Остальные стражники боязливо наблюдали за происходящим.
- Так ты что, арестовал его? – спросил Лахов, соображавший немного быстрее подчиненных.
- Да. На месте преступления.
- Ооооо.
Ргов и Калис растерянно переглянулись.
Вялый Пырк - заметная фигура в преступном мире Нор, криминального квартала на восточной окраине Ква-Ква. Вряд ли его дружки сильно обрадуются, узнав, что его взяли и засадили в тюрьму. Но, с другой стороны, использовать обычную тактику – то есть тихо удрать – уже не получится.
И все благодаря слишком ретивому новобранцу…
- Сержант Калис! - скомандовал лейтенант, пришедший к тем же выводам.
- Я!
- Прочитайте задержанному его права.
- Есть!
- А может быть, надо привести его в сознание? – спросил Форн Фекалин.
- Зачем? – удивился Лахов. – Мы должны их прочитать, но нигде не указано, что он должен их услышать. Приступайте, сержант.
- Ты имеешь право болтать все, что угодно. Имеешь право на три удара по печени, на яркую лампу в глаза и… - забормотал Калис. нависнув над Вялым Пырком, точно скала над морем.
Знакомые сочетания звуков были уловлены тем, что у подобных типов сходит за подсознание, и грабитель открыл глаза. Некоторое время они вращались, точно шарики из цветного стекла, потом остановились на Калисе, и в них появилось выражение искреннего удивления.
- Очухался, негодяй, - сказал Лахов лишь чуточку дрожавшим голосом. – Э, мирные граждане мирно радуются в мирных домах…
Лейтенанта от переживаний несколько понесло.
- Век воли не видать, начальник, - просипел Вялый Пырк хриплым голосом настоящего бандюгана. Без такого голоса нет смысла выбирать карьеру убийцы или преступного авторитета. Все равно никто не воспримет вас всерьез. – Мы слегка бухнули с Брашом Серым и с этим, третьим… как его…
- Слегка бухнули? – ухмыльнулся Калис. – Глянь-ка вон туда.
И он показал на труп с разорванным горлом.
Вялый Пырк перевел взгляд, и удивления в его глазах стало больше, чем огня – в топке паровоза.
- Э… Браш Серый… что с ним? Он кашлял вроде… Может, сильно кашлянул? Да, помню… - тут грабитель сел. – Мы сидели в таверне… Нам наливал еще этот, как… Скользкий такой… А потом пошли гулять…
- Хватит пороть ерунду! - заявил Лахов. - Ты напился и убил своего приятеля! И ты убил всех остальных!
- Всех? Это не под силу человеку…
Тут Вялый Пырк дернулся. Веревка, связывавшая его руки за спиной, непонятным образом лопнула. Лапищи грабителя оказались свободны, и одна машинально дернулась к лежавшему неподалеку ножу.
- Режут! – завопил Лахов.
Ргов метнулся в сторону, с металлическим звоном врезался в стену и упал. Калис полез за арбалетами, но запутался в плаще. В руках Форна Фекалина сверкнул длинный меч. Его острие мягко, почти нежно вошло Вялому Пырку в спину. Тот всхлипнул и упал наземь.
Стало тихо.
Лахов сглотнул, издав звук, который невозможно изобразить буквами обычного алфавита.
- Ничего себе, - сказал Калис, выпутываясь наконец из взбунтовавшейся одежды. – Он что, мертв?
- Да, - Форн Фекалин аккуратно вытер лезвие меча об одежду убитого, и убрал оружие в ножны. Затем наклонился, подобрал веревку, которой был связан грабитель, и спрятал ее в карман.
- А что это значит?
- Что надо подобрать Ргова и убираться отсюда поскорее, - предложил слегка отошедший от шока лейтенант.
- А я думаю, это значит другое, - уверенно заявил Форн Фекалин. – Убийств больше не будет.
Утренний туман в Ква-Ква обладает большей индивидуальностью, чем лондонский смог. В отдельные, особо удачные дни его можно не только пробовать на вкус, а мазать на хлеб вместо масла. Масло это окажется бурым, несколько зловонным, но зато невероятно пикантным.
Туман, в который сегодня утром вступили направлявшиеся к музею студенты, был не из таких. Обыкновенная серая дымка, едва справлявшаяся с основной задачей – прятать город и глушить звуки.
Вчера приятели несколько засиделись в «Утонченном блаженстве», и поэтому сейчас выглядели не очень бодро. Арс зевал, Тили-Тили спотыкался через шаг, и даже Рыггантропов спал на ходу.
В себя он пришел лишь после того, как на него чуть не наехала телега водовоза.
- Чтоб тебя вспучило, - пожелал двоечник ей вслед, и тут окончательно проснулся.
Несколько минут посопел, обозревая то, что в Ква-Ква зовется гордым словом «улица», а потом спросил:
- И все же что вчера это было в натуре?
- Пиво, - ответил Арс, пребывавший где-то на пятой минуте последнего сна.
- Не, типа в темноте.
- Галлюцинация. Мы же решили.
Топыряк вынырнул из вполне себе розовой полудремы и с упреком взглянул на Рыггантропова. Упрек срикошетил от толстой шкуры двоечника, улетел в небеса, где и поразил ни в чем не повинную пташку.
Та почувствовала себя очень неловко и поспешно облегчилась.
Иных способов бороться со стрессом пташка просто не знала.
- А может, сходим туда, посмотрим? – предложил Рыггантропов. – Следы всякие. Вдруг они остались?
- От галлюцинации?
- А почему нет?
Топыряк обдумал предложение, которое даже в похмельное, невыспавшееся утро казалось странным. Посмотрел на двоечника и понял, что в голову тому попала мысль, и что бороться с ней поздно.
Мысли посещали этот толстостенный маленький резервуар не так часто, поэтому Рыггантропов ими очень дорожил. Расставался с каждой неохотно, только после долгих уговоров.
- Пойдем, посмотрим, - сказал Арс. – Ты хоть место запомнил?
- Шшшшш! – поддержал разговор йода.
- Трали-Вали запомнил, так что все в натуре в порядке, - перевел Рыггантропов.
Пути для отступления оказались отрезаны.
Они выбрались на Длинную улицу, некоторое время поплутали в переулках Косых ям. Топыряк раз шесть готов был воскликнуть «Вот, это же здесь!», но йода упорно шагал дальше.
И только в седьмом похожем месте остановился.
- Ссс! – сказал он.
- Ага, точно. Наши следы вижу, - кивнул Арс. – Вон там рытвина, это Рыггантропов старт взял. А галлюцинация стояла значит… где? Вон там… прямо под аркой… сейчас глянем, что там…
Под аркой непонятным образом сохранился кусочек мостовой – дюжина камней, что держались на месте с упорством последних зубов во рту глубокого старца. След на них оставил бы только тролль, да и то если бы хорошенько попрыгал.
- Ничего, - с облегчением проговорил Топыряк. – Это и в самом деле была галлюцинация. Дава…
- Шшшш! – прервал его Тили-Тили.
Он уселся на корточки, поковырялся между камнями и вытащил что-то маленькое, круглое, зеленовато-желтое.
Очень похожее на чешуйку.
- Типа… - протянул Рыггантропов. – Кусок этой… глюкции?
- Шшш.
- Э, может, какая змея оставила, проползала мимо… - проговорил Арс, чувствуя, как под ногами разверзается пропасть.
И надежда на то, что зубастая тварь им привиделась, летит туда вниз головой.
- Змея? В Ква-Ква? В натуре. С такой чешуей?
- Э… ну да…
Судя по размерам чешуйки, змея должна была быть толщиной в бедро крупного мужчины. Таким рептилиям делать в городе нечего. Если только они не хотят быстрой смерти.
- Или рыба?
- Типа проплыла тут? – спросил Рыггантропов, а йода посмотрел на Топыряка с укоризной.
- Нет… проезжала телега с рыбами, и с нее сыпалась чешуя… - Арс умолк, сам понимая, что говорит ерунду.
Никто не будет возить рыбу через Косые ямы, а если вдруг такое случится, то каждую упавшую чешуйку тут подберут и сварят из нее обед на пять человек. В этой части Ква-Ква едой не разбрасываются.
- А значит, а значит… - надежда со шмяканьем приземлилась на дно пропасти и скончалась в муках.
- В натуре, - Рыггантропов покачал головой.
- Ссссс! – судя по интонации, Тили-Тили был с коллегой полностью согласен.
- Ладно… тогда, - Арс попытался собраться с мыслями, и после некоторого напряжения это ему удалось, - тогда давай отнесем эту штуку в музей. Хранитель хорошо разбирается во всяких тварях. Он точно скажет, что это такое. А то вдруг это и не чешуйка вовсе?
Останки надежды задергались, словно над ними колдовал опытный некромант.
- Отнесем, - кивнул Рыггантропов. – Пошли?
И они пошли, и добрались до музея Натуральной истории к самому открытию. Миновали Пасюка, и отправились на поиски Простодрэля. Тот обнаружился в том зале, где студенты работали вчера.
- Шлюк плях доброе утро, - проворчал эльф тоном, какой обычно приберегают для проклятий. – Ну что, начнем?
- Э, Простодрэль… - сказал Арс. – Мы тут вчера видели на улице… а сегодня нашли… вот, ну…
Тили-Тили шагнул вперед и продемонстрировал чешуйку.
Хранитель нахмурился, извлек из нагрудного кармана халата увеличительное стекло.
- Так, давай сюда, - в этот момент эльф даже забыл о том, что должен булькать и хлюпать. – Очень интересно.
Студенты ждали, затаив дыхание. Рыггантропов, который просто не знал, что такое волнение, почесывал затылок. Простодрэль разглядывал находку долго, с одной стороны, потом с другой, и при этом что-то бормотал себе под нос.
- Ляпл маблп невероятно, - сказал он наконец. – По всем признакам, она принадлежит змееморфу, причем живому… Тляк, и вы говорите, что видели его на улице?
И эльф уставился на Арса так подозрительно, словно тот прятал древнее чудище в кармане.
- Ну… да… - подтвердил Топыряк.
- Длямп прульк тогда нужно срочно его поймать! Убить и поместить к нам! А то наше чучело бульк древнее, выглядит плохо.
Старого хранителя вряд ли бы сделали почетным членом Общества гуманных ученых.
- Юляльк а вы работайте. Практики никто не отменял, - Простодрэль сурово глянул на студентов.
И эльф, взволнованно шаркая, удалился.
- Поймать? – Арс покачал головой. – Кто этим будет заниматься? Стража? Да они пьяную черепаху не догонят.
- Шшшш!
- Верно, Трали-Вали. Не наше дело, типа, - сказал Рыггантропов. – Беремся за кисточки и вперед.
