– Спасибо, – отвечаю голосом, лишённым всяких интонаций. – Ты тоже неплохо.
Он подходит сзади, кладёт мне на плечи руки. Прикосновение заставляет внутренне содрогнуться от омерзения, а совсем недавно я таяла от таких жестов. Теперь хочется стряхнуть его руки, отшатнуться в сторону. Ещё ночью он трогал ими любовницу. Но нужно терпеть.
Он, как ни в чём не бывало улыбается моему отражению.
– Сегодня важный вечер. Постарайся быть… повеселее, а? Не хмурься.
– Я не хмурюсь, – растягиваю губы в ответной улыбке. – Неважно себя чувствую.
Он вздыхает уже с раздражением.
– Оль, хватит упаднического настроения. Всё у нас хорошо. Даже замечательно.
Да, конечно… Просто замечательно! У меня на телефоне лежат первые фото от Игоря. Артур с Юлей вдвоём в супермаркете. Он толкает тележку, она что-то увлечённо рассказывает, смеётся. Они в брендовом бутике женской одежды. Картина счастливой парочки, совершающей совместные покупки. То, что мы с ним не делали уже лет пять. Хозяйство полностью на мне. Закупки продуктов тоже. Об одежде и говорить не приходится. Артур ненавидит торчать в бутиках, пока я примеряю наряды. Как вижу – только со мной.
Мы подъезжаем к отелю, где проходит вечер. Всё, как всегда. Стоянка, забитая дорогими автомобилями. Яркий свет вспышек фотоаппаратов бьёт в лицо. Журналисты надоедают вопросами. Гул голосов обслуживающего персонала. Всё мелькает перед глазами, смешиваясь в цветную говорящую кучу из тел.
Беру Артура под руку и вжимаюсь в неё сильнее, чем нужно. Не от нежности. Меня шатает. Нужна опора, чтоб не грохнуться в обморок.
Входим в зал. Блеск, шик, коктейль из ароматов дорогих духов и живых цветов. Красивые женщины в дорогих нарядах, сверкающие бриллиантами украшений. Их спутники с холёными властными лицами.
Артур улыбается, выискивая глазами кого-то в толпе. Игорь предупреждал что, Юля, скорее всего, будет здесь. Наша фирма – одна из спонсоров. Я нахожу её раньше мужа. Блондинка, блистая нарядом, стоит в центре небольшой группы людей. На ней очень красивое платье, купленное Артуром. Нежно-золотистое, с градиентным переходом, создающим иллюзию движение света и тени. С глубоким декольте на спине. Я видела этот наряд на фото в отчёте Игоря. Артур заходил с ней в бутик неделю назад. Он выбирал. Он советовал. Он оплатил.
У меня перехватывает дыхание. Он покупал ей платье, в то время как меня даже не удосужился предупредить о вечере заранее. Он выбирал для неё цвет, фасон, восхищался ею в примерочной. А я в это время варила ему гречневый суп, потому что он любит мой гречневый суп.
– Ольга, Артур! – слышу голос свекрови.
Делаю несколько глубоких вздохов и оборачиваюсь. К нам движется Валентина Ивановна. В костюме цвета бургунди, с идеальной укладкой и таким же идеально холодным выражением лица. Стальные глаза, такие же, как у сына, бегло скользят по мне, оценивая. Читаю в них привычное пренебрежение.
– Мама, – Артур наклоняется, чтобы поцеловать её в щеку.
– Сыночек, – она треплет его по руке, и её лицо смягчается на долю секунды. Потом взгляд снова метнулся ко мне: – Оленька. А ты что-то бледная. Не заболела?
– Нет, всё хорошо, Валентина Ивановна, – отвечаю, пытаясь втянуть в себя побольше воздуха. – Просто устала.
– Надо больше внимания уделять себе, – вещает ведьма, поправляя массивную брошь с изумрудами. – Мужчинам нравятся ухоженные и… жизнерадостные женщины, – она произносит это с таким видом, будто выносит мне смертельный диагноз. – На тебе платье, которое ты надевала год назад на мой юбилей. Надеюсь, ты понимаешь, что это моветон?
Молчу. Стоит сказать, что узнала о вечере за полдня до того, и посыплется критика, что невнимательно слушаю мужа.
Мы идём вглубь зала, занимаем столик. Чувствую себя куклой, выставленной напоказ. Повторяю про себя, как мантру: «Улыбайся, Ольга. Кивай. Будь жизнерадостной». Почти не чувствую вкуса просекко. Слежу украдкой за родственниками. Артур что-то оживлённо рассказывает матери, та одобрительно кивает. Её взгляд на секунду встречается с чьим-то через зал, и на змеиных губах появляется едва заметная, понимающая улыбка. Прослеживаю её взгляд и вижу Юлю. Та смотрит на нашу семью, на меня, и в её глазах – насмешка. Триумф.
Они обе здесь. Его мать и его любовница. И обе глядят на меня как на временное недоразумение. Как на помеху, которую скоро уберут с дороги.
Меня начинает трясти. Не могу дольше это выносить. Не хочу сидеть рядом с предателями, делая вид, что ничего не происходит. Игра в счастливую семью меня убивает.
– Я пройдусь, – говорю, вставая на ватные ноги.
– Ты уверена? – Артур хмурится. – Хочу представить тебя потенциальному инвестору. Не отходи надолго.
Киваю и иду, почти не видя дороги. Мне нужно двигаться. Дойти до бара, взять воды и отдышаться. Прохожу мимо столиков, мимо смеющихся людей. Ощущаю себя чужой на их празднике жизни. Взгляд в пол, не хочу отвечать на бесконечные приветствия.
Останавливаюсь, наткнувшись взглядом на препятствие. Вскидываю голову. Прямо передо мной возникает Юля. С бокалом в руке, с оскалом в сладкой улыбке.
– Здравствуйте, Ольга! Какое прекрасное мероприятие, не правда ли? – говорит она своим мелодичным голоском.
Я останавливаюсь. Смотрю на её платье. На золотистое великолепие, купленное моим мужем.
– Да, – выдавливаю через силу. – Очень… яркое.
– А вы прекрасно выглядите, – продолжает она. Змеиный взгляд скользит по моему платью с едва заметной снисходительностью. – Классический стиль. Безопасный. Всегда к месту.
Внутри у меня всё закипает. Всегда к месту? Она стоит в платье, купленном на наши с мужем общие деньги, и называет мой стиль «безопасным»? Краем глаза замечаю, что Артур и его мать смотрят на нас. Валентина Ивановна что-то говорит сыну на ухо.
И тут я это делаю. Я не планировала. Вышло само. Делаю резкий шаг в сторону. Мой каблук цепляется за невидимую неровность, я спотыкаюсь. Почти полный бокал с шампанским выскальзывает из пальцев и, его содержимое целенаправленно, летит на её золотистое платье.
Хлюпающий звук. Золотистая жидкость растекается по тонкой ткани темным, безобразным пятном. Юля вскрикивает. Наклоняется, с ужасом глядя на мокрую грудь, открытую для окружающих.
– Ой! – восклицаю с наигранным изумлением. – Простите, я не хотела! – с состраданием на лице прижимаю ладонь к груди. – Мне так неловко…
Боже, как мне хорошо в этот момент. Жаль, что нельзя повторить ещё раза три.
К нам тут же подскакивает Артур. На багровом лице теперь нет улыбки.
– Ольга! Что с тобой? Дорогая?.. – «заботливый» муж хватает меня за локоть, сжимая так сильно, что больно.
– Ничего серьёзного, – откликаюсь, глядя ему прямо в глаза. – Просто споткнулась…– Перевожу псевдосочувствующий взгляд на его любовницу. – Мне так жаль, Юлия,– хочется добавить, и как теперь выглядит твоё платье на фоне моего «безопасного»?
Юля, пунцовая почти, как костюм моей свекрови, промокает платком растущее пятно. Вечер для «голубков» явно испорчен. В её глазах – бешеная злость.
– Ничего страшного, – шипит она сквозь зубы. – Бывает.
Голос Валентины Ивановны раздаётся сзади. Она подошла бесшумно. Тихие слова вонзаются в меня отточенными лезвиями:
– Я же говорила, Артур. Твоя жена как была с двумя левыми ногами, так и осталась. Никакой грации. Никакого чувства такта.
Я замираю от обиды. Удивляюсь собственной реакции. Давно пора привыкнуть. Разве было хоть раз по-другому? Одариваю свекровь таким же ехидным взглядом и выплёвываю в изумлённое лицо:
– Что вы, «мама»? У меня обе правые!
Артур перестаёт бормотать Юле извинения за неловкость жены. Он резко разворачивает меня и ведёт прочь, в сторону выхода. Жёсткие пальцы впиваются в руку как клещи.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
