Варвара и Иван. Гусиный переполох в Тридевятом царстве
Ирина Романова
Я, Варвара Краса, и представить не могла, что моя жизнь так круто изменится. Злая Яга украла у моих родителей волшебных гусей, и теперь я должна спасти их. Со мной отправляется Иван-царевич — он вызвался помочь мне пройти через лес, полный опасностей. Стоит ли довериться Ивану, чтобы пройти все испытания и одолеть Ягу?
Кто знает, какие еще сюрпризы готовит мне судьба в этом путешествии?
Обещаю, будет непросто, но вместе мы справимся!
Ирина Романова
Варвара и Иван. Гусиный переполох в Тридевятом царстве
Глава 1
— Нет! — мой отказ прогремел, как удар грома.
Мы стояли друг против друга в тишине, которая казалась оглушительной. Взгляд Ивана проникал в самую глубину моей души. В его глазах я видела не просто любопытство — что-то большее. Нечто, что заставляло мое сердце биться быстрее, а дыхание — сбиваться с привычного ритма.
В голове крутились беспокойные мысли. Почему он здесь? Даже не верилось: царевич Иван, младший наследник престола, наведался в дом моих родителей! К обычной девушке, дочери купца и плетельщицы ковров из шелка! Зачем ему свататься ко мне? Это казалось невозможным, абсурдным, но в то же время заманчивым…
Улыбка начала медленно сползать с лица царевича, и я почувствовала, как внутри меня что-то сжалось. Он ожидал другого ответа, и его разочарование было почти осязаемым.
— Не приворожил ли кто ко мне? — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать.
Вопрос прозвучал глупо, но как иначе выразить то, что я чувствовала, я не знала.
— Не люб я тебе? — переспросил Иван. Его голос дрогнул, а улыбка окончательно исчезла с красивого лица, уступив место озадаченному выражению.
— Когда бы успел? — хмыкнула я, стараясь скрыть свое замешательство, и добавила: — Я вижу тебя второй раз в жизни!
Повернулась к маме в поисках поддержки, но та, с укором взглянув на меня, лишь покачала головой. Ее глаза светились теплотой, но в них читалась тревога.
— Нет на нем колдовства, чист он перед тобой! — твердо произнесла матушка Настасья, слегка нахмурившись. — У нас с твоим батюшкой так же было... Он увидел меня на ярмарке и уже через неделю приехал свататься.
Я отступила, ощутив укол разочарования. Слова матери не развеяли моих сомнений.
— Но ведь я должна что-то чувствовать к нему? Или меня уже пора выдавать замуж? — с отчаянием спросила я, не поднимая глаз.
— Насильно никто не отдаст! — Отец Никола, ударив кулаком по столу, заставил всех вздрогнуть. В его громогласном голосе слышалась угроза.
Мама испуганно прижала руку к груди, вложив во взгляд все свое возмущение, а я, напротив, почувствовала прилив радости. Хоть кто-то был на моей стороне!
— А я готов доказать! Года нам ведь хватит, чтобы проверить чувства? — сказал Иван дрожащим от волнения голосом, словно бросив мне вызов.
— Нет! — Я уперла руки в бока, гневно сверкнув глазами. — Гляньте-ка на него! Что проверять, если я ничего к тебе не испытываю? Только недоумение! Никак не могу понять, что ты тут делаешь!
Сердце колотилось где-то в горле, а в голове проносились мысли о свободе и том, как важно быть услышанной. Я не хотела, чтобы все решали за меня, и уж тем более не желала выходить замуж не по любви!
— Я дом большой у реки построю! — вдруг заявил Иван. — И сад посажу!
Он посмотрел на меня упрямо, с такой решимостью, что я… невольно залюбовалась им.
Дом у реки был моей заветной мечтой, тайной, которую я не решалась никому поведать. Мама обещала отдать мне часть волшебных гусей, чтобы они летали в другие государства. Эти гуси уже обменивали мои изделия из шелка на диковинные вещицы, которых не было ни у кого в нашем царстве.
Мамины гуси были особенными. Их ей подарили за заслуги перед царем-батюшкой. Однажды она удивила его ковром, сотканным своими руками, и в качестве платы царь предложил ей заморских гусей, которых привезли ко двору. Гуси оказались не просто красивыми, но и разумными. Они понимали человеческую речь и могли летать далеко, унося мамины ковры заморским купцам. Взамен гуси приносили шелковые нити, пряности и даже золотые украшения.
Вдохновленная мамиными рассказами, я вышивала платки, сарафаны и рубашки. Мои работы были особенными: цветы и птицы на них пели, а узоры расцветали, как первые весенние цветы. Никто в нашем царстве не мог сравниться со мной в этом искусстве. Мои вещи казались живыми, и я гордилась своим даром.
Замечтавшись, я совершенно забыла про жениха, который стоял рядом, не сводя с меня глаз. Мысли поглотили меня, а в голове закрутились образы: уютный домик на берегу, цветущий сад, мостки над водой... Я представила, как буду сидеть на крыльце, слушая плеск волн, и вдруг поняла: а почему бы не попробовать? Но на моих условиях!
— Через год, — начала, не дрогнув, — я хочу видеть на берегу реки дом, полный жизни, сад, цветущий весной и благоухающий летом, и каждый вечер гулять по мосткам, наслаждаясь тишиной и покоем. Вот тогда и пойду за тебя!
Иван улыбнулся, но в его взгляде мелькнула тень сомнения. Мне показалось, он подумал, что я пытаюсь оттянуть неизбежное.
— Согласен, — ответил царевич, — но могу ли я называть тебя своей невестой?
— Можешь, — кивнув, милостиво разрешила я.
Перекинула косу через плечо, чувствуя, как ветерок играет с моими волосами. В доме стояла невыносимая жара, а потому все окна были открыты настежь. Вечер вступал в свои права, и мне уже нужно было идти к реке, чтобы позвать гусей домой.
Оставив позади семью и царевича, я вышла из дома. Больше мне было нечего ему сказать. Замуж я не торопилась — мне и так хорошо жилось с матушкой и батюшкой.
Сумерки быстро спускались на деревню. Небо окрасилось в нежно-розовые и оранжевые тона, а воздух стал прохладнее. Гуси, как всегда, были упрямы, особенно в этом году, когда у них появились малыши, но я знала, что они ждут меня, поэтому ускорила шаг.
Вот только выйдя к реке, я замерла от удивления. Гусей не было... Куда они могли подеваться? Они должны были плавать неподалеку от берега и ждать меня!
Сердце испуганно сжалось. Я побежала вдоль кромки воды, зовя их… Но ответом служила тишина, нарушаемая лишь плеском волн.
Гуси исчезли, словно растворившись в вечернем тумане.
Глава 2
В душу закралось дурное предчувствие. Я кинулась со всех ног домой.
Что-то случилось! Гусей украли!
Вбежала во двор, как ураган, сметающий все на своем пути. Иван, стоявший у калитки, чудом успел увернуться, чтобы не попасть мне под горячую руку.
— Гуси пропали! — закричала я, едва переступив порог, и замерла посреди горницы. Мои слова эхом разнеслись по дому.
Мама ахнула, прикрыв рот рукой. Ее глаза округлились от страха.
— Быть не может… Кто посмел? Не иначе кто-то со злым умыслом! — прошептала она дрожащим голосом.
Батюшка нахмурился и покачал головой.
— Твоих гусей невозможно забрать просто так, да и зерном приманить нельзя. Не пойдут они, — сказал он с ноткой сомнения.
— Магия! — От внезапной догадки мама схватилась за сердце и побледнела. — Она под силу немногим, в наших краях она есть только у меня и Варвары...
— И у жителей волшебного леса. — В дверях снова появился Иван. — Ходят слухи, что Яга зачастила на ярмарку, выведать что-то пытается... Может, это ее рук дело?
Царевич оглядел нас с мрачным видом.
— Нельзя просто так прийти и сказать, что Яга гусей украла! Не тот она человек, — сказал батюшка, пытаясь нас успокоить, и вздохнул.
— Не человек она — зло, которому уже три сотни лет! Наверняка затеяла что-то, карга старая! — взорвалась мама, ее голос зазвенел от ярости. — Яга каждые десять лет что-то затевает, и не всегда удается ей помешать. Вот только зачем ей гуси? Что карга хочет с их помощью добыть?
Злость внутри меня нарастала, как снежный ком.
— Но это она! Сердцем чую, она! — закричала я, не в силах сдержать эмоции.
Матушка с батюшкой переглянулись — я увидела на их лицах смесь тревоги и растерянности. Сердце сжалось от страха, но я была уверена в своей правоте. Это чувство пульсировало в каждой клеточке тела, не оставляя места сомнениям.
— Мы должны что-то сделать! — воскликнула я, сжимая кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. — Не можем же мы сидеть и ждать, пока она снова что-то натворит? Как к ней попасть? — спросила, виновато глядя на маму.
Это я упустила гусей, и это мой долг — найти их. Я не трусиха, но нехорошее предчувствие все равно не отпускало меня…
— Подожди, — остановил меня Иван, положив руку на плечо. Его голос звучал спокойно, но в глазах читалась тревога. — Надо удостовериться, она ли это, да и волшебный лес не место для прогулки. Там полно опасностей и существ, которые не пропустят тебя просто так.
— Все верно, — подтвердила мама, строго посмотрев на меня. — Сперва нужно обдумать, а уж потом идти… И не в одиночку!
— Да не пойду я без вашего разрешения! — обиженно выпалила я и отвернулась. Слезы подступили к глазам, но я не позволила им пролиться. — До завтра подожду…
— Вот и правильно! — неожиданно обрадовался Иван. — Сделаем так: утром я пройдусь по торговым рядам и узнаю, что хотела купить Яга, а затем вернусь к вам. Вдвоем поедем!
— Будь по-твоему, — пробормотала я, нахмурившись.
Хотела уж было отказаться, но потом подумала, что идти одной действительно страшно. Там леший, кикиморы, болота глубокие… В его компании мне будет спокойнее!
— Вдвоем и веселее, и быстрее, — добавил царевич с улыбкой, которая согрела мое сердце.
Я кивнула, чувствуя, как буря в душе понемногу стихает. Завтра все решится…
***
Закончив вечерние дела, я с трепетом и легкой усталостью готовилась ко сну. Расчесала и аккуратно переплела косу, наслаждаясь привычными движениями, затем приготовила на утро чистую одежду, а ту, что носила сегодня, постирала, чтобы облегчить матушке работу.
В деревне мы считались зажиточными, но слуг не держали — все делали сами. Я не белоручка-барыня, а настоящая труженица, знающая свое дело. Матушка научила меня всему, что было нужно, и я гордилась своими умениями.
Магия была нам в помощь, хотя мы применяли ее только в рукоделии. Нить, проходящая через наши руки, оживала, придавая рисунку или ткани волшебные свойства. Эти изделия ценились на вес золота, и я с гордостью думала о том, что смогу создать что-то особенное.
Все тревожные мысли я решила отложить до утра. Завтрашний день обещал быть насыщенным. Деревня всегда оживала с первыми лучами солнца, когда все просыпались и принимались за работу. Кроме гусей мы держали двух коров, поросят, кур и имели огород, за которым нужно было ухаживать: поливать, полоть, удобрять. Это была неотъемлемая часть нашей жизни.
Усталость стала уходить, уступая место предвкушению нового дня. Я не заметила, как веки налились тяжестью.
«Утро вечера мудренее!» — прошептала, погружаясь в сон, и на мгновение мне показалось, что я уже слышу первые звуки пробуждающейся деревни.
Сны мне снились дивные… В одном из них леший грозил мне крючковатым пальцем, будто предупреждая о чем-то. В другом кикиморы звали искупаться в болоте, обещая, что я стану одной из них и буду жить без забот, как в сказке. Яблонька, покрытая росой, низко кланялась мне и что-то шептала, словно прося о помощи. А в третьем сновидении печь манила меня ароматами свежей выпечки, приглашая заглянуть в какую-то избушку.
Но самым странным и пугающим оказался сон, в котором сидящая за столом баба-яга смотрела на меня с ухмылкой. Ее глаза были лукаво прищурены. Я чувствовала, что она знает что-то, чего не знаю я. Старая карга словно говорила мне: «Не справишься ты, Варвара, ох и не справишься, не вернешь гусей...»
Но у меня же получится?
Я должна справиться, ведь от этого зависит так много в нашей семье!
