Елизавета Соболянская "Ростовая мишень"

Ростовая мишень
Елизавета Соболянская

Вернувшись домой после армейской службы, молодой мужчина ищет свое место в жизни. Воспоминания прошлого приводят его на службу в полицию. Спасая неизвестную ему женщину от бандита, молодой оперативник находит наставника, друзей и любовь.

Елизавета Соболянская

Ростовая мишень

Елизавета Соболянская

Ростовая мишень

Герои

Станислав Степнов

Екатерина Петунина

Пролог

Последние недели перед дембелем выдались самыми тяжелыми. Ожидание приказа, документов, скорый и близкий путь домой — все это держало парней в напряжении. Когда один из них обварился кипятком на дежурстве в столовой, а второй сорвался с турника и так ударился о землю, что треснуло ребро, их подозвал к себе инструктор по рукопашке майор Корнилов:

— Вот что, парни, вы сейчас должны себя поберечь. В тишину уйти!

Молоденькие сержанты недоуменно крутили головами. Умудренный жизненным опытом майор, получивший ранение “за ленточкой”, объяснил:

— Когда там приходило уведомление об отпуске или вызов на “Большую землю”, парни сразу в “тишину” уходили. Никаких резких телодвижений. Замерли — и все. Ни попыток собрать вещи, ни “крайнего выхода”, ни-че-го!

Молодые солдаты срочной службы хлопали глазами, а офицер, старше их всего лет на десять, пояснял:

— Это, парни, чистая психология. Вы ждете, напрягаетесь, а человек не может, как натянутый лук, жить в напряжении всегда. Устает, теряет концентрацию, совершает ошибки, которых не совершит в обычном состоянии. Так вот, для всех вас объявляю “тишину”. Живем по расписанию! Так, словно вы салабоны, только из учебки!

Поначалу сержанты взвыли, но тактика старлея себя оправдала — обычный режим без послаблений, привычная проверка, дежурства — и травм не стало. В голове поселился покой.

Уже выдавая билеты и сухпаек, майор каждого спрашивал:

— Что планируешь делать дальше?

Многие мялись, не зная, что сказать.

Взвод был особый — технари. В учебке их выбрали на спецподготовку именно потому, что эти парни вылетели из ВУЗов, причем не раньше третьего курса, а стало быть, учиться умеют, и в голове кое-что есть. Учили не только ходить строем, заправлять кровати, делать гимнастику и стрелять — учили обслуживанию и ремонту дронов и подобной им техники.

Станислав разбирался в этом лучше других — он учился на программиста, и хотя именно руками ремонтировать у него получалось плохо, зато с настройками он справлялся великолепно, всегда чувствуя ошибку в электронных “мозгах” до того, как она приведет к катастрофе.

Кое-кто после душевного разговора с майором подписывал контракт, кто-то уходил с мыслью учиться дальше, а Станислав ответил коротко:

— Вернусь к маме. Она одна. Закончу учебу.

Майор прищурился:

— Ты, Степнов, не дурак, амбиции есть и кондиция хорошая… Служить не только “за ленточкой” можно. В полиции тоже люди нужны. Знаешь, сколько всяких… — тут рядом мелькнул халат медички, и Корнилов проглотил эпитет, — портят жизнь людям? В общем, подумай, если что. Дроны в МЧС используют, да и полиция их не чурается, особенно в таких местах, где лесов больше, чем людей.

Стас эти слова крепко запомнил и, лежа в плацкарте на верхней полке, все крутил в голове.

Понимал, что, вернувшись к маме в маленький сибирский городок, не сможет никуда уехать. Останется рядом, чтобы присматривать и беречь, а значит, нужно устраивать свою жизнь именно там. Вернуться к учебе и не прогуливать семинары. Нужно найти работу — стыдно, если маме придется кормить здоровенного мужика на скромную зарплату бюджетника. И то, что сказал ему майор, было неплохой подсказкой. Засыпая, парень все продолжал упорно думать и даже поесть забыл.

Глава 1 Возвращение

Поезд медленно приближался к станции. Станислав жадно смотрел в окно. Вот мелькнуло знакомое здание вокзала, замигали огоньки гирлянды, украшающие киоск с дорожными мелочами, поезд дрогнул и остановился.

— Конечная! — объявила проводница, опуская ступени.

Стас вздрогнул, словно очнувшись, подхватил спортивную сумку и в числе первых спустился на перрон, привычно разглядывая пейзаж поверх голов.

— Сынок! — мама появилась как-то внезапно и крепко обняла, почти под мышкой тихонечко шмыгнув носом.

— Ма! — несколько неловко обняв родительницу в ответ, парень решительно взял ее за руку и повел прочь от толпы.

Мама шла рядом, снизу вверх глядя на сына, и говорила-говорила-говорила, выплескивая миновавший страх, долгое ожидание и внезапно обрушившиеся надежды.

Сын вернулся из армии. Целый год она получала непривычные бумажные письма, редкие смс и еще более редкие фото. А теперь он идет рядом — непривычно молчаливый, собранный и в форме. Материнское сердце трепетало от счастья и опасений.

— Стасик, ты дальше-то что делать будешь? — осторожно поинтересовалась Марина Владимировна, когда показалась крыша их дома.

— Работать пойду, мам, — спокойно ответил сын, — учиться заочно придется, сам дурак.

Марина Владимировна вздрогнула и недоверчиво посмотрела на сына. Он ушел в армию, провалив сессию в институте, разругавшись с преподавателями, и вообще со скандалом. Теперь же спокойно говорил о возвращении к учебе и работе. Это настораживало и волновало.

В квартиру они вошли дружно. Стас поставил на пол сумку, вынул из нее свежее белье и сказал:

— Мам, я в душ, поставь пока чайник. Поем и пойду по делам схожу.

Марина Владимировна засуетилась.

Ей хотелось накормить сына, позаботиться, может быть, побаловать, но Стас был серьезен и сдержан. В ванной зашумела вода, и женщина поспешила на кухню — ставить чайник, греть домашний борщ, вынимать из духовки котлетки с пюре, припрятанные в плиту, чтобы не остыли.

Сын вышел в тельняшке и в камуфляжных штанах, промакивая полотенцем короткие волосы. Радостным взглядом осмотрел накрытый стол и вдруг усмехнулся:

— Мам, ты там чистое положила… Убери в шкаф, не налезает!

Марина Владимировна взглянула на раздавшиеся плечи сына и тихонько вздохнула. Она откладывала деньги, понимая, что Стасу понадобится новая одежда и обувь, но втайне надеялась, что хотя бы спортивный костюм и футболки еще налезут. Но нет. За год ее мальчик вырос и в высоту, и в ширину, а еще у него полностью изменилось выражение лица.

Пока Стас ел, она вспоминала, что в детстве его часто звали “Кудряшка”, такие густые светлые волосы шапкой лежали на его голове. Милая улыбка, ясные глаза, ямочки на щеках — ребенок был просто “открыточный”, и нередко на улице люди останавливались, чтобы изумиться, восхититься или похвалить. Теперь от того улыбчивого малыша мало что осталось — взрослый парень, почти уже мужчина, наворачивал домашнюю еду, поглядывая на мать серьезно и строго.

Зато когда Марина Владимировна вынула из духовки карамельную шарлотку, Станислав улыбнулся. И эта улыбка расправила его лицо, снова сделав очаровательным, доверчивым и ранимым. Но только на миг.

— Спасибо, ма, — сказал он, аккуратно убирая посуду в раковину, — уже десять, — он спрятал зевок, — пойду насчет работы узнаю и… в институт тоже зайду.

Марина Владимировна сдержала вздох.

Маленький городок, в котором все и вся на виду. Куда он собрался? Завтра узнает. Соседи расскажут или на работу весточку принесут. Как же изменился ее сынок! Вырос! Только все равно материнское сердце болит!

Смахнув со стола крошки, женщина вздохнула — ради приезда сына она взяла отгул, а теперь немного растерялась — чем заняться, если Станислав ушел? Потом все же отвлеклась, размышляя об ужине, и даже запела, принимаясь месить тесто для пирога.

Между тем Стас неторопливо шагал по знакомому городу. Можно было доехать на автобусе, но ему захотелось пройтись, привычно срезая углы, минуя улицы, считая закоулки. Он точно знал, куда шел — к отделению полиции.

Дежурный, узнав, зачем заявился рослый парень в камуфляже, медлить не стал:

— Так, тебе в кадры сразу, там все объяснят, скажут, какие бумажки принести, это по коридору и налево, в тупик. Паспорт давай, запишу!

Через час слегка взмокший Станислав вышел из душного здания, держа в руках целую кипу направлений — на комиссию, в паспортный стол, в военкомат и Бог знает куда еще. На оформление дали три дня, так что некоторые справки нужно было взять прямо сегодня и… заглянуть в деканат. Конечно, выставленного за неуспеваемость студента никто не станет восстанавливать просто так, но вдруг есть возможность попасть на заочное? В общем, день внезапно показался очень коротким, а дорожки и коридоры — бесконечными, но Стас стиснул зубы и двинулся в поликлинику — узнавать, когда, что и где.

Глава 2 Хлопоты

Домой он вернулся к вечеру — утомленный количеством людей и бумаг, с которыми пришлось взаимодействовать. Мать встретила понимающим взглядом, чистым полотенцем и новеньким набором гражданской одежды:

— Умывайся, пирог теплый еще, — сказала она с улыбкой.

— Даже не спросишь, где пропадал? — хмыкнул Стас.

— Да мне уже позвонили, — улыбнулась в ответ Марина Владимировна, — сказали, какой сын стал красивый, сильный и умный. Правда, что ли, в полицию устраиваться пошел?

— Правда, ма, сейчас умоюсь, расскажу!

Уминая мамины котлеты, парень поведал о своих приключениях в поликлинике:

— В регистратуре сказали: на медосмотр без очереди, но там какая-то тетка раскричалась, не пустила… Пришлось вернуться в регистратуру, а там девушка такая… Проводила меня по всем кабинетам и потом на подпись к врачу отвела! Без нее я бы еще дня два ходил!

— Понравилась девушка? — понимающе улыбнулась мама.

— Красивая, — вздохнул Стас, — глаза такие…

— Спросил хоть, как зовут?

Парень усмехнулся:

— Ма-а-ам, у нее же бейдж на груди! Екатерина ее зовут! Фамилию вот запамятовал.

— Ну иди, отдохни, — мама вдруг выставила сына в комнату, а сама прикрыла дверь на кухне и, забыв про грязную посуду, взялась за телефон:

— Наташенька, золотце, у вас там в поликлинике ведомственной девочка в регистратуре работает, Катя зовут, не знаешь, чья? Ирочке лучше позвонить? Хорошо, позвоню!.. Ирочка, радость моя, у вас там в регистратуре девочка работает, Катя… Ах, не в регистратуре, интерн уже, помогать поставили? Интересно! Что за девочка?.. Ой, как интересно-то! Да ты что! Фаине Арсеньевне позвонить… Да, позвоню обязательно!.. Фаечка, сколько зим, сколько лет! Слушай, у тебя там девочка практику проходит… Катя… Да Стасик мой сегодня комиссию проходил, загляделся… Сама понимаешь, интересно мне… Нет, мешать не стану, но поинтересоваться-то надо! Вот спасибо, вот успокоила! Ну до завтра! Пирожков принесу, непременно!