Алла Железнова "Дядя придет за мной"

– Что такое? – спросила я его, оставив пакеты в прихожей.

– Роботы! – вздохнул он.

– Не нравятся? – испугалась я.

– Все супер!

Он тут же пристроил на письменный стол к ожидавшей его четверке своего Оптимуса и посмотрел со стороны.

– Ладно, осваивайся. Я положу твое мороженое в морозилку, – улыбнулась я.

В комнате Ромы был ученический стол с книжными полками, за которым училась и я когда-то. Он очень хорошо сохранился, не сказать, что смотрелся как новый, но вполне приемлемо. Еще заполняли пространство кровать, шкаф, тумба и пуфик, в котором, до недавнего времени, я хранила пряжу.

– Теперь давай разложим твои вещи по местам. Рубашки на вешалку вот сюда, – я убирала, Рома подавал. – Футболки сюда, это сюда…

Так мы и разобрали все, что у нас было. Не густо, но это только пока. Постепенно все докупится. В школу идти только через два месяца. День рождения у Ромы, судя по документам, оказался в конце августа.

– Пойдем за стол, мой руки.

Пока сынок умывался, я поставила подогреваться борщ на плиту, а пюре и затем котлеты в микроволновку. Достала тарелки, ложки и вилки, налила вишневый компот, и мы сели немного подождать.

– Ром, мне каждый день, с понедельника по пятницу нужно будет ходить на работу. Пока лето, детишки болеют мало, поэтому меня не будет примерно по шесть часов, может чуть больше. Иногда на выходные мне выпадает дежурство. Если хочешь, я буду на них брать тебя с собой?

– Хочу. Не люблю сидеть дома один, – согласился мальчик.

– Вот и славно.

– Юля, – обратился он ко мне, долго думая, как меня называть. – А когда мы будем искать Максима?

В глазах Ромы тут же появилась тоска. Надо что-то делать.

– А ты знаешь варианты, где мы можем его поискать?

– Да, папа всегда говорил, что ему нельзя звонить, только писать письма, как Деду Морозу, только в Аргентину.

"Куда?!" – мелькнуло у меня в голове.

Ну, само собой, чтобы не расстраивать пацаненка, отец говорил, что дядя жив и живет где-то далеко. Звонить нельзя, потому что никто не ответит. А писать, как Деду Морозу, вполне логично! Можно незаметно написать самому ответ и принести сыну, как будто от Дикея. Мда…

– А адрес ты знаешь? – спросила я, чтоб уж наверняка.

– Буэнос-Айрес, район Ретиро, улица Федерико Лакросе, дом 42 квартира 234.

"Это он сейчас серьезно? Даже я бы столько не запомнила!"

Я сходила за листочком и ручкой и протянула их Роме.

– Запиши сюда, пожалуйста. Сейчас мы поедим и ляжем отдохнуть, пока на улице такая жара. А вечером напишем письмо и сходим на почту. Хорошо?

– Хорошо.

Ребенок моими блюдами остался доволен. Он лег в свою новую кровать и уснул почти мгновенно. То ли так умаялся, то ли хочет, чтобы побыстрее вечер настал. А я бросилась к компу чуть ли не сломя голову, проверить адрес.

– Все верно! – шокировалась я. – Этот адрес существует!

И кому же мы пошлем письмо? Если там живут другие люди, они могут его выбросить и все. Это был бы лучший вариант. Но могут и ответить, что якобы мы ошиблись. На марки много денег уйдет, значит это вряд ли. Но в любом случае письмо мы отправим по-настоящему. Я же пообещала. Была не была!

Вечером на почте помимо нас было человек восемь. В основном все отправляли посылки.

– Итак, ты все написал, что хотел?

– Да. Проверишь?

– Зачем? Ты ведь уже взрослый, в третий класс переходишь и пишешь хорошо.

– Но… Ты ведь теперь моя мама. Не будешь меня контролировать? – спросил с подковыркой Рома.

Вот в такие моменты я думаю, кто из нас родитель.

– Ну, хорошо.

Я развернула лист и вчиталась в кругленький, слегка корявенький, почерк Ромы.

"Дядя Дикей. Я остался один. Никто мне не верит, что ты жив. Я сказал, что буду тебя искать, и помогает мне новая мама, Юлия. Мы оба очень тебя ждем. Рома Шолохов".

– Вроде все в порядке. Давай запечатывать конверт? – спросила я.

– Давай, обратный адрес не пиши.

– Почему?

– Так надо.

– Но как же дядя нас найдет? – поразилась я, уже не понимая, что затеял сынок.

– Он найдет. Но если письмо попадет не в те руки, нас найдут другие люди.

– Что?! – кажется, я тупею.

– И фамилию не пиши свою. Просто Юля и индекс города.

Ну хорошо. А в адресе только страну укажу. Я сомневаюсь, что без наших данных письмо вообще куда-либо пойдет. И все же письмо у нас приняли. Рома остался доволен. Казалось, что с него спал еще один тяжелый груз. Мне страшно.

– Ром, – позвала я на обратном пути.

– Да… мам? – попытался он, чем меня порадовал.

– А про каких людей ты говорил?

Рома остановился, отвел синие глаза в сторону и ответил:

– Мои родители были террористами. Полгода назад они покинули группировку. И теперь я с тобой. Меня пока не трогают. Но отец мне всегда говорил, что нужно прятаться.

– Максим тоже был бандитом? – решила уточнить я.

– Не таким, как папа Саша. Они не особо дружили. Но дядя меня любит. Он приедет, если письмо дойдет, – повесил он нос.

– Знаешь что? А давай мы будем отправлять по письму каждые двадцать дней? Постепенно одно, но достигнет цели. Как раз я спросила, до Буэнос-Айреса письмо идет максимум пятнадцать дней. И чтобы нас найти, пять дней у твоего дяди в запасе есть.

– Давай! – воодушевился сынок.

– Вот и ладушки.

Следующие дни мы жили душа в душу, после работы выбирались на прогулки. Ходили в парк, катались на каруселях, ели сахарную вату, даже смотрели новый фильм в 3D "Отряд самоубийц". Рома настолько впечатлился, что пришлось искать другие фильмы с комиксами в Интернете. "Дэдпул" и весь "Бэтмен" были преодолены за пять дней. Помимо этого сынок честно понемногу изучал программу по литературе, заданную на лето, и по дороге домой пересказывал содержание сказок и стихов. Мой мальчик стал возвращаться к жизни и чаще улыбаться.

Но однажды ночью я услышала всхлипы из его комнаты и пришла проверить, в чем дело. Оказывается, Рома плакал во сне и звал отца. Я пододвинула его к стенке и легла рядом, притянув к себе поближе. Судорожные вздрагивания прекратились почти сразу, и сынок равномерно засопел носом.

Меня удивило, что звал он именно "папа" и никогда не говорил о матери. Может, она была с ним слишком суровой? И эта игрушка. Не смотря на то, что таких у него уже пять, свою он таскает с собой везде.

Часть 2. Оптимус Прайм

На сегодня мы запланировали просмотр "Мстителей", но сначала надо выбраться в магазин, закупить продуктов. Рома увязался за мной, а я и рада, что у меня появился персональный хвостик. Разговоров про дядю мы больше не поднимали, и я очень надеялась, что спустя пару лет писем мальчик осознает, что того давно уже нет в живых.

– Ты зачем такую дорогую колбасу взяла? Да еще и жирную, – спросил сынуля, стоя со мной у холодильной камеры в "Магните".

– Она вкусная, – пояснила я.

– Бери печеночный паштет, он полезней и дешевле.

– Не хочу, – скуксилась я.

– Я хочу, – кажется, у меня дома поселился настоящий командир.

Так и пришлось уступить. Держа в руках тяжелый пакет, мы не торопясь шли по улице. Рома нес бутылку лимонада и переворачивал ее вверх дном и обратно, наблюдая за пузырьками газа.

– Он же потом невкусный будет, – произнесла я, поглядывая по сторонам, собираясь перейти дорогу, как только переключится светофор.

– Я немножко.

– Давай руку, зеленый свет.

Мы крепко сцепили ладони и сделали шаг на проезжую часть. Еще один и еще, мне показалось, что время замедлило бег. Что-то должно произойти. Послышался скрип тормозов, люди на переходе бросились врассыпную, а я едва успела потянуть на себя Рому, бросив пакет и завалившись в строну. Мы кубарем откатились к обочине, а крупный внедорожник вильнул вбок и врезался в столб. Из черного "ниссана" с водительской стороны выбрался уцелевший водитель. Им оказался полицейский.

– Рома? Ты цел? – спросила я сына, оглядывая его со всех сторон, сидя на асфальте.

– Да, только испугался немного, – ответил он мне.

– Слава богу, вы в порядке! – подбежал к нам высокий мужчина средних лет в форме.

Коричневые короткие волосы, темные тонкие усы и небольшая щетина, густые брови, широкие плечи, небольшой, но весьма приметный живот, начищенные до блеска ботинки. Полицейский протянул мне руку, помогая встать.

– Куда вы так неслись? – спросила я раздраженно.

Рома принялся активно оттряхивать синие джинсы и белую «хулиганку», испачканные в дорожной пыли. Как только он закончил и поднял синие глаза на виновника ДТП, замер, неприлично открыв рот.

– Простите, гражданочка. Тормоза немного отказали. Ничего не смог поделать, кроме как вырулить в столб. Видимо, тормозная жидкость закончилась, давно на техобслуживании не был. Я Сергей Владимирович Дуев, капитан полиции, – мужчина перевел взгляд на мальчика, и его брови поползли вверх от удивления. – Шолохов Рома, кажется? – полицейский протянул ему руку в приветствии.

– Когда кажется, креститься нужно, – буркнул мой сынок невежливо.

– Рома, так нельзя. Даже не смотря на сложившуюся ситуацию.

Мальчик вздохнул и неохотно ответил на рукопожатие, как взрослый.

– Так тебя усыновили? – еще больше удивился Сергей Владимирович. – Извините, как вас? – обернулся он ко мне.

– Юлия Андреевна. Откуда вы знаете Рому?

– Я неоднократно посещал его родителей… – начал было мужчина, но был перебит сынулей.

– И доставал их своими допросами.

– Не будем ворошить нелегкую для ребенка тему, – отмахнулся полицейский.

– Я не ребенок! Мам, пойдем собирать продукты в пакет, пока не попортили колесами, – вцепился он в мою руку и настойчиво потянул в сторону перехода, часть которого транспорт объезжал, стараясь обогнуть место аварии.

Я последовала за ним, и первым делом мы проверили целостность Роминого друга – Оптимуса Прайма, лежащего на дне пакета. Некоторые яблоки, купленные для шарлотки, пришли в негодность, расколовшись на части. А все остальное уцелело. Повезло.

– Еще раз прошу простить, – последовал за нами Сергей Владимирович, подбирая уцелевшее яблоко и протягивая мне. – Вам точно не нужна никакая помощь?

– Абсолютно!

– Может вас до дома подвезти?

– Почините сначала машину, – буркнула я, озадаченная Ромкиной неприязнью к этому представителю власти.

– Ах, да. Я переволновался. Вот, возьмите, – протянул он мне визитку, подмигнув. – Если понадоблюсь, звоните.

– Непременно, – бросила я ее в настрадавшийся пакет с потрепанными ручками.

Нужно будет, как можно аккуратней, дойти до дома и не трясти им. Что-то мы перебрали с продуктами. В следующий раз пойду со списком.

– Мам, пошли домой в обход, – прошептал мне Рома.

– Почему? – изумилась я.