Наталья Андреевна Самсонова "Вредная для Снежного, или Вынужденный брак леди райн-Рейвис"

Он привел нас в небольшую комнату, где уже было установлено удобное кресло и вокруг него несколько глубоких сундуков с полудрагоценными округлыми камнями. И также три пустые всевмещающие шкатулки. Кроме меня в этой комнате также находилось несколько стажеров, но их условия труда были куда хуже: им приходилось стоять над сундуками.

Что ж, брак с герцогом повернулся ко мне своей приятной стороной.

Я устроилась в кресле и первым делом проверила шкатулки — на одной оказалось мелкое пакостное проклятье. Что заставило моих защитников выставить вокруг меня щиты. Это было мило, но совершенно излишне. А потому я с легкостью лопнула их барьеры и наставительно произнесла:

— С этой малостью я могу справиться сама, Ивар, Лонран.

— Разрешите обратиться, миледи, — проговорил один из братьев.

— Да, Ивар, говори, — кивнула я.

На лице воина отразилось недоумение, с которым он быстро справился:

— Зачем вам это нужно?

— Долгие годы я шла к тому, чтобы получить диплом магистра защитной магии. Сейчас между мной и ценнейшим для меня документом стоит стажировка, — спокойно объяснила я. — Если бы не брак с герцогом, сейчас я трудилась бы в Темной Крепости.

Ивар с трудом справился с шоком:

— В Темной Крепости?!

— Потому что в полицейский департамент меня не взяли, а сюда… Сюда бы я попасть не смогла.

«Хотя если бы не ваш герцог, то райн-Валдис вряд ли бы мне отказал», – подумала я. Но говорить об этом не стала. Слишком много было вокруг любопытных ушей.

Я взялась за работу и довольно быстро втянулась. Не перечесть, сколько раз мне доводилось корпеть над этим неблагодарным и нудным делом.

Через несколько часов я встала и прошлась по комнате, чтобы немного разогнать кровь. Ивар и Лонран за это время ни разу не пошевелились, а вот стажеры уже давно уселись на холодный пол. Покосившись на этих несчастных, я присела на корточки и, погладив ладонью ледяной камень, заставила его потеплеть.

— Спасибо, — тут же отреагировала одна из девчонок. — И я готова принять наказание за проклятье.

— Не стоит, — отмахнулась я. — Мне знакомы эти, м-м-м, мелкие пакости.

— Оно было не для вас, — она вздохнула, — а для совсем другого человека. Я просто не осмелилась говорить. Думала, вы отойдете и я его сниму.

Девчонка была словоохотливой. Рассказала, что она тут оказалась исключительно из-за яркого дара. Простолюдинка, с ней никто особо не разговаривал. И даже товарищи по несчастью предпочли игнорировать.

— Да и к наставнику трудно подход найти. — Она пригорюнилась. — Он не любит болтливых.

— Я тоже не смогла, — вздохнула я. — Неудачно пошутила про проклятый корунд.

Девчонка зажала рот руками и вытаращила глаза, а после просипела прямо сквозь ладони:

— И он вам ничего не сделал?!

Мои охранники синхронно откашлялись, и ученица тут же захихикала:

— И правда, что это я. Милорд Пэйски был сослан в рудники за пропущенный проклятый камень. Он попался не то будущей королеве, матери нашего короля, не то ее сестре. Я мало знаю, про это ведь особо не говорят. Просто я для местных что-то вроде мебели, так что там услышала, тут подхватила. Вот и запоминаю. Но подробностей не знаю.

— Мелисса, — резко произнес один из парней, что продолжали перебирать камни. — Замолчи и вернись к работе.

— Ой, милорд вспомнил имя несчастной селянки, — скривилась девчонка, — сама знаю, что мне делать и с кем говорить!

Но к работе она вернулась. А я подумала, что это очень странно: допустить такую промашку сложно. Проклятые камни фонят настолько сильно, что их отличают даже немаги. Отсюда и поговорки вроде: «С его внимательностью только проклятые камни искать».

«А если он сделал это специально, то почему не был казнен?» Я вернулась в кресло и вновь взялась за сортировку. «При дворе остался, хотя в прошлом году вся Академия гудела: выставили на мороз аж трех младших придворных магов. Что-то они там напортачили, и на несколько часов стены замка порозовели».

Мелочь ведь, а пошли на выход. Тут же откровенный саботаж – и он продолжает занимать немаленькую должность!

До самого вечера мы, разумеется, оставаться не стали. Милорд Пэйски, натянув на себя то, что он считал дружелюбным выражением лица, вплыл в комнату и витиевато поблагодарил меня за труд.

Я же, запечатав шкатулки, прямо спросила:

— Где мне расписаться?

— Что?

— Вы же не думаете, что эти шкатулки и дальше будут наполнять? — я вскинула бровь.

Дружелюбие сползло с лица милорда Пэйски, и он, собрав губы в куриную жопку, проводил нас в свой кабинет. Шкатулки с рассортированными камнями понесли Ивар и Лонран.

— Ваши документы, — проворчал маг.

Я внимательно изучила папку и кивнула сама себе: хотя бы здесь никто не обманул. Моя стажировка была почти завершена. Я внесла в список выполненных работ шкатулки, их инвентарные номера и добавила копию магического слепка. Теперь, если кто-то что-то испортит, это будет уже не моя беда.

— До свидания, милорд Пэйски.

— Прощайте, леди райн-Рейвис, — он вытер лоб платком, — завтра меня здесь уже не будет. Пора дать отдых моим старым костям.

— На рудниках застудились? — спросила я.

— Леди райн-Рейвис, — в голосе старого мага звучали и угроза, и страх, — со всем уважением, но…

Его голос сорвался, и я сделала вид, что ничего не говорила. Пэйски собрал документы, поставил на листах оттиск своей магии, а после ненавязчиво намекнул, что нам пора и честь знать:

— Полагаю, ваш супруг ждет вас. Не посмею задерживать.

Мы покинули дворец, и уже в парке подол моей юбки полыхнул мертвенно-синим светом. Ивар и Лонган тут же выставили щиты, но вокруг не было ни души.

— Это может быть и отсроченное проклятье, — успокоила я мужчин. — Со мной все в порядке, защитные артефакты приняли удар на себя.

Говоря все это, я бросила в снег простенькое сигнальное заклятье. Оно сдавит мое запястье в момент, когда будет развеяно. Такие мелочи мы навешивали на замки шкафчиков в пансионе. Магии в этом заклятье меньше половины искры, так что заметить его никто не сможет.

— Вы уверены? — Лонган еще раз осмотрелся и даже скастовал несколько поисковых заклятий.

— Абсолютно, — кивнула я.

«Вот только щиты выгорели полностью, – добавила я мысленно. – Что не может не пугать. Проклятье отрезало бы мне ступни, если бы не моя предусмотрительность».

К карете я шла под прикрытием барьеров, созданных братьями. А после Ивар захотел остаться, чтобы поговорить с гвардейцами.

— Ни в коем случае, — отрезала я.

— Госпожа Эльсанна, это было серьезное проклятье, и вы не можете этого не понимать, — попытался настоять на своем юноша.

И я решила пойти другим путем:

— Именно поэтому я прошу вас обоих сопровождать меня до особняка. Мне страшно, вы бросите меня?

Ивар сердито вздохнул, но забрался в карету. И, когда мы уже подъезжали к особняку, я тихо проговорила:

— Не стоит оставаться во дворце в одиночестве, Ивар.

— Могли остаться следы, — упрямо проговорил он.

— Они были убраны в ту же секунду, как мы отошли.

В холле мы столкнулись с Лукрецией. Она, раскрасневшаяся с мороза, сжимала в руках увесистый сверток.

— Сейчас приведу себя в порядок и буду тебя просвещать, — рассмеялась она.

Я лишь кивнула, а затем попросила близнецов сообщить о произошедшем герцогу.

— Будет исполнено, госпожа Эльсанна, — с уважением проговорил Лонран.

Поднявшись в свои покои, я с удовольствием закрылась в мыльне и позволила себе выпасть из реальности на долгие полчаса. Затем, кое-как просушив волосы, выползла в спальню и надела домашнее платье, а поверх него плотный халат.

Затем Элиза принесла мне легкий перекус, и только в этот момент я поняла, насколько оголодала. А там уже и тетушка пришла и принесла… Газетные вырезки?!

— Буду тебя просвещать. — Она хлопнула их передо мной. — Как так вышло, что ты не знаешь ничего про Вейарну и ее герцога, который входит в десятку самых желанных женихов?

— Входил, — поправила я ее рассеянно, а после напомнила: — У меня не было лишних монет на газеты и журналы. А ты и так покупала мне одежду и обувь, когда Саймиш забывал обо мне.

Лукреция без сил опустилась в кресло.

— Милая... Милая, ты могла попросить все что угодно!

— Как бы я могла так обнаглеть? — тихо спросила я. — Ты была единственным взрослым человеком, который меня любил. Знаешь, иногда я мечтала о том, чтобы именно ты оказалась моей мамой.

— Девочка моя, — она крепко обняла меня, — я мечтала о том же. Просила Саймиша отдать мне тебя под опеку. Но в итоге все закончилось тем, что тебя совсем перестали выпускать из пансиона. Я поняла намек и больше никогда не поднимала эту тему.

— Но я была ему не нужна, — с болью проговорила я. — Зачем?

— Трастовый фонд, — вздохнула тетушка. — Астрея словно бы ждала смерти, милая. Она подготовила все, и после ее гибели все деньги и ценности оказались недоступны для Саймиша.

— Они и для нас недоступны, — вздохнула я. — Завещания-то нет.

— Оно утрачено, но я бы не зарекалась. Самое главное у тебя есть.

— Свобода и замок Рейвис, только вот свобода моя сильно ограничена, а замок развалился. — Я не удержалась и скорчила гримаску.

— Скучно жить на всем готовом, — подмигнула мне тетушка. — Ну что, готова погрузиться в мир сплетен? Между прочим, герцог Вейарны некоторое время занимал аж второе место в рейтинге женихов.

— Снежный маг? — удивилась я.

— Алмазные копи, — напомнила тетушка, — три серебряных рудника, золотоносная река, пушнина и горячие источники, насыщенные природной магией. При таких вводных он может быть кем угодно, Элишенька.

Я полистала газетные вырезки и поняла, что на самом деле встречала статьи про Хайлена. Просто черно-серые низкокачественные изображения настолько уродовали привлекательного мужчину, что я его просто не узнала.

— Он был помолвлен по воле короля? — удивилась я. — Шесть лет назад, как интересно.

— Девица ушла в монастырь, — хмыкнула тетушка, — полагаю, ей не понравились нюансы жизни со снежным магом.

— Либо же он ей приплатил, — фыркнула я. — Хайлен действует быстро. Всего пары часов ему хватило, чтобы вмешаться в чужую интригу.

— О чем ты?

—У меня украли накидку, ту, мамину. — Я подперла подбородок кулаком. — А затем уже я познакомилась с Хайленом. У мачехи уже была приготовлена отравленная брошь, то есть...

— То есть тебя в любом случае собирались кому-то отдать. — Лукреция побледнела. — Ставлю свои локоны на то, что живым Саймиш из больницы не выйдет. Вероятно, этот откат от обещания отдать тебя.

— Возможность пожить в Вейарне расцветает новыми красками, да? Если раньше я хотела как можно скорее вернуться в столицу и начать преподавать, то сейчас... Сейчас я с интересом присматриваюсь к Вейарнской Магической Гимнасии.

— Тем более теперь у тебя там и дом есть. А замок... Замок подождет, восстановим как-нибудь потом, — покивала тетушка.

Вошедшая в комнату Элиза с гордостью проговорила:

— Прибыло письмо из дворца.

Она передала мне плотный конверт и вышла, плотно притворив за собой дверь.

— Печать Ее Величества, — задумчиво проронила я.

В конверте лежало приглашение на завтрашний утренний чай. Судя по всему, у королевы три рассвета в одних сутках, раз она так часто меняет мнение.

— Мы не можем проигнорировать приглашение, верно?

— Герцогиня — может, — напомнила тетушка, — но леди, которой нужна завершенная стажировка, не может. Решай, кто ты.

— Я уже выполнила ту работу, ради которой меня пригласили, так что желаю получить свою награду. Пусть барьеры и с некоторыми огрехами. — Тут мне стало стыдно.

Но не слишком. Реакция королевы на сплетни была обидной. Так что пусть в моих щитах и остались петельки, разрушить их все равно практически невозможно!

— Ты только не вздумай рассказать Ее Величеству про огрехи, — проворчала тетушка. — Да что там еще случилось?

Вернувшаяся в комнату Элиза виновато потупилась и тихонечко сказала:

— Милорд райн-Торланд приглашает леди райн-Рейвис на вечерний чай в малую беседку.