И, что самое страшное, они подчинились.
Ковен, который позволял себе игнорировать приказы короля, подчинился герцогу.
«Как-то это все неприятно попахивает, – пронеслось в моей голове. – Вейарна действительно становится привлекательной в моих глазах».
— От твоих друзей у меня мороз по коже, — хохотнул король. — Пусть выйдут в город и успокоят людей.
— Как прикажет мой король, — поклонился Гамильтон. — Позволено ли мне удалиться?
— Зачем? — нахмурился Его Величество.
И герцог райн-Велронд развел руками:
— Глава Ковена Менталистов задолжал мне услугу, но это не значит, что я могу общаться с ним удаленно.
— Тц-тц-тц, высокомерные и напыщенные мерзавцы, — король покачал головой. — Их Ковен чрезмерно свободолюбив.
Я с трудом подавила смешок. Земли лорда Ранкле не принадлежали Эрандару. Это была одинокая скала посреди пролива. И каждый, кто пытался там высадиться без разрешения менталистов, сходил с ума.
Иными словами, завоевать этот крошечный клочок земли было невозможно. Правда, жить самостоятельно менталисты тоже не могли: на их скале ничего не росло. Просто огромный каменный замок и несколько чахлых кустов. Вот и приходилось свободолюбивым магам наниматься в услужение.
— Все меняется, — угодливо пропел райн-Велронд, — мое почтение, Ваше Величество.
— Иди, мой друг, иди, — отмахнулся король.
Стоя за спиной Хайлена, я вдруг поймала себя на довольно опасной мысли: мне понравилось то, как мой будущий бывший муж меня защищал. Да, до прямой конфронтации не дошло, но он был готов сражаться. Это завораживало. Мне еще не доводилось стоять за чьей-то спиной.
«Не привыкай, – сказала я сама себе. – Потом будет больно».
— А, как же быстро разносятся слухи, — пророкотал вдруг король. — Леди Майрис, вы сегодня особенно прекрасны.
Женщина присела в глубоком реверансе, а затем выпрямилась и мягко проговорила:
— Его Величество очень любезен. Моя королева узнала, что леди райн-Рейвис уже во дворце.
— У твоей королевы повсюду уши, — усмехнулся король.
И до меня вдруг дошло: алкоголь продолжает действовать! Его Величество все сильнее теряет связь с реальностью.
«Недаром наставники говорили, что вино убивает магию, – пронеслось у меня в голове. – На мозг оно, похоже, тоже действует».
Кто сможет остановить и образумить пьяного короля? Никто. Людям просто придется немного потерпеть.
— Леди Ассари так громко причитала, что это было трудно не услышать, — спокойно ответила Оллина Майрис.
— Развлекайтесь. А ты, мой герцог, расскажешь мне еще раз, что же произошло этой ночью…
Бросив на Хайлена короткий взгляд, я с трудом подавила мимолетный порыв бросить на него пару пассивных щитов. Таких, что кажутся невидимыми и незаметными ровно до тех пор, пока кто-нибудь не рискнет атаковать мастера барьеров.
— Благодарю, Ваше Величество, — я присела в реверансе, а затем, выпрямившись, повернулась к Хайлену, — господин, хорошего дня.
Леди Майрис провела меня сквозь хитросплетения дворцовых коридоров и оставила подле неприметной арки.
— Осмотрите это помещение, — шепнула женщина. — Побыстрее.
Не нужно быть гением, чтобы понять: именно здесь мне нужно будет расставить барьеры. Что ж, круглая комната, одно маленькое стрельчатое окошко. Ни камина, ни потайных ходов. Идеальное место для уютного уединенного кабинета. И, что самое главное, судя по толстому слою пыли, сюда давно не заглядывали слуги. А значит, скрыть вход будет легко.
— Готово, — коротко сказала я.
И мы тут же продолжили свой путь.
— Не думайте, что участвуете в заговоре. Ее Величество не способна даже подумать о том, чтобы причинить вред Его Величеству, — проговорила вдруг Оллина Майрис.
— Мне это прекрасно известно, — спокойно ответила я.
— Хорошо.
Остаток пути мы провели в молчании.
Королева ожидала меня в своем Парадном Кабинете. Где, как и ожидалось, было многолюдно: секретари и придворные дамы, несколько слуг и мальчики на побегушках. А также двое солидного вида мужчин.
«Они, вероятно, заверят мой контракт», – хмыкнула я про себя.
И так и оказалось. Мой диплом оказался близок ко мне как никогда!
— Разделите со мной скромную трапезу, — повелела мне королева. — Об остальном позаботится моя верная дама.
По приказу королевы стол накрыли прямо в Парадном Кабинете. Мне отвели место рядом с леди Майрис, а по правую руку от королевы…
По правую руку от королевы села леди Ассари.
«Надо же, некоторые люди живут и без мозгов, и без инстинкта самосохранения, – мысленно восхитилась я. – Как же причудлива человеческая природа!»
— Мы помним, — царственно проговорила Ее Величество, — что вы желали взять с собой свою престарелую родственницу.
Я на мгновение опешила, а после порадовалась, что тетушка этого не слышит.
— Она осталась развлекать нашего гостя. Сквозь стационарные щиты не все могут пройти.
— Ах, эти глупые сплетни, — жеманно захихикала леди Ассари. — Как будто в Эрандаре видели тварь!
Пригубив свежий фруктовый сок, я спокойно сказала:
— Мой супруг уничтожил тварь на моих глазах, так что бояться больше нечего.
За столом поднялись гомон и гвалт. Ее Величество взмахом руки угомонила всеобщую истерику:
— Тише-тише, ваш король уже объехал столицу, вместе с лордом райн-Велрондом. Других тварей обнаружить не удалось.
«Еще бы, – хмыкнула я про себя. – С таким-то количеством вина».
На лице леди Ассари отразилось чистое недоумение. В кои-то веки она ничего не знала о делах короля!
«Отличный ход», – мысленно оценила я.
— Расскажите, как это было, — попросила королева.
И я вновь взялась повествовать. История лошадки Бусинки обросла новыми подробностями, я также не преминула посетовать на мужскую приверженность родословным:
— Какая разница, как кобылу звали по бумагам, если она выглядела так, что ее хотелось называть Бусинкой?!
Королева со мной полностью согласилась. Так я выяснила, что у нее есть гончая по кличке Бублик и легавая, отзывающаяся на «Комнезараза», произнесенное одним словом.
— А если верить бумагам, то это Ривальриния и Метилсандрия, — королева покачала головой, — не представляю, какая собака будет на это откликаться.
Королевская фаворитка тут же возжелала высказаться:
— Его Величество…
— Его Величество зовет своего пса Риччи, — отрезала королева, не дав леди Ассари договорить.
Так продолжалось всю трапезу. Ее Величество ни разу не потеряла благожелательного настроя, но при этом леди Ассари так и не удалось ни с кем пообщаться.
А после последней перемены блюда королевская фаворитка экстренно покинула стол. Неужели в эту ночь Его Величество нашел время на близость?! Магическая беременность причиняет трудности с самых первых часов зачатия, но… Когда они все успели?
По завершении трапезы Ее Величество пригласила меня к своему рабочему столу. Там я внимательно перечитала уже знакомый контракт. Убедившись, что все безопасно и нет никаких скрытых строчек, я поставила свою магическую подпись.
— Вам будет нужно дать ряд клятв. — Один из так и не представившихся мужчин сделал шаг ко мне.
— Разумеется, — ответила я с легким недоумением, — этому учат еще на первом курсе.
И я, не дав никому себя перебить, зачитала стандартную клятву мага-стажера. Там в числе прочего была строчка о сохранении всех случайно обнаруженных тайн. Ведь никакому ведомству не нужны проблемы, если под видом стажера к ним в отдел попадет репортер, верно?
— Это не совсем тот формат клятв, — проронил второй мужчина.
— Нам нравится, — холодно выдохнула королева. — Или вам не хватает контроля?
Двое лордов переглянулись, после чего низко поклонились и ушли.
Вокруг нас с королевой образовалось свободное пространство, и именно она поставила барьер от подслушивания.
— Как вам мое мастерство?
— Поразительно, — искренне восхитилась я. — Но как? И суток не прошло!
— У нас была целая ночь, — криво улыбнулась Ее Величество. — Мы не будем увиливать, леди райн-Рейвис. Вы нужны нам.
Я склонила голову, показывая, что готова слушать.
— Мы не желаем политических изменений или…
Тут она плавно повела рукой, словно бы пытаясь одним жестом описать весь свой брак:
— Или получения вдовьего статуса. Мы желаем лишь тишины и безопасности в своих покоях.
— Если кто-то высокопоставленный призовет себе в помощь придворного мага, что они смогут…
Королева взмахнула рукой:
— Ох, нет, все тревожащие меня ситуации тщательно скрывают от придворных.
Мы продолжили обсуждение, и в итоге я пришла к выводу, что королева почти не лжет. Почти — потому что она явно хотела приводить кого-то в свои покои. Быть может, того самого красавца, с которым она танцевала на балу.
Так или иначе, а свой первый день я потратила на то, чтобы изучить и измерить помещения, которые мне следовало зачаровать. Также на отдельный листок я выписала несколько идей, которые могли бы заинтересовать Ее Величество.
А еще мне приходилось отбиваться от придворных дам, что жаждали повторно выслушать историю «Усекновения зловредной твари-из-за-грани». А я уже чувствовала, что вот-вот начну путаться!
К вечеру я была выжата как лимон. И, увидев Хайлена, искренне обрадовалась. Ведь появление герцога могло значить только одно: мы покидаем дворец!
Чтобы завтра в него вернуться. Но! Но я возьму с собой тетушку, и уж она-то отсечет от меня особо назойливых дам.
Глава 5
К дому райн-Торланда нас доставил наемный экипаж. Мой будущий бывший супруг имел бледный, нездоровый вид, но… Если я не ошибаюсь, то для снежного мага это комплимент и свидетельство прекрасного самочувствия.
— Это были тепловые кольца, — я посмотрела на Хайлена и чуть приподняла юбку, — на мне такие же.
Он склонил голову:
— Я понял это позднее. Мне не следовало предполагать, что вы…
Он не договорил, а я усмехнулась:
— Что я намеренно издеваюсь над вами? Вы были в своем праве, но сейчас мы застыли в очень интересном моменте, не так ли? У каждого из нас есть что-то, нужное второму. И сегодня мы наконец-то договоримся, не так ли? Именно поэтому я бы не стала специально вредить вам.
Я потерла ладони друг об друга и с трудом подавила вздох. Перчатки ужасно раздражали, хоть и ощущались подобно второй коже. Хайлен меж тем лишь благостно улыбнулся и перевел взгляд в сторону. Так, будто его донельзя волнует вид столицы.
— Так что, снежные маги и правда питаются льдом? Спят в выстуженной спальне и обтираются снегом? — спросила я, не желая сидеть в тишине.
— Стихия огня, — он посмотрел на меня, — имеет на нас особое влияние.
— Логично, — согласилась я. — Что ж, постараюсь учесть это на будущее. А вот еще вопрос: слишком горячая пища или, скажем, кипяток… Они вредят вам?
— Кипяток вредит всем, — усмехнулся Хайлен, — как и раскаленное масло. Жаркое, вытащенное из печи, тоже оставит язвы во рту.
Я стянула перчатку и протянула ему свою левую ладонь:
— Кипяток не оставил ни единого следа, как и раскаленное масло. Потому и спрашиваю.
