— А как погиб Громов? — выкрикнули со стороны.
— Несчастный случай на производстве, — хмурясь, проговорил лектор, недовольный возвращением к неприятной теме, которая на Заслоне считалась одновременно трагичной и беспрецедентной.
Система безопасности лаборатории, спроектированная для предотвращения утечек опасных веществ, дала сбой. Один из компонентов, с которым работал Громов и который случайно вытек на пол, был распознан как токсин высшей степени опасности. Протоколы уничтожения сработали мгновенно. Выдающийся ученый покинуть помещение не успел. Лаборатория и её содержимое были загерметизированы и подверглись стерилизации.
Долгие месяцы расследований и изучения причин трагедии привели к жестокому в своей банальности выводу. Несчастный случай. Научное сообщество даже спустя пять лет очень не любило вспоминать нелепость, приведшую к такой невосполнимой утрате.
— А что произошло? — не унимался студент.
Лектор в надежде обвел холл глазами, ища на что или кого можно переключить внимание. Когда он увидел пробирающегося вдоль стены Дмитрия, то радостно воскликнул:
— Дмитрий! Дмитрий Тенев! Подойдите сюда, пожалуйста…
Дмитрий сделал вид, что не услышал, и занырнул в нужный ему коридор.
Гришина он нашел на производственной площадке. Заместитель отдела, перекрикивая стоящий здесь шум, выговаривал что-то тестировщику. Увидев коллегу, удивился.
— Какими судьбами, Тенев? — спросил он и протянул руку, забывая про подчиненного. Тот воспользовался ситуацией и поспешил уйти.
Дмитрий ответил на рукопожатие и сказал:
— В ОАД шел, попутно вспомнил, что Зимин попросил полное досье на Элис.
— Вечером отправлю, — отмахнулся Гришин и обернулся. Когда увидел, что его «жертва» сбежала, тихо выругался.
— Мне на почту кинь, а я уже Зимину перешлю, — сказал Дмитрий и спустя паузу для большей правдоподобности добавил: — Мои накосячили, подправить нужно перед стартом.
Гришин фыркнул, всем видом показывая, что он так и знал: с быстрыми стартами всегда проблемы впоследствии.
— Спасибо, — поблагодарил Дмитрий за молчаливое согласие и наметил улыбку.
Гришин на прощание тяжко вздохнул и размашистым шагом направился в ту сторону, куда скрылся тестировщик.
Глава 3
Общая столовая Центра биомиметики занимала просторное помещение с высокими потолками. Вдоль стен выстроились автоматы выдачи, из которых сотрудники в порядке очереди получали порционный контейнер с едой. Права выбора не было: для всех единое меню, которое каждый день менялось. Правда, вариантов на смену было всего три, а дальше возвращались к первоначальному меню.
Высшее руководство, к которому Дмитрий не относился, питалось отдельно.
Чтобы не создавать длинные очереди у автоматов и не теснить друг друга за столами, отделы когда-то давно договорились между собой и с тех пор приходили на обед в разное время. Первым ел ОКС.
Дмитрий стоял в конце очереди и отстраненно слушал негромкие разговоры коллег. Не специально. Никакой важной информации из этих бесед узнать не получится. Просто нужно же было чем-то заниматься.
— Ого, дизайнеры пришли. У них же через тридцать минут обед только, — услышал Дмитрий и поискал взглядом, о ком говорил впередистоящий коллега другу.
В столовую действительно зашли три девушки из отдела антропоморфного дизайна. Одну из них Дмитрий узнал. Та самая девушка из автобуса. Марина.
Девушка его тоже увидела и смущенно улыбнулась, а потом сделала несколько шагов назад, явно передумав есть с другим отделом и собираясь уйти. Но подружки не дали ей это сделать и, хихикая и тихонечко подначивая, повели в конец очереди.
— Интересно, к кому это они пришли? — тихо полюбопытствовал тот же голос у друга.
— Может, просто так.
— Ага, как же… И глазками стреляют тоже просто так.
Их провожали взглядами, и даже когда те уже просто стояли за Дмитрием, люди порой оборачивались, гадая, что дизайнерам здесь понадобилось. Дмитрий и сам краем глаза посматривал на взволнованных девушек. Марина несколько раз порывалась что-то ему сказать, но в последний момент передумывала.
Очередь понемногу продвигалась. Девушки позади него не разговаривали, а лишь выразительно переглядывались, а иногда и подталкивали Марину вперед, та неизменно отступала и корила взглядом. Причины подобного Дмитрию были непонятны, поэтому он снова стал прислушиваться к разговорам впереди себя, посчитав наблюдение за более адекватными людьми предпочтительным.
— Кхм-м-м, — услышал он, а потом его рукав дернули.
Дмитрий обернулся. Подружки Марины уже стояли на некотором отдалении и делали вид, что это не они сейчас одернули его.
— О, Дмитрий, — выдавила из себя Марина, заливаясь краской смущения. — Я вас не узнала в халате.
Он видел её неискренность. Причины, как и у предыдущих поступков, оставались неизвестными, хотя и не вызывали опасения.
— А я вас сразу узнал, — с вежливой улыбкой ответил он.
— Мне сегодня нужно пораньше вернуться с обеда, вот я и пришла не в своё время, — пояснила она.
— Соблюдать регламент посещения столовой — необязательное условие, — напомнил он.
— Я не знала! — вполне искренне удивилась она и взволнованно спросила: — Значит, я могу приходить, когда захочу?
— Конечно можете.
— Давайте на ты? — предложила Марина и разволновалась ещё сильнее.
Он скользнул взглядом по её лицу. Девушка заметила и сразу же поправила волосы, глаза засияли как будто бы ярче, добавляя ей привлекательности. Она нервничала в его присутствии, но при этом хотела общаться и нравиться. Нравиться ему… Когда Дмитрий понял это, то понял и всё остальное. А вот как нужно отреагировать, не знал. На всякий случай кивнул, то ли отвечая на её вопрос, то ли самому себе и своим умозаключениям.
— Вы… ты придешь в эту субботу в клуб? — прошептала она так тихо, чтобы никто посторонний не услышал. — Обещали инструментальный концерт и танцы. Должно быть весело.
Дмитрий задумался. Расписания на выходные у него ещё не было. Будет ли оно или время так и останется свободным, он не знал.
— В шесть, — добавила Марина, а потом переменилась в лице и пробормотала: — Ты, наверное, решил с другой пойти, а я тут со своим предложением. Извини…
— У меня нет другой. И если получится, я приду.
— Правда?! — просияла Марина. — Здорово!
Он и сам не заметил, как широко и искренне улыбнулся ей, невольно копируя её восторг.
Очередь как раз дошла до него. Дмитрий приложил большой палец к дисплею автомата — порционный контейнер опустился на специальную подставку. Забрав свою порцию еды, он направился на выход. Коллеги не удивились его уходу, привыкли, что зам Зимина ест у себя, а вот Марина провела его удаляющуюся фигуру грустным взглядом.
***
Рабочий день закончился уже как час назад, но сотрудники только сейчас то по одному, то небольшими группками потянулись к КПП. Вовремя домой уходил лишь обслуживающий персонал. Остальным всегда было мало времени. Казалось, ещё вот это проверю и домой. Вот это сопоставлю… А если заменить тот компонент на этот?
Вот и Дмитрий обычно уходил гораздо позже, но сегодня у него встреча, проигнорировать которую нельзя. По дороге домой он вышел на середине пути и пересел на другой транспорт, который следовал до окраины города. В ту часть мало кому нужно, но возможность добраться туда сохранили.
Зоны 111 и 112 официально перестали входить в территорию города лет пятьдесят назад. В них находились старые производственные сектора «Заслона» и жилые отсеки, в которых ранее жил обслуживающий предприятие персонал. Со временем их планировка и габариты перестали отвечать актуальным производственным запросам. Модернизировать здания посчитали нецелесообразным, а сносить и отстраивать заново без полной остановки производства тоже не представлялось возможным. Поэтому, когда возвели новые сектора на более удобной и обширной территории, старые лаборатории, цеха, производства законсервировали вместе с устаревшим оборудованием.
Постепенно эти зоны окончательно пришли в негодность, и то, что раньше было центром жизни, стало заброшенной окраиной. Если здесь и жили люди, то это были или потерявшие работу, а вместе с ней и приемлемое жильё, или преступники. Заглядывали сюда порой подростки-бунтари. Впрочем, по личным наблюдениям Дмитрия, последних с каждым годом становилось всё меньше. Прежние — выросли и образумились, стали полноправными, законопослушными гражданами, а нового подрастающего поколения, которое могло бы сменить повзрослевшее, было очень мало.
Дмитрий вышел за две остановки до конечной. Темноволосый, с легкими оттенками рыжины молодой человек интеллигентного вида, да ещё и в ретро-одежде, сошедшей в заброшенной части города, мог привлечь ненужное внимание. Поэтому к месту цели дальше только пешком. Он и так был единственным оставшимся в транспорте пассажиром.
Путь пролегал через старые кварталы. Большинство жилых отсеков были без дверей и окон. Какие-то стены чернели от возгораний прошлого, а какие-то несли в себе более нарядные отпечатки творчества подростков, которые через порой непристойные надписи и рисунки пытались оставить след в истории.
Но не всё было заброшено. Кое-где ещё теплилась жизнь: тусклый свет в окне; бельё на веревке между полуразрушенными отсеками; неторопливые шаги сгорбившегося человека; негромкое ворчание на заглянувшую к теплу огонька крысу; пьяный говор пожилой супружеской пары, не желающих оставить умирающий район и переехать из своего жилища. Дмитрий знал всех людей этой зоны и их дома заблаговременно обходил, чтобы не попасться на глаза.
Он свернул в очередной проулок к бывшей торговой улице и зашел в одну из полуразрушенных, с перекосившейся вывеской лавок. Тайник был встроен в вентиляционный короб, вмурованный в стену. Отодвинув ржавый лист, Дмитрий извлек сверток. Переоделся быстро: старая протертая куртка — поверх своей; темная шапка — по самые брови; широкий, с грязными разводами платок — сверху на штаны. Оставшийся в свертке складной нож Дмитрий положил в нагрудный карман. Причинять кому-либо вред он не собирался, но использовать как средство отпугивания от своей персоны чересчур настойчивых порой приходилось.
Вернув лист металла на прежнее место, Дмитрий отправился дальше, углубляясь в зону 112. Теперь ступать приходилось особенно аккуратно, чтобы ничего не задеть. Не только шум опасен, но и травмы, какие можно получить, если что-то от смены положения рухнет сверху. Оптимального маршрута здесь не существовало: окраину, особенно старые здания «Заслона» с воздуха ночами патрулировали. Затаившиеся на огромной пустующей территории преступники тоже представляли угрозу.
В этот раз повезло. Патрол, шаттл службы безопасности, на линию ещё не выпустили, а людей Дмитрий успел заметить до того, как те заметили его. Поэтому до нужного здания он добрался быстро и без проблем. Старый административный корпус, примыкающий к одному из первых исследовательских секторов, пах неприятно: сыростью и запустением. Повсюду валялся производственный мусор, а вперемешку с ним пустые упаковки из-под пайков и обломки принесенной кем-то мебели. В углу Дмитрий заметил груду тряпья, которой в прошлый раз не было. Кто-то намеревался устроить себе здесь лежанку. Тряпки выглядели ещё относительно сухими. Похоже, незваный жилец не так давно покинул облюбованное место. Или ему помогли его покинуть.
Под скрип уцелевших оконных створок Дмитрий миновал загромождения хлама и спустился по всё ещё крепкой лестнице в подвал. Царивший здесь мрак не был помехой: каждый поворот и неровность за столько лет уже детально изучены.
Коридор, который начинался сразу за лестничным пролетом, вел в тупик, образованный массивной гермодверью, которую никакое физическое воздействие не проймет. Хоть за всё время Дмитрий ни разу не натыкался на нежелательных гостей в этой части здания, но осторожность соблюдал. Он затаился, вслушиваясь. Толща перекрытий над головой гасила звуки снаружи — тишину подвала ничего не нарушало.
Никого.
Быстро преодолев оставшиеся метры, он остановился перед панелью замка, открывающей дверь. Устройство не раз становилось жертвами вандалов, стремящихся узнать, что осталось навсегда запечатано. Корпус замка был искорежен и местами оплавлен, кнопки вырваны с корнем, на их месте торчали пучки оборванных проводов.
Неисправно и восстановлению не подлежало. Это становилось понятно всем, кто спускался сюда в надежде наживы. Но Дмитрий знал, что устройство, открывающее дверь, уже много лет как заменено на новое.
Он опустил глаза вниз и сместился в центр металлической пластины, вмурованной в пол. Замер. Сканирующих его линий Дмитрий не видел и не ощущал, но точно знал, что они начали свою работу.
Секунда. Другая.
Внутри стены едва слышно щелкнуло. Дверь дрогнула и бесшумно ушла в стену, обнажая тоннель.
Когда проход снова был закрыт, под потолком неярко загорелись лампы, заливая пространство тусклым желтым светом. Дмитрий снял грязную куртку, шапку, платок, оставил в углу у входа и двинулся дальше.
Коридор был коротким, всего несколько десятков метров, и упирался в другую дверь, которая открывалась уже обычным сканером отпечатка ладони. За ней был старый сектор. Исследовательские лаборатории, конструкторские отсеки, залы испытаний, общие зоны отдыха и просторные места проведения конференций. Раньше. Теперь это лабиринт заброшенных помещений, надежно укрытых от внешнего мира. Свет включался автоматически, по мере движения, и так же гас за спиной, погружая пройденный путь в темноту.
Наверное, подобные места у людей обычно вызывали страх, заставляя всматриваться в тени и искать угрозу. Возможно, они вызывали сожаления о скоротечности времени и конечности бытия, которое рано или поздно настигает всё живое и неживое. У Дмитрия же вынужденная прогулка по территории покинутого предприятия активизировала собранность и упорядочивала произошедшее. Он должен быть последователен в своем отчете и ничего не упустить.
Несколько переходов на ещё более низкий уровень, а затем крутой подъем и нужная ему часть здания. Жилая часть.
Ещё одна тяжелая металлическая гермодверь просканировала его невидимыми датчиками и послушно пропустила в просторную, довольно уютную комнату с функциональным назначением: гостиная. Хозяина жилой зоны Дмитрий увидел сразу. Тот всегда встречал его на этом месте. У аквариума. Пожилой мужчина худого телосложения, с темными волосами рыжеватого оттенка и с холодным взглядом синих глаз сидел в большом потрепанном кресле и медленно покачивал ногой. У его ног крутился черно-белый кот.
— Мы с Робин заждались тебя, — сказал мужчина без малейшего намека на тепло и дружелюбие. Кот при звуке своего имени запрыгнул на колени старика.
— Я прибыл согласно расписанию, — так же сухо ответил Дмитрий, проходя вперед и ожидая позволения сесть.
Старик нахмурился, словно он уловил в ответе для себя угрозу.
— Отчет принес?
Вопросу Дмитрий удивился. Как будто могло быть иначе? Как будто есть вариант сокрытия запрошенной информации?
Он передал устройство с актуальными данными лично в руки.
— Рассказывай, — приказал старик.
В этой части встречи Дмитрий должен был пересказывать всё, что делал со времени своего прошлого отчета. Дублировать записанную на устройство информацию можно было. Собственные умозаключения приветствовались, хоть и не считались обязательными.
Он занял свое место в кресле напротив и собрался начать рассказ, как память вдруг подбросила фрагмент из общего холла.
— А как погиб Громов?
— Несчастный случай на производстве…
Безэмоциональный взгляд синих глаз Дмитрия замер на Викторе Громове, человеке, потерю которого по сей день оплакивало научное сообщество, на человеке, которому он сейчас должен отчитаться. Череда вопросов, которая до этого благополучно оставалась в тени собственного сознания, вдруг выстроилась в ряд. Что стало причиной той инсценировки смерти? Каков мотив? Конечная цель?
— Что-то случилось? — настороженно спросил Виктор, взглядом его словно сканируя.
— Все в пределах нормы, — ответил Дмитрий и начал рассказ о своих трудовых буднях и обо всем, что происходило совсем недавно.
***
Рассказ вышел коротким. Рутина. Смысл в подробностях, которые повторяются изо дня в день? Хотя что-то всё же отличалось…
— Моей личной жизнью поинтересовались двое человек, — сказал Дмитрий и мысленно себя поправил. Трое. Но про Марину и о её приглашении он умолчал. К рабочим моментам это не относится.
— Говори, что нравится девушка, которая уже в отношениях, — ответил Виктор, понимая, к чему тот клонит. — Образ безответно влюбленного парня впишется в общий сценарий.
— Я мог бы…
— Опасно, — перебил его учёный, снова предугадывая логику размышлений. — При более длительном контакте правда непременно откроется, а завести андроида и жить с ним тебе тоже нельзя. При желании машину можно вскрыть и считать всю информацию.
Дмитрий понимающе кивнул. Оставалось рассказать странности, обнаруженные при работе с проектом Элис. Он был уверен, что Виктор поймет его сомнения, которые были больше похожи на глас интуиции.
— Я сообщал ранее, что готовится запуск новой линейки антропоморфной системы универсального назначения АС-9С. Стартовать решили с женской версии. Предпродажи выше, чем у прошлой серии.
— Представляю сколько Городецкий в рекламу средств запустил, — с сарказмом сам себе пробормотал Виктор, а потом цепкий взгляд ученого замер на собеседнике в ожидании продолжения.
— Регламент предписывает прохождение четырех этапов, — продолжил Дмитрий. — Синтетическая физиология и дизайн отработаны в полном объеме, а вот наши протоколы частично сокращены. Зимин передал модель в производство без финальных проверок нашего отдела и значительно сократил регламент отдела интеграции и тестирования. То есть мы взяли сразу заранее прописанные им протоколы, а не создали свои.
Виктор резко выпрямился и подался корпусом вперед, хоть кресла не покинул. Взгляд стал хищным. Кот, всё это время мирно дремавший на коленях хозяина, недовольно фыркнул и спрыгнул.
