Первого золотого нашли в сумерках. Он оказался прямо возле шпиля, правда, другого, не того, в котором Михаил ночевал, этот был даже относительно цел, и фасад порушен лишь частично.
- Бывала внутри таких? - выкладывая рунный круг и наблюдая краем глаза за целью, спросил Бельский у Ирины.
- Да, лазили мы туда с Катькой, она все руны перерисовывала, пытаясь разобраться, что это за артефакты. Только толку оказалось ноль, не смогла она заставить их работать.
- Готово, - сообщил Бельский и кинул в центр артефакт зова.
Все сработало как надо, неспешно золотой отправился в ловушку. Михаил выпил зелье для раскрытия каналов и тут же получил невероятной силы удар. Пошатнувшись, он все же устоял, накатила слабость. Взглянув внутренним оком, он увидел, как пришла в движение скверна, отвоевывая себе миллиметр за миллиметром, и, если не прекратить, через час-полтора он станет зараженным.
Ирина шагнула к нему, чтобы помочь, но Михаил поднял руку, останавливая девушку, и, пошатываясь, вошел в круг. Там он, усевшись на землю, поскольку сил стоять у него не было, призвал печать хлыста и вялым движением послал его в цель. Тот обернулся вокруг золотистого шпиля и намертво прилип. И тут Бельского тряхнуло, да так, что искры из глаз полетели. Он активировал внутреннее око и облегченно вздохнул - золотая энергия хлынула по каналам прямо в источник, попутно выжигая перешедшую в атаку скверну. Самочувствие резко улучшилось, вот только стало ясно - одного золотого, чтобы переломить ситуацию, мало. Пятно укоренившегося в его организме проклятия сопротивлялось, и довольно успешно, пятна скверны сокращались, но так медленно и неохотно, что Михаил понял, чтобы убрать их совсем, потребуется три или даже четыре золотых. Когда дух почти растворился, Бельский деактивировал плеть и, разрушив круг, выпустил на свободу то, что осталось.
- Невероятно, - произнесла Ирина, садясь рядом и беря руку Михаила. - У тебя получилось за час поглотить золотого почти целиком.
- Только этого мало, - устало произнес Бельский, - нужно еще три или четыре. Но не сегодня, я немного отогнал смерть или нечто похуже, так что давай устраиваться на ночлег. Одно точно, путь верный, просто выйдет длиннее, чем думалось.
- Четыре золотых? - выкликнула девушка. - Да где ж их взять-то?
Через час они устроились в руинах прямо под куском потолка, натаскали ветвей с густой листвой и завалились на них. Для охраны вызвали Горыныча, отозвав черных. Хоть они и могли находится вне ловушек больше двух суток, не стоило доводить до крайности.
- Миш, что дальше делать будем? - прижавшись к нему и положив голову на плечо, спросила Воронецкая, при этом она, не отрываясь, смотрела на языки пламени в костре, горящем всего в трех шагах от их лежанки.
- Пока не знаю, - ответил Бельский, обнимая жену и наслаждаясь этой теплой близостью. - Пока планы приземленные - избавиться от проклятия, а дальше надо продолжать совершенствоваться. Из стычки с Асааром я вынес очень важный урок - с той стороны творится что-то страшное. Нам нужно искать другой путь домой, портал в Ксансе не подходит совершенно. Думаю, он расположен где-то в противоположном конце материка, во многих днях от земель империи. Уже в духовом мире я со скуки читал записки путешественников, которые изучали материк, так вот, они пересекли его вдоль и поперек. На территории вольных очень мало дорог, все они грунтовые, а значит, сильно зависят от погоды. Один путешественник писал, что пересек материк от края до края, и у него ушло на дорогу четыре месяца, причем имперскую часть он пересек за три недели. Теперь представь, что эти земли захвачены демонами. Население, скорее всего, уничтожено или обращено, везде пятна скверны, прокормиться на территории будет сложно, если вообще возможно. Хотя зверье, по словам Верда, держится в стороне от демонов, одержимых и распространяемой ими заразы. А еще у нас есть данные, что демоны выбили имперцев за Хорар, что возле мертвого города течет, а потом и за Кеть, на которой Заставный и Создаль стоит. И не факт, что обескровленный первый полк удержал рубеж. Вывод - нам придется идти очень далеко, если мы сумеем прорваться через портал Ксанса, и этот вариант не годится совершенно, не дойдем.
- Но отсюда нет другого пути, - резонно заметила Воронецкая. - Сюда есть, а отсюда нет.
- А вот мне думается, что есть, - возразил Бельский, целуя жену в висок. - Где-то прямо под нами есть катакомбы, и там может иметься вполне рабочий портал, как те, через которые я и вы сюда угодили.
- Ты думаешь, первый до этого додумался? - иронично хмыкнула княгиня. - Эти руины не раз обшаривали, ловчие сюда не один десяток лет ходят. Те, кто мечтал отсюда сбежать, тоже здесь искали дорогу домой, а за эти годы, что застава существует, этих желающих набралась не одна сотня. Многие умерли, ища эти тоннели с порталами, другие, отчаявшись, как князь Чернышев, шли на прорыв и умирали в Ксансе. Не тешь себя мечтами, единственный путь, доступный нам, это переход вольцев. И тот нам недоступен, местные не пропустят никого ни туда, ни оттуда, урок, благодаря тебе, они усвоили. Кроме того, ты привел очень разумные доводы, почему уход через него ничего нам не даст. Например, у меня нет цели любой ценой попасть на материк, чтобы через несколько дней там умереть, подцепив скверну. Так что зря я спросила, что дальше, я и сама знаю ответ, мы будем ловить здесь духов, мы будем становиться сильнее, мы заведем детей, и они вырастут на Имперской заставе. Затем мы умрем, может, в схватке, может в постели от старости, этот остров - наша оставшаяся жизнь. И единственное, что может изменить это, если имперские войска заборют демонов, и лет через двадцать какой-нибудь исследователь или рота первого кавалерийского корпуса сможет пройти через портал. Тогда мы вернемся в империю, хотя и не факт, мне будет пятьдесят шесть, тебе пятьдесят пять. Катьке столько же. Что нам там делать в таком возрасте? Да и примем мы к этому времени этот остров, родным станет, врастем в него, не захотим уходить.
- Может, и так, - с ноткой грусти, целуя в макушку жену, произнес Бельский. - Возможно, все произойдет, как ты сказала, но есть только одно, ты плохо меня знаешь, я не прекращу искать дорогу домой. Когда я шел ночью по маленькому городку, и до портала было рукой подать, я был сильно озадачен, я один мог прорваться туда, и мне бы это не стоило никаких запредельных усилий, с Горынычем я бы мог сровнять этот городок с землей за несколько часов. Думается мне, если бы князя Чернышева не предали, и он бы смог пробиться. Я и сейчас это могу сделать, да я думаю, если поставлю Гритту ультиматум, то он меня просто пропустит. Вождь видел меня в бою и понимает, что нет мне равных. Но после драки с Асааром я понял, что этот путь не годится, а значит, надо искать другой, и я его найду. И вот тогда мы втроем шагнем в портал. Я не собираюсь сидеть на этом острове до старости. Там, в большом мире, война, и мои способности очень пригодятся империи. Сомневаюсь, что она отдаст духов мир без боя, ведь артефактное железо - это слишком ценный ресурс, так просто его одержимым и прочей нечисти не оставят. Но сначала мне нужно восстановиться и набраться сил, крепко меня этот Асаар приложил. Не будь во мне серебряного духа, конец, стал бы зараженным на второй день. Так что какое-то время мы еще тут побудем.
- А остальные?
- Остальные? - Бельский задумался. - Кто захочет, пойдет с нами. Местных, из приблудных, вообще не возьму, мне они не нужны, этот остров их родина. Я бы вообще местных не брал, только наших и их потомков.
- Почему ты не хочешь местных брать?
- Мне кажется, они подвержены скверне гораздо сильнее, чем имперцы.
- Так и есть, - подтвердила княгиня. - Марфа это выяснила еще в день, когда ты слег, местных зараза захватывала куда быстрее. Два добровольца согласились принять в себя скверну, чтобы испытать на себе ее зелье. Один из добровольцев, туповатый мужик из рыболовов, польстился на пяток золотых, второй, не менее туповатый и жадный имперец по имени Даниил, он в шахте кайлом машет, сильный, но глупый. Так вот, скверна куда активней распространялась по их организмам, Катька кучу артефактов приволокла и все наблюдала. Если для полного заражения Даниила нужно было часов девять, то аборигену хватило двух. Но эта скверна ослабленная, так что проверка все же не полноценная, но твои предположения она подтверждает.
- Ну, вот и ответ на твой вопрос, - устало произнес Михаил, после чего, резко встав, улыбнулся и шагнул в сторону от костра.
- Что там? - насторожилась Ирина.
- Все в порядке, милая, старый друг заглянул, - успокоил девушку Бельский. - Черный охотник явился, сейчас загоню его в ловушку, и дальше валяться будем, мечтая о недалеком и счастливом будущем.
- Счастливом? - скептически прокомментировала слова Михаила Ирина. - Ты рвешься туда, где война, о каком счастливом будущем ты говорил? Или все же не так рвешься, а для виду, а счастливое будущее здесь, с нами и с детьми?
- Но ведь мы обязательно победим, - выпив зелье Марты и арканя черного плетью, весело отозвался Бельский, - по-другому и быть не может.
Вызвав внутреннее око, он удовлетворенно усмехнулся. Сила черного потекла в источник, и с каждой каплей он становился сильнее, энергетические каналы были почти чисты от скверны, хотя энергия духа данной цветовой гаммы фактически не влияла на заразу, просто сдерживала ее.
Все закончилось через десять минут, ослабленный дух был загнан в кубик, который отправился в ранец, а Бельский вернулся на ложе.
- Вот еще один в актив, итого уже три.
- Извини, Миш, но у нас только этот, - повинилась Ирина.
- В смысле? - не понял боярин. - У меня же еще пара имелась, дома два хранилища лежат.
- Когда стало ясно, что на черных не действует скверна, мы передали их Бергу, тот отдал Змиеву и Говорову. Оба уже приняли образ, один крушилы, второй большой мощной птицы, похожей на орла. Ну, тот, которого ты для исследований Катьке отдал, не в счет, она все еще пытается разработать ловушку, которая позволит их захватывать. Ты не сердишься? Застава заплатила нам за них хорошо, по пять сотен злотней за каждого.
- Не сержусь, - покачал головой Михаил. - Просто я потерял сокола, и мне нужен разведчик. И желательно габаритами, не превышающими прежнего, крупную, не слишком быструю птицу проще засечь и сбить. Так что ушли и ушли, деньги нам тоже пригодятся.
Он вытащил из ранца кубик с только что пойманным духом и активировал руну воплощения физического образа. Это надолго, может быть, на всю ночь, чего время терять.
Следующий день они снова бродили по руинам мертвого города. Два почти выпитых золотых существенно улучшили его состояние, а три черных, которых удалось загнать в кубики, увеличили шансы на приобретение нового разведчика. Первые два облика оказались сильными, но неудачными - ксанс и крушила, рогатый кот и медведь. Третий принял облик крупной птицы, которых в природе Бельский не встречал, очень похож на жар-птицу, что была у Ирины. Наверное, в такой можно летать так же, как в Горыныче. Или использовать ее, чтобы поднять в воздух бочку литров на сорок, уж больно внушительными выглядели черные крылья. А вот четвертый дух выдал то, что нужно, он был поменьше погибшего сокола и очень похож на беркута.
Ночевали в самом центре, Бельский с Ириной вообще не удалялись от него, только круги по спирали раскручивали.
- Кстати, - сидя у костра и глядя на огонь, произнесла Воронецкая, - а ты знаешь, что Катя делает переходник, который позволит загнать алого в обычную кормушку? Представляешь, насколько выгодней станет откорм других алых и черных, если удастся. Да и фиолетовых покрупнее, которых тоже для создания зверодухов используют, можно тоже будет в пищу пускать с нашими черными, нужды в других уже просто нет, а вот развивать их нужно.
- Хорошее дело, - заканчивая жарить мясо и передавая прут девушке, согласился Михаил, - А я очень хочу, чтобы мой Горыныч тоже черным стал.
- А ты уверен, что есть состояния перехода из одного класса в другой? Думаешь, откорм способен наделить не только новыми способностями, но и сделать из фиолетового алого, а из алого черного? Очень сомнительно. Знаю, что многие пытались откормить фиолетового. Мне рассказывали про одного отшельника из местных, который лет двадцать назад жил в руинах, днем собирал мелочь, ночью скармливал своему волку, и так несколько лет. Волк становился все сильнее, но так в алого и не превратился. Потом отшельника убил черный охотник, и зверодух достался детям отшельника, они еще лет пять его откармливали, но тот так и не сменил цвет.
- Плохо, - вздохнул Бельский, - если дела так и обстоят, то жаль Горыныча, очень уж он уязвим. Но все равно продолжу его кормить. И вообще, надо, конечно, поискать способ защиты зверодухов, иначе у нас так вообще никаких преимуществ не останется.
- Ой, пояс светится, - удивленно глядя на свой артефакт, произнесла Ирина. - И твой тоже.
- Ну, вот и ответ. Интересно, почему серебряный дух всегда появляется в темноте, уже второй раз подряд. - Михаил поднялся на ноги. - Пошли, если удастся его заарканить, то я, возможно, решу свою проблему, или он меня убьет.
Воронецкая кивнула и, призвав своего черного кота, отправилась на поиски. Но сколько они не обшаривали все вокруг, так и не нашли редкого духа. Через два часа пояса прекратили сигналить, и они, вымотанные, вернулись к костру.
- А так хотелось посмотреть, - огорченно выдохнула Ирина.
- Ты помнишь, что мне обещала и клялась перед богами? - усаживаясь на подстилку, поинтересовался Бельский.
- Конечно, помню, - заверила его Воронецкая, - но посмотреть-то интересно.
Она уселась рядом, положив голову ему на плечо. Михаил обнял девушку и застыл, глядя на огонь, слова были не нужны, он прекрасно чувствовал все, что она хотела бы выразить словами или действием - заботу, нежность, привязанность, покой, счастье и немного возбуждения со страстью. Михаил прекрасно знал, как называется этот безумный коктейль, - любовь. То, что делает людей слегка сумасшедшими и отчаянными.
И тут где-то совсем рядом завыл волк. Ирина вздрогнула и вскочила на ноги, уставившись во тьму. Ее черный кот прыгнул вперед, закрывая собой хозяйку. Михаил, в отличие от жены, поднялся неторопливо и не спеша. Его двойник, повинуясь приказу, тоже занял позицию между ним и возможной проблемой, а за спиной, нависая над боярином, готовый поддержать остальных, призрачным пламенем застыл Горыныч.
- Что за ночь? - произнес Бельский, глядя на выходящего из кустов волка, до которого было метров пятьдесят.
- Проклятый волк, - прошептала в ужасе Воронецкая, и Михаил тут же ощутил совершенно новые эмоции, исходящие от девушки, - ужас, тревогу, отчаянье, беспокойство, замешательство, нерешительность. Эта смесь ему тоже была хорошо знакома, она звалась страхом.
Волк, не сказать, что сильно большой, но крупнее обычного, глаза алые с черными прожилками, клыки, когти и совершенно лысая шкура, ни грамма меха. Михаил призвал печать щита, на всякий случай золотого, в правой руке возникла плеть, та, к сожалению, могла быть только темной, его задачей будет не убить, а остановить.
- Ну что, давай поиграем? - улыбаясь, произнес он, обращаясь к Ирине. - Не рвись вперед, сначала пусть зверодухи поработают, а там посмотрим.
Проклятый волк прыгнул. Скорость у него была запредельная, расстояние, что их разделяло, он пронесся за секунду, и тут же налетел на рубящий удар тяжелой шпагой двойника и вспышку. Михаил только удивленно моргнул, на месте удара появился длинный разрез, который затянулся так быстро, что боярин его только мельком заметил, а черный сгусток растекся по широкой груди, оставив там крохотное пятно, которое исчезло почти мгновенно.
Кот Ирины атаковал рыком и когтями с клыками, и результат был ожидаемым: от рыка проклятого волка отбросило на пару метров, а три царапины моментом затянулись. Волк отскочил еще метра на два, прикидывая, как идти в атаку. Он оценил скорость противников, мешающих ему добраться до людей
- Пламя, - мысленно отдал приказ Михаил, и Горыныч отправил в цель серию алых призрачных энергетических сгустков.
Вот тут тварь проняло, шкура мгновенно начала расползаться, проклятый зверь взвизгнул и закрутился на одном месте, подвывая от боли.
Бельский скакнул вперед, сокращая дистанцию, прикрываясь щитом, и темная плеть обвила шею, но тут же опала, словно соскользнув с чего-то гладкого. Отозвав печать, Михаил взялся за другое. Призрачная рука ухватила приходящего в себя пятившегося волка за горло, и на этот раз сработало, на плечи обрушилась неимоверная тяжесть, словно он пытался удержать падающую сосну.
Проклятый зверь забился в капкане, но вырваться не смог. Черный двойник, получив приказ, коротким рывком расплывшись в воздухе, сократил дистанцию и стал наносить удары. Один за другим, колющие, рубящие, черные сгустки, которые теперь прожигали плоть зверя куда как лучше. Тут и рык от кота Ирины подоспел, и передняя лапа одержимого черным духом зверя просто исчезла.
Скулеж волка бил по ушам, но Бельский держался. Потом убрал печать щита, и на его ладони появился серебряный болт, короткий полет всего на три метра, и тот, пробив широкую грудь, вошел в плоть на всю глубину, насквозь пробить силенок не хватило. Но этого оказалось достаточно, проклятый волк замер, от раны во все стороны побежали серебристые искорки. Прошло несколько секунд, и зверь завалился на бок.
Тяжелая шпага черного двойника боярина опустилась на шею и отсекла голову. А через мгновение Горыныч выдал мощную волну призрачного пламени, которая полностью слизала с костей всю плоть. Три секунды, и на траве остался только обугленный скелет. Хотя нет, кое-что еще было - черная жижа, растекшаяся по камням, с которых сорвало мох. Хорошо знакомая Бельскому жижа.
- Куда? - выкрикнул он, но было поздно.
Ирина в одно мгновение оказалась рядом с лужей и сунула в нее руку. Княгиня, видимо, хорошо запомнила его рассказ, как он обзавелся такой полезной плетью, и решила, что это ее шанс. Черная жижа, похожая на земляное масло, которое бедняки перегоняли в горючую жидкость и заправляли светильники, мгновенно окутала ее правую руку, и девушка рухнула на землю, забившись в судорогах. И что-то менять было уже поздно. Дождавшись, когда она вся впитается, и тело Ирины прекратит крючить, Михаил поднял ее на руки и отнес на ложе, которое было приготовлено для ночлега. Теперь оставалось ждать, когда она придет в себя, или не придет. Вздохнув, Бельский подкинул в костер очередную порцию дров и уселся у костра, глядя на языки пламени. Рядом застыл черный двойник, за спиной Горыныч, а кот Ирины улегся в ногах хозяйки. Ночь обещала быть длинной.
- Довольна собой? - с укором глядя на жену, спросил Бельский. - Ты хоть секунду задумывалась о том, что могло случится?
- Довольна, - слабым, едва слышимым голосом ответила девушка. - Я рискнула и выиграла. Плохо только, что очень все тело болит, каждая мышца.
Бельский вздохнул, понимая всю бессмысленность увещеваний и попыток воззвать к благоразумию княгини. Она считала себя правой, а уж упрямство у нее было воистину ослиное. Он извлек лекарский артефакт и принялся приводить возлюбленную в порядок. Исчерпав свой, он достал ее и повторил операцию. Но и его не хватило, ни о каком продолжении охоты на золотых и речи не шло, во всяком случае, в ближайшие часы.
- Поешь, - попросил он, снимая с самодельного вертела тушку зайца, который притащил ему двойник. Он быстро разрубил его на части и, используя широкий лист растения, напоминавшего лопух, протянул девушке.
Ирина ждать себя не заставила, она, хоть и с трудом, но все же села, прислонившись спиной к стенке и, схватив горячее мясо, вонзила в него свои белоснежные зубы.
Михаил кивнул и взялся за свою порцию, обгладывая ребра одно за другим.
- Жестковатый, - прокомментировал он, принимаясь за переднюю лапу.
- Плевать, - ответила Воронецкая, - я подошву грызть готова, если она поможет мне встать на ноги. Прости меня, - голос девушки был виноватым, - но я не могла не использовать шанс стать сильнее.
- Могу тебя понять, - кивнул Бельский. - Пока будем ждать, когда ты восстановишься. Загляни в себя, узнай, что получила.
Ирина кивнула.
- Только сначала в кустики схожу.
Сбегав по нужде, девушка снова уселась поудобней и, закрыв глаза, начала изучать своего духа.
- Нашла, - спустя полтора часа произнесла она, только вот радости в ее голосе было немного. - Хорошее такое умение приобрела, но до твоей плети ему - ой, как далеко. Называется «клинки тьмы». Почему проклятый волк не применил их, не знаю, может, не смог, может, они бы на черных не подействовали, умение больше защитное.
- Как работает? - поинтересовался Бельский.
- Ну, если я все правильно поняла, вокруг меня с невероятной скоростью будут летать три клинка, которые будут рубить все, что сунется ко мне. Только время действия всего три минуты.
- Хорошее умение, - дернул щекой Михаил. - Если ты во время его действия вбежишь в толпу врагов, чего я допускать никак не собираюсь, они такой фарш устроят. Одно плохо, тебя кровищей забрызгает с ног до головы. Но как последний шанс - отличное умение. А теперь давай, пройдемся по тебе лекарскими артефактами, и пора двигаться, нам за сегодня нужно поймать пару золотых.
Ирина кивнула и, вытащив из пояса зарядившийся артефакт, начала прикладывать его к местам, которые все еще болели. В основном это были ноги.
Глава 5
- Все, - устало произнес Бельский, опускаясь на землю, - мы справились, милая.
- Да уж, кому расскажи, не поверят, - согласилась Ирина, садясь на соседний обломок стены и коснувшись рукою его колена.
Видок у девушки после четырех дней в лесу был тот еще. Лицо испачканное, в золотых потускневших грязных волосах мусор, одежда мятая, от аристократического лоска осталось одно воспоминание. Четыре дня - шесть золотых духов, проклятый волк и восемь черных охотников, это не считая тех, которые уже обрели облик.
Михаил отрешенно кивнул и, активировав внутреннее око, прошелся по своему организму. Скверна была уничтожена полностью, энергетические каналы очищены, источник, прекратив тратить силы на сдерживание заразы, быстро восстанавливался. Кроме того, он прибавил в силе, стал больше, плотнее, без всякой подпитки вернулось серебро, золота серьезно прибавилось, как, впрочем, и тьмы.
- Как думаешь, Екатерина Федоровна нас похоронила уже? - доставая остатки мяса, на которое за последние дни он уже смотреть не мог, спросил Михаил.
- С чего бы? - удивилась Ирина. - Кольца-то на нас. Ты что, не знаешь? Неужели эта дурында забыла тебе рассказать?
- Я так понимаю, у них есть скрытые свойства, о которых мне забыли сообщить? - протягивая девушке половину куска, поинтересовался Бельский.
- Видимо, да. Если прислушаться к ним, то ты точно будешь знать, что чувствует морально и физически владелец кольца.
Михаил удивленно моргнул, после чего сосредоточился на своем кольце. Он использовал ту же технику, с помощью которой управлял зверодухами. Он почти сразу нашел кольцо Ирины, та была вымотана, но ощущение счастья было куда сильнее. Почувствовать княгиню Долгорукову и нащупать ее артефакт оказалось гораздо сложнее, но он справился. Сначала он ничего не понял, полный покой и расслабление, потом дошло - его вторая жена крепко спит.
- Ну что, давай устраиваться на ночь, - произнес он, оглядываясь, - скоро стемнеет.
- Может, домой пойдем? - предложила Ирина. - Кто нас тронет с нашей-то охраной? Хотя, о чем я, все равно на заставу не пустят. А твой Горыныч двоих унесет?
Михаил озадаченно посмотрел на девушку.
- Вот ты вопросы задаешь, - наконец, произнес он. - Чисто технически, если закину тебя на плечо, ты станешь частью меня, как, например, ранец. Но повлияет ли вес на взлетные способности и на сам полет? А если взлетим, и расход сил увеличится, вдруг сократится время слияния, и мы выпадем метров с тридцати? Нет, милая, как бы я ни хотел вернуться домой побыстрее, нам придется завтра бодро топать ножками.
К заставе они вышли только к вечеру пятого дня. Черное солнце медленно садилось за горы, задул северный холодный ветер, появились облака. Хоть с погодой повезло за эти дни, один раз дождик покрапал, и через пять минут крохотную тучку снесло в сторону.
- Вы живы, ваши сиятельства! - воскликнул стоящий в воротах Верд. - А мы не верили, хотя Екатерина Федоровна утверждала, что с вами все хорошо.
- Живы, - вымученно кивнула Воронецкая, - только очень устали. Так что давай, проверь быстренько Михаила Ивановича, да пойдем мы есть, мыться и спать.
Верд посветил Бельскому в глаза и, удовлетворенно кивнув, отступил в сторону, освобождая проход между рогатинами. Два стрелка на вышке опустили самострелы и луки.
