Страница 11 из 11
Провоцирует? Как топорно.
— Драконий бог милостив ко мне, — отвечаю я таким же бесстрастным тоном, как его лицо.
— Прошу, господа.
Мы рассаживаемся по креслам вокруг кофейного столика, и консул дает слугам знак накрывать на стол.
— Я хоть и отказываюсь от призыва зеркала, но эта тема очень интересует меня своей загадочностью. Ведь согласитесь, это так странно, что Драконий бог дает нам, Темным магам, возможность обрести дракона и сохранить магию за счет иномирянки.
Дракона беспокоит этот разговор. Ему очень не нравится, когда вмешиваются в столь сокровенные тайны Темных. А еще меня посещает едва уловимое ощущение потока магии. Осматриваюсь. Большая полукруглая гостиная с двумя каминами, сейчас спящими, тремя высокими окнами с бархатными шторами, потолок с росписью. Уголок вычурности и богатства в этой аскетичной башне.
Больше в комнате никого, даже слуг. Откуда это ощущение?
— Напрасно вы, ор Гирмур, отказываетесь от зеркала, — хрипит Мастер. — Это ограничивает ваши магические возможности и, опять же, не дает пробудиться дракону.
— Я считаю, что держать фактически в рабских отношениях женщину — это низко, — пожимает плечами консул. — Только представьте, вот так всю жизнь прожить без возможности любить и родить ребенка. Это же для женщины хуже смерти. Не так ли, ор Файр?
Он бросает на меня чересчур выразительный взгляд. Нет, он не может знать о моих отношениях с Ней. И о моих планах. И о том, что…
— Зеркало, ор Гирмур, — это дар Драконьего бога, — отвечаю я. — Если он распорядился так жизнью женщины, значит это самое правильное для нее.
Не верю. Я, Ругр его побери, сам в это не верю. Но так говорит закон, а я самый главный представитель этого самого закона.
Консул собирается что-то возразить, но тут двери гостиной распахиваются, и на стол перед нами выставляют несколько подносов с тарелками. А на тарелках небольшие тортики, буквально на пару укусов.
Следом подают чай, а Дариан приглашает попробовать лакомство. Валсиг с радостью берет один тортик и откусывает, с откровенным наслаждением прикрывая глаза.
— Ни с чем несравнимо, правда? — Консул удовлетворенно откидывается в кресле и выжидательно смотрит на меня.
С детства сладкое ненавижу. Дракон со мной солидарен целиком и полностью, так что меня совершенно не соблазняет угощение.
— Напрасно вы, ор Файр, не хотите дать шанс этому лакомству, — шутит консул. — Новая работница в одной из лавок нашего города — ну просто волшебница. Не знал бы, что у женщин не бывает силы, — подумал бы, что она магичит.
Новая работница? Дракон заинтересованно замирает. Кидаю взгляд на двери, через которые внесли еду. Но они закрыты.
— Кстати говоря, — также между делом замечает консул скорее риторически, не ожидая ответа. — Почему зеркалам никогда не разрешают использовать ту остаточную магию, что в них есть от Темных, на какие-то полезные дела?
— Потому что женщины слишком глупы, чтобы ее использовать правильно? — усмехается Мастер.
В его словах столько пренебрежения, что даже на его лице появляется кислая мина.
— Именно поэтому на них и лежит столько запретов, — продолжает он. — Они никогда не смогут осознать важности возложенной на них миссии. И в истории есть этому подтверждение. Взять хоть зеркало короля Хельдера, предка Его Величества.
История известная, но больше похожая на легенду. Согласно рукописям, именно она легла в основу запрета на отношения для зеркал.
Король был влюблен в свою иномирянку. Женился на ней, а когда она родила ему ребенка, портал открылся, и она вернулась. Так король остался без королевы и без зеркала, и это чуть не повергло страну в смуту, потому что многие захотели свергнуть правителя, когда он оказался слаб магически.
— Я почти всю жизнь потратил на поиски описания подобных случаев, имевших гораздо менее критические последствия, — скрипуче рассказывает Мастер. — И смог выявить одну закономерность.
Двери гостиной снова открываются, а подносы перед нами меняют на другие. По телу снова пробегает приятный теплый поток силы. Теперь гораздо сильнее, но все еще приглушенный. Как будто на речке запруду поставили.
— Скорее всего, Драконий бог дал пришлым возможность вернуться с одним интересным условием: они должны родить ребенка и оставить его тут, — заканчивает свою мысль Норр. — А запрет на отношения — как раз защитная мера, чтобы они не сбегали.
Драконье ухо улавливает тихий «ох» со стороны дверей. Резко перевожу туда взгляд и вижу, как за спинами слуг скрывается светловолосая макушка. Теперь точно нашел!
Глава 27
Побег технарей отвлекает того в белой форме, вызывает суету и беспорядки в квартале. Все поспешно собирают товары, прячутся в лавки, а я… пытаюсь отдышаться от испуга, когда Эйну буквально затаскивает меня в дом.
— Ну и чего ты устроила тут? — хмурится старушка. — Зачем ты это все? Ох…
Ее упрек кажется сильно несправедливым, но зато отвлекает от мыслей о том, что меня могли найти.
— Но я же спасла лавку, Эйну, — удивленно произношу я. — Разве это плохо?
— Спасла, — кивает она. — Да только чем это все теперь обернется-то? Догадывалась же я, откуда те деньги. Ну что теперь… Только последствия расхлебывать!
Он устало машет рукой, а я все больше ничего не понимаю.
— Но…
— Прибирайся, — Эйну хмуро на меня смотрит. — К вечеру гостей ждать будем. А ты, малец, тебе что, жизнь не дорога? Куда тебя понесло за этими орехами треклятыми?
Лейт, который вроде бы только повеселел после всего произошедшего, тут же сник.
— Я хотел Але приятно сделать, — Он дует губы. — Она же мне помогла.
— И как, сделал? Думаешь, ей было бы радостно, если бы тебя плетями на площади до смерти запороли за кражу? — Эйну не на шутку разошлась.
Я прижимаю к себе Лейта и глажу его по голове. Наверное, не педагогично… Но он правда хотел как лучше и, искренне говоря, меня сильно выручил.
— Эйну, все обошлось, — тихо произношу я. — Лавка цела, мы никому ничего не должны. Просто потихоньку все подлатаем, что-то придумаем с хлебом, может просто внесем разнообразие в выпечку. Я обязательно что-то придумаю…
— Какая же ты еще глупая, — роняет Эйну и уходит в свою каморку, оставляя меня без ответов.
Мы с Лейтом переглядываемся, понимая, что мы сделали что-то не то, но что — нам никто не собирается объяснять.
— Давай и правда приберемся, — говорю я и протягиваю ему одну из посудин, которые мы так и не успели отмыть.
Заканчиваю я уборку уже одна и ближе к полуночи, при тусклом свете лучины и тихом треске сверчка. Эйну после всего так и не вышла из комнаты, а я не пошла к ней, давая возможность отдохнуть и эмоционально переварить произошедшее. Я уверена, что она не хотела меня обидеть и потом обязательно все расскажет и объяснит. Но пока что ее лучше не трогать.
Вымотанный Лейт заснул прямо на скамейке, поэтому я отнесла его в ванную, где он спал накануне. О приличных спальных местах тоже надо будет подумать. Эйну мы теснить, конечно, не будем, но обустроиться как-то нужно. Иначе моя спина долго не протянет.
Черпаю воды и подхожу к цветку, который я столкнула на макушку сборщику налогов.
— Ну что, дружок, будем обживаться? Но, когда хочется выжить, ведь готов приложить все силы, правда? — Я выливаю черпачок под корень и бросаю взгляд на темное окно, в котором под бликами свечи отражается мое уставшее лицо.
Я справлюсь. Даже если меня найдет этот маг, я справлюсь. Почему-то при мысли о встрече с ним, по коже пробегают мурашки, но я не могу понять: от радости или ужаса. Это так работает привязка зеркала к магу? Где бы найти побольше информации об этих сложных отношениях?
Вдруг за окном мелькает фонарь, а потом раздается стук в дверь. В голове мгновенно проносятся сразу самые плохие предположения. Меня нашли? Меня сейчас взвалят на плечо, как мешок с картошкой, и увезут?
Стук повторяется. И я решаюсь: открываю дверь и немного замираю. На пороге стоит… сам консул.
— Доброй ночи, — улыбается он. — Извини, дела были, не мог раньше заглянуть. Впустишь?
— Смотря, с чем вы пришли, ваша светлость, — отвечаю я, не спеша пропускать его.
— Как сразу официально, — хмыкает мужчина. — Но мне нравится, что дерзость никуда не делась.
Я молчу и жду, это вызывает у него улыбку.
— Хорошо. Тогда… — кивает консул и делает шаг назад. — Уважаемая ора…
— Альвия, — говорю я то имя, которым назвалась при обряде.
— Уважаемая ора Альвия. По праву консула я официально разрешаю вам наемную работу в Маргорде, а также делаю заказ на вот эти ваши замечательные маленькие торты, которыми вы сегодня угощали меня. Срок — завтра после обеда.
Все это было сделано с серьезным чопорным лицом, но смешинкой в глазах, заметной даже в слабом свете фонаря.
— Я не успею, — отрезаю я. — У меня нет ни ингредиентов, ни времени, чтобы это повторить.
— Еще до рассвета у тебя будет все, что тебе нужно. А если не хватает рук, то и дополнительная рабочая сила. — Консул наклоняет голову набок и ждет, чем я теперь отговорюсь.
Что-то внутри меня подсказывает:о есть тут что-то, чего мне стоит опасаться.
— Благодарю за помощь со сборщиком налогов…
— Не стоит, — качает головой он. — Этот парень давно нарывался. Альвия, ты не поняла. Не принимаю отказа. Но плачу щедро.
Прикрываю на мгновение глаза, делаю глубокий вдох. Меня ждет еще одна сложная, почти бессонная ночь.
— Хорошо, — сдаюсь я и перечисляю то, что мне нужно, и сроки.
— Вот и славно. — Консул улыбается уголком рта, собирается уйти, но в последний момент, словно что-то вспомнив, оборачивается. — И да, жду тебя саму. Я же должен передать тебе разрешение?
И да. Это тоже не приглашение и не вопрос.
За ночь я не то что не прилегла, я не присела. Через полчаса после визита консула мне принесли все, что я запросила, и даже больше. Кроме тех пирожных, которые приготовила сегодня, я решила сделать еще два варианта, чтобы не было однообразно. И это заставило меня окончательно выбиться из сил.
Эйну утром продолжила неодобрительно смотреть на меня, но не пустила помогать ей с хлебом, отправила на свою кровать на пару часов, которые я могла отдохнуть.
Вместе с продуктами Рой, или как там на самом деле зовут консула, прислал мне красивое платье, которое, как я поняла, предполагалось надеть для посещения консульской башни. Я не хотела его даже примерять, но Эйну сказала, что с властью не шутят и ей не перечат, поэтому я сдалась.
К назначенному времени, я вместе со слугами стояла за высокими распашными дверями гостиной, где, как мне сказали, и принимал гостя консул. Мне передали, что меня просили зайти после второй смены блюд, поэтому я стояла там рядом, у окна с широким подоконником и витражным узором в виде цветка с короной.
Вся башня кажется мне странной: вроде бы это что-то вроде дворца главного человека в городе, но при этом тут все так строго и аскетично, словно это военное здание. Максимум украшений, которые я видела, — вот эти самые витражи и гобелены со сценами сражений или какими-то гербами.
А эти двери… Высокие, резные, покрытые белой краской и поталью. Когда они первый раз открывались, я заметила, что внутри тоже все очень богато и помпезно. И вот теперь я должна туда войти, я действительно рада, что не отказалась от платья, которое мне послал консул.
Мне даже неловко ловить на себе взгляды молодых стражников в башне. Интересно, теперь маг так же отреагировал бы на мой внешний вид? Так же пренебрежительно смотрел бы?
Как раз в этот момент слуги открывают двери для второй смены угощений, я отлепляюсь от окна, чтобы зайти внутрь, и поправляю платье. Из гостиной доносится хриплый высокомерный голос:
— Скорее всего, Драконий бог дал пришлым возможность вернуться с одним интересным условием: они должны родить ребенка и оставить его тут. А запрет на отношения — как раз защитная мера, чтобы они не сбегали.
Из груди вырывается испуганный «ох», и я тут же закрываю рот рукой. Потому что, когда поднимаю взгляд, вижу… ЕГО!
Темный, тот самый ор Файр, сидит на кресле. И удивительно, как одна уверенная поза сразу красноречиво говорит о том, что среди всех присутствующих в гостиной именно он имеет самый высокий статус. Темные волосы, внимательный, убивающий взгляд и сильные ладони, напряженно сжимающие ручки кресла.
Тело реагирует быстрее, чем голова. Я тут же делаю шаг назад, прячась за одним из слуг, а потом пускаюсь бегом. Прочь!
Увидел ли? Узнал ли? Может ли мне повезти так, что он не успел меня заметить?
Я не помню, как я оказываюсь в лавке Эйну. Она видит мое испуганное лицо.
— Рой что-то тебе сделал? — напряженно спрашивает она.
— Нет, — сдавленным шепотом отвечаю я. — Он тут. Он…
— Ох, Аля… — только и выдыхает старушка. — Чуяло мое сердце…
Дверь распахивается без стука, а на пороге возникает Темный.
— Побегала? — насмешливо спрашивает он. — Собирайся, ты идешь со мной.
Гл
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
