Доказательств измен Витали у него не было. Умело маскировался, говнюк! Умело. До поры до времени. Вон, даже любовницу свою на свадьбу пригласил. А после регистрации брака решил, что всё, никуда теперь жена молодая не денется, и расслабился.
Идиот, как есть идиот! И что только Илька в нем нашла?
Тихон уже хотел подойти к машине Ильки и предложить отвезти её в другую гостиницу. Дальше бы он придумал, что делать и как быть. В конце концов, объяснил бы всё Валерию, он дочь любит, хоть и предал память о её матери.
И только Тихон собрался подойти к машине, в которой рыдала Илька, как во двор въехал джип и встал рядом с её машиной.
Тихон, прячась в тени, подошел ближе и приготовился действовать, но из джипа вышла женщина. Вот она-то и успокоила Ильку - Тихон не слышал их разговора, но, поглядывая одним глазом в их сторону, пробивал инфу по номеру автомобиля о женщине.
Пробил. Даже уже вон Слободскому отчитался. И вот теперь Анжела привезла Ильку к себе домой. То, что именно так и будет, Тихон понял сразу. Как? А черт его знает. Не была эта Анжела похожа на стерву. А еще она чем-то напоминала ему Иришку, маму Ильки.
— Что ж, до утра вы точно никуда не денетесь, а потом мы за вами, красавицы, по-другому последим! — с этими словами Тихон прикрепил жучок-следилку на днище джипа Анжелы и уехал в отель, где продолжала гулять свадьба.
Глава 7
Илька проснулась от звонка на телефоне. Сначала дернулась посмотреть, кто звонит, потом вспомнила, что телефона-то у неё сейчас и нет. Выкинула вчера, когда сбегала.
— Да, Слав! — услышала Илька голос сначала только Анжелы. — Как Верта рожает? Когда схватки начались?
Видимо, хозяйка по привычке поставила звонок на громкую, потому что Илька услышала мужской голос:
— Анжел, да не знаю я, когда! Домой под утро пришел. Тачку надо было одну срочно доделывать. Пришел, спать бухнулся. А сегодня утром проснулся оттого, что Верта скулит, Танька орет на неё, что всю ночь спать ей не давала.
— Твою мать, Чернов! Я твою Таньку, дуру, придушу собственными руками! Ты знаешь, что я животных больше люблю, чем людей. У неё собака рожала, а она, тварь, спать, видите ли, не могла!
Фоном было слышно собачье поскуливание. Илька подскочила в кровати и рванула на голос Анжелы, найдя ту на кухне. Анжела варила кофе и говорила по телефону, положив тот на столешницу рядом.
— Пулей ко мне! Верту на руках до машины неси! И, Слав, дуру свою с собой лучше не привози. Плевать я хотела на то, как ты с ней живешь, но в моей клинике ей делать нечего! Ты меня знаешь, придушу.
Анжела сбросила разговор и повернулась к девушке, застывшей в дверном проеме:
— Извини, я на работу. У меня там пациентка рожает, — Анжела выключила газ под туркой.
— Ты ветврач? — почему-то эта информация Ильку удивила.
— Да. Непохожа?
— Нет. Совсем. Я думала, что у тебя, ну не знаю, свои спа-салоны.
— Нет, — Анжела рассмеялась. — Верта — немецкая овчарка моего хорошего друга. Роды первые, боюсь, и последние.
Анжела пошла в спальню, Илька за ней хвостом:
— Верта умрет?
— Надеюсь, спасем девочку. Успеем. А вот за щенков не ручаюсь. Не знаю, что там за кобеля нашей девочке нашла та идиотка. Веришь, мужик под два метра ростом! Кочергу в узел? Да легко! А бабу свою на место поставить не может. Пока он вот так же чью-то эксклюзивную тачку полночи ремонтировал, эта дура отвезла Верту на случку, мол, кобель элитный, щенки будут дорогими. Ага! Только не учла, тварь, что нельзя было на первую случку к крупному кобелю везти. Щенки очень крупные, беременность первая, вот и не доносила наша девочка.
Анжела, нисколько не стесняясь Ильки, открыла шкаф-купе, достала из него вещи и тут же начала переодеваться. А Илька невольно зависла, рассматривая огромную, на всю спину, татуировку дракона.
Женщина быстро натянула простую футболку и развернулась к Ильке, успела увидеть удивление на её лице и, усмехнувшись, пояснила:
— Нет, я не сошла с ума на старости лет. Там, под этим красавцем, шрамы. На пляже теперь хоть раздеться не стыдно.
— Шрамы?
— Иль, я тебе вечером всё расскажу, если не передумаешь. Мне пора. Там в холодильнике полно еды. Бери что хочешь, а если умеешь готовить, то можешь даже что-нибудь сварганить на ужин. Буду благодарна.
— Умею. Сготовлю.
— Договорились! — Анжела уже обувалась в прихожей. — Так, если вдруг кто-то будет в дверь звонить, никому не открывай, гости ко мне не ходят. Всё! Дома нет никого! Компьютер на столе. Можешь пользоваться, пароля на нем нет. Но, думаю, понимаешь, что в свои аккаунты тебе не надо входить.
— Понимаю.
— Хорошо, что понимаешь. Всё, я уехала! — с этими словами Анжела вышла из квартиры, закрыв её на замок.
Илька видела, как женщина села за руль своего черного монстра и рванула со двора.
— Хоть бы спасли Верту! — прошептала Илька вслед Анжеле.
Странно, но переживания за чужую собаку вытеснили собственные. А еще Ильке хотелось хоть как-то порадовать хозяйку, и она открыла холодильник, заглянула в морозилку и порадовалась тому, что есть из чего приготовить вполне приличный обед и ужин.
Анжела вернулась домой поздно вечером.
Илька, услышав, что в замке поворачивается ключ, вышла в прихожую встречать хозяйку.
Анжела вошла, на автомате разулась, вымыла руки и прошла на кухню. Илька за ней по пятам.
Женщина тяжело опустилась на стул, привалилась к стене и прикрыла глаза.
— Я тут суп с фрикадельками сварила. Гуляш с гречкой сделала. Будешь? — Илька села напротив Анжелы.
— Су-у-уп с фрикадельками? Гуля-я-яш? Ты серьёзно? — Анжела распахнула глаза и смотрела на девушку, сидящую напротив, с интересом, та смущенно кивнула. — Буду! И суп буду, и гуляш! А то я сегодня на одном кофе целый день.
Илька кинулась кормить хозяйку.
Анжела сидела, наблюдала за тем, как ловко девушка накрывает на стол, разогревает еду, ставит перед ней ужин, и молча удивлялась.
Пахло вкусно. Решив рискнуть и попробовать еду, приготовленную девушкой, Анжела зачерпнула первую ложку, потом вторую, потом еще. Прожевала и наконец выдохнула:
— И кто б мне сказал, что девочка из богатой семьи умеет так вкусно готовить! Откуда, кстати, умения?
Илька довольно улыбнулась:
— Спасибо. Мы с Наташкой, пока в Лондоне учились, на одного кулинарного блогера подписались. Не хотели есть то, чем там в их заведениях кормят. Жирно, остро и невкусно. Там, вдали от дома, очень хотелось домашней еды, ну вот мы и начали сами готовить. Втянулись. Нам даже нравилось.
Илька, увидев, что Анжела съела суп, подхватила пустую тарелку и поставила перед женщиной гуляш.
— Я там у тебя в морозилке покопалась, и вот, что нашла, из того и готовила.
— Иль, очень вкусно, правда! — Анжела похвалила от души и второе блюдо. — Спасибо. Давай я тогда хоть кофе нам сварю по своему фирменному рецепту. Будешь?
— Буду, — девушка улыбнулась. Ей было хорошо в компании этой необычной женщины. — Только, Анжел, скажи, как там Верта? Как всё прошло?
Анжела, услышав этот вопрос, развернулась от плиты, где колдовала над туркой с кофе:
— Переживала?
— Да.
— Верта выжила, а вот щенки нет. Пришлось оперировать. Сама она разродиться не смогла бы. Слишком крупные. Их не спасли.
Анжела тяжело вздохнула и, повернувшись к Ильке спиной, следя за кофе в турке, продолжила:
— У нас сегодня не ветклиника, а роддом. Привезли сбитую дворнягу, и тоже беременную. Вот там уже не спасли мать. Как она вообще-то их выносила? Тощая до жути. Троих родила. Вот их мы Верте и подложили.
— Приняла?
— Приняла, — Анжела тепло улыбнулась. — Но это еще не весь выводок!
— Что? Как это?
— Двух котят нам сегодня подкинули. Породистые, но с врожденными дефектами. У одного хвоста нет, у другого уха.
Анжела развернулась к столу, поставила перед Илькой чашку с кофе и договорила:
— Так бывает, когда производители сводят кошку и кота из одного помета. Котята породистые, вот эти твари и рубят бабки. Нам двоих подкинули, но, думаю, там еще двое или трое есть. Скорей всего, те нормальными родились. Утопить дефективных котят у тех тварей рука не поднялась, вот они нам их и подкинули. И теперь у Верты пять детей. Три щенка и два котенка.
— И котят приняла? — Илька ахнула — она слушала Анжелу, забыв про кофе.
— И котят приняла, — Анжела улыбнулась.
— А хозяин что?
— Славка-то? И он принял! Куда ж ему деваться? Завтра заберет из клиники счастливое семейство. Порадовал вот новостью, что Таньку выставил из дома. Сказал, мол, ладно она передо мной кочевряжилась, но перед собакой-то за что?
— Да уж…
— Ну вот так и живем, — Анжела невесело улыбнулась. — Кстати, Славка обещал тебе старенькую, но на ходу машинку подогнать. Есть у меня одна мысль, куда тебя спрятать. Но туда пешком не дойдешь. — Кста-а-ати! — с этими словами Анжела вытащила телефон из сумки, проверила входящие и выругалась сквозь зубы, пояснив:
— Я ему вчера сообщение писала, он мне сегодня перезванивал, а я не слышала. Поставила на беззвучный, когда пошла роды у Верты принимать, да забыла потом убрать.
Женщина кинулась писать сообщение. Кому и что именно писала Анжела, Илька не поняла, но переспрашивать не стала. Видимо, тот неизвестный отвечал сразу, потому что Анжела начала улыбаться.
Илька, решив, что это личное дело женщины, выпила кофе и принялась убирать со стола и составлять посуду в посудомойку. К тому моменту, когда она закончила и развернулась к Анжеле, та всё еще переписывалась в телефоне, правда, уже хмурилась, но строчила ответы быстро.
После очередного отправленного сообщения телефон Анжи пиликнул коротким звуковым сигналом, она тут же сняла трубку:
— Дим, выслушай сначала, а потом уж… — чтобы не мешать женщине, Илька тихо вышла из кухни и прикрыла за собой дверь.
Глава 8
— Так, Иллария, повторяю: на семидесятом примерно километре от города будет указатель на “Ореховку”. Свернешь там. Потом едешь прямо до знака “Город”, — в который уже раз начала Анжела объяснять дорогу.
— Там будет резкий поворот направо, — подхватила Илька объяснения своей новой знакомой, — сворачиваю и еду до упора в высокий и глухой забор. Всё так?
— Да, — Анжела кивнула и протянула девушке черный парик, солнечные очки, скрывающие половину лица, и губную помаду красного цвета. Пояснила:
— Для подстраховки! Камеры на всех перекрестках. Глупо будет спалиться. А в этом прикиде тебя мать родная не узнает.
Илька послушно натянула парик, грустно подумав: “Мама бы узнала”.
Но мамы нет вот уже больше десяти лет, отец женился во второй раз. Понятное дело, на молодой и здоровой. Сейчас у них уже есть один сын и совсем скоро родится второй, а она… Она лишнее звено, как правильно назвала её Анжела.
Илька отучилась за границей, мечтая помогать отцу, и вернулась, полная сил и энтузиазма. Строила планы, делилась ими с отцом. Отец соглашался, а сам за спиной искал ей мужа. И нашел - сына одного из своих деловых партнеров.
Только вот узнала Илька о том, что Виталий — всего лишь нужный отцу человек, не сразу. И опять же, когда узнала, радовалась, что всё так удачно складывается!
— Мы с Виталиком любим друга и работать будем вместе, — делилась Илька со своей единственной подругой планами на жизнь.
Только вот Наташка не верила Виталику, так прямо и говорила ведь Ильке! А она, дура, не хотела слышать. Даже чуть с подругой не поругалась из-за него.
“Господи, ну разве можно быть такой дурой, а?” — в который уже раз за эти несколько дней задавала Илька сама себе вопрос.
— Всё, давай, красавица! Поезжай с богом! — напутствовала Ильку Анжела, вырвав ту из лап самобичевания. — Отставить вешать нос! Нас просто так не сломать!
Илька улыбнулась женщине, а Анжела со вздохом продолжала:
— Я сделала всё, что могла, остальное не в моей власти! Дмитрий мужик, конечно, непростой, но если он к тебе проникнется пониманием, то всё, считай, ты всех победила. И муженька своего новоиспеченного, и папашку с его новой женушкой.
— Спасибо, — в который уже раз произнесла Илька этой удивительной женщине. — Если б не ты, не знаю, чтобы я делала. Правда!
— И вот еще что, Иля, — замялась вдруг новая знакомая и как-то несмело улыбнулась, — всё не знала, как тебе сказать. Ты, когда Дмитрия увидишь, не пугайся, ладно?
— А сейчас поясни! — Илька озадачилась.
— У него лицо в шрамах. Страшных, уродливых даже. Не спрашивай, не знаю подробностей, что там да как было. Он не говорит об этом, но и операцию не делает. Думаю, у него там свои гештальты. Одно могу сказать точно — Дмитрий мужик не злой, хоть и нелюдимый. Связь у меня с ним только через один номер телефона, была… Психанул, занес меня вчера в черный список, ну неважно! Как занес, так и вынесет обратно. Куда он денется? — Анжела беззаботно отмахнулась. — Короче, если он не будет верить тебе, пусть меня наберет. Я всё подтвержу.
— Анжел, не думаю, что шрамы на лице у этого незнакомого и таинственного Дмитрия страшнее, чем те, что сейчас у меня на сердце. Опять же, мне за него не замуж выходить. Хватит, вышла уже один раз, — Илька невесело рассмеялась, — так что нет, мне без разницы, что там не так с его внешностью. Мне помощь его нужна, а не симпатичное лицо.
— Ладно, давай, что ли, обнимемся на дорожку. Хорошая ты девка. Пусть всё у тебя получится!
