Елена Архипова "Давай поверим в нас"

- Люда, пусть он выйдет! - простонала Эля, увидев мужа.

- Солнышко, я справлюсь. Я не буду смотреть! - попытался воспротивиться Егор.

- Нет, Егорыч, не справишься, - хмыкнула подруга детства, опережая Элеонору, - и мы все это знаем. Так что лучше сейчас выйди, пока в обморок не брякнулся. Еще вокруг тебя потом тут бегать придется!

- Еще же не началось? - спросил, побелевший как лист бумаги, будущий счастливый отец.

- Нет, пока только схватки, - едва заметно улыбнулась ему жена и тут же застонала, уперевшись обеими руками в поясницу.

- Как часто схватки, Эль? - Людмила тут же посмотрела на часы, висящие на стене.

- Каждые пятнадцать минут, - медленно выдохнула Элеонора, пережидая боль.

- Так, поняла. Значит, у меня еще есть время на кофе.

Людмила подошла к сумке со своими вещами, что уже были вчера сюда же привезены вместе с вещами самой роженицы.

- Так, Егорыч, иди мой руки и марш к жене, массировать ей поясницу и наматывать круги по палате! - скомандовала уверенно. - Я выпью кофе, переоденусь и сменю тебя. Выдержишь тут минут десять?

- Выдержу!

- Нет!

Ответили супруги одновременно.

- Эль, пообещай мне — если он грохнется в обморок, не поднимай этого несчастного с пола - не простудится, не испачкается и его даже не затопчет никто.

- Люда, - Элеонора улыбнулась. Она знала эту грубоватую манеру общения подруги детства своего мужа.

- Эля, ты меня услышала! - прикрикнула она на жену друга. - Ничего с твоим ненаглядным не случится, пока он на полу валяться будет. У тебя тут тепло, чисто и бизоны не бегают. Всё, я быстро! Кофе хлебану, переоденусь и вернусь. У вас в конце коридора я видела кофейный автомат, так что рядом буду. Все, Федотовы, не скучайте тут без меня. После схватки время засеките! - и с этими словами Людмила вышла из палаты.

- Да-да, Люда, иди, конечно! - Эля опять улыбнулась, но на этот раз виновато, и погладила свой большой живот. - А то кто знает, как долго младшие Федотовы будут вредничать.

Люда показала кулак Егору и прошипела:

- Даже не смей мне тут цирк устроить! Ты меня знаешь, я тебе потом это не забуду!

- Ты можешь, - Егор хмыкнул и попытался растянуть губы в улыбку.

Людмила вышла из палаты и едва не столкнулась с медсестрой, входящей в палату.

- Так, мамочка, давайте сейчас вас простимулируем, - женщина улыбалась.

Люда быстрым шагом направилась к кофейному аппарату. Выбрала кофе, понадеявшись, что он здесь не будет очень уж отвратительным, и вдобавок — жутко калорийный шоколадный батончик, решив, что уж сегодня-то она может себе это позволить. Эля была права - неизвестно, на сколько всё это затянется.

Не захотев дразнить Элеонору, ей ничего этого было нельзя, Люда выпила и съела все тут же, в коридоре. Переоделась в туалете, сменив деловой костюм на удобные штаны с футболкой, соорудила из волос гульку и вернулась в палату.

А вернувшись, увидела странную картину: бледного, в полушаге от обморока, Егора и улыбающуюся Элеонору, поглаживающую мужа по спине.

- У вас тут всё изменилось, пока меня не было? Сейчас Егорыч рожает, а ты его успокаиваешь?

- Люда, у тебя там телефон надрывается просто. Звонит без остановки! - сообщила Эля, кивнув на сумку подруги.

- Девочки, я не знаю, как вы это терпите! - простонал Егор, открывая трясущимися руками бутылку воды.

- С любовью и трепетом, - Люда хмыкнула и всучила Егору свою сумку с вещами, уточнила, обращаясь при этом к Элеоноре:

- Сколько минут между схватками?

- Девять.

- Ага. Хорошо, - согласно кивнула, подошла к раковине, вымыла руки и, обращаясь на этот раз к Егору, скомандовала:

- Всё, вали уже отсюда куда подальше, болезный! И сумку мою унеси к чертовой матери. Не до телефона мне сейчас будет. Кому надо, я сама потом перезвоню.

- А вдруг что-то срочное? - Егор, казалось, был только рад тому, что его выгоняют. - Ну всякое ж бывает. Пароль скажи от телефона. Ты ж меня знаешь, я читать твои переписки не буду.

- Поверь, ничего нового ты там не найдешь, - хмыкнула Люда в ответ. - Запоминай пароль: ноль, девять, двенадцать, ноль, семь.

В этот момент телефон в сумке Людмилы снова зазвонил, а Элеонора, часто задышав, тихо застонала.

- Всё, свалил уже отсюда нахрен, Егорыч! Мешаешь нам рожать. Видишь, твоя жена, боясь тебя напугать, сдерживается! Она сейчас орать должна, а тут ты. И выясни уже, кто там такой бессмертный? Названивает, сука, без перерыва!

Егорыч вылетел пулей в коридор, схватив в охапку вещи Людмилы. Лишь за ним закрылась дверь, Эля застонала громче, но явно ещё сдерживаясь.

Егор этого уже не услышал - телефон Людмилы опять разразился сигналом входящего вызова.

- Да кто ж там непонятливый-то такой! Раз Люсьена не отвечает, значит, сама тебе перезвонит, идиот! - бубнил, вымещая свой страх и стыд за себя на неизвестном оппоненте, названивающем подруге детства.

Егор с трудом, но нашел в необъятной сумке Людмилы телефон и, наконец, ответил на звонок.

Но стоило ему поднести трубку к уху, как услышал грозное, с порыкиванием:

- Отвечаю на Ваши беспочвенные претензии по спецификации: если будете так любезны и пролистаете до нужной страницы СВОЮспецификацию…

Мягким и трепетным Егор был только со своей Элей, а потому, не дослушав, рявкнул в ответ:

- Людмила сейчас в родзале! Завтра она тебе сама перезвонит! А вообще, на будущее, запомни: хочешь, чтобы Люсьен тебя уважала - не навязывайся! Если не отвечает, значит, не может говорить. Как освободится, так сама тебя наберет. И, мужик, искренне желаю тебе остаться живым после этого.

Егор убрал звук на телефоне Людмилы и вернул его обратно в сумку.

- Вот же идиот, не знает, с кем связался?

В злом голосе звонившего сам Егор тоже не узнал того, кому давал совет.

Глава 8

- Где?

- В родзале?

Беркут-старший перевел удивленный взгляд с трубки телефона, лежащей на столе, на младшего брата.

Оба брата, услышав мужской голос, ответивший, наконец, на звонок, опешили. Первым в себя пришел Андрей.

- Она еще и беременная? Да твою ж мать! Кого они нам подсунули в партнеры? Нахрен! Отзываем свои подписи! Тем более что тут дамочке немножко не до нас.

- Не ори! - осадил Никита старшего брата. - Во-первых, раз эти трое гарантировали, что она справится, значит, уверены в ней. Во-вторых, я пробивал - и их фирмы, и её имеют высокие рейтинги. Ты же понимаешь, что с кем попало я бы не дал тебе заключать сделку?

- И?

- В-третьих, раз она уже в родзале, значит, не беременна.

- Пиздец как легче стало от того, что она уже родит к утру! Я не её ёбарь, чтоб радоваться.

- Ты не понимаешь, старший, - Никита улыбнулся, - это значит, что гормональных заскоков у дамы больше не будет. Раз тебе сказали, что она сама тебе позвонит, значит, ждем. Прям не кукла, а настоящая русская женщина.

- Ага, с фамилией Стампа!

- Я не про то, Андрей. Сегодня родит, а завтра будет обсуждать с тобой фракции песка. Вот это я понимаю, характер у дамочки! Никого она тебе не напоминает? Не ты ли сам, как только тебя выписали, не домой, а в офис заявился? Так что ты тут не кипишуй, а прояви терпение и уважение к новому деловому партнеру. Давай отпустим ситуацию на пару дней. Тем более, что и этот вот, - Никита кивнул на замолчавший телефон брата, - гарантировал, что она сама с тобой свяжется.

- Да, ты прав, брат, давай подождем. Время еще терпит. Что-то накрыла меня сегодня вся эта ебатня с ненужным разъездами и встречами, - Андрей потер устало шею и откинулся на спинку кресла. - Извини!

- Проехали. Работаем, старший! Мне и без этих фракций из родзала есть чем заняться, - Никита усмехнулся и, подхватив папку с документами, бросил:

- Всё. Я к себе. На связи.

- Да, на связи, - Андрей кивнул выходящему из кабинета брату и активировал компьютер.

А через полчаса отвернулся от экрана и встал к окну, что было в его кабинете во всю стену. Отсюда открывался вид на город, который никогда не спал.

Андрей, как истинный житель города, любил это вечное движение. Глядя на него сверху, ему лучше думалось.

Но не сегодня.

Сегодня вместо работы перед глазами стояла рыжеволосая красавица, что не скривилась при виде его шрамов. Казалось, эта женщина попросту не обратила на его уродство никакого внимания. Помнится, она даже едва заметно улыбнулась ему.

Давно ему женщины не улыбаются...

Нет, не так.

Давно он не видел во взглядах женщин заинтересованности. Жалость, брезгливость, испуг, граничащий с паникой - вот этого через край, а об остальном и говорить не приходилось.

Маринка первая не смогла преодолеть, ушла, объявив ему об этом еще в больнице:

- Не смогу. Прости!

И ведь как еще преподнесла всё, тварь:

- Ты ведь не захочешь, чтобы я тебя жалела! А я ведь люблю тебя, потому и жалею.

Глазками моргала, жалостливо ручки заламывала, а сама не смотрела на него. Куда угодно, только не на его обезображенное лицо. Актриса, блядь, погорелого театра!

Любила она, как же! Любила бы - не ушла.

Нет. Не любила. Бабки, да, любила. Его - нет. Шмотки, Мальдивы, телефончики, косметологи, парикмахеры, массажи, хрен знает что еще - это да, любила.

- Правда, что ли, дать задание безопасникам, чтоб нашли её? - закралась было в мозгу мысль, возвращая его к неизвестной рыжей красавице.

- Ну найдут. И что дальше? Пригласишь её на свидание? - оборвал сам себя.

Зачем? Да и куда? К себе в офис? Нет. Нахрен! Проходили уже это всё. Будет есть, делать вид, что разглядывает интерьер ресторана, а сама будет отлавливать жалостливые взгляды окружающих.

Самые стойкие из таких дам досиживали с ним до конца ужина. Дергались от его прикосновений и просили подвезти их до дома. Понятно, что после таких ужинов он ни одной не перезвонил.

Зачем? Услышать то, как она занята и не сможет, ну вот просто совсем никак, встретиться с ним в ближайшие несколько месяцев?

Андрей вернулся за стол, проверил почту и увидел файл, что переслала ему его секретарь Тамара. Письмо было с пометкой “Важное”.

Вот и эта женщина не падает в обморок от его лица. Впрочем, Тамаре он платит вполне приличную зарплату, чтобы та не впадала в истерику при виде его уродства.

- Что ж за хрень-то, Людмила Стампа? - проговорил задумчиво, прочитав письмо секретаря. - Выходит, что в обед, когда ты меня как нагадившего котёнка отчитывала, ты еще была беременна, а спустя несколько часов рожать пошла? Не баба, а конь с яйцами. Хотел бы я посмотреть на того мужика, который не побоялся на тебя залезть. Или это ты на него залезла? Такая, по ходу, и сама трахнуть может - высморкаться не успеешь.

И только было Андрей собрался набрать в поисковике запроса “Людмила Стампа”, как на его телефон прилетело сообщение. И что интересно, как раз от контакта с этим именем и фамилией.

- Надеюсь, не информацией о том, кого родила, ты собираешься меня порадовать? - он хмыкнул и открыл входящее смс.

“Вопросов по спецификации не имею. Для более детального выяснения ситуации свяжусь с Вами завтра.”

- О-очень интересно…, - протянул задумчиво, перечитав сообщение еще раз. - Да что за херня? В перерывах между схватками, что ли, сообщения деловым партнерам пишешь? Так боишься потерять контракт, что вместо того, чтобы титьку ребенку дать, думаешь о работе?

Глава 9

О том, что это сообщение отправила ему не сама Людмила, а Егор, Андрей не мог знать. Как не мог он знать и того, почему Федотов это сделал. А на самом деле объяснялось всё просто.

Егор, поняв, что сидеть в коридоре, перед дверью в палату, за которой мучилась от боли его обожаемая Элечка, он не может, вышел из больницы. Домой он тоже не мог уехать. Пусть не там, в палате, он сейчас с ней, то хотя бы здесь, рядом с больницей.

И чтобы не думать о том, как там и что сейчас происходит, Егор решил заняться делами. Где? Да хоть бы и на заднем сиденье огромного джипа Люсьены. Подруга детства не была бы Люсей-железобетон, не рассекай она на огромном монстре. Пусть бы и, мать его, цвета жемчуга.

- Хоть мозги займу, - принял решение, располагаясь в салоне автомобиля подруги.