Максим же спокойно выпрямился. Даже не запыхавшись. Словно всё произошедшее было для него обычной тренировкой. Он окинул взглядом толпу зрителей. Те самые трое, ещё недавно чувствовавшие себя хозяевами положения, были повержены один за другим. Каждый — по-своему. Каждый — без малейшего шанса. И, главное, что видели все присутствующие… Максим не использовал стихийную силу. Никаких впечатляющих техник. Никаких огненных вспышек. Никаких каменных стен. Никаких ветровых лезвий. Только движения. Только опыт. Только чудовищная точность.
После этой явной демонстрации среди старших учеников распространилось напряжённое молчание. Теперь они смотрели на новичка уже совершенно иначе. Без насмешек. Без снисходительности. Без пренебрежения. С той настороженностью, с которой опытный охотник смотрит на неизвестного зверя, внезапно оказавшегося куда опаснее, чем казалось на первый взгляд.
Молодая наставница Ли Юньсюэ, наблюдавшая за всем со стороны, с трудом скрывала удовлетворение. Её сердце стучало быстрее обычного. На губах появилась едва заметная улыбка. Она уже знала, что её ученик необычен. Но даже она не ожидала, что он настолько легко сможет унизить трёх опытных старших учеников. И от этой мысли в груди девушки разливалось странное чувство. Гордость. Восхищение. И то самое волнующее тепло, которое она уже не могла игнорировать. А сам Максим, спокойно сложив руки за спиной, лишь коротко произнёс:
— Если сила дана вам только для того, чтобы унижать тех, кто слабее, то не удивляйтесь, когда однажды найдётся тот, кто унизит вас самих.
Эти слова прозвучали негромко. Но на площади их услышали все. И именно после них никто уже не воспринимал странного паренька из школы “Кленового листа” как обычного новичка.
Максим медленно опустил руки. Его грудь всё также спокойно вздымалась после короткой, но предельно насыщенной схватки. По разгорячённому телу стекали тонкие струйки пота, оставляя на смуглой коже влажный блеск. Свет утреннего солнца, уже поднявшегося над зубчатыми вершинами гор, ложился на его плечи и грудь золотистыми полосами, подчёркивая рельеф каждого мускула, каждого сухожилия, каждой натянутой жилы. Вокруг дуэльного круга воцарилась такая тишина, что можно было услышать шелест ветра в кронах сосен и далёкий звон горного ручья. Последний из трёх зазнаек лежал за пределами каменного круга, тяжело дыша и пытаясь осознать, каким именно образом он проиграл. И не просто проиграл. Его унизили. Как и двух его товарищей.
Максим не использовал ни одной яркой техники. Ни единого впечатляющего выброса стихии. Ни одной показательной демонстрации силы. Он лишь показательно двигался. Уклонялся. Наносил короткие удары. Разрушал техники точными прикосновениями. И выбрасывал противников из круга так легко, словно стряхивал с плеч назойливую пыль. Сейчас он стоял в центре арены совершенно спокойно. Словно для него всё произошедшее было не более чем обычной утренней разминкой.
Старшие ученики, ещё недавно громко смеявшиеся и насмехавшиеся над новичками, теперь молчали. Многие смотрели на Максима с явной настороженностью. Некоторые — с плохо скрываемым раздражением. Другие — с уважением. Но никто не спешил сделать шаг вперёд. Тогда парень медленно повернул голову. Его льдисто-голубые глаза, холодные и прозрачные, как замёрзшее озеро среди зимних скал, спокойно прошлись по лицам окружающих. Он не говорил ни слова. Но в самом его взгляде читался немой вопрос.
“Есть ещё желающие?”
Этот взгляд действовал сильнее любых слов. Несколько самых шумных старших учеников поспешно отвели глаза. Кто-то сделал вид, что его внезапно заинтересовал собственный меч. Кто-то нарочито занялся разговором с товарищем. Кто-то и вовсе отступил на шаг назад. Максим всё это заметил. И мысленно лишь усмехнулся.
“Вот и всё. — Спокойно подумал он. — Как обычно. Пока человек уверен, что перед ним слабый — он громче всех кричит. Но стоит показать зубы — и крик быстро заканчивается.”
Он ещё раз внимательно осмотрел толпу. И именно в этот момент его взгляд случайно зацепился за фигуру, стоящую немного в стороне. Это была она. Та самая девушка. Внучка Великого старейшины Линя. Первая красавица Академии Небесного Свода. Линь Сюэ. Она стояла чуть поодаль от основной группы учеников, словно само её положение подчёркивало, что она не принадлежит к обычной толпе. Сегодня на ней было роскошное платье нежно-небесного оттенка, расшитое серебряными нитями, которые мягко переливались при каждом движении. Тонкая ткань струилась по её стройной фигуре, подчёркивая изящную талию и плавные линии тела. На тонких запястьях её рук поблёскивали нефритовые браслеты. В длинных чёрных волосах сверкали серебряные шпильки с маленькими сапфирами. Её кожа была безупречно светлой. Черты лица — утончёнными и почти идеальными. Миндалевидные глаза, обычно наполненные высокомерием и насмешкой, сейчас смотрели на Максима совсем иначе. В них всё ещё сохранялась привычная уверенность. Но теперь к ней примешивалось кое-что новое. Интерес. Сильный, неподдельный интерес. И, возможно, даже что-то странное похожее на… восхищение...
Максим мгновенно вспомнил день прибытия. Тогда эта девушка, не удосужившись даже спросить его имя, просто указала на него пальцем и приказала следовать за ней. Словно он был вещью. Игрушкой. Очередным красивым слугой. В тот момент он даже не счёл нужным ответить. Просто ушёл вслед за Ли Юньсюэ, полностью проигнорировав её приказ. Судя по выражению её лица, тогда подобное произошло с ней впервые в жизни. Сейчас же перед ним стояла та же девушка. Но её взгляд был совершенно другим. Да. Высокомерие не исчезло из него полностью. Такие вещи не уходят за один день. Однако оно уже не доминировало. Теперь в её глазах читалось внимательное изучение. Словно она пыталась понять, кто именно стоит перед ней. Что он собой представляет. И насколько опасен.
Думая об этом, Максим нахмурился. Он не понимал того, что именно в ней изменилось. И, если честно, не особо хотел понимать. Он прекрасно видел молодых учеников, окружавших Линь Сюэ. Сейчас они, словно спутники, вращающиеся вокруг яркой звезды. Кто-то услужливо держал её меч. Кто-то рассказывал последние новости Академии. Кто-то просто ловил каждое её слово, надеясь заслужить благосклонную улыбку. Эта картина не вызывала у Максима ничего, кроме лёгкого раздражения. В прошлой жизни он уже видел слишком много людей, готовых унижаться ради чужого расположения. И всегда считал это жалким. Если человек действительно чего-то стоит, ему не нужно пресмыкаться. А если он готов отказаться от собственного достоинства ради красивой улыбки — значит, у него этого достоинства никогда и не было. Поэтому интерес к Линь Сюэ у него отсутствовал полностью. Да, она была очень красива. Да, богата. Да, влиятельна. Но всё это не производило на него никакого впечатления. Красота не заменяет характера. Власть не делает человека достойным. А богатство не является доказательством силы духа.
И всё же... Её взгляд ощущался сейчас им почти физически. Словно тонкая, но настойчивая нить, которая неотступно касалась его кожи. Максим даже невольно отметил тот факт, что девушка смотрит на него слишком внимательно. Не как на обычного ученика. И не как на случайную прихоть. Скорее, как на загадку. Или как на драгоценность, которую она пока не может взять в руки, но уже считает достойной своей коллекции. Эта мысль заставила его внутренне поморщиться.
“Только этого мне не хватало.”
Он коротко кивнул своему наставнику, показывая, что бой завершён. Затем спокойно поднял руку, но даже один этот жест заставил нескольких учеников нервно сглотнуть. Так как, после всего увиденного, никто уже не сомневался в том, что этот странный жест вовсе не был обычным приветствием. А больше каким-то вызовом.
Но Максим уже развернулся. И, не обращая больше никакого внимания ни на побеждённых противников, ни на окружающих, ни на стоящую в стороне внучку Великого старейшины, спокойно направился к выходу с тренировочной площадки. Его шаги были ровными и размеренными. Спина — прямой. Лицо — совершенно невозмутимым. Он уходил так, словно всё произошедшее не имело для него никакого значения. Словно он только что выполнил рядовое упражнение…
………..
Линь Сюэ проводила его долгим взглядом. Она не заметила, как слегка прикусила нижнюю губу. Не заметила того, как её тонкие пальцы крепче сжали рукав собственного платья. Не заметила, как сердце в груди стало биться чуть быстрее. Вокруг неё что-то говорили. Спрашивали. Комментировали бой. Но девушка почти ничего не слышала. Перед её внутренним взором вновь и вновь вставал образ этого странного парня. Его холодный взгляд. Его спокойствие. Его движения. Его абсолютное безразличие к её красоте и положению. И это безразличие действовало на неё сильнее, чем любые комплименты. Гораздо сильнее. Она привыкла, что мужчины стараются заслужить её внимание. А этот парень... Даже не пытался. И именно поэтому она всё сильнее ощущала, что хочет добиться хотя бы одного. Чтобы однажды он посмотрел на неё не так равнодушно, как сейчас.
Максим спокойно покинул пределы тренировочного круга. Подошвы его мягких сапог почти бесшумно касались отполированных каменных плит тренировочной площади. Сейчас он целенаправленно и даже показательно вытащил на всеобщее обозрение и нёс в одной руке свой чёрный посох, который сейчас выглядел особенно зловеще. Матовая поверхность древнего дерева, казалось, поглощала солнечный свет, а тонкие серебристо-белые прожилки, напоминающие застывший иней, едва заметно мерцали, словно внутри этого оружия дремала собственная воля. От одного только этого зрелища толпа учеников невольно расступалась перед ним. Так как теперь уже никто не пытался преградить ему дорогу. Никто не насмехался. Никто не отпускал язвительных замечаний. Даже напротив… Многие провожали его настороженными взглядами. Некоторые — с уважением. Некоторые — с откровенной опаской. Некоторые — с плохо скрываемой завистью. Но сейчас особенно сильно нервничали именно те, кто ещё недавно считал его обычным новичком, которому повезло оказаться рядом с красивой молодой наставницей. Теперь же всем стало ясно, что сделав подобный вызов, Ли Юньсюэ не ошиблась. И если она и выделила этого парня среди сотен кандидатов, то сделала это не из собственной прихоти.
Возле края площадки, чуть в стороне от основной группы наставников, стояла сама Ли Юньсюэ. Как и всегда, она выглядела безупречно. Её длинные чёрные волосы были уложены в изящную причёску, удерживаемую нефритовой шпилькой. Лёгкое одеяние цвета утреннего неба мягко облегало стройную фигуру. Широкие рукава слегка колыхались от горного ветерка. На лице играла спокойная, почти невозмутимая улыбка.
Но Максим уже достаточно хорошо изучил свою наставницу, чтобы замечать малейшие оттенки её эмоций. И сейчас он видел, что девушка была очень довольна. Просто невероятно довольна. Хотя старательно это скрывала. Вокруг неё собрались несколько молодых наставников — мужчины и женщины, которым совсем недавно было позволено самостоятельно брать учеников. И, судя по их внешнему виду, что прямо выдавал их возраст, большинству было не более тридцати лет. Однако для культиваторов это считалось лишь началом пути.
— Поздравляю, наставница Ли. — С улыбкой произнесла одна из девушек в зелёных одеждах. — Не ожидала, что твой ученик так быстро проявит себя.
— Да уж… — С лёгкой завистью добавил другой наставник. — Ты его воспитываешь всего ничего, а он уже поставил на место троих старших учеников.
— Причём даже не использовал никаких техник. — Заметил третий. — Либо у него невероятный талант, либо ты действительно нашла сокровище.
Ли Юньсюэ лишь слегка наклонила голову.
— Ученик старается… — спокойно ответила она.
И хотя сейчас её голос звучал достаточно ровно, но в уголках губ скрывалась лёгкая, едва заметная улыбка. Она прекрасно понимала, что все эти похвалы сейчас были адресованы не только Мин-соку. Каждое его достижение автоматически усиливало и её собственную репутацию. Особенно учитывая тот факт, что это был её первый личный ученик.
Однако сам Максим быстро заметил и другое. Среди окруживших наставницу людей находились двое молодых мужчин, которые явно использовали любую возможность, чтобы навязать ей своё общество. Один — высокий и худощавый, с острыми чертами лица и слишком самодовольной улыбкой. Второй — широкоплечий, с густыми бровями и нарочито уверенным выражением лица. Оба они сейчас смотрели на Ли Юньсюэ с тем особым блеском в глазах, который Максим узнавал безошибочно. Они явно пытались за ней ухаживать. Первый слишком часто наклонялся к ней, стараясь говорить почти вполголоса. Второй демонстративно смеялся над каждым её словом, даже если ничего смешного она не говорила.
Ли Юньсюэ же вежливо на все эти знаки внимания отвечала. Даже улыбалась. Но внимательный взгляд Максима уловил, что её плечи были чуть напряжены. Улыбка — слишком формальна. А в глазах время от времени уже мелькало плохо скрываемое раздражение. Её явно тяготило это общество. Но, как наставница Академии, она была обязана соблюдать правила приличия.
Именно в этот момент она заметила, что Максим подошёл к ней. И на мгновение её лицо едва заметно оживилось. Словно она увидела законный повод закончить утомительный разговор.
— Прошу прощения, братья – наставники… — с безукоризненно вежливой улыбкой произнесла девушка. — Моему ученику необходимо обсудить со мной дальнейшее обучение.
Не давая никому возможности этим умника ей что-либо возразить, она легко развернулась. Широкие рукава её одежды описали в воздухе плавную дугу.
— Мин-сок, идём.
Голос её был спокойным, но в нём прозвучала едва уловимая нотка облегчения. В ответ парень только молча кивнул, и последовал за ней. За его спиной тут же раздались приглушённые комментарии, а в спину вонзились завистливые взгляды.
— Повезло ей…
— Или ему…
— Личный ученик, да ещё такой…
— А ведь это только начало…
Они же быстро покинули тренировочную площадь и направились к жилому кварталу наставников. Шум голосов постепенно остался позади. Их путь пролегал по извилистой каменной дорожке, петляющей между аккуратно подстриженными кустами, цветущими деревьями и небольшими декоративными прудами, где медленно плавали золотистые рыбы. Склоны гор утопали в утреннем тумане. В воздухе пахло сосновой смолой, влажным камнем и свежезаваренным чаем.
Ли Юньсюэ шла чуть впереди. Её движения были плавными и лёгкими. Несколько минут она молчала. И только когда они подошли к её дому, девушка остановилась. Достала из пространственного кольца свёрнутый в тёмно-синюю ткань свиток. На ткани серебряной нитью был вышит знак библиотеки Академии Небесного Свода — раскрытый свиток на фоне семи звёзд.
Она протянула свиток Максиму.
— Возьми.
Максим принял трактат обеими руками, и практически сразу почувствовал, что это не обычная копия. Бумага была плотной, чуть шероховатой. От неё исходил слабый аромат старых книг, трав и защитных чернил. На титульной странице серебристой вязью было выведено:
“О взаимном порождении и подавлении Инь и Янь”.
Парень невольно задержал дыхание. Это было именно то, что ему требовалось. Первый настоящий документ из библиотеки Академии. Пусть и самый базовый. Пусть, вероятно, предназначенный для начинающих учеников. Но это был тот самый фундамент, в котором он так нуждался. Так как именно фундамент всегда важнее самых сложных техник.
Ли Юньсюэ внимательно наблюдала за его реакцией. И, заметив, как в его обычно холодных глазах мелькнул неподдельный интерес, удовлетворённо кивнула.
— Это только начальный трактат. — Сказала она. — Здесь изложены основные принципы взаимодействия Инь и Янь. Их природа, способы подавления и взаимного преобразования.
Она слегка помедлила.
— Мой наставник лично разрешил выдать его тебе.
Максим осторожно провёл пальцами по краю свитка.
— Благодарю, наставница.
И в этих простых словах прозвучала редкая для него искренность. Потому что он и сам уже прекрасно понимал цену подобного доверия. В ответ Ли Юньсюэ едва заметно улыбнулась.
— Изучи его как можно внимательнее. Не просто прочитай. Постарайся понять.
Она чуть наклонила голову.
— И если встретишь что-то непонятное, запиши вопросы. Позже обсудим.
Максим кивнул.
— Да, наставница.
Когда девушка ушла в свой дом, Максим ещё некоторое время стоял неподвижно. Утренний ветер слегка шевелил его волосы. В руках он держал первый настоящий ключ к знаниям, ради которых пришёл в это место. Затем он снова медленно перевёл взгляд на название трактата. И впервые за долгое время позволил себе почувствовать настоящее удовлетворение. Не из-за победы на арене. Не из-за унижения высокомерных старших учеников. Не из-за того, что на него обратили внимание влиятельные люди. А именно потому, что он наконец сделал первый шаг к пониманию собственной силы. И это было куда важнее всего остального.
Сжав свиток чуть крепче, Максим развернулся и направился в свою комнату. Теперь ему предстояло заняться тем, что он любил больше всего. Учиться…
…………
Ли Юньсюэ ещё некоторое время стояла неподвижно на каменной дорожке, ведущей к двум соседним домикам. Один принадлежал ей. Второй — её ученику. Девушка внимательно смотрела вслед Мин-соку, пока его высокая фигура не скрылась за раздвижной дверью его комнаты. Только после этого она медленно выдохнула, словно до этого сама не замечала, что всё это время невольно задерживала дыхание. В её тонких пальцах ещё ощущалась лёгкая тяжесть свитка, который она только что передала ученику. Первого настоящего трактата из библиотеки Академии. Фактически первого шага в познании силы, которой владел этот странный юноша. И первого доказательства того, что она не ошиблась, когда выбрала именно его.
На губах девушки появилась едва заметная улыбка. В последнее время в её жизни неожиданно стало гораздо спокойнее. Хотя, казалось бы, должно было произойти обратное. Личный ученик — это всегда ответственность. Постоянное наблюдение. Необходимость обучать, направлять, отвечать за успехи и ошибки другого человека. Особенно если это твой первый ученик. Особенно если этот ученик настолько необычен, что его имя уже начали шёпотом обсуждать и молодые наставники, и старейшины, и даже сам Великий старейшина Академии. Но, вопреки всем ожиданиям, появление Мин-сока принесло в её жизнь не дополнительные сложности, а, напротив, неожиданное облегчение. И причина этого была до смешного простой. Теперь у неё появилась безупречная причина, чтобы избегать навязчивого внимания.
Ли Юньсюэ медленно поднялась на террасу собственного дома и, устроившись за низким столиком, налила себе чашку уже слегка остывшего чая. Тонкий фарфор приятно холодил пальцы. Пар от напитка почти исчез. Но девушка всё равно сделала маленький глоток. Горьковатый вкус трав помогал собраться с мыслями. Перед её внутренним взором один за другим всплывали знакомые лица. Это были те самые молодые наставники Академии. Самоуверенные. Красиво одетые. Происходящие из влиятельных семей. Сыновья и племянники старейшин. Люди, которые получили своё положение не только благодаря способностям, но и благодаря родственным связям. Некоторые из них были действительно талантливы. Но куда больше среди них было тех, кто привык считать, что мир обязан раскрывать перед ними двери только потому, что за их спинами стоят влиятельные родственники. Именно такие люди особенно настойчиво пытались ухаживать за ней.
Она считалась второй красавицей Академии Небесного Свода. Это звание никогда не приносило ей радости. Первое место, как знали все, принадлежало внучке Великого старейшины Линя. И, как ни странно, именно этот факт спасал девушку от множества неприятностей. Никто из молодых наставников не решался открыто навязывать своё внимание внучке самого влиятельного человека Академии. Слишком велик был риск вызвать недовольство этого могущественного старика.
А вот Ли Юньсюэ… Красивая. Молодая. Талантливая. Но не имеющая за спиной могущественного клана. Не окружённая родственниками, способными только одним своим словом сломать чужую карьеру. Для многих она выглядела идеальной целью. Её пытались осыпать подарками. Приглашали на совместные тренировки… На чаепития… На прогулки к горным озёрам… На охоту за духовными зверями… Некоторые действовали мягко. Другие — весьма назойливо. Третьи считали, что она просто обязана обратить на них внимание. И каждый отказ воспринимали как временное недоразумение.
Ли Юньсюэ невольно поморщилась. Особенно её раздражали двое. Один — сын старейшины, заведующего залом боевых техник. Самодовольный, чрезмерно разговорчивый и уверенный, что любая женщина должна быть польщена одним фактом его внимания. Второй — племянник влиятельного наставника. Молчаливый и внешне спокойный, но с той неприятной настойчивостью, которая скрывалась за показной вежливостью. Оба были достаточно сильны. Достаточно влиятельны. И достаточно уверены в собственной безнаказанности. Раньше им было трудно отказывать так, чтобы не нажить себе проблем. Но теперь… Теперь всё изменилось.
“Простите, мне нужно заниматься с учеником.”
Как же приятно звучали эти слова. Безупречное объяснение. Не вызывающее вопросов. Не оставляющее поводов для обиды. Не позволяющее обвинить её в высокомерии. Ведь забота о личном ученике — прямая обязанность наставника. А теперь, после сегодняшнего показательного выступления Мин-сок, никто не мог сказать, что она зря тратит время. Напротив. Её ученик за считанные минуты унизил троих самых заносчивых старших учеников. И сделал это так легко, словно имел дело не с культиваторами уровня Доу Ши, а с неуклюжими детьми. Для Ли Юньсюэ это стало лучшим доказательством правильности её выбора. И одновременно — прекрасным щитом от нежелательного внимания.
Она вновь вспомнила, как Мин-сок спокойно уходил с тренировочной арены. Без самодовольства. Без желания покрасоваться. Без попытки поймать восхищённые взгляды. Он вёл себя так, словно только что выполнил обычную тренировку. И это, пожалуй, впечатляло не меньше, чем сама победа. Большинство юношей его возраста после подобного успеха уже сияли бы от гордости. Искали бы восхищённые взгляды девушек. Старались бы подчеркнуть собственную значимость. Мин-сок же думал только о том свитке, который она держала в руках. О знаниях. О развитии. О силе. И именно это заставляло её вновь и вновь возвращаться мыслями к нему.
Девушка опустила взгляд в чашку. На поверхности чая дрогнуло её отражение. Щёки слегка порозовели. Она прекрасно понимала, что её интерес к этому юноше уже давно перестал быть исключительно профессиональным. Да, она хотела воспитать уникального ученика. Хотела доказать всем, что способна разглядеть талант. Хотела укрепить своё положение среди наставников. Но было и что-то ещё. Что-то куда менее рациональное. Воспоминание о его тренировке. О рельефе сильного тела. О плавной, почти хищной грации. О том странном, волнующем ощущении, которое охватывало её всякий раз, когда она оказывалась слишком близко. И о том, насколько спокойно и равнодушно он воспринимал её красоту. Это одновременно раздражало и притягивало. Ли Юньсюэ поставила чашку на стол. Тонкие пальцы нервно коснулись края фарфора.
— Что же ты за человек такой?.. — едва слышно прошептала она.
Вопрос остался без ответа. Лишь ветер тихо шелестел в листьях бамбука. Но девушка уже знала одно. Теперь Мин-сок был не просто её учеником. Он стал центром интереса старейшин. Предметом зависти. Возможной целью для интриг. И, как бы она ни пыталась это отрицать, человеком, чья судьба начала значить для неё куда больше, чем следовало бы.
Ли Юньсюэ медленно поднялась на ноги. Сложила руки за спиной. И посмотрела в сторону соседнего дома, где за закрытой дверью Максим уже, скорее всего, развернул полученный трактат и с головой ушёл в изучение новых знаний. На её губах вновь появилась мягкая улыбка.
— Пока ты рядом, — тихо произнесла она, — никто не посмеет просто так вмешаться в твоё обучение.
И, помедлив, добавила уже почти шёпотом:
— И, кажется… я не позволю никому тебя у меня отнять.
Сказав это, девушка сама слегка смутилась собственным словам. Но опровергать их не стала. Потому что в глубине души уже знала, что это правда. Оставшись одна, Ли Юньсюэ ещё некоторое время неподвижно стояла на террасе, прислушиваясь к звукам, доносившимся из соседнего домика. Там, за тонкой деревянной перегородкой, её ученик уже, скорее всего, развернул трактат и с тем же сосредоточенным выражением лица, с каким он выходил на тренировочную площадку, начал изучать каждую строчку, стараясь извлечь из текста максимум пользы. И теперь одна только эта мысль вызывала на её губах едва заметную улыбку. В отличие от большинства молодых учеников, которых больше интересовали пилюли, артефакты и возможность покрасоваться перед окружающими, Мин-сок действительно очень жадно тянулся именно к знаниям. А для наставника не существовало более приятного зрелища.
Однако уже спустя несколько мгновений в её взгляде появился знакомый задумчивый блеск. Ли Юньсюэ решительно развернулась, вошла в свой дом и направилась в рабочий кабинет. Это была небольшая, но очень уютная комната. У дальней стены стоял высокий шкаф из тёмного дерева, наполненный свитками. У окна располагался длинный письменный стол, поверхность которого была тщательно отполирована до мягкого янтарного блеска. На столе лежали кисти, чернильница для туши, несколько чистых листов тонкой бумаги и тяжёлый нефритовый пресс. В углу мерно курилась ароматическая палочка, наполняя помещение тонким запахом сандала и горных трав. Девушка опустилась на подушку перед столом, аккуратно расправила рукава и на мгновение замерла. Перед её мысленным взором вновь возникло утреннее зрелище. Высокая фигура Мин-сока. Напряжённые мышцы. Стремительные движения. И этот странный, непредсказуемый стиль, который будто рождался не в человеческом разуме, а в инстинктах древнего хищника.
Ли Юньсюэ взяла кисть. Обмакнула её в тушь. И начала записывать всё, что сумела заметить. И сначала она сделала несколько общих пометок.
“Стиль основан на резкой смене направлений… Движения текучи, но прерывисты… Каждая остановка — ложная… Удары наносятся из неудобных углов… Невозможно заранее определить следующую точку атаки.”
После этого она принялась рисовать схематические силуэты. Линии движения ног. Положение корпуса. Разворот плеч. Угол кисти. Направление шага. Траектории ударов. Сейчас Ли Юньсюэ не просто записывала увиденное. Она анализировала. Разбирала. Сопоставляла со всем, чему её учили в Академии. И с каждой новой пометкой всё яснее понимала одну неприятную вещь. Большинство привычных ей защитных схем против такого стиля работали крайне плохо.
В обычных техниках существовала определённая логика. Подготовительное движение. Накопление силы. Атака. Завершение. Опытный культиватор мог распознать начало техники и заранее выбрать способ защиты.
Но Мин-сок… Он двигался так, будто каждая часть его тела существовала отдельно. Плечи уходили в одну сторону. Бёдра — в другую. Корпус изгибался под невозможным углом. Руки били из траекторий, которые казались ошибочными ровно до того момента, пока удар не достигал цели. Его тело не подчинялось привычной для большинства бойцов геометрии. Оно текло. Извивалось. Скручивалось. Сжималось. И взрывалось в момент атаки. Как огромная ледяная сколопендра, притаившаяся в тени. Девушка медленно выдохнула.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
