Если верить моему семейному архиву, то прапра изматывал эту собаку три дня и три ночи. И дар у этой собаки тоже был как-то завязан на акустике.
Так что вот. Разница лишь в том, что Соловей свистел, а моя бабайка визжит, как истеричка. В остальном история повторяется.
Не наш ли отечественный банши он был? История умалчивает, ибо сравнивать предкам было не с кем.
Ну допустим…
Героическое многодневное превозмогалово – это, конечно, очень круто и эпично, но попытаться форсировать события всё равно стоит. И есть у меня одна идея.
– Эй! – крикнул я из зала и тут же прыгнул в сторону, уклонившись от крика. – Эй, дура! Сдавайся! Ты окружена! Твои люди мертвы! Давай договоримся по-хорошему!
– Ах-ха-ха-ха! – рассмеялась банши. – Ты всерьёз предлагаешь мне…
– Бах! – я послал в тварь сильнейший разряд сырцы. Конечно, ни о каких переговорах не может быть и речи. Да и быструю лёгкую смерть я ей обещать не могу, потому что любая смерть от моей магии – быстрая и лёгкая. Если только не пытать специально.
Так что сейчас я просто понадеялся на то, что заболтаю банши и всё-таки попаду. Не вышло. Тварь оказалась проворней.
– Ур-р-род! – рявкнула Сколопендра, вернувшись в материальный мир. – Ты и впрямь думаешь меня одолеть?! Ты и впрямь думаешь, что я окружена?!
Отвечать не стал.
Приступил к выполнению плана номер два – ползком и втихаря добраться до раздолбанной каморки суфлёра и попробовать атаковать оттуда, то есть чуть ли не в упор шарахнуть. Посмотрим, что из этого получится.
– Наивный дурак! – разговорилась тем временем банши. – Поверь, мы ещё встретимся! – и тут вдруг…
Не мудрствуя лукаво, взяла и полетела на выход. Мне аж обидно стало от такой простоты. Подскочив, я начал бить по ней как из пулемёта, но всё мимо. Мимо, мимо, мимо. Тут же откуда ни возьмись появились Лёхины лианы – друид как мог силился ухватить Сколопендру, но тоже не преуспел.
Растения не могли поймать то, чего нет; банши двигалась к выходу из зала в своём нематериальном амплуа. Так ведь она и впрямь сбежит!
– С-с-с-сука, – прошипел я и бросился вдогонку…
***
– О-о-оооу! – опять протянула Дольче и ткнула Фонвизину локтем в бок. – Ты посмотри, как это мило! С полуслова друг друга понимают!
А речь шла об освобождении шаманки. Как оказалось, нельзя было просто взять и взрезать артефактную защиту ножницами; не всё так просто. Ира сказала, что некоторые из пут при нарушении целостности могут и убить.
К пленению Шамы триады отнеслись тщательно. Без недооценки противника. Шанса выбраться самостоятельно никакого. Да и посторонняя помощь с огромной долей вероятности отправит на тот свет. Подстраховались то есть.
Так что прямо сейчас Скуфидонская и Батхуяг в четыре руке играли на коконе шаманки, живо обсуждая процесс и щедро швыряясь друг в друга терминологией. Энергоканалы, цепи, шлюзы, перемычки, что к чему подвязано и что за что цепляется…
Пускай Тамерлан не был ни одарённым, ни тем более артефактором, однако дисциплину знал получше многих и как ассистент был незаменим. Плюс знания, плюс аналитика этих самых знаний да плюс две руки, если нужно тупо что-то подержать.
Хакер уже давно говорил, что, несмотря на магическую природу, артефакторика гораздо ближе к кодировке, чем кажется. Никакой оккультности, никакой тайны, которую невозможно было бы постичь. Всё очень логично. Всё взаимосвязано и капризно точь-в-точь так же, как и в языках программирования, когда из-за одной неуместной скобки рушится всё уравнение.
И более того!
Именно он выполнял за Иру некоторую часть работы. Изобретала Скуфидонская сама и первые образцы создавала тоже сама, а вот хакер задним числом сокращал артефакторные формулы. Избавлялся от лишних телодвижений и сводил всё к максимальной простоте. Свой труд Тамерлан называл «прописыванием макросов», чем периодически бесил Скуфидонскую, но…
Не сейчас.
Сейчас, в критической ситуации, вдали от лабораторий и компьютеров, хакер действительно оказался полезен. Если Скуфидонская где-то спотыкалась, то описывала ему, что видит благодаря своему дару, а он в свою очередь расшифровывал «код» и подсказывал решения.
– Погоди-погоди-погоди, – хмурился Тамерлан. – То есть всё на вот эту хрень зациклено?
– Ага.
– А эффект?
– Электрическая техника. Нарочно слабенькая, чтобы запутать… по ощущениям, как будто пальчиковая батарейка, но усиленная здесь, здесь и здесь.
– Как думаешь, сколько иксов?
– Если пойдёт по часовой, то икс сто, если против, то двести.
– Ага, – кивнул Тамерлан. – То есть либо тряхнёт, либо зажарит.
– Не вижу причин, по которой нужно создавать такую схему, чтобы просто потрясло. Зажарит, я тебе прям гарантирую.
– Кого зажарит?! – выпучила глаза шаманка. – Меня зажарит?! Зачем вы это гарантируете?!
– Ксюша, лежи тихонечко, пожалуйста, – улыбнулась Ира и потрепала Шаму за щёку. – Всё по красоте сделаем, не сомневайся.
– Но это не точно, – хохотнул Тамерлан.
– Чиво?!
– Режь здесь.
– Не надо!
– Ксюша, пожалуйста, не дёргайся.
– Не-е-е-ет!
– Для твоего же блага.
– Нет-нет-нет! Мне и так нормально! Давайте меня потом спасём, а?! Я уже привыкла и…
– Ты ничего не почувствуешь, – пообещала Ира.
– И это тоже неточно, – вставил хакер.
– Спасите! Помоги-и-и-ите! Оля?! Оль, слышишь?! Скажи им!
– А я-то тут при чём?
– Ты же княгиня!
– И что?
– Ир, режь.
– А-АААА!!! СПАСИТЕЕЕ!!!
Глава 2
Какая же быстрая тварь!
Едва я успел взлететь по ступенькам и выскочить в коридор, как бледная мерзость уже скрылась за поворотом. Уж не знаю, как работает её техника, и может ли она проходить сквозь стены, но она даже без этого быстрее меня!
Упустил что ли?!
Проиграл?!
И это мне что же теперь? Сдаться? Расписаться в собственном бессилии? Ночами не спать и ждать ужасной мести, потому что рядом рыщет злобная бесплотная тётя?!
Да хрен там плавал!
Слабость – для слабаков, а я догоню!
Догоню во что бы то ни стало! Как и хотел, буду следовать за ней до тех самых пор, пока она не устанет! Караванами, теплоходами, я тебя убью, мон ами!
– У-у-у-у-уф, – я на секунду остановился, напитал конечности силушкой и рванул было дело вперёд, как вдруг…
Банши вернулась.
Выпрыгнула из-за угла обратно, вот только…, а что с лицом? Испуганная она какая-то стала, потерянная и злая даже больше, чем раньше.
Банши на секундочку материализовалась и крикнула:
– И-ИИИ-ИИИ! – куда-то в коридор.
Крикнула, а затем снова стала прозрачной и метнулась в противоположную сторону; прямо в глухую стену. И вроде бы даже начала сквозь неё проходить, но тут… бах! Ударилась о кирпичную кладку, как если бы была материальна. Ещё секунда, и из стены показался зелёный полупрозрачный щит.
Заяц!
Заинька Шестаковой, тут как тут!
– Бах! – а это ещё один подоспел, с другой стороны. С разбегу крепко приложил банши щитом по затылку. Ну отлично же! Отлично! Стало быть, скоро и мой выход! Шаманские миньоны щемят тварь на астральном плане, а я дожидаюсь наяву – прекрасная связка!
Третий и четвёртый зайцы не заставили себя ждать. Призрачные мускулистые фигуры зажали банши в кольцо. Со стороны это было похоже на каноничную школьную сценку – как будто четыре хулигана окружили ботаника и теперь толкают его друг на друга.
Тварь в ответ ярилась, махала когтистыми руками и пыталась достать обидчиков, но всё без толку. А большего ей и не оставалось. Кричать она могла только во плоти.
Н-да…
Вот так знаменитый учёный Василий Иванович Скуфидонский сделал великое открытие в области метафизики: оказывается, что колебания упругих волн в газообразной среде никак не вяжутся с астральными проекциями.
А это значит что? А это значит, что если в старинном замке ночью кто-то стонет и гремит цепями, то с вероятностью в девяносто девять процентов это шумит БДСМ-оргия, а вовсе не жуткий призрак прежнего владельца замка.
– Щеми её, Ксюха! – заорал я, пускай до сих пор и не увидел шаманку. – Выкуривай с-с-суку!
– Хорошо, Василий Иванович! – донеслось до меня из-за угла.
Бах! Бах! Бах! Начался беспощадный пинг-понг Сколопендрой, где в качестве ракеток были призрачные щиты зайцев, а в роли шарика бледная зубастая башка. Бах! Бах! Бах!
Банши слабела.
Банши бледнела, хотя казалось бы – куда уж дальше?
Банши мотылялась из стороны в сторону, бесилась, но ничего не могла поделать с ситуацией. Не знаю, что случилось бы с ней, вырубись она в своём призрачном состоянии, ну так теперь и не узнаю никогда… в конце концов, тварь обрела материальные очертания и завизжала на зайцев в попытке отбиться.
Хватило ли мне тех долей секунд, чтобы снести ей голову?
Хватило…
***
– Прости, Аймурат, но вот это точно не моё.
– Э-э-э-э, – брат Тамерлана покачал головой. – Ну как так-то?! Батыр, он во всём батыр! – и снова всучил мне здоровенный композитный лук с кучей наворотов.
– Ну… ладно, – сказал я. – Допустим.
Встал, как учили – ноги на ширину плеч, левое плечо вперёд, подбородок повыше – наложил стрелу, зажмурил один глаз, начал натягивать тетиву и – прунь! – опять порвал.
– Ну не моё, говорю же!
– Ладно-ладно, – бородатый улыбнулся и похлопал меня по плечу. – Всё равно батыр!
Батыр я или не батыр, мы выясняли вот уже несколько часов кряду. Зачем-то. Зачем – даже не представляю, но сам я даже не заикался на этот счёт, не спорил и звание не отстаивал. Оно как-то всё само случилось.
Итого:
Бревно я уже метал, с тройкой лошадей в перетягивание каната играл, и да простит меня Мишаня, отжимал медведя от груди.
Честно говоря, я вообще не понял, как мы здесь оказались! Как будто морок какой-то! Вот мы с Шестаковой убиваем эту грёбаную Сколопендру. Вот выбираемся наружу.
Вот к Дворцу Достижений в компании ордынских пограничников приезжают люди Гринёва. Вот Ирка объясняет им за Чао и его сознательность и перевоспитание, вот мы грузим Чао в машину, вот мы стоим, переводим дух и дышим воздухом, а потом вдруг р-р-р-р-раз, и вот: уже посасываем кальян, сидя на тахте во дворике семьи Батхуяг.
То, что ордынцы на своей земле ребята дружелюбные и гостеприимные – это как бы непреложный факт; это всем и без меня известно, так что не удивлю. Но! Семья Тамерлана в своём гостеприимстве оказалась какой-то… какой-то яростной! Непримиримо-дружелюбной и ультимативно-гостеприимной!
Отказать им просто не получилось!
Закрутили, завертели! А поехали, Василий Иванович, а мы тебя не можем просто так отпустить, а это как же так гостя не уважить?! А вот тебе вино попробуй; это с нашего виноградника. А давай танцовщиц пригласим, а давай на лошадях покатаемся, а давай то, а давай сё…
Короче…
