Мои подштанники тоже были готовы. Из‑за разницы в росте при одинаковой длине Леонарду они были чуть ниже колен, а мне – до щиколотки.
Я окликнула Лео и изобразила эффектную позу, демонстрируя модерновый дизайн. Тот одобрительно поднял палец вверх.
– Почему ты, кстати, не сделала себе юбку? – спросил он, протягивая ладонь с орешками. Я взяла. Они и правда были вкусными. И скорлупа мягкая, ещё тёплая. Термическая обработка определённо пошла им на пользу.
– Мало ли куда придётся лезть, – пожала я плечами и зевнула. – Давай спать!
– Очень соблазнительное предложение! – Лео придвинулся ко мне, не особо скрывая намерения, и потёрся носом о нос.
– А ты упаковку с оставшимися презервативами не прихватил? Случайно, – намекнула я, отстраняясь. – Не сомневаюсь, что дети от тебя будут идеальны по всем параметрам, но…
– Но не у тебя? – саркастически хмыкнул он.
Кто бы мог подумать, что у мужчины с его внешностью и положением могут быть комплексы на этот счёт? Хотя, дорогой дневник, возможно, у альфа‑самцов это априори вбито гвоздями в ДНК: потребность эту ДНК пристроить везде, куда пристраивалка дотягивается.
– Лео, я бы рада. Просто я так не могу. – Причин, по которым не могу, было выше крыши, но я решила не травмировать мужское эго. – Ты умный, сильный, красивый. Верховный маг, опять же. Я даже могу поверить в то, что сейчас ты искренен. И готов отвечать за последствия от девушки, которую знаешь меньше недели. Просто… Ну а если что‑то пойдёт не так?
Леонарду поджал губы и отвернулся.
Знаешь, дорогой дневник, я на такое не ведусь!
…Но если встать на позицию Лео, всё уже не столь однозначно.
Смотри, дорогой дневник: он соорудил «пещеру», добыл огонь, принёс «мамонта», обеспечил шкуры… Даже стратегию на будущее разработал… А это, дорогой дневник, далеко не каждому самцу человека по плечу, можешь мне поверить! То есть свои мужские обязанности он выполнил.
А с правами его обломали!
Он, может, на поощрение рассчитывал, а его направо‑налево, по кривой пешей траектории…
Возможно, Лео вообще думает, что я теперь стану манипулировать постелью? А он, понятно, мужчина молодой, с естественными потребностями на фоне адреналинового всплеска. Здоровый организм, всё такое… Или ему для восстановления магического резерва это дело необходимо, а он молчит и не знает, на какой козе подъехать, чтобы не обидеть?
Я бы от ребёнка не отказалась, в принципе‑то…
Только дома. Где я смогу его поднять.
А не здесь, посреди вражеской территории, откуда до неизвестной Ледении абстрактно на юг, лесами‑болотами, до самой цивилизации, не сворачивая.
И вообще я была не против, несмотря на то, что хотела спать.
Даже за.
Должны же здесь как‑то решаться вопросы регулирования рождаемости? Не только естественной убылью населения же?
– Лео, а как вы здесь предохраняетесь от беременности? – Я чудом удержалась от привычного эпитета «нежелательной». Вдруг он опять обидится?
Леонарду обернулся:
– По‑разному. Мы обычно магией. Правда, есть нюанс.
– Всегда есть нюанс. И, как правило, не один.
– Предохранительные заклинания работают. Но в случае с твоей землячкой и родственницей Алёной – нет. Правда, на неё вообще никакая магия не действует: ни защиты, ни нападения.
– А на меня?
– Попробуем? – Лео подмигнул.
Я кивнула и приготовилась внимать магическому воздействию.
Он раскрыл ладонь, подул на неё, будто пытался послать воздушный поцелуй…
Меня тронуло лёгкое дуновение. А дальше, дорогой дневник, что‑то пошло не так.
Потрясённого Лео опрокинуло на спину.
Огонь костерка взметнулся, на долю мгновения размазавшись по магической сфере. И в следующий момент её осколки вместе с клочьями обезумевшего пламени разлетелись во все стороны. Вековые деревья дрогнули и застонали от порыва ветра. В рухнувшей на плечи тишине я осознала, что от непонятно откуда взявшегося шквала, который разметал костёр и Лео, заложило уши.
Сквозь вату в ушах прорвался весёлый треск и шелест.
Огонь набросился на ветки, как голодный нищий на кусок хлеба. Воздух наполнился гудением – пожар набирал обороты. Дотянувшись до новой жертвы, он какое‑то время топтался на месте, будто обживаясь, а потом распускался огненным цветком и нёсся вверх по стволу, в стороны по ветвям, пожирая всё, до чего дотягивался.
Зрелище разрастающейся огненной стены и уходящего вверх черного купола дыма, в котором вместо звёзд сияли искры, завораживало.
– …Поля! – Я очнулась от окрика. Лео закидывал шишки в отрез ткани, оставшейся для рукавов. – Приходи в себя!
В нос ударило гарью.
– Зачем ты это сделал?..
– Я этого не делал!
Свёрток с шишками исчез, будто его и не было. Следом в никуда отправился котелок. Леонарду на секунду остановил взгляд на мне и нашей перине и подал руку, помогая встать.
– А потушить это ты можешь?
До меня понемногу доходила простая истина: если с тобой случилось что‑то ужасное, не торопись впадать в панику. Это можно сделать позже, когда станет ещё хуже.
– Нет, – коротко ответил Лео, и краем глаза я заметила, как исчезло наше ложе.
Всё.
Даже веток не осталось.
– И что теперь делать?..
– Бежать, Поля. Бежать!
Пожар отрезал путь туда, куда нам было нужно. Лео схватил меня за руку и потянул направо.
Я побежала, непроизвольно оглядываясь за спину, где радостно бушевала выпущенная на волю смертоносная стихия. Но хлестнувшая по лицу ветка вернула меня к реальности.
Дальше я смотрела только вперёд.
Путь нам освещал огонёк, который летел перед нами, чудом не цепляясь за колючие сухие и гибкие живые ветки. В мареве дыма его свет казался тусклым, но хотя бы такой.
В кронах над головой то и дело кто‑то пробегал с оглушительным писком и цвеканьем. Чувство вины сжимало сердце. Не знаю, что произошло у нас на поляне. Уверена, что Лео не специально. Однако от мысли, сколько животных погибает сейчас в лесу по нашей вине, было невыносимо больно.
Мы бежали в гору. Сначала подъём был незначительным, но теперь стремительно набирал крутизну.
Нетренированная дыхалка быстро сдала. Лёгкие пылали огнём не хуже деревьев за нашей спиной, солнечное сплетение и правый бок болезненно сводило. Да и дым тоже не облегчал состояния. Глаза слезились. Во рту было горько. Я затормозила и упёрлась:
– Лео, я больше не могу!
Опираясь о ствол, я согнулась, пытаясь восстановить дыхание.
Паровозик Леонарду обернулся ко мне. На первый взгляд, он вообще не устал и был неприлично бодр и свеж.
– Хорошо, – согласился он и выудил неизвестно откуда кусок простыни, не вошедший в итоговую версию штанов.
Потом оттуда же он достал бутылку.
Я опустила голову и закрыла глаза, тяжело выдыхая.
– Будешь пить? – спросил Лео.
– Нет, только не вино, – замотала я головой. – Мне бы водички.
– Это вода.
Дорогой дневник, неужели впервые в жизни мне повезло?! Я не в смысле воды, хотя вода и правда была кстати. Она немного пахла вином, но была свежей и холодной, и мне даже было плевать на микрофлору, её населяющую.
Впрочем, возможно, тут изобрели обеззараживающее заклинание. Лео производит впечатление очень предусмотрительного человека. Мог и об этом позаботиться.
– На, повяжи. – Маг протянул мне смоченную полосу ткани и убрал бутылку куда‑то за спину, где она и исчезла. – Это от дыма.
Он уже завязывал свою на затылке.
– Отдохнула? – Из‑под повязки голос слышался чуть глуше.
– Зачем мы лезем в гору? – пробурчала я, следуя его примеру. – По ущелью было бы проще.
– Полина, сейчас по этому ущелью так полыхнёт, что никаких ног не хватит. Пожар – это не только огонь, но и ветер. Наш единственный шанс – отсидеться на скалах, которые, к счастью, я приметил на западе, когда оглядывал территорию. Готова?
Я была готова. Но земля под ногами начала мелко дрожать. Конечно, дорогой дневник, одного пожара нам мало. Нужно ещё землетрясение.
Однако Лео дёрнул меня за руку и потащил в сторону.
Теперь стал явственно слышен топот. На нас неслось стадо. Возможно, лосей. Я не очень хорошо разбираюсь в копытных. Впрочем, здесь и ёлки не ёлки. Логично, что и лоси окажутся не совсем лосями. Но под копытами у них не хотелось бы оказаться в любом случае.
Я думала, что мы спрячемся, но нет. Лео тащил меня параллельно их курсу, хоть и не очень долго. В смысле, копытные довольно быстро нас обогнали. Все, включая молоденьких лосят, которые драпали в конце.
– Ты не мог их оседлать? – выдавила я из себя на выдохе, карабкаясь вверх.
– Мог, – коротко ответил Лео. – А ты умеешь ездить верхом?
Топот копыт стихал уже где‑то далеко, и мы стали забирать в другом направлении, в сторону большей крутизны.
Не нашей, а склона.
– Нет. – На развёрнутый ответ дыхалки не было.
– Я тоже так подумал. А двоих они вряд ли выдержат.
Лесок стал более разрежённым, местами появлялись каменистые обнажения, которые Лео предусмотрительно обходил. Здесь, выше, воздух стал чище, и мы остановились передохнуть.
Леонарду протянул мне бутылку. Воды осталось около половины, и я отпила небольшой глоточек, чтобы смочить горло. Неизвестно, сколько здесь будет полыхать и когда мы найдём источник.
Мой спутник был прав: теперь стало видно, что пожар уносило ветром по ущелью. На склоны и по низине он тоже поднимался, но медленней.
Мы молчали.
Сил на болтовню не было.
Сил вообще не было.
Прямо сейчас у меня было только одно желание: упасть и не вставать.
Язык пожара освещал тёмный лес, который чуть дальше по долине разделялся ещё более тёмной, извитой полосой. Наверное, рекой. Где‑то в глубине души отпустило. Хотя бы в эту сторону пожар не пойдёт.
Стоило мне об этом подумать, как вдоль реки синхронно вспыхнули огни. Пламя рвануло языками к небу, и внезапный ветер бросил его навстречу наползающему пожару.
– Что происходит? – Я подняла взгляд на стоящего рядом Лео.
– Магия.
– Лес защищается?
– Нет. Защищаются маги. Судя по синхронности – боевые, – проговорил он безучастно, глядя вниз. – Много боевых магов.
– А что они делают в лесу?
– Видимо, ночуют. – Леонарду нащупал бутылку, взял её и опрокинул в себя, будто надеялся, что там окажется спиртное.
– Ну, их вроде не так уж и много.
– Но и не мало. А если ещё рядовых воинов посчитать, которых обычно в войсках приходится не меньше чем по десятку на одного одарённого…
Я забрала бутылку, тоже сделала глоток и уточнила:
