– А байк куда я дену? Здесь не оставлю, – ворчливо, с отцовскими интонациями, отозвалась она, хотя сегодня ей вдруг захотелось проехаться с братом в машине, остановиться в каком-нибудь кафе и поговорить с Марком без свидетелей. О чем? Да ни о чем важном.
Брат медлил, не торопясь прощаться, и Люсинде подумалось, что он хочет о чем-то ее спросить. На мгновение ей показалось, что о шамане – навещала ли она того дома. И Люсинда почему-то испугалась этого: что бы она ни ответила, Марк задаст второй вопрос, и разговор на тему, на которую она опасалась разговаривать здесь, неумолимо завяжется. Ей не хотелось так – впопыхах, на ногах, у подножия лестницы в родительский особняк, в котором у каждой стены – глаза и уши. Касаться этой деликатной, почти интимной темы в таких условиях для Люсинды было сродни тому, чтобы в грубых, испачканных черноземом рукавицах хватать за хрупкие крылья экзотическую бабочку.
– Увидимся, – неловко оборвала девушка разговор и надела красный шлем. Брат проводил ее задумчивым взглядом. И, уже усаживаясь на байк, Люсинда догадалась, что спросить Марк хотел совсем не о шамане.
Ну что ж, так даже лучше, что она быстро распрощалась. Люсинда сорвалась с места и отправилась к воротам, которые сами распахнулись, как в сказке, выпуская ее из заколдованного царства на волю.
* * *
Утро началось с плохого: все сообщества мотоциклистов всколыхнула новость, что накануне разбилась байкерша со смешным ником Енот. Девушка была известной, популярной, красивой и харизматичной. Макс о ней слышал, но никогда не пересекался в комментариях.
За завтраком он быстро пролистал новости. Девушка не справилась с управлением нового тяжелого байка и влетела в отбойник средь бела дня на глазах у множества свидетелей. Ее гибель не имела отношения к их делу: потенциальными жертвами таинственной незнакомки по имени Арина становились мужчины определенного типажа. Но трагедия лишний раз напомнила Максу, как мало они продвинулись в расследовании.
Запивая горький осадок, оставленный новостью, не менее горьким кофе, он прошелся по своим фальшивым профилям. Пусто. Никакие призраки ему не писали. И, конечно, написать не могли: Гера правильно заметил, что вряд ли на том свете провели интернет. Если здесь на самом деле орудовало нечто бестелесное, то, скорее всего, действовало через живого человека, который и сидел на форумах.
Дело было непростым, запутанным, да еще из мыслей не выходило субботнее происшествие. Вчера, в воскресенье, Максу удалось ненадолго отвлечься во время прогулки с Мариной по парку, но уже вечером, оставшись в одиночестве, он снова мониторил всевозможные новости и упоминания о похожих случаях. И пока ничего подходящего, такого, на что бы сработала интуиция, не находил. Но можно еще попытать удачи, используя недавно созданную программу Геры, в которую они успели внести бо?льшую часть информации из книг Сергея Степановича.
Оставив везде, где только мог, комментарии с соболезнованиями, Макс добавил в фальшивые профили пару старых фотографий собственного байка. Снимки с мотоциклом Люсинды он удалил: если оставить только фотографии с фотосессии, красивые, яркие, профиль будет выглядеть слишком искусственным. Да и место съемок, а значит, нахождения их офиса можно вычислить из-за окружавших двор зданий.
Макс сполоснул чашку, захватил ключи, куртку и вышел из квартиры.
Ровно в девять все собрались у него в кабинете: на сегодняшнее утро были запланированы поездки, поэтому не стали тратить время на чай и неторопливую подготовку к работе. Гера разложил на столе несколько распечаток, на одной из которых была карта Москвы, на другой – области, и обвел все ладонью.
– Макс, я отобрал подходящие профили. Но наверняка мы кого-то пропустили, а кого-то посчитали зря. По первому парсингу, то есть сбору, получилось тысяча двести тридцать восемь профилей.
Макс невольно присвистнул. Но Гера не смутился и продолжил:
– Я сузил круг поисков. Делал это несколько раз. Прогонял инфу о жертвах через мою программку…
Разглядывая на карте Москвы отметки в виде кружочков, Макс подумал, что Гера создал отличную базу данных для их деятельности. Коллега же, увлекшись, уже рассказывал про то, как сужал круг искомых. За основу он взял количество зарегистрированных в столице и области мотоциклов. Цифра оказалась внушительной и перевалила за сотню тысяч. Потом Гера оставил только мужчин, вывел процентное содержание тех, кто вел социальные сети, сделал фильтр по возрастному признаку, затем по внешнему. Слушать было интересно, но время поджимало, поэтому Макс перебил:
– Сколько в итоге профилей, Гер?
– Почти пятьсот.
Макс опять присвистнул.
– Я снова прогнал через аналитическую программу профили погибших, ввел еще несколько данных, в том числе семейное положение, поскольку все погибшие – свободны. Короче, осталось восемьдесят четыре. Но кто-то из этих чуваков уже, может, и побрился, и волосы отрастил. Анализ был на основании профилей со старыми фотками. Кто-то еще не указывает семейный статус, может быть женат, а мы посчитали за холостого.
– Мда, – вздохнул Макс. Кого из этих мужчин наметит в следующие жертвы неуловимая Арина? Да и существует ли она на самом деле? Он сказал бы, что они гоняются за призраком. Но они на самом деле гонялись за призраком.
– Я отметил на карте районы, кто где примерно живет. Но это тоже вряд ли что нам даст.
– Ничего не даст, – согласился Макс, понимая, что они зашли в тупик. Предупредить всех восемьдесят четырех человек сложно: даже если сделать рассылку сообщений по личкам, какой процент байкеров примет к сведению предупреждение об опасности?
К тому же шансы, что призрак выберет в качестве жертвы его, восемьдесят пятого, свелись вообще к ничтожной вероятности. Макс почесал зудевший под временной татуировкой шрам и хмыкнул.
– Можешь уже сбрить свою кавказскую щетину, начальник, и начать отращивать волосы обратно. Надеюсь, ко мне на свадьбу не в таком виде явишься, – подлила масла в огонь Лида, барабаня по столу длинными алыми ногтями. Он окатил ее инквизиторским взглядом, и ведьма невинно улыбнулась.
– Я думаю, раз один за другим погибают люди одного типажа, Арина не добралась до нужного человека, не знает точно, кто он. Считаю, что тот чел, который чем-то эту кровавую мстительницу обидел, жив и здоров.
– Значит, считаешь, что эта Арина мстит? – вклинилась Лида и поправила отросшие уже почти до плеч волосы.
– Однозначно. Она или убивает потому, что эти мужчины похожи на ее обидчика, или пытается добраться до настоящего виновника, но при этом губит невинных. В последнем случае она сама остановится, когда доберется до нужного. И, скорей всего, находится в Гериной выборке. Так что личные блоги все равно изучать придется.
– Бро, я могу взломать профили погибших, залезть в переписку и поискать там следы Арины. Ну или того, кто писал за нее, – легко предложил хакер, но Макс настороженно покосился на присутствовавшего на собрании Андрея и качнул головой.
– Гер… Давай к такому… хм, способу будем прибегать в самом крайнем случае. А лучше вовсе не прибегать. Мы не можем рисковать, чуть что залезая в личные переписки.
До этого деятельность Геры сходила им с рук: дело было то ли в везении, то ли в таланте хакера. Но подставляться снова Макс не желал.
– Действовать будем тихо и легально.
– Ладно, начальник, – легко согласился хакер, будто поняв, что шефу не хотелось упоминать такие моменты при новеньком, и подмигнул:
– У меня большой опыт… работать тихо. До нашего агентства скромно сисадминил по будням в одной маленькой конторке.
– А по выходным нескромно взламывал Пентагон, – брякнул Макс. Но Гера вдруг переменился в лице, и Макс моментально пожалел о своей шутке.
– Та-ак… Только не говори мне, что это и делал.
– Ну, пусть не Пентагон, – заулыбался Гера уже смущенно. – Но на семь лет чуть не влетел.
Макс едва удержал челюсть.
– Вашу… – протянул он в полной тишине и поскреб вновь зачесавшийся шрам. – Господи, что ж ты там хакнул?
– Лучше тебе не знать, начальник, – развел руками Гера и неожиданно тонко хихикнул.
– А может, наоборот, лучше знать? – угрожающе прорычал Макс, но, спохватившись, пробормотал уже едва слышно:
– Как меня достали ваши личные секреты.
Хакер продолжал невинно улыбаться, как если бы признался в том, что доел остатки чужой шоколадки из холодильника, а не приоткрыл завесу своего «модельного прошлого».
Люсинда с Мариной едва заметно переглянулись, Лида сидела с выпрямленной спиной и натянутой улыбкой: она, конечно, знала о темных пятнах на репутации своего жениха. Андрей же с безразличным видом колупал заусенец. Макс задержал на нем взгляд чуть дольше, чем на остальных. Он так и не мог разгадать этого человека. Все задания Андрей выполнял беспрекословно, никогда не спорил, не усмехался скептически. Но при этом не проявлял инициативы, не принимал участия в обсуждениях, если его не спрашивали специально, в основном слушал – и это настораживало Макса больше всего.
– Ладно, эту тему пока оставим. Что у нас по пропавшим девушкам с похожими приметами?
– Ответила только одна поисковая организация, – вздохнула Марина. – Пропавших Арин было две. Одной пятьдесят четыре года, второй шестнадцать лет, и ее уже нашли.
– Ясно, – помрачнел Макс. – Гера?
Программист должен был собрать опубликованные в публичном пространстве объявления об исчезнувших девушках с похожими приметами: длинноволосые блондинки, возраст двадцать-тридцать лет.
– Арин всего три. Двух уже назвала Марина, третья проживала вообще во Владивостоке. И она брюнетка. А длинноволосых блондинок нужного возраста четыре, и они тоже не из Москвы или Подмосковья.
– Все равно пришли мне объявления о пропаже этих девушек. Вместе со списком ссылок на блоги.
– Макс, я в обеденное время встречаюсь с одним человеком из мототусовки, Шмелем. Он пользуется большим авторитетом, многих знает. И вообще классный, – вмешалась Люсинда.
– Хорошо. Узнай, не помнит ли он среди байкерш некой Арины. Или, может, это была чья-то подружка?
– Да, именно это и хочу выяснить.
– Вся надежда на тебя, Люси.
– Ок, – в своей манере кратко ответила напарница.
– Так, переходим ко второму делу.
Начал Макс с того, что рассказал о случившемся в аэропорту два с половиной месяца назад. О том происшествии не знали только Лида и Андрей. Макс упомянул неудавшийся ужин в ресторане в субботу и провел параллель с заданием от их нового клиента Юрия Петровича.
– То ли ты с этим мужиком как-то синхронизировался, то ли вам обоим одни и те же голоса глаголят. И, значит, этот мужик – медиум, – сделал вывод Гера.
– Возможно. Я пока еще не могу понять, предупреждают ли эти внезапные «эфиры» об опасности или, наоборот, провоцируют несчастья. Могло быть так, что к аэропорту уже направлялся неисправный самолет, а в ресторане возникли проблемы с проводкой, и мертвые попытались через меня предупредить о грядущей беде. Тогда, получается, я просто удачно оказался в этих местах. А может, и так, что вначале звучат эти голоса, а потом происходит что-то плохое. В одиннадцать я встречаюсь с нашим клиентом у него в офисе. Задам ему всякие вопросы. У вас же в одиннадцать – очищение квартиры, в которой по ночам сами открываются дверцы шкафчиков.
– Может, все дело в том, что дверцы плохо прикручены, – хохотнул Гера.
– Вот и прикрутишь, – невозмутимо парировал Макс. – Вернее, прикрутит Андрей.
Расследования расследованиями, но текучки у них тоже было хоть отбавляй. Он обвел взглядом собравшихся и, пусть все уже было оговорено накануне, повторил:
– Люси, Лида, Марина, вы поедете с Андреем на эту квартиру.
С недавних пор они перераспределили некоторые обязанности. Люсинда, как и раньше, чувствовала негатив и указывала на нужные места. Лида после утраты, как она упорно считала, силы, свои обязанности выполняла не полностью: проводила ритуал очищения, но запечатывать результат после окончания работы поручили теперь Марине, которая усиленно изучала руны. Марина использовала созданную еще бывшим шефом-рунологом формулу. Обе девушки продолжали сомневаться в своих силах, но хотя бы не отказывались выполнять задания. Макс надеялся, что со временем и одна, и вторая примут свои способности и раскроют их.
– Гера, ты сегодня в офисе. Но тебе тоже есть чем заняться. Скинь мне все профили, которые ты отобрал. Изучу после возвращения.
Спорить никто не стал. Поняв, что собрание завершено, все вразнобой поднялись и, переговариваясь, вышли собираться.
Глава 7
Компания, в которой работал клиент Юрий Петрович, находилась в здании бывшей фабрики, переоборудованной под современные офисы. Макс отправился заранее, но все равно из-за столичных пробок приехал впритык. Ему только и хватило времени на то, чтобы получить пропуск, поставить машину на находившуюся неподалеку от въезда стоянку и уже бегом отправиться к нужному строению.
К счастью, на проходной его не стали задерживать: Макс только показал пропуск и свои права, и ему дали пройти.
Юрий Петрович назначил встречу не в кабинете, а в небольшой переговорной, находящейся на первом этаже. В ожидании Макс, сунув руки в карманы черных джинсов, обвел взглядом помещение. То напоминало изнанку кубика: идеально квадратное, без окон, с серо-желтоватыми, как газетная бумага, обоями. Вдоль одной из стен выстроился ряд стульев с мягкими сиденьями, посреди переговорной стоял низкий и с виду не очень удобный овальный стол на тонких, широко расставленных ножках. По обе стороны от стола располагались два офисных кресла. Единственной деталью «уюта» в этой коробке была кадка с пальмой. Макс усмехнулся, предположив, что такое невзрачное и неуютное помещение не способствует заключению сделок. Разговорится ли Юрий Петрович? Может, он специально выбрал такую переговорную, намекая, что беседа не будет откровенной и продлится недолго?
В последних предположениях Макс не ошибся. Заказчик пришел ровно в одиннадцать и с порога, недовольно хмуря брови, объявил:
– У нас двадцать минут. Потом у меня совещание.
Что ж, с самого начала было понятно, что клиент непростой. Кто-то шел на контакт сразу, кто-то закрывался и вел себя так, будто делал одолжение сотрудникам агентства. Но последних, к счастью, было меньшинство: обычно за помощью к необычным специалистам обращались уже тогда, когда все традиционные способы решить проблему оказывались исчерпаны.
– Тогда не будем терять время. Я задаю вопросы, вы быстро и четко на них отвечаете, – с тонкой улыбкой принял правила Макс. Юрий Петрович едва слышно хмыкнул и недовольно завозился в узком кресле, которое было ему мало.
– Вопрос первый, – Макс невозмутимо раскрыл блокнот и приготовился записывать. – После каждого случая контакта с вами мертвых не происходило ли потом что-то нехорошее?
– Так, значит, это все же мертвые со мной связываются? – сурово спросил мужчина.
– Юрий Петрович, не отвлекаемся. У нас всего двадцать минут.
Клиент недовольно крякнул и пробормотал что-то неразборчивое. Макс, не поднимая взгляд от блокнота, нетерпеливо постучал ручкой по чистой странице.
– Ничего, насколько я знаю. За исключением того случая из детства.
– И никаких знаков, как в первый раз? Неприятных запахов, странных привкусов?
– Нет.
– Хорошо, – Макс сделал пометку. – Второй вопрос.
– У нас какой-то допрос получается, – усмехнулся клиент, и Макс поднял на него взгляд.
– Вы же сами ограничили время беседы. А у меня к вам достаточно непростые вопросы, на которые хотелось бы получить ответы сегодня.
– Ладно. Палец вам в рот не клади, – засмеялся вдруг Юрий Петрович. – А знаете, вы мне нравитесь. Я очень сомневался, идти ли к вам. Больно уж вы и контора странная, и сами такие молодые.
– И выглядим необычно, – с веселой ухмылкой поддакнул Макс и выразительно посмотрел на часы.
– Да ладно вам дергаться. Совещание у меня на самом деле через час. Давайте ваши вопросы. Больше не отвлекаюсь.
Макс не стал никак комментировать уловку клиента, но мысленно перевел дух: похоже, есть шанс выстроить такой нужный для работы легкий диалог.
– Юрий Петрович, скажите, не случалось с вами серьезных болезней, несчастных случаев? В детстве или недавно, перед тем, как вы снова услышали эти голоса?
– Намекаете на мое психическое состояние? – вновь насторожился заказчик. Но Макса его вопрос не сбил с толку.
– Нет. Хочу понять, дар ли у вас медиума открылся – а для этого должна быть какая-то предпосылка. Или вы случайно ловите волну мертвых.
Он умолчал о том, что в случайности верит мало. Но Юрий Петрович уже выцепил то, что посчитал для себя важным:
– Только этого еще не хватало… Медиум! Нет, со мной не случалось ни несчастных случаев, ни серьезных болезней. Лишним весом вот только страдаю, а из-за него одышка, боли в коленях. Да когда-то давно сердечный приступ был, о нем я упоминал. Но это же ведь не то, что вы ищете?
– Нет.
– Ну ничего другого не было. К счастью.
– Ясно. Тогда вопрос про сильные потрясения. Может, какое-то происшествие настолько повлияло на вас, что…
– После него я стал медиумом? – насмешливо перебил клиент, и Макс мысленно вздохнул. Так они и за час не справятся.
