Страница 10 из 11
Но не успел я даже добраться до своего кабинета , как телефон в кармане пискнул серией коротких уведомлений.
Я достал аппарат. На экране светилась папка с гербом островного государства. Внутри лежали сканы официальных договоров, просьб о гуманитарно-экологическом вмешательстве и огромные экселевские таблицы.
Я хмыкнул.
«Сириус, я всегда считал, что это ты у нас самый быстрый курьер в Многомерной Вселенной. Да ни хрена. Смотри-ка, папуасская дипломатия бьёт рекорды скорости! Прямо по щелчку всё состряпали и переслали».
«Это свидетельствует о критическом уровне их отчаяния, Повелитель», — отозвался дрон. — «И идеальной готовности к вашим предложениям».
Я пробежался по файлам. Бумаги были составлены безупречно — подписи, гарантии полного иммунитета на территории островов для моей техники, ноль юридических капканов.
Ну вот, океан металлолома нашли! И, кажется, теперь правительство этого островного государства до конца дней будет считать себя моим кровным должником. Это дорогого стоит. Мы можем совершенно спокойно внедрять в их регион торговые каналы. Так что, придётся нам немного раскошелиться прямо сейчас.
Открыв банковский клиент, привязанный к личному княжескому счёту (трогать городскую казну в таких рискованных схемах — табу, за которое можно потом сильно отхватить проблем), я зашёл в закрытые реестры Министерства Обороны.
Блокировки со стороны столичной аристократии, конечно, били по нам здесь, в Приморье. Барышниковские друзья перекрывали воздух по части сырья и нормальных грузовиков. Но у любой запрещающей бумажки есть лазейка — «списание устаревшего фонда». Я отправил ботам-клеркам новые приказы. Задача стояла конкретная: сгрести по цене цветмета весь списываемый транспорт, который сейчас гнил в отстойниках под Иркутском и Улан-Удэ. Транспортные самолеты, десантные конвертопланы, допотопные вертолеты, тяжелые баржи. За эти горы металлолома приходилось отдавать миллионы рублей с личных счетов, так что финансовые резервы таяли на глазах.
«Сириус, контролируй проводки. Как только поставят подписи на выкуп, перегоняем всё добро внутрь Куба. Будем плавить, перекраивать начинку, наращивать броню и собирать технику с нуля. Своя межконтинентальная торговая авиация нам еще как пригодится».
Затем на экран вывелись присланные гвинейцами сводки. Запросы у них оказались вполне житейскими. Местные просили топливо, медикаменты, фильтры для очистки воды, базовые стройматериалы. А вот встречное предложение заставило вчитаться в текст повнимательнее.
Их рынки лопались от урожая ананасов, экзотических плодов и бочек с кокосовым маслом. Дальше в документе шли поставки натурального каучука и редкой древесины. Под самый конец обнаружился перечень залегающих в почве камней вместе с драгметаллами. Добывать это богатство гвинейцы не имели возможности из-за фонящей военной свалки по соседству, поэтому ресурсы просто лежали в земле в ожидании подходящего оборудования.
Картина вырисовывалась идеальная. Уссурийск сидел на полупустых полках, отрезанный картелями. Если я завалю город и регион дешёвыми экзотическими продуктами, свежайшим фруктовым рационом, которых тут отродясь не видели без тройных наценок, — народ окончательно боготворить меня начнёт.
Я решил работать без грабительской маржи. За сколько я возьму эти товары у гвинейцев оптом (читай: по цене их добычи), за столько же — ну, добавив лишь пару копеек на оплату труда разгрузчиков — вывалю в местные супермаркеты. Главные затраты в торговле — это топливо и логистика. А для меня логистика будет бесплатной — мои будущие гигантские дроны будут носиться за тысячи километров за счёт энергии, а не керосина.
Значит, если Империя, а точнее её проворовавшаяся элита, перекрыла мне кислород, я буду кормить свои земли в обход.
Ударная волна от моей акции покажет всей стране, как можно выживать и процветать, находясь в тотальной изоляции. Я создам новый экономический центр прямо под их носом. Начну с Новой Гвинеи, и скоро туда потянутся другие. Уверен, за пару месяцев эта полузаброшенная страна папуасов благодаря моему товарообороту поднимется на уровень, которому позавидуют зажиточные европейские княжества.
«Осталось дело за малым, Повелитель», — тактично встрял в мои грандиозные бизнес-мечты Сириус. — «Нам критически не хватает времени. И тяжелых, сверхбыстрых курьеров-титанов, способных перетаскивать тысячи тонн через океан. Придётся изрядно поработать над конструированием новых двигателей».
— Не проблема, друг мой. Металлолома у меня теперь хватит хоть на «Звезду Смерти». Пора ковать новую историю!
* * *
Петербург, Российская Империя
Рабочий кабинет Императора
— Вы можете мне внятно объяснить, что за бред вы мне сейчас докладываете? — недоумевал император Александр Пятый.
Граф Мальковский нервно сглотнул.
— Ваше Императорское Величество... Мы сами находимся в крайнем, э-э-э, замешательстве. Система мониторинга внешнеторговых операций зафиксировала активность структур, аффилированных с новым князем Приморского края. Они начали заключать договоры.
— С кем? С инопланетянами?
— С Папуа-Новой Гвинеей, Государь, — выпалил министр и инстинктивно втянул голову в плечи. — А также с Мадагаскаром, Сомалилендом, парочкой островных государств в Полинезии и племенем из бассейна Амазонки, которое вообще официально не признано мировым сообществом.
Александр Пятый уставился на чиновника. Уж не помутился ли граф рассудком?
— Чего? С Папуа-Новой Гвинеей? Граф, я вас умоляю. А чем с ними можно торговать? Что у них там водится, помимо кокосов, бананов, ритуальных масок и копчёных голов их собственных врагов? Приморью перестало хватать копий с кремневыми наконечниками для защиты от орков?
Мальковский виновато развёл руками:
— В том-то и загвоздка, Государь. Мы сами пока мало что понимаем. Идут закупки весьма специфического товара. Партии дикого бамбука редчайших сортов, бананы, гигантские объемы кокосов, а заодно совершенно особая местная глина... По нашим административным каналам они прошли на подпись без сучка без задоринки. Наши юристы проверили всё под микроскопом. Никаких товаров двойного назначения, никакой санкционки, никакого оружия. Ничего такого сверхъестественного, поэтому ведомство всё одобрило и не стало блокировать счета. Но согласитесь, Ваше Величество, это всё максимально странно!
Император усмехнулся краешком губ. Бездушный продолжал ломать систему так изящно, что чиновники в столице лишь чесали в затылках. Ясно как день: хитрец нашёл обходные пути. Если местная аристократия перекрыла ему поставки бетона, металла и электроники, он просто закупает в странах третьего мира какой-то невообразимый хлам и, скорее всего, с помощью своих чёртовых технологий перерабатывает его в то, что ему нужно. Изящно. Дерзко. Абсолютно законно.
Александр опустил ладонь на стол, заставив Оболенского подпрыгнуть на месте.
— Странно, граф?! Я скажу вам, что по-настоящему странно! Странно то, что аристократы Российской Империи прямо сейчас творят несусветную херню! Они перекрыли поставки жизненно важных грузов в целый регион! Они отменяют фуры с продуктами, разрывают контракты на медикаменты, тормозят эшелоны со стройматериалами! В Приморье, граф! В регионе, который прямо сейчас является нашим единственным щитом на востоке!
— Ваше Величество, — Мальковский попытался вжать голову в плечи, — это частные корпоративные споры, недовольство новым руководством региона...
— Плевать я хотел на их недовольство! — отрезал Император. — Эти индюки забыли, что там живёт не только один Феликс Бездушный! Там миллионы простых жителей. Моих подданных. Моих граждан! И сейчас эта стая обиженных толстосумов лишает людей элементарных вещей: еды, лекарств и стройматериалов для разрушенных орками домов. И всё ради того, чтобы доказать какому-то князю, кто в песочнице хозяин!
Александр Пятый тяжело выдохнул, беря эмоции под контроль. Государственные дела не терпят истерик.
— Значит так, Мальковский. Слушайте мой прямой приказ. По всему, что касается коммерческой и административной деятельности рода Бездушных: ни в коем случае не мешать. Пропускайте всё, что связано с официальным документооборотом «Филина» или их княжества. Пусть завозят свои кокосы, пусть торгуют с кем хотят и как хотят.
— Будет исполнено, Ваше Императорское Величество! — министр торопливо поклонился, счастливый, что гнев монарха не обернулся лично против него, и попятился к двери.
— Ступайте. И передайте таможне — за попытку вставить палки в колёса по этим контрактам лично отправлю весь пост на рудники!
Оставшись один, властная маска императора спала с лица, показав усталость правителя, вынужденного управлять страной, которая изнутри проедала сама себя.
— Только держись, Феликс... — прошептал он, глядя в потемневшее петербургское небо за окном. — Только держись, парень.
Ему стоило огромных усилий не вмешиваться. Императору безумно хотелось снять трубку спецсвязи, набрать номер командующего внутренними войсками и отдать один-единственный приказ.
Один приказ — и в особняки всех этих саботирующих баронов и графов через десять минут влетят штурмовые группы. Их бы выволокли в исподнем на мокрый асфальт, бросили бы в «Кресты», их компании национализировали бы за сутки, а поставки в Приморье возобновились бы так быстро, что логисты охренели бы от скорости, на которую способны. Если Феликс сейчас не выдержит и позвонит, сказав «Ваше Величество, тут полная жопа, я не вывожу» — Александр так и сделает. Всех разгонит. Всем выпишет путёвку на эшафот.
Но пока этого было нельзя делать категорически.
Если Император открыто ударит по врагам Бездушного, то вся эта зажравшаяся аристократическая свора моментально сложит два и два. Они поймут: Государь не просто нейтрален, а открыто выбрал сторону. Он лично поддерживает новичка и готов ломать ради него древние элиты.
И что они сделают? Они затихарятся. Отрастят невидимые жабры, нырнут на самое дно и замаскируются под добропорядочных граждан. Перепрячут теневые капиталы, сожгут архивы, уничтожат подставных свидетелей. Затаят злобу и будут ждать, пока Император не ослабнет, чтобы ударить ножом в спину.
А сейчас... Сейчас Александр выбрал подчёркнутый нейтралитет. В столице он демонстрировал отстранённое любопытство. И они клюнули.
Поверив, что Императору просто плевать на разборки какого-то провинциального князька с устоявшейся элитой, заговорщики расслабились. Ощущение безнаказанности отключило их инстинкты самосохранения. Они действовали нагло, звонили по открытым линиям, нанимали диверсантов со своих банковских счетов, организовывали подставы, не особо пряча концы.
— Работайте, гниды... Показывайте свои гнилые зубы, — мстительно усмехнулся Александр.
Прямо сейчас, пока бояре тешили своё эго блокадой Приморья, обновлённая тайная служба Императора, из которой он только-только выкорчевал людей Барышникова, работала на пределе возможностей. Огромные суперкомпьютеры под дворцом пережёвывали миллионы перехваченных сообщений. Собиралась поистине колоссальная база данных. Каждая транзакция, оплачивающая услуги наёмников, каждый звонок, одобряющий диверсию в Приморье, каждое подставное письмо — всё это документировалось и ложилось в электронные папки, ждущие своего часа.
Александр придвинул к себе правительственный ноутбук. На экране светился отдельный файл с пометкой: «Охота на Фурию».
Это был гениальный маркер. Ладно Феликс — молодой парень мог кого-то задеть своей дерзостью. Но реакция элиты на то, что Бездушный взял под крыло известную киберпреступницу Ольгу Смирнову, превзошла все ожидания.
Император задумчиво пробежал глазами по списку родов, которые сейчас вбухивали просто астрономические суммы, нанимая убийц и лучших хакеров мира для поимки или уничтожения этой девчонки.
Да, формально Фурия была преступницей, наводившей ужас на сеть. Но Император лично читал досье на все её взломы. Даже дураку было понятно, что девчонка вредила исключительно тем, кто не был чист душой и законом. Она ни разу не тронула честного коммерсанта, больницу или честно работающее государственное ведомство. Она обчищала счета тех, кто финансировал подпольные бойцовские клубы, тех, кто воровал миллионы на строительстве сиротских приютов, тех, кто продавал за рубеж государственные тайны.
И теперь те, кто яростнее всего пытался её поймать, фактически подписывали себе чистосердечное признание. Охотишься на Фурию? Значит, боишься, что она вытащит на свет твои грязные секреты, или хочешь отомстить за уже украденное. Значит, твои руки по локоть в дерьме.
Каждую персону, фигурировавшую в списке «Охотников на Фурию», сейчас усиленно проверяла экономическая разведка, вскрывая такие пласты коррупции, что волосы вставали дыбом.
Чем дольше Феликс продержится в Приморье, стягивая на себя весь этот аристократический гнев, тем смелее будут становиться коррупционеры и заговорщики. И тем меньше этих пиявок останется в государственном аппарате Империи в будущем.
Но главное условие — выявить их всех до единого, чтобы составить полную сеть связей и ни одна крыса не смогла проскользнуть в щель. Чтобы они не разбежались по заграницам со своими миллионами.
Поэтому пока Александр Пятый лишь сидел, ждал и смотрел на расставленную ловушку.
— Защищайся, Феликс. Покажи им всем, как кусаются настоящие хищники. Собери их в кучу... а потом мы захлопнем эту клетку.
Глава 10
Город спал, а моя невидимая армия вкалывала на износ, напоминая разогнанный энергетиками муравейник.
Стоя посреди гостиной с закрытыми глазами, я через внутренний взор наблюдал за ходом переработки ресурсов. Беспилотники непрерывным потоком тянулись к нашему «Чёрному Абсолюту». Грани Куба ритмично мерцали во время поглощения прибывающих грузов.
Раньше приёмник обслуживали исключительно мелкие сборщики со связками гвоздей да битыми магнитолами. Теперь в раскачанное нутро базы залетали настоящие тяжеловозы. Транспортные модули волокли остовы покорёженных броневиков и стальные швеллеры, прихватывая свинцовые бухты кабелей вместе с горами трофейного орочьего барахла из леса.
Сам Куб раздался в габаритах капитально, подмяв под себя изрядную площадь. Пришлось в срочном порядке перекраивать ближайшую улицу. Дроны пробили сеть скрытых туннелей, снесли пешеходную зону и пустили старую теплотрассу в обход. Заодно автоматика срезала верхний слой грунта для выравнивания ландшафта. Самое забавное, что никто даже не пикнул: людям вокруг важна лишь безопасность, поэтому резкие изменения в геометрии местной промзоны волновали их меньше всего.
Правда, аппетиты у самой базы продолжали расти по экспоненте. Я уже прикидывал, что в ближайшие дни Куб упрётся в жилой массив. Двигать кирпичные пятиэтажки силой мысли я пока не научился, так что здания придётся банально сносить.
Проблема? Никакой проблемы.
Большую часть квартир в зоне риска боты-юристы выкупили ещё на прошлой неделе. А с остальными упёртыми владельцами мы вели конструктивный диалог. Да, находились принципиальные кадры. «Мой дед тут берёзку сажал, здесь прошла моя молодость, съеду только вперёд ногами!», — орал мне один такой собственник.
Я его понимал. Память — штука важная. Поэтому мы просто предложили ему новую видовую четырёхкомнатную квартиру в элитном комплексе в центре, полное погашение кредитов и абонемент в «Подорожник» на десять лет. Берёзку дроны аккуратно выкопали и пересадили ему под новое окно. Принципиальный жилец разрыдался от счастья, отдал ключи и самолично помог моим грузовикам вынести старый диван. За деньги, а тем более за очень большие деньги и безопасность, люди легко расстаются с любой ностальгией.
Я наслаждался картиной. Куб рос, мощь накапливалась. Ещё немного, и мы развернём такие сборочные линии, от которых столичный Генштаб поседеет в полном составе.
Я глубоко вдохнул, продолжая стоять с раскинутыми руками. Повелитель Роя. Я буквально кожей ощущал, как множится моё могущество.
Позади скрипнула дверь.
— Ну да, всё. Окончательно кукухой поехал.
Я приоткрыл один глаз. На пороге стояла Фурия. Растрёпанная, в огромной растянутой худи, она зевала, обнимая обеими руками дымящуюся кружку с кофе.
Она посмотрела на мою пафосную позу, пару раз демонстративно цокнула языком, развернулась и пошаркала обратно по коридору.
— Не понять простой женщине истинного величия, — философски констатировал я вслух, опуская руки. — У меня тут, между прочим, настоящая армада на подходе. Скоро небеса почернеют! Пусть пока и не от боевых кораблей...
— Повелитель, — голос Сириуса звучал виновато. Мой ассистент явно не хотел портить торжество момента, но скрипты обязывали. — К вопросу о вашей армаде и почерневших небесах. Есть важное донесение.
— Ну, выкладывай, — я плюхнулся на диван. — Что там на этот раз?
— Запасы ресурсов истощены, Повелитель.
— В смысле? Мы же совсем недавно загнали в Куб несколько тонн арматуры!
— Механизмы переработки работают без остановок. При этом синтез сложных сплавов с производством кристаллов памяти расходует прорву материи. Прямо сейчас показатель заполненности хранилищ опустился практически до нуля, а доступных остатков хватит на поддержку пары базовых логистических задач. Все амбициозные глобальные проекты из вашего списка придётся заморозить. Расширения в ближайшее время не предвидится.
Твою же мать, всё опять начинается по новой.
Вот так всегда: только на долю секунды начинаешь чувствовать себя местным божеством и предвкушать будущий размах, как суровая реальность звонко прикладывает тебя суковатой палкой по затылку. Типичный нищеброд с амбициями императора.
От расстройства в сознание некстати пробралась ностальгия по давно ушедшим дням. Память тотчас подкинула чёткую картинку из бесконечно далёкого прошлого, послушно вырисовывая просторный капитанский мостик настоящей орбитальной цитадели, где я когда-то занимал своё место. Тогда я сам с собой поспорил на что-то дурацкое, что не сойду с места, не сделаю ни шагу, пока мои автоматизированные заводы не прекратят выплёвывать из своих жерл всё новые и новые боевые единицы.
Бред был полный. Я простоял статуей двадцать один день, пялясь на экраны, пока собственное упрямство и банальная скука не заставили меня плюнуть на клятву и пойти заниматься делами. А заводы всё работали. Они штамповали дронов без остановки несколько лет подряд.
Тогда шла абсолютно чудовищная по своим масштабам война. Небо плавилось, звёзды тускнели. Инсектоиды — гигантские бронированные твари, Арахи, пёрли из червоточин как проклятая саранча.
Мой Рой перемалывал противника в космическую пыль. В той войне погибли десятки миллионов моих боевых машин, а разорванный металл горел и распадался на атомы. Но люди тех окраинных планет даже не догадывались, что их едва не сожрали. Бойня попросту не добралась до их уютных атмосфер.
А теперь я сижу на диване в своём новеньком особняке и слушаю отчёт о том, что мне не хватает пары тонн килограммов обычного железа для закрытия базового плана на неделю. Падение вышло по-настоящему эпичным.
— Понял тебя, Сириус. Отдавай в работу те задачи, на которые пока хватает резервов. Дальше станем импровизировать и выжимать край. Откладывать экспансию я не собираюсь.
Снова хлопнула дверь. В кабинет снова заглянула Фурия, только теперь с зажатым под мышкой ноутбуком.
— Закончил позы статуй принимать? — спросила она. — Перехватила тут интересное донесение. Взглянешь?
— Если там очередная чушь от обиженных столичных аристо, не глядя кидай в корзину. Я порядком устал от их соплей.
— Не, тут дела поинтереснее. — Ольга привычно подключила ноутбук, транслируя изображение на настенный экран. — Приморье, дорогой начальник, стало внезапно очень популярным. Хайпуем по полной.
— Логично, — кивнул я. — Губернатор сбежал, местный криминал в ужасе, орки тоже драпают. Прям шоу года.
— Дело не только в этом, — Фурия щёлкнула по клавиатуре, открывая какой-то глянцевый столичный портал. — Сюда попёрли акулы пера. Всем интересно, как так вышло, что на отдельном куске карты тишь да гладь. На днях у нас побывал некий Богдан Самодумский.
— Кто такой? Очередной блогер с манией величия?
— Бери выше. Аристократ, знаменитый критик и обозреватель светской жизни. Звезда столичной элиты.
Я удивлённо поднял бровь. Светский критик припёрся в край, который недавно отбивался от наёмников и зеленокожих тварей? Рисковый парень.
— Ну и что он там накропал? Что у нас мясо в шаурме недожаренное?
— Он накатал огромную статью, — Ольга прокрутила текст вниз. — И знаешь, Феликс... он в шоке. Прямым текстом пишет, что в жизни не видел такой стерильной безопасности. Цитата: «Я оставил портмоне с сотней тысяч наличными на скамейке в центральном парке ради эксперимента. Через сорок минут к моему столику в кафе подлетел дрон «Филина» и вежливо положил пропажу на стол. Аптеки не нужны — помощь падает с неба за минуту. Машины во дворах не то что не угоняют — владельцы даже ключи в замках зажигания забывают. Ни одного хулигана, ни одной драки. Приморье — самый безопасный сейф во всей Российской Империи».
