Наталья Косухина "Кровь императора"

Дар шамана необходимо было освоить как можно скорее. Это не только сделает меня сильнее, снимет опасность, висящую над головой, но и в будущем могло пригодиться. Сильных шаманов мало, этим можно зарабатывать на жизнь. Неизвестно еще, как получится с деньгами.

Я прижала руку к груди, туда, где под тканью платья лежали драгоценные листы, и ускорила шаг.

* * *

Был уже вечер, а я безвылазно весь день просидела в своих покоях. Не вышла ни на обед, ни на ужин, сославшись на плохое самочувствие. И пока меня никто не тревожил, но я понимала – так будет не всегда.

Пока двор приходил в себя от новой принцессы, я потратила время с пользой и зазубрила все, что удалось вынести из кабинета шамана, даже информацию по проклятиям. У юриста должна быть хорошая память, и с моей было все в порядке. К тому же я использовала метод, которым поделился с нами преподаватель по уголовному праву на втором курсе: выписывать важные, на мой взгляд, вещи своими словами. Очень действенно. Я ужала написанную информацию, отбросив легенды, рассуждения и предположения. Те тоже могли быть полезны, но не критически важны.

Свечи оплыли, комната погрузилась в полумрак, по углам затаились густые тени. За окном давно стемнело, ветер шевелил тяжелые портьеры, и пора уже было ложиться спать.

– Ваше высочество, ужин остыл. Подогреть? – в который раз спросила служанка, стараясь сдержать зевки.

– Нет. Съем так, а ты можешь быть свободна, – отпустила ее я.

– Вы не будете мыться? – растерялась девушка.

– Не сегодня. И в кровать смогу лечь сама. Верь в меня, – улыбнулась я ей.

Мой тон не допускал возражений, а Уита не была глупой. Она ушла, оставив меня в одиночестве. Я прислушалась к скрипу двери, к удаляющимся шагам, к тишине, которая наступила следом.

И действительно принялась за ужин. Жевала механически, почти не чувствуя вкуса, и смотрела на танцующее пламя свечи. Сегодня мне потребуются силы. Я могу ошибаться в своих предположениях, но лучше перестраховаться.

Дар шамана действительно был несложный. Сила у меня большая – тут я верила магу. И учиться я уже изъявила желание. Конечно, шаман может оттягивать мое обучение, но это не продлится долго. Ждать, пока дар меня убьет, рискованно. Логичнее предпринять новую попытку убить уже сегодня. Редкая возможность.

Тем более я невольно предоставила им такой хороший предлог – плохое самочувствие. Если принцессу наутро найдут мертвой, значит, она не смогла оправиться после своей поездки в горы. Меня привезли без сознания, всю в крови. Наверняка многие это видели.

Я отодвинула тарелку – кусок в горло не лез. Встав, я подошла к окну, отдернула портьеру. Внизу раскинулся темный двор, кое-где горели факелы, маячили фигуры стражников. Дворец был одноэтажным, но находился на некотором возвышении от земли. В главных покоях были балконы, у меня тоже. Какой метод выберут для моего убийства на этот раз?

Конечно, они могли запланировать покушение и на завтра, или на другой день. Значит, придется быть осторожной все время. Во дворце не так много людей, способных мне навредить.

Это сам император, генерал, любовница императора, лекарь или шаман. Остальные не смогут сделать это безнаказанно или незаметно. Мой «друг» детства уже попробовал – не получилось. И такой ход был возможен, только если вывезти меня из дворца.

В пользу покушения сегодня ночью говорило и то, что меня не спрашивали о том, что произошло в горах. А ведь я главная свидетельница. Что-то подсказывало: скоро спросят. Что я знаю? Что помню? Что расскажу?

Значит, нужно заставить меня замолчать и как можно скорее.

Я отошла от окна, бесшумно ступая босыми ногами по холодному каменному полу. Села на кровать, укрылась одеялом и замерла. Прислушивалась к каждому звуку: шелесту ветра за окном, потрескиванию свечи, далекому бою часов.

Время тянулось бесконечно. Я уже начала думать, что ошиблась, что зря накрутила себя, что сегодня никто не придет…

И в этот момент я едва не пропустила то, чего ждала.

Под дверью, в щелку между камнем и деревом, начал сочиться дым. Серый, полупрозрачный, он стелился по полу, сгущался, обретал форму, и вот в комнату заползла змея, сотканная из колдовства.

У меня перехватило дыхание. Я замерла, боясь пошевелиться, боясь даже моргнуть. Змея двигалась медленно, плавно покачивая головой. Ее глаза горели серебром – холодным тусклым светом.

В этот момент я немало изумилась. Проклятие – самый сложный способ убить. Колдовство или наемный убийца намного проще. И в то же время проклятие – самый надежный способ, если другой шаман сильнее. Оно практически не оставляет следов. Поэтому шаман выбрал именно его? Проще будет скрыть?

А потом поняла. Чтобы увидеть проклятие, нужен ритуал. Иначе даже самый опытный маг не заметит угрозы для себя. Поэтому проклятие. Поэтому сегодня. Пока я еще ничего не знаю и не умею. Колдовство может обнаружить и другой маг, а проклятие найдет лишь шаман. И придворный, конечно, скажет, что ничего не обнаружил.

Но я видела змею, сотканную из дыма. Видела ее горящие серебром глаза. Без ритуала. Может, как у Аши, у меня есть своя предрасположенность в шаманизме. Если так, то это просто прекрасно. Можно даже не тащить с собой золото при побеге – я сама много заработаю. Но все равно потащу.

Мысли метались, но тело оставалось неподвижным. Змея подползла к кровати, и я не спускала с нее глаз. Внутри сжимался холодный комок ужаса. Тело начала бить нервная дрожь, которую мне с трудом удавалось унимать. Пальцы вцепились в одеяло, костяшки побелели.

Змея замерла в изножье кровати. Шипела, угрожающе покачивая головой. Я уже прочитала, как остановить проклятие, если оно еще не пало на меня. После – только с ритуалом, если на это будет время. Но вряд ли мне его оставили.

Чужая магия бросалась на меня, скалилась, угрожающе ползала туда-сюда, но не могла укусить, ранить, убить. Я смотрела ей в глаза, боясь моргнуть. Смотрела и мысленно приказывала: не смей, не подходи, я сильнее.

Воздух в комнате казался мне ледяным. Сконцентрировавшись на змее, я видела только ее холодные злые глаза, гипнотизирующие меня. Я не знала, сколько это длилось. Минуты? Часы?

Мы с ней упрямо стояли на своем, мерились волей, силой и упрямством. Пот заливал глаза, но я не смела даже руку поднять, чтобы вытереть его. Мышцы затекли, но я боялась пошевелиться.

И когда я уже думала, что вот-вот проиграю, что все зря, что сейчас эта тварь вопьется мне в горло… змея отступила.

Она дернулась, словно от удара, и замерла. Потом медленно, нехотя, подползла ближе ко мне – но уже не с угрозой, а с покорностью. Опустила голову, серебряные глаза потухли, став обычными, почти живыми.

Моя сила оказалась больше силы придворного шамана. А на это место абы кого не нанимают.

Я выдохнула. Дрожащей рукой вытерла пот со лба. Тело била крупная дрожь – от перенапряжения, от страха, от невероятного облегчения. Теперь проклятие подчинялось мне. Я смотрела на дымчатую змею, свернувшуюся кольцами у моей руки, и не верила. Я сделала это. Я победила.

Важно помнить: нанося вред своей магией, шаман всегда платит цену. И высокую. Но если ему самому пытались навредить, или ворожба нужна для защиты, то это развязывает магу руки.

В голове стучала одна мысль: шаман пытался меня убить. Он заплатит, и счет я выставлю сейчас. Нужно все сделать быстро.

Я встала с кровати. Ноги дрожали, подкашивались, пришлось ухватиться за столбик кровати, чтобы не упасть. Накинула на плечи плащ – к вечеру стало прохладно, и теперь, после пережитого, меня знобило так, словно я вышла на мороз.

Взяла змейку в руки. Она была прохладной, почти невесомой, но я чувствовала в ней силу – мою силу, отвоеванную у врага.

Мы отправились в гости – взыскивать долги.

Неспешно я шла по тихим темным коридорам, шаги гулко отдавались в пустоте. Ноги были словно вата от пережитых эмоций, а тело наполняла невероятная легкость. Это было облегчение. Луна заглядывала в окна, прокладывая на полу серебристые дорожки. Где-то вдалеке перекликалась стража.

Шаман находился в своем кабинете. Стоял у окна, заложив руки за спину, и нервничал – это читалось в напряженной линии его плеч, в том, как он переминался с ноги на ногу. Замок ему так и не починили, поэтому дверь тихо отворилась, впуская меня.

Обернувшись, маг переменился в лице, смотря на меня расширившимися глазами. В них плескался ужас пополам с неверием. Я усмехнулась. Не давая мужчине времени опомниться, осмыслить или закричать, я вскинула руку и бросила в него его же змею.

Дымчатое тело пролетело через комнату. Маг пытался защититься, но это было бесполезно. Я была сильнее. Что важно, я знала, что сильнее, и этот факт добавлял мне уверенности, а в сердце врага поселился страх. Змея, как я и приказала, обвилась вокруг основания шеи шамана и замерла, сверкнув серебряными глазами. Проклятие сработало, на коже мага появилась серебристая, еле заметная татуировка.

Шаман захрипел, скреб по коже, стараясь содрать проклятие, но все было бесполезно. Проклятие сидело крепко.

Я прикрыла дверь плотнее – та жалобно скрипнула покореженным косяком – и уселась в кресло мага. Оно было теплым, еще хранило его тепло. Удобно устроившись, я скрестила ноги и принялась рассматривать кабинет. Взгляд скользнул по полкам со свитками, по столу, заваленному бумагами, по пергаменту, где красивым витиеватым почерком было выведена подпись.

Теорус Вир.

Когда мужчина наконец выдохся и перестал бороться, он взглянул на меня. В глазах плескалась обреченность пополам с лютой ненавистью. Он все прекрасно понимал. Даже лучше меня. А потом на его лицо легла беспристрастная маска – холодная, пустая.

– Ваше высочество меня убьет? – голос его звучал хрипло, но ровно.

– Хотела бы – уже бы убила. – Я покачала головой, рассматривая свои ногти. – Мне не нужны от тебя ни клятвы, ни обещания. Только служба и информация. Проклятие сидит на тебе крепко, оно обеспечит верность. Умру я – умрешь и ты. Солжешь – будешь жалеть в страшных мучениях.

Для наглядности я мысленно приказала проклятию уплотниться. Змея сжала шею мага сильнее. Вир захрипел, вцепился в горло, глаза его выпучились, лицо налилось кровью. Я выждала секунду, другую – и ослабила хватку.

Мужчина закашлялся, хватая ртом воздух.

– Не сомневайся во мне. – Я подалась вперед, глядя магу прямо в глаза. – Той принцессы, которую вы знали, больше нет. Смерть меняет людей, знаешь ли. И умирать второй раз я не планирую. А ты мне в этом поможешь.

В комнате повисла тишина. Слышно было только тяжелое дыхание шамана да шелест моего платья, когда я закинула ногу на ногу.

– Вы видите проклятие? – уточнил шаман. Голос его дрогнул.

Он не смирился. Но выбора у него не было. И еще теперь он знал: я сильнее.

– Да. Без ритуала.

– Это очень редкий дар, – в глазах мужчины вспыхнул интерес. Любопытство ученого мужа на мгновение взяло верх над страхом. Но сразу погасло, стоило ему вспомнить, на чьей шее сидит удавка. – У вашего отца теперь больше шансов выиграть.

– Кто сказал, что я займу его сторону? – вскинула я брови.

Маг замер. Я видела по глазам, как в его голове лихорадочно закрутились шестеренки, перебирая варианты, просчитывая ходы. Шаман начал понимать: он ничего не знает о моих мотивах и желаниях.

– Не его? – переспросил мужчина осторожно.

– От тебя мне нужна безоговорочная верность. И правда, что бы я ни спросила. Ты будешь меня учить и предоставлять информацию. Пока на этом все. – Я откинулась на спинку кресла. – Я не планирую вставать ни на чью сторону. Они могут грызться сколько захотят.

Шаман ошарашенно обдумывал информацию.

– Вам не нужен трон? – осторожно уточнил мужчина. В голосе сквозило такое искреннее недоумение, что мне стало почти смешно.

– Нет. – Я покачала головой. – Денег у меня много. С моим даром видеть проклятия без ритуала – а такие ритуалы самые энергоемкие для шамана и имеют малый охват, как ты понимаешь – я могу заработать много.

– Работать? – переспросил Вир еще удивленнее. Казалось, это слово не укладывалось в его голове в применении к особе императорской крови.

– Это когда люди что-то делают, а им за это платят деньги, – пояснила я терпеливо.

– Да. Наверное… – пробормотал мужчина.

Интересно, в чем конкретно он сейчас не уверен? В моем плане? В том, что принцесса может добровольно отказаться от трона? Или что я могу работать?

– Вир? – позвала я, и маг сфокусировал на мне взгляд, словно очнулся ото сна. – Кто приказал убить меня?

Шаман напрягся. Я видела, как дернулась жилка на его виске, как он сглотнул, как пальцы сжались в кулаки. Говорить правду было опасно и непривычно. Но испытать муки проклятия – еще хуже.

– Ваш отец, – выдавил шаман наконец, голос прозвучал сипло.

Я кивнула, ожидая такого ответа. Во мне ничего не дрогнуло, и кроме досады от того, что этот старик никак не успокоиться, я ничего более не испытывала.

– А что сказал генерал? – спросила я дальше.

Маг удивленно моргнул. Ни ярости, ни истерики он от меня не дождался. Я сидела спокойно, чуть склонив голову, и ждала ответа.

– Генерал сказал лишь: «Посмотрим».

Необычная позиция.

– Он знал о покушении на меня в горах?

– Да. И отправил отряд на ваше спасение, но те не успели. – Вир говорил теперь быстрее и охотнее, раз уж моих истерик не предвидится. – Они увидели ваше тело и вернулись обратно, доложив о смерти. А потом вы тут – живая.

– Да, нежданчик, – пробормотала я, рассеянно ковыряя край свитка на столе. Бумага противно хрустела под пальцами. – А почему хотел спасти?

– Вашу смерть планировали свалить на него. Оправдаться от этого обвинения было бы сложно. Вы всегда были холодны друг к другу.

– Ну да, ну да. – Я вздохнула. – Полагаю отец будет и дальше строить планы по моему убиению, пытаясь подставить генерала. Однако если умру я, погибнешь и ты. Не повезло, – посочувствовала я, вскинув взгляд на шамана.

Вир стоял бледный, как мел. Он тоже осознавал все риски и, видимо, проклинал тот миг, когда решил устроиться во дворец шаманом.

– Вам нужно как можно быстрее показаться народу, ваше высочество. – В голосе мага зазвучала настойчивость. – Если они вас увидят, ваши волосы… Вы будете защищены. Все узнают, что вы здоровы и облагодетельствованы Богиней. Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. В этом случае за вашу смерть ответят и император, и генерал. Народ будет очень зол и сорвет свое зло на предполагаемых виновниках, не разбираясь. – Он помолчал. – Даже я проникся, увидев ваши волосы, и сомневался, стоит ли убивать. Как оказалось – не зря. Вот и не верь после этого в знаки.

На шамана я посмотрела, как на сумасшедшего. Но спорить с ним не стала. Вместо этого спросила:

– Почему же решился?

– Император снимет с меня голову, если я не убью вас, ваше высочество.

– Придумай что-нибудь.

– Что? – поморщился мужчина.

– Эх… – Я вздохнула. – Всё сама. Ну может же быть причина, по которой у тебя не получилось? Например, на мне защита Богини. К тому же отцу не нужен под боком необученный шаман, если во дворце нет никого, кто смог бы с ним справиться. А ты силен. Много ли других таких?

Я польстила магу – и попала в точку. В глазах Вира мелькнуло довольство. Мои слова про его заслуги явно пришлись по душе. Общая тайна начала сплачивать нас, потихоньку стирая напряжение.

– В общем, рассчитываю на тебя. – Я поднялась с кресла, расправила платье. – А я подтвержу, что надо учиться, а то очень опасно и все такое. – Я усмехнулась собственным словам. – И еще. Каждый вечер я буду приходить к тебе заниматься. Много времени на это не понадобиться. Днем тебя могут занять, желая помешать нам, да и у меня могут быть дела. А после ужина – отличный вариант.

– Но ваше высочество, неприлично! – воскликнул маг. – Что подумают люди?

– А что они подумают? – вскинула я брови, глядя на шамана с невинным видом.

Вир замялся. Переступил с ноги на ногу. Открыл рот, закрыл. Покраснел. Предположения озвучить так и не решился, только воскликнул жалобно:

– Меня отправят на плаху!

– Не вижу причин для этого. – Я пожала плечами. – Ты из древнего рода. Вдруг я мечтаю выйти замуж за тебя?

Шаман захрипел, выпучив на меня глаза. На этот раз проклятие было ни при чем. Лицо мага пошло красными пятнами, он открывал и закрывал рот, как рыба, выброшенная на берег.

– Ваше высочество, но генерал… – выдавил он наконец. – Все судачат, что для него выгоден брак с вами.