Читать «Триединое Королевство» — Anne Dar онлайн
Страница 2 из 10
Мой взгляд вдруг цепляется за фотографию, стоящую на консольном столике. На ней запечатлена счастливая семья: белокожий шатен Пэр, смуглокожая брюнетка Ашли и такая же смуглокожая, черноволосая и пухленькая девочка… Точно! У них была дочь.
– Пора уходить, – чеканит Багтасар. – Проктор, пошли…
– Подождите, – я подхожу к столику, беру фоторамку и быстро вынимаю из неё фото, будто его сохранность может оказаться важной. – У них есть ребёнок.
– Точно, – хмыкает Проктор. – У Пэра была дочь…
– Плевать, – отрезает Багтасар. – Уходим. Быстро.
– Нет, нужно проверить.
Плохой коп – добрый коп – я правильно определила их ролевые модели. И всё же, для меня эта ситуация кажется до крайности странной: Багтасар отец, а не Проктор, и всё же именно Багтасар решает уходить, в то время как Проктор выбирает проверить.
Проктор быстрым шагом направляется на второй этаж, я сразу же следую за ним, и в результате Багтасар не остаётся в стороне. Мы сразу находим детскую комнату – просторная, выполненная в розовых тонах, она кажется пустой. Проктор падает на колени в попытке проверить пространство под кроватью, я же наугад открываю деревянный платяной шкаф белого цвета и – бинго! – сразу же нахожу искомое. И даже не одно… Две девочки вместо одной – обе пухленькие и на первый взгляд одного возраста, но на этом схожести заканчиваются: дочь Пэра и Ашли смугленькая, с большими чёрными глазами и с двумя густыми, длинными чёрными косами; вторая же девочка заметно плотнее, кожа бледная, узковатый разрез глаз выдаёт метиску с азиатскими корнями, чёрные волосы подстрижены под каре…
– Они здесь, – сообщаю своим охранникам я.
– Они? – позади меня возникает Багтасар.
– Не бойтесь… – начинаю я, но меня сразу же перебивает дочь Пэра и Ашли.
– Мама испуганно сказала сидеть нам в шкафу, а потом на первом этаже начали раздаваться страшные звуки, как будто в дом ворвался большой зверь…
– Монстр, – уверенно встряла вторая девочка.
– С мамой и папой всё в порядке? – голос дочери Пэра дрожит, она почти плачет. – Я знаю вас, – она внезапно выбрала своей мишенью не меня или Проктора, а Багтасара. – Папа работал с тем человеком, на которого работаете вы…
Я вступаю в эту жуткую игру:
– Этот человек, на которого работал, то есть… Работает твой отец и Багтасар, он мой отец, и он послал нас за вами, девочки, чтобы доставить вас в безопасное место.
– Но мама сказала нам не вылезать из шкафа…
– Как вас зовут? И сколько вам лет?
Заговорила вторая девочка, в голосе которой звучит больше уверенности:
– Я Отталия, – переведя указательный палец со своей груди, в следующую секунду девчонка указала пальцем на дочь Пэра. – А её зовут Тофа. Наши папы – родные братья, так что мы кузины. Я старшая, мне уже один месяц как шесть лет. А Тофе исполнится шесть только через три месяца. Мои родители улетели в путешествие в Китай, чтобы навестить маминых родителей, и я осталась здесь на одну недельку. Папа с мамой должны будут приехать за мной через пять дней.
Очевидно, её родители не приедут…
Только я решила, что мы более-менее нашли опору, от которой можно отталкиваться в дальнейшее движение, как в коридоре на втором этаже – совсем близко! – резко начинают раздаваться пугающие звуки: будто кто-то громко чавкает и одновременно шипит через больное горло.
Я успела только резко захлопнуть шкаф перед испуганно округлившимися глазами детей, и в следующую секунду окончательно пожалела о том, что не послушалась Багтасара и не осталась в машине; не послушалась Багтасара и пошла на второй этаж вслед за Проктором: смысл спасать кого-то, если не можешь спасти самого себя?! Сдохнуть на глазах тех, кого порывался спасти – тот ещё героизм!
В комнату ворвалась Ашли, мать Тофы. Вернее, то, что от неё осталось: аорта перегрызена, голова неестественно кренится влево, глаза затуманены серой пеленой, изо рта вытекает поток крови… Она двигается, как поломанная кукла, до момента, пока не определяется с целью – с этого момента её движения стремительны и смертоносно решительны.
Она бросилась на меня. Я отскочила назад, но сразу же врезалась спиной в стену. Если бы Багтасар не оттащил её от меня голыми руками, меня бы не стало именно в этот момент. Но Багтасар смог. И… Подставившись под удар ради меня, моментально получил отдачу… Безумная бросилась на него… Проктор начал стрелять в опасной близости к Багтасару… Существо кинулось на стреляющего – пули будто не наносили ей вреда! быть может, стоило стрелять в голову?! – и прежде чем Багтасар успел произвести первый выстрел, Оно врезалось в Проктора всей своей массой. Проктор стоял спиной к открытому окну… Он вывалился в него прежде чем я успела осознать эту опасность… ПРОКТОР ВЫВАЛИЛСЯ В ОКНО!!!
Багтасар начал стрелять в оставшегося стоящим у окна монстра, но тому было плевать на пули… Оно набросилось на Багтасара с нечеловеческой силой – человеческой не хватило бы, чтобы повалить эту могучую гору мышц на пол. Завалившись на спину, Багтасар начал удерживать монстра голыми руками, но против него выступала ненормальная сила… Зубы чудовища клацали в сантиметре от шеи Райхенвальда – ещё пара секунд, ещё пара сантиметров, и Багтасара или загрызут до смерти, или обратят в безумие, и тогда… Конец.
Я вовремя увидела валяющийся на полу пистолет – Проктор выронил, когда вылетал в окно… Я схватил его и вместо того, чтобы стрелять в туловище… Выстрелила в голову Ашли… Нет, не Ашли… Монстра… В голову Монстра… Это сработало… Точно сработало, потому что её мозги, куски черепа и кровь – очень много брызг крови! целый фейерверк! – оставили мгновенный рисунок на стене с цветочным принтом…
Багтасар сбросил с себя обездвиженное и наполовину лишённое головы тело и, резко поднявшись, впился в меня ошарашенным взглядом:
– Ты спасла меня. Во второй раз.
– Я… Я… Она… Я её… Того?.. – я так и не смогла выдавить из себя фразу “я убила её”.
В ответ Багтасар лишь уверенно кивнул головой, и я вдруг отчего-то обратила внимание на состояние его растрепавшихся каштановых волос…
– Проктор! – я резко, не выпуская из рук пистолет, бросаюсь к окну.
Перегнувшись через край окна, вижу Проктора: он упал ровно на крышу нашего ауди и сейчас явно в помятом состоянии слезает на тротуар…
– Жив! – ахаю я. – Он жив! И самостоятельно двигается, значит, серьёзно не ранен!
– Автомобиль вдребезги, – сквозь зубы цедит Багтасар, пока я наблюдаю за тем, как Проктор сгибается и разгибается, явно проверяя на целостность свои кости. Они целы! Его кости! Значит, всё не так плохо… Подумаешь, автомобиль… А как мы теперь доберёмся до аэропорта?!
Обернувшись через плечо, я вижу Багтасара подходящим к шкафу. В этот момент я вовремя сориентировалась, иначе… Таких психологических травм не пожелаешь даже злейшему врагу. Стоит Багтасару распахнуть шкаф, как я сразу же отталкиваю громилу в сторону и, схватив с вешалок пару шёлковых детских платьиц, обматываю ими головы обеих громко рыдающих девочек. Кивнув на ту, что определённо весит побольше – на Отталию, – я как бы даю добро забрать её. Багтасар хватает её без проблем, будто её внушительный вес для него представляется каким-то пухом. Я подхватываю Тофу и сразу же сгибаюсь… Я, блин, худая, как та тростинка – куда ветер подует, туда и зашатаюсь, – а Тофа не из мелкогабаритных… И всё же я смогла. Да, всё в порядке. Я взяла её на руки и потащила вслед за Багтасаром и Отталией. Мы бежали… И, кажется, я только благодаря какому-то чуду не споткнулась на лестнице и не полетела вниз вместе с этим ребёнком… Не знаю, на каком адреналине я в итоге смогла вытянуть эту девочку на себе, но стоило мне только ступить с крыльца на газон, как мои ноги подогнулись и я всё-таки выпустила из рук сотрясающуюся от горького плача девочку. Багтасар опустил рядом с ней и свою ношу… Платья с голов детей спали, открыв их покрасневшие от слёз глаза, и в этот момент рядом с нами материализовался Проктор.
– Мы без машины… На этой улице ни одной припаркованной.
– Эй, – Багтасар вдруг приседает на корточки напротив Тофы, при этом даже не подумав спрятать угрожающего вида пистолет. – У твоих родителей имеется автомобиль?
Тофа указывает своей пухлой ручкой в сторону небольшой пристройки, стоящей впритык к дому, и сидящая рядом с ней на газоне Отталия вдруг во всю мощь своего детского горла начинает реветь. Если бы эта девчонка так не орала, быть может, я бы никогда и не задумалась о том, а не прав ли был Багтасар в своём нежелании подниматься на второй этаж этого треклятого дома…
Глава 4
Автомобилем Гриммарка оказался мини-купер. Не знаю, чем можно объяснить наличие такой тачки у не страдающего финансовыми трудностями гения. Ничем! И, главное, даже неизвестно, что хуже: та теснота, в которой мы оказались, или та мизерная “максимальная” скорость, которую мы способны выдавить из этой консервной банки! Тяжелее всего, конечно, приходится Багтасару и Проктору: они вообще едва влезли в это смешное пространство со своими несмешными габаритами – головы подпирают потолки, в результате чего безжалостно гнутся шеи! Багтасар управляет автомобилем на каком-то собственном автомате… За моей спиной стоит назойливый рёв двух детей, вынужденных вытирать своими соплями окно, к которому прижаты, потому что Проктор занимает своим телом едва ли не всё доступное сзади пространство… Честное слово, нас в таком положении может спокойно сбить пролетающий мимо жук, и мы без лишних вопросов превратимся в одну сплющенную лепёшку на бампере жучьего корпуса!..
Стараясь не рычать от доводящего до мигрени детского вопля, смешанного с нецензурной бранью Проктора и нечленоразборчивыми ругательствами (кажется, на немецком языке) от Багтасара, я через свой мобильный телефон выхожу в интернет и сразу же нахожу интересующие меня новости. Читаю громко, чтобы досталось всем:
– Сталь! Этот трэш назван Сталью! Слышите?! Заражённых обозначают Блуждающими! Заражение передаётся не через кровь, – я кошусь взглядом на Багтасара, щедро покрытого свежими пятнами крови матери Тофы. – Вроде как… Эта информация пока ещё не проверена… Но укусы точно заразны…
– Сталь накрыла только Португалию? – на заднем сиденье рычит откровенно помятый Проктор.
– Нет… Похоже, что нет… – с неприкрытым ужасом в голосе отзываюсь я. – Похожие новости из Испании, Франции, Германии… Вот заголовок свежей статьи: “Вспышка Стали накрыла собой всю Европу – помешательство массовое”…
– Шлагбаум! – предупреждает Проктор… Мы уже почти въехали на территорию аэропорта…
Багтасар проигнорировал и предупреждение Волкодава, и шлагбаум. Положа руку на сердце – не самое страшное правонарушение, совершённое нами за последний час жизни. Едва ли кто-то заметит, а если и заметит, что ж, богатство моего отца решало и более сложные задачи, нежели прикрытие трёх горящих задниц. То есть, пяти… Дети, наконец, заткнулись, поэтому и забыла посчитать их попки.
Очевидно, спешный вылет из Европы сейчас настолько актуален, что актуальность эту можно даже окрестить последним писком моды – самолёты один за другим, безостановочной вереницей поднимаются в небо, местами даже забыв о безопасных дистанциях: два боинга стартовали в неадекватной близости друг к другу…
У нас мелкогабаритный частный самолёт. То есть, взлёт может быть быстрым, если только доберёмся до цели…
При других обстоятельствах заезд на территорию аэропорта, да ещё и с пересечением взлётной полосы, мог бы стоить многого и самому Гидеону Роулу, но уже накрывший даже аэропорт хаос сейчас настолько очевиден, что не нарушить все правила в этот момент для нас было бы более рисково, нежели любой другой вариант.
Конечно, все мы в глубине души надеялись на то, что сможем подъехать к нашему самолёту впритык, но не всем надеждам предначертано сбываться: тупик из стены в виде сцеплённой вереницы грузовых служебных машин аэропорта не объехать, а наш чёрный крылан вот он, всего в каких-то ста, ну может быть в двухстах метрах прямо перед нами! Через щель, сквозь которую смог бы протиснуться мотоцикл, но не мини-купер, я вижу не только наш самолёт, но и бегающих по бетонной площади людей… Не так уж много, то есть, меньше, чем в городе, и совершенно непонятно, заражены ли они или просто паникующие…
– Неизбежно, – цедит сквозь зубы Проктор. – Придётся бежать.
Багтасар бросает на меня грозный взгляд:
– Ты! Бежишь впереди меня, чтобы я тебя видел! И без выкидонов! Понятно тебе?!
Я напугана всем происходящим и додавлена тоном громилы настолько, что нахожу в себе силы лишь на то, чтобы несколько раз активно кивнуть головой: понятнее некуда!
Мы выныриваем из автомобиля одновременно и сразу же перестраиваемся: Проктор берёт за руку Тофу – он только недавно выпал со второго этажа, так что выбрал для себя вес поменьше, – Багтасар хватает Отталию… Дети перепуганы настолько, что окончательно забывают плакать. Проктор направляется в щель между прицепами первым, я, пару секунд подождав Багтасара, замешкавшегося с Отталией, следую за ним. Проктор не спешил брать девчонку на руки – очевидно, падение из окна всё же было не из лёгких, – поэтому удар в итоге приходится не на ребёнка, а прямо в его грудь: стоит ему шагнуть из щели на площадь, как в него кто-то врезается! И сразу же беспомощно падает, словно от столкновения не с человеческой грудью, а с железобетонной стеной. От страха я замираю на границе щели и наблюдаю… Две красивые молодые кудрявые блондинки с желтоватым отливом волос – длинноволосая стоит на своих двух, а та, что с коротким каре, врезалась в Проктора и теперь валяется на бетоне с широко распахнутыми от испуга, зелёными глазами… У обоих за плечами тяжёлые рюкзаки – туристки?.. Очевидно, они бежали как раз в эту щель, из которой выбегаем мы, то есть… Позади них опасность?..
В реальность нас возвращает Багтасар. Грубой силой протолкнув меня вперёд, он не останавливается с Отталией на руках и кричит:
– До самолёта необходимо добраться! Ну же!
Мы с Проктором одновременно сдвигаемся с места, Проктор уже хочет взять на руки Тофу, но когда наклоняется, в его предплечье неожиданно вцепляется протаранившая его девушка:
– У вас есть самолёт?! – её красивый голос звенит паническими нотами. – Умоляю, возьмите меня с сестрой! Пожалуйста…
Багтасар резко останавливается и, обернувшись на фоне бегущей толпы, кричит Проктору:
– Это не наша задача! Брось!
Проктор выдаёт неожиданное:
– Места хватит!.. – и в следующую секунду обращается к девушке. – Следуйте за нами и не отставайте!
Девушка пытается резко встать, и в этот же момент выясняется фатальное – она подвернула ногу! Багтасар, наблюдающий за всей этой картиной со стороны, громко выругивается нецензурной бранью и возвращается к нам. Я думала, что Проктор плюнет, или что Багтасар заставит его плюнуть, но всё пошло совсем по неожиданному сценарию. Багтасар подхватил во вторую руку Тофу и первым повторно ринулся к самолёту – ничего себе силища! Длинноволосая блондинка, способная бежать, сразу же бросилась за ним вслед, будто напрочь позабыв о своей сестре… Я побежала за ней, через плечо оборачиваясь и наблюдая за тем, как Проктор поднимает из-под своих ног немощную и устремляется с ней на руках за нами, но… Но не так быстро, как хотелось бы… Его здорово прибило падение из окна – это заметно по плавности его движений! Не думала, что подумаю так, но в этот момент подумала: “Багтасар же прав! Сдалось ему спасать всех, кого ни попадя… Сам же погибает, а тащит!”.
В толпе паникующих были заражённые. Я их заметила почти сразу… Добраться к самолёту не через толпу – невозможно. Для достижения цели необходимо было нырять в хаос. И мы нырнули… Багтасар неестественно удачлив. Иначе я не знаю, как объяснить тот факт, что он с таким недюжинным весом на руках сумел добраться до трапа самолёта не только первым, но и ни разу не задетым… Меня едва не задавили: сначала толкнула в плечо пробегавшая мимо женщина – не устояв на ногах, я завалилась на бок, после чего меня едва не затоптал громадный парень… Перевернувшись на живот, я увидела Проктора… Толпа рассеивалась, но… На него двигались другие ребята – заражённые… Толпа убегала от них, и Проктор с девушкой на руках были первыми на съедение – всего двадцать метров, не больше… Он споткнулся… И выронил девчонку из рук… Я не могла ему помочь. Честно, не могла… Вскочив, побежала в сторону самолёта, но… Вдруг вспомнила: его пистолет всё ещё у меня в рюкзаке! Вытащила, обернулась… Сразу двое уже за спиной Проктора! Я не умею стрелять, но… Я попала… Снова… И ещё раз… Три раза… Не в голову, но этого хватило, чтобы Проктор успел подняться и… Дурак! Не побежал! Снова обеими руками ухватился за девчонку!.. Пули в моём пистолете закончились, но выбросить его мне не хватило духу – бежала и держалась за него, словно за спасательный круг… Я уже не знала, спасся ли Проктор – я отстрелила только трёх Блуждающих, но за тремя следовала вереница таких же… Когда мои руки коснулись перил трапа, я поняла, что мои колени трясутся от ужаса… На середине трапа я обернулась и увидела Проктора… Совсем рядом, уже одной ногой на трапе, но… Но!.. Толпа Блуждающих уже почти касается его спины…
Выстрел прозвучал над моей головой – пуля пролетела в считанных сантиметрах от моего левого виска. Продолжая бежать и резко подняв голову, я увидела стреляющего: Багтасар! Только забежав внутрь салона, я позволила себе обернуться и увидела, что у Багтасара получилось: серией выстрелов он снял ближайших к Проктору Блуждающих, а тот дурак… Он всё ещё бежит с девчонкой на руках… Весь в крови… Ранен?! Или кровь подстреленных?!
Он смог! Он залетел в салон пулей… Но за собой привёл хвост из толпы заражённых, которая заполонила собой всё пространство на трапе и внизу, у самого самолёта…
Багтасар продолжал стрелять из своего захлёбывающегося огнём пистолета, пока я, крича, закрывала неподдающуюся, ужасно тяжёлую дверь… В последнюю секунду мне помог Проктор – он бросил шокированную девушку на пол и, развернувшись, поднажал на рычаг, дающийся мне с титаническим усилием… Мы закрыли дверь, и в эту же секунду к моим ногам вдруг рухнула человеческая кисть: мы отрубили кому-то руку! Женскую… Она женская! На кисти золотой браслетик с кулоном в виде разноцветного петушка, на окровавленных пальцах золотые кольца с белыми камнями… Я в крови! Я вся в крови! Не в своей… В чьей-то… Совсем как… Как Багтасар и как Проктор! Даже на лице… Видимо, попало, когда Багтасар стрелял в головы последних… Это…
…Это…
…Заразно?
Мы теперь тоже станем… Блуждающими?..
Глава 5
Все самолёты моего отца – беспилотники. То есть, самоуправляемые. Нужно задать лишь маршрут: железная птица сама совершит взлёт, перелёт и посадку. Это нас и спасло. Потому как пилотных навыков ни у кого среди нас в арсенале не оказалось, хотя то, как себя вёл в кабине пилота Багтасар, натолкнуло меня на мысль о том, что один из нас может недоговаривать о своих навыках.
Блуждающие везде: аэропорт трещит по швам от их наплыва, взлётная полоса почернела от количества выбежавших на неё людей – и заражённых, и спасающихся бегством… Мы небезосновательно переживаем за обшивку самолёта – трап всё ещё не убран!– и за целостность шасси… Необходимо стартовать! Срочно!
Багтасар и Проктор отправили меня в пассажирский салон, а сами закрылись в пилотной кабине. Этот самолёт – один из самых малогабаритных в коллекции моего отца: кабина пилота на две персоны, пассажирский салон на десять персон, одна спальная комната с двухместной кроватью и душем, плюс бар – вот и всё пространство. И всё же… Нас здесь семеро, а могло поместиться вдвое больше, могло бы поместиться даже в семь раз больше, если размещать людей стоя… С другой стороны: всё ещё остаётся актуальным шанс не спастись никому. И вот уже семь спасшихся душ – это очень-очень (семь раз “очень!”) много.
Рухнув в одиночное кресло слева по коридору от входа, так, чтобы находиться лицом к кабине пилота, я встречаюсь беспокойным взглядом с испуганными девушками, сидящими в парном кресле чуть впереди… Теперь я не сомневаюсь в том, что они сёстры: слишком уж схожие черты лица, однотипные. Взглянув на сидящих напротив них Тофу с Отталией, я нахожу в себе силы заговорить:
– Пристегнитесь. Но сначала… Пристегните детей и… Закройте окна иллюминаторов…
Они послушно выполнили все инструкции, меня же хватило только на пристёгивание ремня дрожащими руками. Выглянув в иллюминатор перед его закрытием, я так и не смогла заставить себя оторвать взгляд от ужаса, разверзшегося всего в нескольких метрах под нами… Как много людей… Не все из них заражены… Неужели кто-то из них хотел попасть на наш самолёт?.. Я вспомнила: дверь самолёта открылась перед нами только в момент, в который Багтасар приблизился к ней, значит, Багтасар был ключом… Вернее, ключ всё это время был у Багтасара. Только ли у него? Или у Проктора тоже? Если бы не эти двое, мы бы не спаслись. Если бы не я, они бы тоже уже были… Выбывшими. То есть… Блуждающими.
Двигатель самолёта включается, и я с облегчением вздыхаю… Люди под нами продолжают толпиться… Заражённых всё больше…
Мы начинаем движение…
Если честно, я до трясущихся рук боялась того, что у Багтасара с Проктором не получится поднять нас в воздух. Нам могли повредить шасси… Да вообще могло произойти всё что угодно, но… Самолёт пришёл в движение… И не остановился.
Всё заняло не больше пяти минут. Во время взлёта дети снова расплакались и вдруг заплакала девушка, которую спас Проктор – вторая, с длинными волосами, сидела неподвижно и была бледнее приведения. Оценив их состояние, я вспомнила о собственном: вся в крови! Не дожидаясь завершения набора высоты, я отстёгиваю ремень безопасности и, не думая о безопасности передвижения во время взлёта, поспешно направляюсь в спальную комнату… В шкафу нахожу знакомые комплекты одежды: два деловых костюма отца и два моих спортивных костюма – выбираю чёрный.
Под горячим душем я простояла намного меньше, чем мне того хотелось бы – минут пять, не больше. Багтасар и Проктор тоже испачканы в кровь заражённых, а значит… Им тоже стоит как следует вымыть свои тела.
***
Проктор отправился в душ последним и мылся дольше Багтасара. Несомненно, в физическом плане ему досталось больше всех. В психологическом – самая пострадавшая здесь Тофа. Хотя… Неизвестно, кого мы ещё с собой прихватили.
Стоило мне подумать о наших случайных попутчицах, как из спальной комнаты появляется Проктор и, остановившись в коридоре между мной и сидящим напротив меня Багтасаром, и местами незнакомок по левую сторону от нас, облокотившись на кресло, на котором прежде сидели Тофа с Отталией (девочки перешли на задний ряд сидений и теперь затихли там) поинтересовался первым:
– Ну, кто тут у нас?
Блондинка с каре всё ещё оставалась пришибленной шоком, а длинноволосая, очевидно, не оценила дружеский тон Проктора, наверное, сочтя его фамильярным.
– Флорентина, – слегка задрав кверху нос (в этом движении я с лёгкостью распознала склонность к гордыне), отозвалась длинноволосая, после чего слегка кивнула головой в сторону своей соседки, сидящей у иллюминатора, – и Персефона Цамарали.
– Значит, Флорентина и Персефона Цамарали, – всеобщий герой посмаковал имена. – Сёстры, что ли? – наконец хмыкает Рокбриджер, пожалуй, внимательно рассматривая спасённую им и в этот момент отстранённо смотрящую заплаканными глазами в иллюминатор Персефону, нежели на говорящую с ним Флорентину.
– Да, родные сёстры.
– Совершеннолетние хоть?
Флорентина ещё выше задирает нос, при этом выпячивая вперёд грудь, будто её задело замечание о возрасте:
– Не видно, что ли, что не школьницы?
– Ну, по тебе-то видно…
Говорящая не дала ему договорить мысль о её сестре и произнесла с откровенным раздражением:
– Мне двадцать три в конце июня исполнилось, а ей двадцать в октябре будет. Британки мы, туристки, ясно? В Португалию приехали, чтобы отпраздновать мой день рождения.
– Ну, отпраздновали, получается, – хлёстко парирует Проктор, как бы пресекая раздражённый выпад своей собеседницы, но в этот момент подаёт голос Персефона, и я замечаю, что впоследствии нашего Волкодава это немного смягчает…
Девушка, оторвав взгляд от иллюминатора, обращается к Проктору, при этом хлюпая своим розовым носом: