— Я заинтересовался вами в момент, когда вы с легкостью разбили мой щит. Но окончательное решение было принято в ту секунду, когда моя госпожа подчинила колдовское пламя. — Он посмотрел мне в глаза.
— Тогда я знаю, откуда откат у лорда Саймиша, — криво усмехнулась я. — Не здесь.
Мачеха наняла человека, который сорвал с моих плеч мамину шаль. И я, разумеется, бросилась ее искать.
— Я высказала ему все, что хотела. — Из палаты вышла тетушка. — Сейчас его откачивают, сердечко зашлось у бедняжки.
— Подслушка, — я встревоженно посмотрела на Хайлена, — ты…
— Дезактивировал, — уверенно ответил он. — Газета выпустит красивую историю о несчастном лорде Саймише. Уж я-то об этом позабочусь.
— Ты говоришь так, будто тебе не впервой, — неловко улыбнулась я.
И тут же поймала на себе ошеломленный взгляд тетушки.
— Да, — кашлянул Хайлен, — случалось общаться с этой, мгм, братией.
То есть он все-таки чем-то знаменит… Или же его имя трепали в газетах из-за отца? Тц, неужели придется покупать подшивку?!
— Давайте не будем стоять у палаты, — вздохнула тетушка, — нас ждет Ее Величество. И что-то мне подсказывает, что терпением она не отличается.
Карета доставила нас до дворца, и едва лишь мы вышли, как рядом материализовались двое магов. Высокие, худощавые и похожие как две капли воды, они низко склонились:
— Мы здесь, чтобы служить госпоже.
Крепко подумав, я не стала их справлять. Боевым магам положены какие-то преференции, верно? Пусть зовут госпожой, раз уж так принято в Вейарне.
— Как я могу к вам обращаться? — спросила я.
— Его зовут Ивар, — сказал тот, что стоял слева.
— Его зовут Лонран, — сказал тот, что справа.
— Но мы обучены откликаться на оба имени, — это они произнесли вслух.
— Благодарю, ко мне вы можете обращаться леди Эльсанна, — проговорила я, — либо госпожа.
— Да, госпожа Эльсанна, — в унисон произнесли оба мага.
По губам Хайлена скользнула усмешка, а я… Я вновь отступила. Не стала их исправлять.
«И почему я такая мягкая сегодня?!» – спросила я саму себя.
Впрочем, уже через десяток минут я начала звереть.
Шепотки сопровождали нас повсюду. Ивар и Лонран шли позади нас с тетушкой. Их никто не замечал, так что…
Придворные дамы похихикивали, стреляли в нашу сторону глазами и при этом старательно делали вид, что мы все незнакомы.
— Думаю, что высочайшей аудиенции ты сегодня не удостоишься, — негромко сказала тетушка.
— Значит, закончу все за один день, — прошипела я сквозь зубы.
Мне бы очень хотелось понять королеву, но… Ее придворные дамы – лучший индикатор. Если они позволяют себе откровенное пренебрежение герцогиней, значит, Ее Величество уже успела оценить сплетни и высказать свое мнение.
«И вряд ли публикации в газетах что-нибудь исправят», – пронеслось у меня в голове.
Это было обидно. Такая резкая, внезапная пощечина. Недогерцогине указали на ее место.
Один из придворных магов выдал мне шкатулку с драгоценными камнями, кои я тщательно пересчитала и оставила свой росчерк в накладной.
— Прошу вас не принимать все это на свой счет, — проронил вдруг маг.
— Не понимаю, о чем вы, — тихо и тускло сказала я.
И тетушка тут же воспользовалась паузой, чтобы вбросить кусочек новой сплетни:
— Лорд Саймиш в госпитале, милорд. А вам ли не знать, как крепка связь между дочерью и ее отцом-по-магии.
— Тетушка, — проговорила я слабым голосом.
— Да только там такое вскрылось, — она вытащила платок и промокнула глаза, — неважно. Главное, чтобы выжил.
И я тихо-тихо добавила:
— Мне казалось, что может быть моя вина. Что я плохо себя вела во время свадьбы и боги наказали лорда Саймиша.
Потом, глубоко вдохнув, я медленно выдохнула и улыбнулась:
— Неважно. Это все неважно. Работа поможет мне привести разум в порядок. Камни превосходного качества, милорд. Вы проделали великолепную работу, благодарю вас.
Мы оставили за спиной озадаченного мага и сосредоточились на работе. И сегодня она шла куда как лучше: комнаты были пусты.
Сплетая мелкие заклятья в единое полотно, я не могла не думать о том, насколько репутация хрупкая вещь. Злые наговоры способны уничтожить человека меньше чем за пару часов.
Но кто сделал это? Кто обратил всеобщее внимание на болезнь лорда Саймиша? Не тот ли человек, который передал мачехе отравленную брошь?
Глава 7
Вчера я так и не удостоилась высочайшего внимания Ее Величества. А сегодня меня и вовсе отправили под крыло к придворному магу. Точнее, к одному из придворных магов.
— Мне, право, совершенно непонятно, что с вами делать, — вздохнул он, садясь за свой монументальный стол, — вы, с одной стороны, герцогиня Вейарны, а с другой стороны – стажер. А с третьей стороны – Ее Величество довольна вашим трудом.
У меня на языке вертелось простое и незатейливое мнение о Ее Величестве и ее королевской дальновидности, но вместо этого я поднесла ко рту чашку и, едва коснувшись ее губами, поставила на место. А затем благочестиво проговорила:
— Это наивысшее счастье, не так ли, милорд Пэйски? Что же касается вашей дилеммы — я могу заняться сортировкой поделочных камней. Со стороны это выглядит так, как будто благородную леди посадили драгоценности рассматривать.
— А на деле это нудная, но нужная работа, которую обычно доверяют подмастерьям, — покивал маг. — Что на это скажут ваши, м-м-м, сопровождающие?
Даже не оборачиваясь, я уже знала: на лицах близнецов лежит печать абсолютного спокойствия. Что отчего-то впечатляло окружающих куда больше, чем грозные гримасы королевской стражи. Этим, правда, страдали исключительно новички, и их быстро приводили в чувство, однако же за гвардейцами закрепилась определенного рода слава.
— Милорд, — я укоризненно на него посмотрела, — неужели вы спрятали проклятый корунд среди поделочного камня?
— Что?! Нет! Немыслимо, — разволновался он. — И почему мне вновь вспоминают эту историю.
Я тут же подняла ладони:
— Ни в коем случае, это должно было быть небрежной шуткой. Я пыталась сказать, что мои защитники здесь ради моей безопасности. Они, конечно же, отчитываются перед своим командиром, но меня это нисколько не касается.
— Хорошо, — но придворный маг уже потерял всякое желание общаться со мной, — вам обустроят рабочее месте, леди райн-Рейвис. Прошу меня простить, дела.
Он вылетел из собственного кабинета так, будто за ним гналась стая тварей. Хотя мог бы указать мне на выход. Или не мог? Как же трудно привыкнуть к новому статусу. Который к тому же со мной не навсегда.
— Какая яркая реакция, — проговорила я задумчиво. — Слишком яркая. Вам что-нибудь известно об этом?
— Никак нет, миледи, — в унисон произнесли братья.
Иногда мне хотелось приказать им говорить отдельно друг от друга. Но… в сущности это такая мелочь, верно?
— Что ж, тогда готовьтесь к долгому дню, — вздохнула я.
И ровно в этот момент в комнату вошел младший ученик милорда Пэйски. Ну, по крайней мере, мальчишка представился именно так.
— Прошу следовать за мной, — подросток раздувался от гордости.
Он привел нас в небольшую комнату, где уже было установлено удобное кресло и вокруг него несколько глубоких сундуков с полудрагоценными округлыми камнями. И также три пустые всевмещающие шкатулки. Кроме меня в этой комнате также находилось несколько стажеров, но их условия труда были куда хуже: им приходилось стоять над сундуками.
Что ж, брак с герцогом повернулся ко мне своей приятной стороной.
Я устроилась в кресле и первым делом проверила шкатулки — на одной оказалось мелкое пакостное проклятье. Что заставило моих защитников выставить вокруг меня щиты. Это было мило, но совершенно излишне. А потому я с легкостью лопнула их барьеры и наставительно произнесла:
— С этой малостью я могу справиться сама, Ивар, Лонран.
— Разрешите обратиться, миледи, — проговорил один из братьев.
— Да, Ивар, говори, — кивнула я.
На лице воина отразилось недоумение, с которым он быстро справился:
— Зачем вам это нужно?
— Долгие годы я шла к тому, чтобы получить диплом магистра защитной магии. Сейчас между мной и ценнейшим для меня документом стоит стажировка, — спокойно объяснила я. — Если бы не брак с герцогом, сейчас я трудилась бы в Темной Крепости.
Ивар с трудом справился с шоком:
— В Темной Крепости?!
— Потому что в полицейский департамент меня не взяли, а сюда… Сюда бы я попасть не смогла.
«Хотя если бы не ваш герцог, то райн-Валдис вряд ли бы мне отказал», – подумала я. Но говорить об этом не стала. Слишком много было вокруг любопытных ушей.
Я взялась за работу и довольно быстро втянулась. Не перечесть, сколько раз мне доводилось корпеть над этим неблагодарным и нудным делом.
Через несколько часов я встала и прошлась по комнате, чтобы немного разогнать кровь. Ивар и Лонран за это время ни разу не пошевелились, а вот стажеры уже давно уселись на холодный пол. Покосившись на этих несчастных, я присела на корточки и, погладив ладонью ледяной камень, заставила его потеплеть.
— Спасибо, — тут же отреагировала одна из девчонок. — И я готова принять наказание за проклятье.
— Не стоит, — отмахнулась я. — Мне знакомы эти, м-м-м, мелкие пакости.
— Оно было не для вас, — она вздохнула, — а для совсем другого человека. Я просто не осмелилась говорить. Думала, вы отойдете и я его сниму.
Девчонка была словоохотливой. Рассказала, что она тут оказалась исключительно из-за яркого дара. Простолюдинка, с ней никто особо не разговаривал. И даже товарищи по несчастью предпочли игнорировать.
— Да и к наставнику трудно подход найти. — Она пригорюнилась. — Он не любит болтливых.
— Я тоже не смогла, — вздохнула я. — Неудачно пошутила про проклятый корунд.
Девчонка зажала рот руками и вытаращила глаза, а после просипела прямо сквозь ладони:
— И он вам ничего не сделал?!
Мои охранники синхронно откашлялись, и ученица тут же захихикала:
— И правда, что это я. Милорд Пэйски был сослан в рудники за пропущенный проклятый камень. Он попался не то будущей королеве, матери нашего короля, не то ее сестре. Я мало знаю, про это ведь особо не говорят. Просто я для местных что-то вроде мебели, так что там услышала, тут подхватила. Вот и запоминаю. Но подробностей не знаю.
— Мелисса, — резко произнес один из парней, что продолжали перебирать камни. — Замолчи и вернись к работе.
— Ой, милорд вспомнил имя несчастной селянки, — скривилась девчонка, — сама знаю, что мне делать и с кем говорить!
Но к работе она вернулась. А я подумала, что это очень странно: допустить такую промашку сложно. Проклятые камни фонят настолько сильно, что их отличают даже немаги. Отсюда и поговорки вроде: «С его внимательностью только проклятые камни искать».
«А если он сделал это специально, то почему не был казнен?» Я вернулась в кресло и вновь взялась за сортировку. «При дворе остался, хотя в прошлом году вся Академия гудела: выставили на мороз аж трех младших придворных магов. Что-то они там напортачили, и на несколько часов стены замка порозовели».
Мелочь ведь, а пошли на выход. Тут же откровенный саботаж – и он продолжает занимать немаленькую должность!
До самого вечера мы, разумеется, оставаться не стали. Милорд Пэйски, натянув на себя то, что он считал дружелюбным выражением лица, вплыл в комнату и витиевато поблагодарил меня за труд.
Я же, запечатав шкатулки, прямо спросила:
— Где мне расписаться?
— Что?
— Вы же не думаете, что эти шкатулки и дальше будут наполнять? — я вскинула бровь.
Дружелюбие сползло с лица милорда Пэйски, и он, собрав губы в куриную жопку, проводил нас в свой кабинет. Шкатулки с рассортированными камнями понесли Ивар и Лонран.
— Ваши документы, — проворчал маг.
