обожает краба!
Она заметалась по дому, собираясь за провиантом и составляя, проговаривая, меню. Могла бы заказать, но я знаю, что она предпочитает выбрать все лично. Превосходно, до обеда ее можно не ждать, времени достаточно. Я под благовидным предлогом поиска секси-шмотья перерывала свои ящики в гардеробной, потом просто запихну в один чемодан все, в багажник такси и домой. А оттуда…
Кстати. Я аж на села от поздно пришедшей мысли. Будто из дома Дима меня не заберет. Заберет еще как. Перекинет через плечо, притащит обратно и… будет, что обычно. Мне, конечно же, понравится. Вот только ничего не изменится. И снова ссоры, давление с его стороны, попытка сохранить хоть каплю суверенности – с моей…
–– Яна? – я встретилась взглядом с замершей в дверном проеме Светой, – сейчас у всех у нас непростой период, – она испытывающе смотрела мне в глаза, – Дмитрий очень… хороший. Правда. И у него безграничное к вам терпение. Пожалуйста, – она сложила в молитвенном жесте руки, – переступите через свою гордость. Так будет лучше, прежде всего, для вас самой.
Не знаю, что отвечать на подобные тирады. Тем более, что мне действительно порой и самой стыдно за свои поступки и непростой характер… что еще раз подтверждает верность моего решения. Я еду домой и живу там. Пусть лучше Дима найдет девушку достойную его. Которая будет рада и благодарна. За ласку, за заботу, за все вот это вот.
Потому, стоило только Свете закрыть за собой дверь, я принялась скидывать вещи в чемодан. Вызвала такси. Все. Дожить до конца съемок. Сейчас меня уже точно не выгонят. А потом будет контракт и я вообще буду далеко. А потом… а потом я вернусь и, наверняка, у Димы уже будет красавица жена, возможно та самая, с которой он был на церемонии. Дама смотрела на него с нескрываемым восхищением и обожанием.
–– Яна, это… у меня слов нет!
Объект моих размышлений ворвался в собственную квартиру. Он моментально сообразил, что тут происходит. И это накрыло мой хитроумный план медным тазом.
–– Все, – он с грохотом захлопнул входную дверь, – с меня хватит!
–– Дим, – я намертво вцепилась в свой чемодан, – ты прав. Ничего не получается… мы все время ссоримся… я не могу жить по твоим правилам.
–– Выпороть бы тебя, – не обращая внимания на мой лепет мечтательно протянул он, – прямо розгами по голой заднице. Чтоб неделю сесть не могла, – он с улыбкой вздохнул, – вот тогда бы, поди, мозгов и прибавилось.
Я даже не знала, что говорить на это. Просто стояла и смотрела на него во все глаза, чувствуя, как в кармане отчаянно вибрирует телефон. Такси же ждет.
–– Итак, – Дима вырвал злосчастный чемодан из моих рук и отнес его обратно в гардеробную, – контракт ты не подписываешь. Из дома без Вити не выходишь. Мне сейчас не до этого детского сада.
–– Так не пойдет.
–– Хорошо, – рассмеялся тот, – пойдет или не пойдет, как тебе угодно, – он пожал плечами, – я заехал переодеться. Буду вечером. Света звонила, сказала, что ты готовишь мне сюрприз с бельем и ужином. Жду с нетерпением, – усмехнулся, – и составь список необходимых вещей из своей квартиры. Виктор привезет.
–– Дима…
–– И слышать ничего не желаю, – отрезал он, – разбирай обратно вещи, прими ванну, я не знаю, займись чем-то. Учись организовывать свой досуг, в конце концов!
Я было открыла рот еще раз, но Дима поднял указательный палец вверх, призывая к тишине и направился переодеваться. Вышел в гостиную уже в строгом костюме. Красивый. Подошел ко мне, поцеловал.
–– До вечера, дорогая, я весь в предвкушении.
И был таков. Вместо него с крайне мрачным видом в гостиной обосновался Виктор. Я не могла не проверить, насколько далеко он зайдет, выполняя указание начальства. Далеко. Я отсюда не смогу выбраться точно. Попадос.
Устроилась с телефоном перед телевизором. Включила канал про природу и принялась вдумчиво гуглить о своем тюремщике. Я хорошо помню вчерашнего незнакомца. Может быть и правда, пришла пора неудобных вопросов? Как-то не вяжется все что происходит с образом милого писателя бульварных романов.
Глава 3. Магическое сообщество
Света вернулась с крабом и пониманием ситуации. Смотрела на меня с осуждением. Холодно. Поздоровалась подчеркнуто вежливо и тут же направилась на кухню. Также, не произнося ни звука, приготовила и сервировала ужин, кивнула мне и ушла.
Дима пришел действительно поздно и совсем не в духе. Но увидев меня дома, пусть и без сексуального белья, а в обычных мягких брюках с футболкой, смягчился. Он снял верхнюю одежду, разулся, вымыл руки, выключил звук на телефоне и сел за стол.
–– Голодный – ужас, – его первые слова, – обожаю краба!
–– Дим… – я вздохнула, – давай поговорим…
–– Да, – сказал он с набитым ртом, – мы сегодня обязательно поговорим. Будет очень много разговоров, – дожевал, проглотил, посмотрел на меня, – я был неправ в целом, буду исправляться, – улыбнулся и снова отправил в рот приличную порцию краба, предварительно макнув его в сливочное масло со специями.
–– Ты прав, во всем прав, – мне доставляет удовольствие смотреть, как он ест, – просто… может быть бывает так, что некоторые люди ну никак не созданы для постоянных отношений…
–– Просто помолчи, пожалуйста, – отмахнулся Дмитрий, запивая членистоногое вином.
Я пожала плечами и принялась за еду. Сама не заметила, как проголодалась. Конечно, мне было не до этого, надо же истерить. Вкусно, такое сладкое, мягкое мясо с подчеркивающей вкус фактурой. И масло к нему – то что надо, лучше любых сложных соусов.
Мой ненаглядный закончил трапезу, поднялся из-за стола, ушел в спальню. Я услышала шум воды. Душ, конечно. У него был ведь такой усталый вид, когда зашел. Побрела за ним, села на кровать. Я же не просто так все это время тут, и мне он не безразличен. Да, это непросто быть с кем-то, не одной. Но вполне возможно оно стоит того. В любом случае, он достоин искреннего и полноценного разговора.
Как бы мне не хотелось этого избежать. Да кто ж, мать его, хочет всех этих сложных объяснений. Всегда ж приятнее и проще убежать, и показать язык из-за угла. А еще лучше – молча слинять. Совсем классно. Это прям классический мой сценарий. Универсальный! Но Дима заслуживает совсем другого.
–– Итак, – он вышел из душа в одном полотенце, еще один сбивающий с толку фактор, и сел на кровать рядом со мной, – у меня сейчас вполне достаточно проблем. Мне элементарно некогда успокаивать твои истерики и гоняться самом, и гонять своих людей за тобой.
Я открыла было рот, но он жестом попросил помолчать.
–– Если ты не хочешь, чтобы я запирал тебя, давил или что-то в этом роде, а поверь, я тебя не отпущу, даже не думай о подобном, – он повернулся ко мне, – пожалуйста, прими, наконец, этот факт. Мы вместе. Никаких америк, поездок, ничего. Мало того, ходишь с охраной, сопровождаешь меня везде, где это возможно.
–– Дим… так же нельзя.
–– Да можно, – он усмехнулся, – и еще как, все можно. Таким образом мы плавно переходим ко второй части рассказа. Я кровный маг.
Вот так буднично, даже несколько устало он мне это сообщил. Обыденное начало совершенно другой жизни. Почему-то я ему сразу поверила. Может быть потому что накануне незнакомец предупреждал, называл его кровником, что, в целом, созвучно. А может быть потому что в этот момент на его ладони заплясали язычки черного пламени.
–– Попадос…
Он расхохотался. Искренне, я даже не заметила, куда делось пламя. И было ли оно вообще. Вот сейчас казалось что он просто пошутил. Но он не шутил. Он протянул руку, хотел обнять меня за плечи, но я отшатнулась.
–– Успокойся, Ян, – все же поймав в свои медвежьи объятия увещевал он, – сколько мы уже вместе. Разве я тебя хоть раз обидел? Сделал что-то плохое?
Помотала головой.
–– Вот и все. Вообще не очень хотел пока говорить о чем-то таком, но сейчас тяжелые времена, не выйдет беречь чувства.
Да уж точно. Я сейчас в полном ахрене. Хотя… почему-то я подозревала это всегда. И дело было не в его отлучках. Их вполне можно было оправдать любой стремной и незаконной фигней, зато значительно лучше укладывающееся в миропонимание среднестатистической меня. Он действительно другой.
По человеку просто видно, что его не волнуют деньги, потому что, видимо, для него это пыль, и уж точно не самоцель. Плевать на людей в целом. Особенно на человеческие законы, условности. Это заметно в мелочах. И уверенность в себе, в словах, в поступках. Это так сразу и не описать. Просто скажу, что я не настолько удивилась, ибо подозревала. Что-то невнятное, скрытое, на самом краю сознания. Слишком уж Дмитрий был свободен и делал что хотел.
Да, безнаказанность и свобода. Вот то, что его выдавало и выделяло на фоне других. И то, что в нем бесконечно привлекало. Этот мужчина завораживал. Хотя, может быть он всего-лишь мне по вкусу. Красивый, страстный, интересный, интеллектуальный. И, почему-то, на одной волне со мной. Вот и весь секрет. Тут, думаю, никакого волшебства нет и не нужно.
–– Вернемся к нашим баранам, – продолжил Дима, – сейчас в магическом сообществе перестановки. Много всего происходит, все меняется. В том числе и состояние магического фона. Это долгая история, что, как и почему произошло. Но суть в том, что я, как лидер достаточно сильного альянса кровных магов нахожусь, так скажем, – он поморщился, – под ударом. Сейчас многие надеются получить дополнительные силы и изменить расстановку…
–– То есть…
–– То есть, – перебил меня Дмитрий, – если я прошу тебя сидеть дома, не ходить без охраны, не улетать на другой континент, – скривился, – то делаю это не из-за ревности или самодурства, а просто потому что не хочу выкупать тебя у дурных головорезов, а то и еще что похуже…
–– Насколько все плохо?
–– Да не знаю я, – раздраженно оборвал меня он, – не могу понять. Все мутное и постоянно меняется. Но надо быть последним идиотом, чтобы не попробовать… – поднялся и подошел к окну, – мне самому страшно, Ян. Все так меняется…
Я подошла к нему и обняла со спины.
–– Не буду сбегать. И буду слушаться.
–– Это прямо радует, – усмехнулся… маг?
–– А ты расскажешь мне, как это?
Дима кивнул. Мы стояли так у окна, долго. Может быть я его уже люблю? Ну, как обычно люди любят, привязываются, хотят прожить с человеком вместе всю жизнь. И в горе и в радости и всякое такое. Может быть. Мне же бежать надо в ужасе и прятаться. А я стою, прижимаюсь к нему и упиваюсь запахом самого желанного мужчины.
Он повернулся ко мне, мягко поцеловал и вышел из спальни. Вернулся с книгой в руках. Причем, вполне современного вида, с хорошей, цветной обложкой, книгой.
–– Прочитай пока это. Тут описывается история Земли с точки зрения магического сообщества. Закончишь когда, дам следующую.
И я засела. Маги некогда были едва ли не главенствующей расой на Земле, оказывается. Но после того, как пропал магический источник, Светоч, откуда они черпали Силу, магическую энергию, настали темные времена. И расцвет для кровных магов. Для тех, кто всегда считался изгоями, вторым сортом. Они, пусть и жили в тени, но ощутимо влияли на историю человечества.
Есть и другие, скажем так, герои сказок и легенд. Вампиры, например. У них тоже есть свои разделения, но подробностей здесь не указывалось. А вот то что есть некоторый протокол для неспособных к магии – меня поразило. Отработанный протокол. Причем, тут никто не охраняет людей, да что вы, нет-нет. Тут все для комфорта и безопасности способных к магии. Так и написали. Вот жеж!
–– Дим!
–– Ау!
Ненаглядный кровный маг с наслаждением вытянулся на кровати и так лежал уже с полчаса. Поглощал остатки крабов, разместив тарелку прямо на одеяле. Идиллично, ну.
–– А что ты там говорил про альянс и главу?
–– Говорил, ну.
–– Это то, о чем я думаю?
Подмигнул и вернулся к крабу. Даже не отпирается.
То есть я живу с головорезом. Фантастика. Беспринципным, наглым, ни с чем не считающимся… А что я? Там именно так и написано! Блядство.
Арктик Рейн, глава крупнейшей в Европе магической организации. Не подчиняются общепринятым нормам, создали собственные законы и живут по ним, контролируя Европу и частично Азию. Альянс магов придерживается консервативных взглядов, ставя магически способного как единственно полноценное существо против неодаренных, лишенных свободы воли в столкновении интересов со способными. Жесть.
–– То есть я, по твоему мнению, второй сорт?
–– По мне так ты, крошка, самый высший сорт и никак иначе, – рассмеялся Дима, – а если серьезно, – вздохнул, – тут все сложнее. Понимаю, что звучит не очень, честно. Но на деле…
Он отставил тарелку, удачно расположив ее на прикроватной тумбочке, уселся по-турецки напротив меня, сложил руки.
–– Каждый поступок предполагает за собой некоторые последствия. И мы все за них отвечаем. В полной мере. И чем больше ты можешь, тем больше ответственности. Логично. Так вот, лично я могу значительно больше, чем ты. И знаю больше, понимаю, что к чему приведет. И в состоянии отвечать за себя. Ты… нет. Не в состоянии. В рамках лишь человечества. Но попадая в магическое сообщество ты оказываешься слабой. Слишком. Несведущей. Беспомощной и беззащитной совершенно.
Удивительно, человек настолько не стесняется своей наготы. Хотя, он человек ли вообще? Надо будет обязательно спросить.
–– Так вот, – продолжил, – дать тебе те же права, что и магам мы не можем. Просто потому что придется и спрашивать, и наказывать. Думаешь я воспринимаю тебя как второй сорт?
Я пожала плечами. Конечно, хотелось ответить да.
–– То есть, я за тобой бегаю как мальчишка, берегу как зеницу ока, пощадил чувства потому что воспринимаю как низшее существо? М?
–– А ты щадил? – усомнилась я.
–– Знаешь, я могу приковать тебя к кровати или запереть в доме, и мне за это не будет ровным счетом ничего, – на полном серьезе сообщил маг.
Он говорил это чуть жестко, с легким пренебрежением, едва заметно поджимая губы. Если бы не знала его хорошо, не заметила бы этого. Испытывающе посмотрел. А я могла разглядывать только его пальцы. Напряженные, почти скрюченные. Странно.
–– Благодарна безумно за то что ты этого не сделал…
Да не знаю я, что говорить в таких ситуациях.
–– И не сделаю, – он несколько расслабился, – хотя, порой, видит Тьма, хочется, – усмехнулся, – Яна, пойми, никогда ничего не бывает однозначным. Есть маги, которым я руки не подам, вампиров это тоже касается. А есть люди, которыми я восхищен. Но воспринимать тебя как полностью равную мне?.. Прости, я не могу.
–– Шовинизм какой-то, только магический, – хмыкнула я. Ну обидно же.
–– Может быть. Равно в той степени, что и мужчина, который не бьет женщину, понимая, что он кратно сильнее и та с ним не на равных. Так и тут.
–– И часто тебе подобное приходится объяснять?
–– Впервые, – развел руками маг, – я раньше как-то не раскрывался перед близкими людьми, – я подняла бровь, – да не было у меня близких людей, – покачал головой, – вот не было и все. Или маги, или вампиры, а люди… да, – скривился он, – я человеческий шовинист или как это называется! Ты довольна?
–– Не знаю.
–– Вот и я не знаю. Ты читай дальше, – сменил тему, – это первая книга протокола. Дальше будет еще много. Не теряй времени.
Я пожала плечами и отвернулась от него. Удивительно. Я должна была бы, пожалуй, сходить с ума, переживать. Ведь все изменится и сильно и… да это ж целый мир, все иначе. А я там на самом дне, в самом конце пищевой цепочки, ровно перед курицей или наравне с ней. Страшно должно быть. Но все ощущалось наоборот. словно вскрылся старый, большой нарыв. Легче. Понятнее.
Наверное потому и есть этот протокол, где все объясняется правильно, понятно. Мы привыкли жить в системе. Государственной, школьной, университетской, на работе, даже в семье. Везде система. А это значит – все будет в порядке, нормально. Веди себя правильно и обойдется.
Так и уснула в одежде. Помню, как Дима стягивал с меня вещи, устраивал поудобнее под одеялом. Заботливый. Он какой-то идеальный со мной порой становится. Между прочим да, это странно немного. Все терпит, не использует свое превосходство никак. Даже кричит на меня редко. А я ведь та еще девушка-мечта. Вместо восторженных борщей и минетов в дикой благодарности за постоянные и вполне комфортные отношения я все пытаюсь улизнуть и истерю. Надо подумать об этом. Но не сейчас.
Сейчас я любуюсь на своего волшебника. Дима любит поспать, комфорт, вкусно кушать. Очень живой, обычный, человечный. Может быть поэтому я его не боюсь. Сейчас лежит, мерно дышит, обнимает подушку. Лицо расслаблено, ресницы еле заметно подрагивают. Такого хочется поцеловать. И еще раз, и еще, и еще много раз.
Вместо этого я тихо выскользнула из кровати и направилась на кухню. Жрать охота аж переночевать негде. Хорошо хоть накинула домашнюю сорочку. Света готовила завтрак. Странно, что я ее не услышала. Так, может она тоже из этих? Спрашивать как-то неудобно, надо будет задать вопрос Диме позже.
–– Доброе утро, Ян, – улыбнулась домработница, – я уже ухожу. Есть какие-то пожелания на ужин?
–– Да что-то, что Дмитрий любит, – улыбнулась ей, – вы его вкусы лучше знаете.
–– Это да, – рассмеялась в ответ Светлана и поставила передо мной тарелку.
Я взяла вилку, но все не начинала есть, пока не услышала, что дверь за ней закрылась. Интересно, а как можно магически способных отличить? И самое главное, как изменится моя жизнь?
Сходила за книгой. Не смогу иначе нормально поесть. Мне нужно все знать! Пусть даже я не смогу, скорее всего, никак и ни на что повлиять. Хотя… вдруг?..
Раздел про вампиров меня заинтересовал. Сложная клановая организация. Отношения с магами симбиотические, добрососедские. А в остальном реальные кровососы неплохо так отличаются от киношных. Солнышко уважают, кровь пьют мало и нечасто. Это магический акт. Да и в целом таланты у них весьма ограничены, пусть и отлично развиты.
–– Кстати, – подняла глаза на наливающего себе кофе Диму, – а ты же кровь пьешь?
–– Угумс, – ответил тот с набитым ртом.
–– И мою пил?!
–– Неа, – помотал головой, – от человеческой проку мало, это только вампиры умеют извлекать из ничего все. А мы пьем вампиров. И то, по взаимному согласию.
–– Понятно…
Маг устроился напротив и принялся со скоростью импортной мясорубки изничтожать содержимое тарелки.
–– А как вообще это пригождается? Ну, что ты можешь сделать? Кроме как черное пламя…
–– Много чего, – прожевав ответил он, – поджечь могу, телекинез тоже доступен, в целом пространственная магия мне хорошо дается. А вот менталист из меня никакой, хотя, кровники в этом сильны. Но главный дар – предвидение.
–– Странно, – он посмотрел на меня, удивленно задрав бровь, – просто ты описан в книге как головорез, жестокий и беспринципный. Тут надо способности типа как у Магнето, например.
–– Таких много, – растянул губы в улыбке маг, – толку с них маловато. Тем более сейчас, в век технологий. С одной стороны есть огнестрел. А с другой – все утыкано камерами. Ну и где там железом-та повелевать, чтоб не спалиться и не оказаться прошитым случайно пропущенной автоматной очередью?
Я пожала плечами.
–– Вот и я не знаю, – продолжил он, – а знать, кто против тебя готовит заговор, что будет в ближайшем будущем… это уже интереснее. Тем более, что развитый дар предвидения – крайне полезная штука.
–– Расскажи, – попросила я.
Он доел. Налил себе еще чашку кофе и только тогда начал говорить.
–– Видения. Они приходят сами собой. Когда что-то касается лично меня – достаточно четкие. Хорошо вижу участь близких. Предсказать судьбу планеты… сейчас шансов больше, чем пару десятков лет назад. Но все равно наврядли. Зато предугадать поведение оппонентов и соратников – это я могу даже без видений. Просто знаю и все тут. Будут ли пробки, стоит ли вкладывать деньги в тот или иной бизнес, брать ли с собой зонт. Это знание приходит также легко, как к тебе, например, понимание, что ты хочешь спать, а за окном зябко и лучше накинуть толстовку.
–– А ты можешь менять будущее?
–– Ну конечно, – всплеснул руками Дима, – в этом и вся соль. Ой, это все долгий рассказ, а сейчас мне пора ехать.
–– По своим очень головорезным и крайне грязным делишкам? – хохотнула я.
–– Естественно, дорогая! – картинной всплеснул руками маг.
Он быстро оделся и ушел. Поцеловал в щеку на прощание. Оставил мне еще какой-то литературы, половина которой оказалась в электронном виде. Прогресс не щадит никого. И это очень интересно. Я точно читала офигенное фэнтези. И острота как раз том, что это не фэнтези.
Это не просто параллельный мир. Такое ощущение, что я раньше жила взаперти и ничего не знала, не понимала. Поразительно. Как верно заметил Дима, относительно прав и обязанностей посвященных и приближенных людей, все оказалось не так уж и плохо. Тем более, что под покровительством самого Арктик Рейна я могу вообще не переживать ни о чем. Плюс.
Но мысли о самом механизме колдовства меня не оставляли. И чем конкретно отличается человек неодаренный от одаренного, мага. Вот у музыканта более тонкий к тональностям слух и хорошее чувство ритма. Но любой, кто не обладает физическими уродствами, ну, глухота, например, сможет научиться хоть как-то музицировать.
То есть, получается, что мы, обычные, обделены? Люди с травмой, недостатком, уродством? Ведь тогда вполне логичным кажется отношение к нам как… как к существам второго сорта. И это не жестокость, не пренебрежение превосходства. Ни капли. Просто у мы не в состоянии ощущать Силу, тем паче, управлять ей хоть как-то.
Кстати, там были даже тесты для выявления дара. Надо попробовать пройти такой, просто так, из интереса. Наверняка Дима меня проверял и не раз. Я думаю тяжело быть с человеком, который неполноценен, не ровня тебе. Но все это не сегодня, и думать об этом, и проходить тесты. Сейчас мне надо понять, как жить дальше.
Когда Дима вернулся, а это было уже глубокой ночью, я сидела за обеденным столом, на котором уже давно остыл ужин, приготовленный и сервированный Светланой, которую я тут же после этого выпроводила. Не до нее. У меня были вопросы. Много вопросов.
