– И?
– Сказал, чтобы даже не думала.
Тишина.
– Я боюсь, – добавляю почти шепотом, и это слово звучит непривычно, будто не мое.
Влада отвечает не сразу, но когда говорит, голос становится мягче:
– Эй, я рядом. Ты не одна.
Я киваю, хотя она этого не видит. Но внутри все равно остается это ощущение – тупик.
Когда разговор заканчивается, тишина возвращается, и она давит сильнее, чем раньше. Сижу, глядя в кружку, и позволяю себе впервые за долгое время подумать честно, без попыток сгладить и оправдать.
Я так больше не могу. Это осознание возникает спокойно, почти без эмоций.
Закрыв глаза, делаю медленный вдох, пытаясь удержаться в этом моменте, но не успеваю.
– И много твоя подруга знает? – голос за спиной раздается так неожиданно, что я вздрагиваю всем телом.
Воздух будто застревает где-то в груди, и на секунду мне кажется, что сердце просто останавливается. Резко обернувшись, вижу Артема. Он стоит в дверях, а я даже не слышала, как он вошел.
Артем смотрит на меня спокойно. Только вот этот взгляд я знаю слишком хорошо. В нем нет крика, нет открытой злости, но от этого внутри становится еще холоднее. Он медленно проходит на кухню, достает из кармана ключи от моей машины, кладет их на стол и только потом снова переводит взгляд на меня.
– Ну? – спрашивает тихо. – Много?
Чувствую, как пальцы сами сильнее сжимаются вокруг кружки.
– О чем ты?
Холодно усмехнувшись, он опирается на край стола напротив меня и нависает сверху.
– Не начинай, Азалия, – произносит Артем, будто я усложняю ему жизнь. – Я сейчас не в настроении для твоих игр.
Я молчу, чувствуя, как по спине медленно ползут холодные мурашки. Ему не нужны объяснения. Он уже все решил и теперь просто ищет повод для новой ссоры.
Глава 14
Гордей
Утро понедельника начинается еще до будильника. Открыв глаза, какое-то время просто лежу, глядя в потолок. За окном уже давно светло. Летнее солнце пробивается сквозь шторы, рисуя на потолке бледные полосы света.
Проведя ладонью по лицу, шумно выдыхаю, потому что первая мысль, которая приходит в голову снова про Азалию. Ее сдержанность и отстраненность на протяжении всего вечера. А следом в памяти всплывает Артем. Точнее, то, как он приехал за ее машиной.
Меня дома любимая уже заждалась.
Сжав челюсть, отворачиваюсь к окну. Мне вообще не должно быть до этого никакого дела. У нее муж, семья и своя жизнь, в которой для меня давно нет места.
И все же сильнее всего раздражает не сам Артем. А то, что Азалия выбрала его.
Тяжело выдохнув, откидываю покрывало и поднимаюсь с кровати. Приведя себя в порядок и переодевшись, спускаюсь вниз. Из столовой тянет свежим кофе и чем-то сладким. Стоит мне появиться в дверях, как Нана тут же оборачивается.
– Доброе утро, мой хороший.
– Доброе утро, Нана.
Она подходит ближе, поправляет воротник моей рубашки и только после этого довольно кивает.
– Садись. Сейчас завтракать будешь.
На столе уже стоят омлет, свежая выпечка, сыр, овощи и большая чашка кофе.
– А Владимир Сергеевич уже уехал? – спрашиваю, опускаясь на стул.
– Еще рано утром, – отвечает Нана. – На охоту на несколько дней.
– Значит, решил все-таки выбраться, – улыбаюсь.
– Он уже давно мечтал. Собирался так, будто не на охоту едет, а на Северный полюс, – хмыкает она.
Нана садится напротив, внимательно наблюдая, как я беру чашку.
– А ты сегодня что делать будешь? – интересуется.
– После завтрака поеду в свою квартиру, – дергаю плечом и замечаю, как она сразу поджимает губы.
– Зачем так спешить? Побыл бы еще здесь.
– Нана...
– Что «Нана»? – перебивает она. – Дом большой. Места всем хватает.
– Я знаю.
– Тогда оставайся.
Несколько секунд смотрю в ее расстроенное лицо и невольно улыбаюсь. За эти годы ничего не изменилось.
– Обещаю, что еще приеду.
Нана тяжело вздыхает и поджимает губы.
– Ладно. Но только потому, что ты пообещал.
– Договорились.
Она наконец улыбается и поднимается со стула.
– Вот и хорошо. А теперь ешь, пока все не остыло.
Проводив Нану взглядом, делаю глоток кофе.
Через час я вернусь к привычному ритму жизни, который всегда помогал держать мысли в порядке. Должен помочь и сейчас. Но почему-то я уже заранее знаю, что не поможет.
А еще где-то на краю сознания по-прежнему остается взгляд серых глаз, который я никак не могу выбросить из головы.
Делаю еще один глоток кофе и, нанизав кусочек омлета на вилку, отправлю его в рот. Телефон коротко вибрирует рядом с тарелкой.
Сообщение от помощника.
Илья:«Квартира подготовлена. Машина на подземной парковке. График встреч на неделю отправил на почту».
Усмехаюсь.
В этом весь Илья. Я попросил его прилететь на пару дней раньше и подготовить все к моему возвращению, а он сделал так, будто меня не было всего пару суток.
Быстро разделавшись с завтраком, вызываю такси и поднимаюсь наверх за вещами. Прощаюсь с Наной, обещая приехать снова в ближайшее время.
Дорога до центра занимает около получаса. Всю поездку смотрю в окно, наблюдая, как загородные дома постепенно сменяются плотной городской застройкой, а затем знакомыми улицами.
Поднявшись на нужный этаж, открываю дверь квартиры. Оставив чемодан в спальне, беру только ноутбук и телефон и направляюсь в кабинет.
На столе лежат подготовленные документы, рядом стоит бутылка воды, которую, скорее всего, тоже организовал Илья. Работать получается через силу. Я просматриваю почту, отвечаю на сообщения сингапурского офиса, созваниваюсь с финансовым директором, но постоянно ловлю себя на том, что теряю нить разговора. Перед глазами вместо таблиц и цифр снова появляется Азалия – в ванной комнате, на веранде, за столом. Особенно в тот момент, когда муж положил руку ей на талию. Рядом с ним она не пряталась за вежливыми улыбками и короткими ответами. А вот со мной постоянно держала невидимую дистанцию.
Нахмурившись, провожу рукой по волосам. Это не мое дело.
Несколько раз повторяю эту мысль, но она почему-то не помогает.
Заставив себя сосредоточиться, возвращаюсь к работе. Просматриваю еще несколько отчетов, подписываю документы, отвечаю на письма, которые успели накопиться за время перелета. Постепенно привычный рабочий ритм все-таки начинает вытеснять лишние мысли.
По крайней мере, на какое-то время.
Когда часы показывают начало двенадцатого, закрываю ноутбук и откидываюсь на спинку кресла. Пора выдвигаться к Мстиславу. Если задержусь еще немного, придется собирать все дневные пробки города.
Подхватив ключи от машины, выхожу из квартиры. Лифт спускает меня на подземную парковку. Сажусь за руль, завожу двигатель и выезжаю со стоянки, вливаясь в городской поток. Спустя полчаса подъезжаю к современному стеклянному зданию.
На входе меня уже узнают. Охранник здоровается, а на стойке регистрации сообщают, что Мстислав ждет меня наверху. Дохожу до лифта и замечаю Елену Викторовну. Когда-то она была помощницей Владимира Сергеевича, а теперь тем же самым человеком для Мстислава. Только, думаю, с еще большим запасом терпения.
– Елена Викторовна.
Она оборачивается и тут же улыбается.
– Гордей Федорович. Надо же. Живой.
– Судя по вашему тону, были сомнения? – усмехаюсь.
– Когда человек несколько лет живет между часовыми поясами, всегда есть.
Мы заходим в лифт, и я нажимаю на кнопку.
– И все-таки я вернулся.
– Мстислав Владимирович с утра уже четыре раза напомнил, что вы приедете.
– И что вы ему ответили?
– Все четыре раза одно и то же – я помню.
– Не помогло?
– Нет. Поэтому заявление на увольнение я пока не написала, но черновик уже мысленно составила.
– Значит, ничего не изменилось.
– Абсолютно ничего, – вздыхает Елена Викторовна. – Пойдемте, пока он не придумал себе еще какую-нибудь проблему.
Засмеявшись, выхожу вслед за ней.
– Проходите, он у себя, – дергает она подбородком в сторону двери.
– Спасибо.
– Не за что. И передайте Мстиславу Владимировичу, что мне пятьдесят шесть, а не восемьдесят шесть. Я прекрасно знаю, что две синие галочки означают не «не увидел», а «проигнорировал».
– Обязательно передам, – поджимаю губы, чтобы не засмеяться, в то время как секретарь не сдерживается от смешка.
Зайдя в кабинет, замечаю, что он почти не изменился со времен Владимира Сергеевича. Те же окна в пол, тот же вид, те же книжные шкафы вдоль стены. Вот только на смену идеальному порядку пришел привычный для Мстислава рабочий хаос. На столе папки, документы, ноутбук и несколько телефонов.
– Если закончил проводить инспекцию, садись, – раздается голос Мстислава.
– Просто проверяю, что осталось от кабинета Владимира Сергеевича.
– Почти все на месте.
– Кроме порядка, – хмыкаю.
– Не начинай, – фыркает он. – Садись.
Опускаюсь в кресло напротив, пока он что-то печатает в телефоне.
– Кстати, только что встретил Елену Викторовну.
– Сочувствую.
– Она просила передать, что в пятьдесят один год прекрасно понимает, что означает прочитанное сообщение.
– Я так и знал, – вздыхает он, запрокинув голову.
