– Вы были близки?
– Можно сказать, она была моей второй мамой, – ласково ответил шаман. – Я, конечно, не сирота как Герман, но по большому счету именно она меня воспитала. Родителям было некогда – пытались строить карьеру. Безуспешно. А вот с бабулей мне было по-настоящему весело, причем всегда.
Временно позабыв про коробки, Эстир уселся на уголочек стола.
– Ты бы ее видел, Влад. Божий одуванчик, глаза в очках как два блюдца, но какая харизма и насыщенная жизнь. Хиповала, работала аниматоршей на круизном лайнере, продавала пылесосы, пять лет мутила с мафиози, – принялся перечислять он. – Затем сбежала от него, два года колесила по стране, пока наконец не осела в пригороде Сан-Франциско, где подрабатывала экстрасенсом по телефону и снималась в массовке в ситкоме. В общем, отжигала по полной, ничуть не хуже нас. И умерла красиво.
– Красиво?
– Ага. Рассказала анекдот, рассмеялась и умерла. С улыбкой на устах. Аневризма в мозгу лопнула, и ее просто выключило. Даже ничего не почувствовала. Оставила мне в наследство пятнадцать тысяч долларов и свой розовый мини-купер, на котором я рассекал еще восемь лет, пока какие-то подростки его не украли. К слову, во многом именно благодаря ей я проникся любовью к абсурду и джазу. Луи Армстронг… – вспоминая, улыбнулся Глас. – Я под его песню «Как прекрасен этот мир» такой звезды получил. Только представь: с одной стороны звучит «Зелень яркой листвы… Роз красота…», а с другой мою пухлую задницу прижигает бамбуковое опахало.
– Ты был пухлым?
– А то. Лет до двенадцати я был тот еще сладенький пирожочек. Потом, правда, в голову ударило половое созревание, и юный Мартин загорелся грандиозной целью во что бы то ни стало заполучить к совершеннолетию маму друга, но это уже совсем другая история. Хотя и со счастливым финалом.
– Эх-х-х… – вздохнул шаман минутой позднее. – Я бы сейчас все на свете отдал, чтобы вернуть те чудесные дни. Еще бы рецепт банановых блинчиков вспомнить...
– Господин Глас, – прозвучал голос Конструкта. – Наш повар знает сотни рецептов банановых блинчиков. Он может приготовить их все, а вы, в свою очередь, выберете правильный.
– Нет-нет, ни в коем случае, мой дорогой «схематичный» друг. Это как раз-таки тот редкий тип головоломки, которую я должен решить сам, иначе никакого кайфа. Помучаюсь, пошевелю извилинами, словлю интеллектуальное озарение в самый неподходящий момент и, быть может, если запомню, то приготовлю их всем, включая Гондвану.
– Даже так, – удивился я. – Гляжу, бывшая Фройлина тебя вообще не отпускает.
– Да, есть такое дело, – коротко взглянув в сторону выхода, Эстир задумчиво почесал подбородок. – Помнится, ранее я говорил, что в плане предпочтений вы с Германом оба психически нездоровы. И походу, вы меня этим заразили. Не знаю, Влад, но все-таки… есть в этом нечто бесконечно эротическое. Когда женщина, неоднократно пытавшаяся тебя убить, вдруг раскрывается с совсем другой стороны и ты начинаешь замечать то, чего раньше не видел. Понимаешь… насколько она хороша.
– Возможно, ты и прав. Лично я пока увидел в ней только злобную воинственную фурию.
– Так это же, наоборот, вполне естественно. Разные социальные роли, разные маски. С друзьями мы одни, с врагами другие, с подчиненными третьи. А значит, можно смело утверждать, что в некотором смысле все мы мастера перевоплощения и все лжецы. Особенно я.
– Больно самокритично, не думаешь?
– Ты слышал мою «исповедь»… – тихо ответил шаман. – Могильник в душе, а над ним… – Глас плавно взмахнул ладонью у себя перед лицом. – Весело улыбающаяся маска Эстиргрин. Метафорично, не правда ли?
Я медленно опустил взгляд, склонив голову.
– Ты поэтому решил отправиться в ад вместе со мной?
– Да, – подтвердил он. – Знаешь, Влад, пусть это и больно признать, но… я же сдался тогда. Думал, что сделал все от себя зависящее. Однако потом, уже после, мысленно возвращаясь в то время, я с горечью сознавал, что на самом деле мог помочь. Грабануть пару автозаправок, занять денег у бандитов или на худой конец продать себя на органы. Но по какой-то причине я этого не сделал. Все надеялся на чудо, что вот-вот изобретут волшебную таблетку и мы успеем. Теперь… – Эстир наклонился вперед, пристально заглянув мне в глаза, – ситуация отчасти повторяется. Наш друг в беде. А потому я просто обязан туда спуститься и все исправить. Доказать самому себе, что я не трус.
– Ну и слава, разумеется! – оживился он, хлопнув в ладоши. – Ведь если у нас получится, то, клянусь богом, я буду всем и каждому об этом рассказывать! Буду понтоваться ровно до тех пор, пока обо мне не снимут фильм и не увековечат в граните!
– Уверен, именно так все и будет.
– Ай, ничего ты не знаешь, – махнул рукой Глас. – Сдохнем мы там, и сказке конец. Но не будем о грустном! Лучше давай-ка придумаем, чем бы таким эдаким себя развлечь, ибо интуиция подсказывает, что совсем скоро Гундахар устроит нам полную жесть. О!
Довернув корпус вбок, друг покосился на Куб.
– Помнишь, как мы игрались с ним в башне в Затолисе? Запихивали в него всякую всячину и пытались создать черт знает что?
– Спрашиваешь. Конечно.
– Веселое было время. И еще Герман там со своими бутербродами… До сих пор стыдно, что так и не дал ему нормально пожрать. Так может мы это… попробуем снова?
Не дожидаясь ответа, шаман потянул руки к мифическому артефакту.
– Нет! Пожалуйста, не трогайте! – тотчас отреагировал Конструкт. – Его нельзя пока доставать!
– Нельзя? Это еще почему?
– Потому что в настоящий момент Куб выполняет роль генератора, дополнительно питающего стихиалиевое ядро Убежища. Как только оно зарядится хотя бы до сорока процентов и будет в состоянии поддерживать себя самостоятельно – можете делать с ним все, что хотите. А до тех пор изымать его крайне нежелательно, иначе вся основная нагрузка ляжет на Грозовое Древо.
– Ага. Ясно, – с некоторой долей досады хмыкнул Эстир. – Он же чинит, он же крафтит, он же становится пауэрбанком, когда появляется такая необходимость. Удобненько. То есть правильно ли я понимаю, что тут у каждого из артефактов имеются скрытые свойства?
– Не исключено.
– А масштабируемый клинок что делает? Превращается в здоровенный меч, на котором можно летать?
– Нет, Стихиалиевый Фальшион на подобные фокусы не способен, – ответил дворецкий. – По очень простой причине.
– Это какой?
– У господина Вайоми был вкус.
– Ну, с этим не поспоришь, – весело улыбнулся шаман. – Ладно, хорошо, я понял. Доставать его из столешницы нельзя, но попытаться что-нибудь скрафтить-то можно? Аккуратненько.
– Думаю, да.
– Вот и отлично. Влад, готовь ингредиенты!
– Погоди, у меня только что родилась идея получше, – ответил я, быстренько проверив календарь. – Если помнишь, Куб ежедневно генерировал заряды, которые можно было потратить на создание рандомных предметов. Со времен подлодки я больше ни разу этого не делал, и к настоящему дню их скопилось пятьдесят два. Плюс открылась новая способность «Голос Созидания».
– А это еще что такое?
– «Потратив семь зарядов Стихиалиевого Куба, вы с вероятностью пятьдесят процентов можете создать уникальный артефакт, не имеющий аналогов в мире», – зачитал я.
– Воу. А вот это уже звучит крайне сексуально. Так чего же мы ждем? Проклятия Окруса?
– Не смешно нифига... Особенно после того, что этот ублюдок натворил.
Активировав интерфейс NS-Eye, я перешел в соответствующий раздел и нажал кнопку «сгенерировать».
Первая попытка не принесла ничего.
Вторая – тоже.
Тогда как третья заставила нас недоуменно замереть, из раза в раз перечитывая описание, больше напоминающее чью-то шутку.
Плащ-невидимка (почти)
Эффект: делает владельца невидимым… но только для домашних животных.
– Миленько, – прогнусавил Эстир. – Ну и в чью, позвольте спросить, светлую головушку пришло это говно? А главное – что дальше? Штаны «Драть и Рвать»?
– Почему сразу «говно»? – не согласился дворецкий. – Нормальный артефакт.
– Да неужели? И какие могут быть сценарии его использования?
– Прятаться от домашних животных, полагаю. Кошки, попугаи, адские гончие.
– Минуточку. Ты сказал адские гончие? Они разве тоже котируются?
– А почему нет? – пожал плечами «чертеж». – Их же годами выращивают в демонических псарнях. Есть поводки, есть намордники, есть хозяин.
– Угу. В таком случае беру свои слова назад. Это никакое не говно, а мой новенький, до неприличия стильный плащ с благородным шитьем и шикарным фасоном. Влад, прием, – шаман щелкнул пальцами у меня перед лицом. – Мы что делаем? Продолжаем?
– Само собой, – ответил я, нажимая одну и ту же кнопку в четвертый раз.
Следующие пару секунд Куб, как обычно, переливался всеми цветами радуги. Затем его верхняя грань превратилась в крышку и плавно отъехала в сторону, тем самым обозначая, что наша очередная попытка увенчалась успехом.
Осторожно просунув внутрь ладонь, я достал артефакт.
Это была боксерская перчатка вишневого цвета. Старенькая, местами потертая, но очень добротно сделанная. Плотная кожа, тугой набой, по весу унций двадцать, не меньше.
Однако все это было неважно, поскольку главная ее фишка заключалась в другом:
Хаотическая Перчатка
Эффект: раз в час вы можете назвать Перчатке имя обидчика, после чего она телепортируется к цели, бьет ее в морду, игнорируя любую защиту, и возвращается обратно.
– Кхм, так-с… – будто бы не поверив описанию, Эстир нервно сглотнул. – У меня две версии: либо это какой-то идиотский прикол, либо… это самая восхитительная вещица, которую я когда-либо видел.
– Так попробуйте, – предложил дворецкий.
– Что, прямо сейчас?
– А чего ждать?
– Хм, ну ладно.
Аккуратно подобрав со стола предмет, шаман сосредоточился и, сделав глубокий вздох, прикрыл глаза:
– Эрдамон Белар.
Хлоп!
Хаотическая Перчатка в его руках исчезла.
И… спустя мгновение вернулась обратно.
Навскидку абсолютно такая же, но не совсем – ее ударная поверхность была чуточку влажной.
– Конструкт?! – взволнованно произнес Глас.
– Минуту, пожалуйста, – шагнув ближе, «чертеж» выпустил в сторону артефакта тонкий сканирующий луч. – Образцы собраны. Присутствуют следы эльфийской слюны, немного крови, микроскопические осколки стекла, а также ряд алхимических ингредиентов, в совокупности указывающих на…
– Стоять! – резко перебил его тот. – То есть ты хочешь сказать?..
– Что Хаотическая Перчатка настигла Эрдамона Белара в тот самый миг, когда он пил зелье Омоложения.
– Боже… О боже!!! – шокированный до глубины души Эстир медленно сполз на колени, удерживая в руках Перчатку словно святыню. – Влад… – освободившаяся ладонь несколько раз потеребила меня за штанину. – Это же мой Клондайк. Моя Атлантида. Моя Моника Белуччи в ее лучшие годы. Господи… я же всю жизнь мечтал иметь что-то наподобие этого! Умоляю тебя, подари!!!
– Да забирай, – широко улыбнулся я. – Можешь играться с ней сколько влезет.
– Спасибо! Спасибо-спасибо-спасибо! – крепко прижав артефакт к груди, Глас счастливо зажмурился, довольный до безобразия. – Ну Белар, ну держись… Я же тебя просто затрахаю. Я буду ставить себе будильник каждый час ближайшие девяносто дней, пока малыш Фройлин не отправит тебя в психушку! В спальне, на толчке, во время прямого эфира и торжественных мероприятий – я теперь тебя везде достану, старый ты кусок дерьма!
– По правде говоря, мне сильно импонирует ваш настрой, – прокомментировал дворецкий. – Однако хотелось бы отметить важный нюанс: если Перчатку уничтожить, она появится лишь через сутки. Поэтому я бы рекомендовал вам использовать разные временные интервалы, чтобы, так скажем, нивелировать элемент предсказуемости: час пятнадцать, час двадцать семь, три четырнадцать. Думаю, вы меня поняли.
– О да. Я еще как тебя понял, шалунишка ты мой «схематичный»!
Лучезарно улыбнувшись, шаман перевел глаза на меня.
– Скорее бы этот час прошел! Мне уже не терпится снова ее применить!
– Полагаю, с темой крафта на сегодня достаточно? – вкрадчиво поинтересовался я.
– Да, – кивнул он. – К сожалению, я крайне сомневаюсь, что у нас получится это переплюнуть. Поэтому лучше мы не будем портить сей волшебный момент. А еще лучше – пойдем немного поспим. А то я уже усами чую, что его мертвое благородие вот-вот заскучает.
Картинно поклонившись, Глас направился прочь.
– Да, и еще одно, – задержался в дверях он. – Спасибо тебе, дружище. За все. Приятная беседа, достойная компания. Считай, спокойный ламповый пролог перед главой с кишками и кровью.
– И тебе.
Эстир ушел.
Хангвил телепортировался в дупло Грозового Древа.
А я еще некоторое время оставался в лаборатории, улавливая доносящееся из коридора тихое эхо:
– …Конструкт, а наш повар сейчас работает?..
– …некорректный вопрос, господин Глас. Для вас он работает всегда…
– …супер. В таком случае я бы хотел сделать заказ: мне, пожалуйста, рамен со свининой, матча-латте и даифуку… Побуду сегодня ночью японской анимешницей…
– …как пожелаете…
От автора
