Наталья Андреевна Самсонова "Вредная для Снежного, или Вынужденный брак леди райн-Рейвис"

— Так вы ответите мне или нет?

— Не заставляйте мою госпожу нервничать, — холодно добавил Хайлен, и мальчишка тут же зашевелился.

Он достал из-за пазухи пухлую потрепанную записную книжку и, пролистав ее где-то до середины, уверенно сказал:

— Нет, отец-по-магии имеет над ребенком больше власти, чем отец-по-крови. Только я не помню почему…

Тут он виновато почесал затылок и попробовал вспомнить:

— Кажется, ради разрыва кровной связи с отцом ребенка… Или нет? Я не все из справочника выписывал, место экономил.

— Понятно, — отозвалась я.

— Да вы можете проверить, — засиял он. — Если связь меж вами сохранилась, значит, все в порядке. Я позову старшего целителя, если пожелаете!

Пока я думала, герцог коротко распорядился:

— Желаем.

Целитель-стажер вылетел за дверь, а мы с тетушкой с интересом посмотрели на герцога:

— Почему мы этого желаем?

Он же лишь улыбнулся и приложил палец к губам, а затем выдал что-то пафосное про святость семейных уз.

После чего Хайлен подошел к тетушке и снял с ее плеча какую-то мелкую соринку. Или… Амулет-подслушка! И, судя по всему, одноразовый.

Вот ведь пронырливые газетчики. Неужели фигура герцога настолько интересна? К сожалению, в юности у меня не было лишних монет на журналы и газеты. А вытаскивать прессу из мусорки… Нет уж, я постаралась убедить себя в том, что мне это неинтересно.

«И теперь я чувствую себя идиоткой, – с досадой подумала я. – Хайлен ведь неизвестен, правда же? Или мне стоит пролистать пару газетенок?»

Конец моим терзаниям положил целитель-стажер. Он влетел в палату и представил нам леди Тройри, мастера крови-и-магии.

— Я представляю отделение наследственных болезней и семейных проклятий. Позвольте частицу вашей магии.

Я, не говоря ни слова, затеплила над левой ладонью крохотный огонек. Мастер тут же смахнула его и подвесила над неподвижным телом лорда Саймиша. Через несколько томительных минут огонечек погас и на его месте появилась слабая, тонкая паутинка.

— Связь сохранена, — проинформировала нас мастер, — но очень слаба. Откат пришел не от вас, леди райн-Рейвис, хотя со своей стороны хочу заметить, что вам не стоит прилагать усилий для восстановления связи.

А я, в общем-то, и не собиралась. Однако же не могла не спросить:

— Отчего же?

— Посмотрите вот сюда, — она указала на правую сторону паутинки, — нити крепкие, сильные. Вы вливали магию и чувства в связь, а ваш отец — нет. С его стороны нити серые, тонкие, их держит только магия священника, проводившего обряд.

— Папа, — выдохнула я, изображая боль, обиду и смятение, — как же…

И я сама не ожидала, что на глаза навернутся настоящие, не наигранные слезы. Выйдя из палаты, я осторожно прикрыла за собой дверь и принялась стирать со щек соленые капли.

Как же больно, когда подтверждаются детские страхи. Не было и дня, чтобы лорд Саймиш меня любил и считал дочерью…

Тихо хлопнула дверь, и я наконец-то вспомнила о магии. Вот только не успела произнести ни единого звука: влагу со щек унес колкий, ледяной ветер.

— Этот дрянной человек не стоит твоих слез, моя госпожа, — тихо сказал Хайлен. — Сейчас не то время, чтобы говорить об этом, но… Этот человек заверил меня, что вы хоть и недовольны браком, однако же согласны.

— Почему ты ему поверил? — глухо спросила я.

— Госпожа моя, — Хайлен печально улыбнулся, — а почему нет? Благородные девицы, коих притаскивали в мой дом, плакали от ужаса перед моей магией, однако же, стерев с лица слезы, пытались обольстить меня. Они хотели герцогский венец, особняк в столице и возможность танцевать ночи напролет на всех светских приемах столицы.

— По-вашему…

— Нет, — он перебил меня, — я счел, что вас привлекли труды моих предков. Библиотека давно перевезена в Вейарну, госпожа моя. И поверьте, за следующие пять лет вы влюбитесь в нее.

Я смотрела на герцога и испытывала дикое желание потребовать клятвы на крови. С одной стороны, мне хотелось ему верить, но с другой… Откуда мачеха взяла отравленную брошь?!

Стоп.

— В какой момент вы приняли решение сочетаться со мной браком? — спросила я, затаив дыхание.

— Я заинтересовался вами в момент, когда вы с легкостью разбили мой щит. Но окончательное решение было принято в ту секунду, когда моя госпожа подчинила колдовское пламя. — Он посмотрел мне в глаза.

— Тогда я знаю, откуда откат у лорда Саймиша, — криво усмехнулась я. — Не здесь.

Мачеха наняла человека, который сорвал с моих плеч мамину шаль. И я, разумеется, бросилась ее искать.

— Я высказала ему все, что хотела. — Из палаты вышла тетушка. — Сейчас его откачивают, сердечко зашлось у бедняжки.

— Подслушка, — я встревоженно посмотрела на Хайлена, — ты…

— Дезактивировал, — уверенно ответил он. — Газета выпустит красивую историю о несчастном лорде Саймише. Уж я-то об этом позабочусь.

— Ты говоришь так, будто тебе не впервой, — неловко улыбнулась я.

И тут же поймала на себе ошеломленный взгляд тетушки.

— Да, — кашлянул Хайлен, — случалось общаться с этой, мгм, братией.

То есть он все-таки чем-то знаменит… Или же его имя трепали в газетах из-за отца? Тц, неужели придется покупать подшивку?!

— Давайте не будем стоять у палаты, — вздохнула тетушка, — нас ждет Ее Величество. И что-то мне подсказывает, что терпением она не отличается.

Карета доставила нас до дворца, и едва лишь мы вышли, как рядом материализовались двое магов. Высокие, худощавые и похожие как две капли воды, они низко склонились:

— Мы здесь, чтобы служить госпоже.

Крепко подумав, я не стала их справлять. Боевым магам положены какие-то преференции, верно? Пусть зовут госпожой, раз уж так принято в Вейарне.

— Как я могу к вам обращаться? — спросила я.

— Его зовут Ивар, — сказал тот, что стоял слева.

— Его зовут Лонран, — сказал тот, что справа.

— Но мы обучены откликаться на оба имени, — это они произнесли вслух.

— Благодарю, ко мне вы можете обращаться леди Эльсанна, — проговорила я, — либо госпожа.

— Да, госпожа Эльсанна, — в унисон произнесли оба мага.

По губам Хайлена скользнула усмешка, а я… Я вновь отступила. Не стала их исправлять.

«И почему я такая мягкая сегодня?!» – спросила я саму себя.

Впрочем, уже через десяток минут я начала звереть.

Шепотки сопровождали нас повсюду. Ивар и Лонран шли позади нас с тетушкой. Их никто не замечал, так что…

Придворные дамы похихикивали, стреляли в нашу сторону глазами и при этом старательно делали вид, что мы все незнакомы.

— Думаю, что высочайшей аудиенции ты сегодня не удостоишься, — негромко сказала тетушка.

— Значит, закончу все за один день, — прошипела я сквозь зубы.

Мне бы очень хотелось понять королеву, но… Ее придворные дамы – лучший индикатор. Если они позволяют себе откровенное пренебрежение герцогиней, значит, Ее Величество уже успела оценить сплетни и высказать свое мнение.

«И вряд ли публикации в газетах что-нибудь исправят», – пронеслось у меня в голове.

Это было обидно. Такая резкая, внезапная пощечина. Недогерцогине указали на ее место.

Один из придворных магов выдал мне шкатулку с драгоценными камнями, кои я тщательно пересчитала и оставила свой росчерк в накладной.

— Прошу вас не принимать все это на свой счет, — проронил вдруг маг.

— Не понимаю, о чем вы, — тихо и тускло сказала я.

И тетушка тут же воспользовалась паузой, чтобы вбросить кусочек новой сплетни:

— Лорд Саймиш в госпитале, милорд. А вам ли не знать, как крепка связь между дочерью и ее отцом-по-магии.

— Тетушка, — проговорила я слабым голосом.

— Да только там такое вскрылось, — она вытащила платок и промокнула глаза, — неважно. Главное, чтобы выжил.

И я тихо-тихо добавила:

— Мне казалось, что может быть моя вина. Что я плохо себя вела во время свадьбы и боги наказали лорда Саймиша.

Потом, глубоко вдохнув, я медленно выдохнула и улыбнулась:

— Неважно. Это все неважно. Работа поможет мне привести разум в порядок. Камни превосходного качества, милорд. Вы проделали великолепную работу, благодарю вас.

Мы оставили за спиной озадаченного мага и сосредоточились на работе. И сегодня она шла куда как лучше: комнаты были пусты.

Сплетая мелкие заклятья в единое полотно, я не могла не думать о том, насколько репутация хрупкая вещь. Злые наговоры способны уничтожить человека меньше чем за пару часов.

Но кто сделал это? Кто обратил всеобщее внимание на болезнь лорда Саймиша? Не тот ли человек, который передал мачехе отравленную брошь?

Глава 7

Вчера я так и не удостоилась высочайшего внимания Ее Величества. А сегодня меня и вовсе отправили под крыло к придворному магу. Точнее, к одному из придворных магов.

— Мне, право, совершенно непонятно, что с вами делать, — вздохнул он, садясь за свой монументальный стол, — вы, с одной стороны, герцогиня Вейарны, а с другой стороны – стажер. А с третьей стороны – Ее Величество довольна вашим трудом.

У меня на языке вертелось простое и незатейливое мнение о Ее Величестве и ее королевской дальновидности, но вместо этого я поднесла ко рту чашку и, едва коснувшись ее губами, поставила на место. А затем благочестиво проговорила:

— Это наивысшее счастье, не так ли, милорд Пэйски? Что же касается вашей дилеммы — я могу заняться сортировкой поделочных камней. Со стороны это выглядит так, как будто благородную леди посадили драгоценности рассматривать.

— А на деле это нудная, но нужная работа, которую обычно доверяют подмастерьям, — покивал маг. — Что на это скажут ваши, м-м-м, сопровождающие?

Даже не оборачиваясь, я уже знала: на лицах близнецов лежит печать абсолютного спокойствия. Что отчего-то впечатляло окружающих куда больше, чем грозные гримасы королевской стражи. Этим, правда, страдали исключительно новички, и их быстро приводили в чувство, однако же за гвардейцами закрепилась определенного рода слава.

— Милорд, — я укоризненно на него посмотрела, — неужели вы спрятали проклятый корунд среди поделочного камня?

— Что?! Нет! Немыслимо, — разволновался он. — И почему мне вновь вспоминают эту историю.

Я тут же подняла ладони:

— Ни в коем случае, это должно было быть небрежной шуткой. Я пыталась сказать, что мои защитники здесь ради моей безопасности. Они, конечно же, отчитываются перед своим командиром, но меня это нисколько не касается.

— Хорошо, — но придворный маг уже потерял всякое желание общаться со мной, — вам обустроят рабочее месте, леди райн-Рейвис. Прошу меня простить, дела.

Он вылетел из собственного кабинета так, будто за ним гналась стая тварей. Хотя мог бы указать мне на выход. Или не мог? Как же трудно привыкнуть к новому статусу. Который к тому же со мной не навсегда.

— Какая яркая реакция, — проговорила я задумчиво. — Слишком яркая. Вам что-нибудь известно об этом?

— Никак нет, миледи, — в унисон произнесли братья.

Иногда мне хотелось приказать им говорить отдельно друг от друга. Но… в сущности это такая мелочь, верно?

— Что ж, тогда готовьтесь к долгому дню, — вздохнула я.

И ровно в этот момент в комнату вошел младший ученик милорда Пэйски. Ну, по крайней мере, мальчишка представился именно так.

— Прошу следовать за мной, — подросток раздувался от гордости.