— Мы сейчас не на работе, — говорит Сафонов и чуть приподнимает уголок рта в намеке на улыбку. — Поэтому не ждите от меня каких-то речей, я просто обрисую перспективы.
Какое-то время он говорит о принципах «Аксиса», о карьерных возможностях, которые могут быть, и о планах корпорации на развитие нашего приложения.
Все слушают как завороженные, а я против воли любуюсь тем, как хорош Сафонов в роли руководителя. Любуюсь и злюсь одновременно — мне такой не стать примерно никогда.
Я не умею ТАК разговаривать с людьми.
— А что по деньгам? — уточняет Леша, когда Сафонов заканчивает свой рассказ.
— Зарплаты пока остаются такими, как и были, — без колебаний отвечает он, — дальнейший пересмотр будет в апреле. И еще: ваш офис будет работать только в январе, потом его закроют. Для «Аксис» нет смысла в дополнительной аренде, помещений у нас хватает. Кто-то из вас останется на удаленке, кто-то переедет в наше основное здание.
— Например, кто? — влезает Женя.
Сафонов снисходительно усмехается, и от этого вопрос сразу кажется глупым.
— Я же говорил: мы сейчас не на работе, и у меня нет никаких документов под рукой. Я понятия не имею, кто из вас чем занимается, и как именно будет распределена команда. Могу сказать только, что мне однозначно нужно будет присутствие в офисе Кати как начальника проекта.
Я вздрагиваю.
Теперь все смотрят на меня. Андрей хмурится, в его голубых глазах читается немой вопрос «вы что, знакомы?»
— Но Виталя… — хрипло говорю я, откашливаюсь и продолжаю: — Но Виталий же начальник всего проекта. Я просто руковожу командой.
— Кать…— смущенно начинает Виталя.
А Сафонов одновременно с ним говорит:
— Виталий не остается в проекте.
— Что?! — выдыхаю я.
— Ты шутишь, блядь? — хмуро спрашивает Леша.
Мой начальник (или уже бывший начальник?!) неловко горбится и сует руки в карманы.
— Мне тут уже нечего делать, ребят. Я давно хотел начать что-то новое, а тут так все хорошо сложилось. Для нашего приложения «Аксис» — лучший вариант, а для меня не очень. Работа в корпорациях вообще не мое. К тому же мы с семьей планируем переезжать в Сербию.
— А за главного, значит, ты оставляешь меня, — мрачно говорю я.
— Ты справишься, — уверенно говорит Виталя.
Легко ему говорить!
Я нервно кручу в пальцах веревочку от кофты и машинально смотрю на Сафонова. Он едва заметно кивает, в его взгляде есть неожиданное сочувствие, которое меня странным образом успокаивает.
— Народ, я хотел вам сказать, — прочувственно начинает Виталя, — вы даже не представляете, что для меня значил наш стартап. И как сильно я благодарен вам за эти годы…
— Если ко мне больше вопросов нет, я, пожалуй, пойду, — перебивает его Сафонов и встает. — До встречи в офисе с некоторыми из вас.
— Только с некоторыми? — чуть кокетливо спрашивает Злата.
— Именно, — холодно подтверждает Сафонов. — Чисто в рамках дружеского совета: тестировщикам и дизайнерам лучше начинать искать новую работу. Таких специалистов у нас достаточно, и вас скорее всего не оставят. Хорошего вечера, коллеги.
Он разворачивается и уходит.
В конференц-зале повисает нехорошая тишина.
— Какой мерзкий мужик, — говорит мне Андрей, провожая Сафонова хмурым взглядом. — Откуда ты его знаешь, Кать?
— Откуда я его знаю? — эхом откликаюсь я, тоже глядя в спину своему бывшему мужу. — Эм… По работе.
— И что, прям работали вместе? — недоверчиво спрашивает Андрей.
— Прям работали, — сухо подтверждаю я.
— И что, как оно? Он и на работе ведет себя как мудак? Или это чисто для нас было представление?
Женя рядом фыркает, Макс смешливо хрюкает, Злата тоже издает тоненький смешок, и меня вдруг это выбешивает до белого каления.
Да, Сафонов — отвратительный муж. Да, последние годы с ним было невыносимо.
Да, он мне изменил.
Но, блин, он отличный специалист. Раз в десять лучше всей нашей команды, вместе взятой.
Пусть сначала дорастут до его уровня, а потом рот открывают.
Я резко поворачиваю голову и смотрю на Макса, Злату и Женю ровно таким же взглядом, как я смотрела на свою дочь, когда она творила фигню. Например, когда вспоминала в десять вечера про завтрашнюю поделку в школу или теряла в пятый раз сменку.
Смех у моих коллег как по волшебству смолкает.
Я удовлетворенно киваю, разворачиваюсь к Андрею и с опасной сладкой улыбочкой тяну:
— Значит, как мудак?
— Ну.
— А что, прости, такого мудацкого ты увидел в его поведении?
— Кать, ты серьезно сейчас? — кривится Андрей. — Да он же типичный босс с гигантским самомнением. Он нас реально за людей не считает. Говорит, знать вас не знаю и вообще, валите искать новую работу. Корона ему там не жмет, интересно?
— И в чем он был неправ? — спрашиваю я, уже не сдерживая злости. — Он и правда нас не знает. И да, я, может, открою тебе и всем нам глаза, но, Андрюш, это бизнес. Не благотворительная организация и не кружок по интересам.
— Знаешь, Катя, тебе хорошо говорить, — дует губы Злата. — Тебя-то не увольняют.
— Покане увольняют, — с нажимом возражаю я. — Вообще не факт, что я соответствую уровню «Аксиса». Может, в первый же день накосячу и пойду с вещами на выход.
— Ты «может», а я точно пойду! — обиженно восклицает она. — Этот мужик так сказал! Все настроение мне, блин, испортил.
Я закатываю глаза так сильно, что удивительно, как они не проваливаются внутрь черепа.
— Злат, ты как ребенок, честное слово. Лучше было бы узнать об увольнении через пару недель, правда? Когда ты ни денег не отложила, ни резюме не отправила. Зато настроение было бы супер, так?
Она насупленно отворачивается.
— Скажи спасибо, — продолжаю я, распаляясь, — что он в принципе поделился с нами этой информацией. Мог бы промолчать или вообще не приходить, у него так-то тоже отпуск.
— Катя права, — влезает молчавший до этого Виталя. — Александр сделал для нас гораздо больше, чем должен был. Может, он был немного резковат, но это просто такая манера. — Он тяжело вздыхает. — В корпорациях свои правила, понимаете?
— Зачем ты нас продал? — хмуро спрашивает Леша. — Может, мы тоже не хотим в корпорацию. А теперь у нас выбора нет.
— У нас очень узкий продукт, — неохотно говорит Виталя. — Еще год, максимум два, и нас бы сожрал какой-нибудь агрегатор. А так приложение будет под крышей «Аксиса». Будет развитие, будет работа, будут деньги. Плюс вы окажетесь в их штате, вас смогут потом поставить на другие проекты, повысить… А еще это совсем другого уровня строчка в резюме, сечете?
Ребята изумленно присвистывают. Макс и Рома даже переглядываются с улыбками.
До них, кажется, начинает доходить, что изменения не всегда зло. Будут и плюсы.
— И все равно, — упрямо возражает Злата. — Жалко, что все так заканчивается. Еще и ты уедешь.
— Да, Виталь, — поддерживает ее хмурый Леша. — Без тебя будет фигово. Вся команда поломается.
— Нет, не поломается. Катя справится с вами, — уверенно говорит Виталя. — Я только что в этом убедился.
— В чем ты, блядь, убедился? — вдруг зло спрашивает Женя. — В том, что она умеет лизать жопу новому начальству? Так мы все в этом убедились.
Повисает тишина.
Я судорожно сглатываю. Горло сжимается от обиды и растерянности.
Обычно я не пасую перед хамами, но когда это хамство идет от самых близких… От коллег, с которыми мы все пять лет работали плечом к плечу…
Нет, я понимаю, что Женя — дизайнер, понимаю, что ему страшно терять работу, но черт.
Должны же быть какие-то рамки.
— Извинись, — глухо приказывает Виталя. — Немедленно.
— За правду не извиняются, — огрызается тот.
— Женя, — с напором произносит Леша.
Кажется, еще что-то говорит Рома, а может, Макс, но я их не слушаю. Я смотрю на Андрея.
Он почему-то не торопится за меня заступиться.
А ведь именно от него я бы ждала этого в первую очередь.
— Не хочешь ничего сказать? — напряженно спрашиваю я.
— Кать, успокойся, — вздыхает Андрей. — Ну ты правда перегнула с этим начальником. Как будто мы для тебя никто, а он…
Ярость резко толкается кровью в виски.
— Да пошли вы все нахер! — резко выплевываю я. — Причем ты первый.
Круто разворачиваюсь, распахиваю ногой дверь и выбегаю из конференц-зала, иначе просто позорно разревусь на виду у всех.
Рева-корова какая-то, а не тимлид.
Я пролетаю по длинному коридору, заворачиваю за угол к лифту и впечатываюсь — в Сафонова.
Прямо грудью в грудь.
Он подхватывает меня и машинальным, до боли знакомым жестом прижимает к себе. В нос ударяет теплый запах его тела и терпкий кожно-дымный парфюм.
— Ты что? — удивленно спрашивает он.
Я упираюсь лбом в грудь бывшего мужа, сдерживая слезы. Нельзя, чтобы он увидел меня такой. Он не должен заметить мою слабость, не должен сомневаться в моей способности управлять проектом.
Делаю несколько глубоких вдохов, усилием воли загоняю слезы обратно и уже хочу сказать что-то легкое и язвительное, но вдруг слышу голос Андрея.
— Катя! Кать, вернись.
Я резко дергаю головой и едва не взвываю от короткой обжигающей боли.
Я не могу оторваться от Сафонова. Я умудрилась зацепиться волосами за молнию на его гребаной толстовке!
— Катя! — Голос Андрея приближается.
От паники я едва могу дышать.
Если он сейчас увидит нас вместе, в этой двусмысленной позе, сцепленных…
Это будет кошмар. Это будет конец.
Гл
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
