Страница 3 из 15
Я быстро выпрямилась, отступая от стены, но Кейран наверняка успел срисовать мою позу и сделать свои выводы.
— Что, Силвертон, у тебя хватило мозгов написать заявление об отчислении? Вещи, надеюсь, соберёшь сегодня?
Я молча показала ему три пальца — оскорбление, принятое у зельеваров. Не знаю, понял ли Кейран, что я назвала его «ошибкой мироздания», но его физиономию перекосило.
Глава 4. Учебный день
Вивьен Силвертон
На лекцию профессора Морган я успела к самому завершению. И это был ещё один повод злиться на того, кто меня подставил, ну и на ябеду Кейрана заодно.
Профессор кивнула, движением головы указав мне на моё место.
Я хотела сесть с краю, рядом с Лией, но она встала, пропуская меня в серединку.
Маркус встретил меня вопросительным взглядом.
— Потом, — одними губами ответила я, выхватывая из сумки тетрадь для записей.
— Ни один щит не является абсолютно непробиваемым, — продолжила профессор свою лекцию. — Помимо методов термодинамики, о которой имеют представление и на боевых факультетах, существуют разделы физики, которые незаслуженно игнорируются: простая механика, к примеру. Большинство магов воспринимают свой дар как смену температурного режима. Их учат использовать для атаки огненные сгустки разных форм — от дротика до шара, ледяные иглы и копья. Но, кроме разницы температур, возможно воздействие на расстоянии волной.
— Звуковой! — вырвалось у меня.
— Верно. Вопрос лишь в подборе нужной частоты. Если вы подадите на упорядоченную структуру щита сигнал, который войдёт в резонанс с его опорными точками, структура рассыплется, как хрусталь от голоса оперной певицы. Помимо считывания характеристик ауры противника, это требует не мощи, а... — Морган сделала паузу и окинула аудиторию взглядом. — ...простого расчёта.
«Передать при помощи волны на расстоянии». — Я надавила на карандаш так сильно, что он проткнул сразу несколько тетрадных листов.
К сожалению, на этом лекция закончилась. Профессор Морган, видимо забыв, что предлагала мне остаться после лекции, быстро собрала свои конспекты и вышла.
Позже перехвачу её.
Я повернулась к Лие.
— Ты записала?
Подруга надула губки.
— Я, вообще-то, за тебя переживала.
— Верно, — подхватил Маркус. — Тебя ведь из-за жалобы Кейрана вызвали?
Я поморщилась.
— Скорее всего. По крайней мере, он был первым, кого я встретила, выйдя из кабинета ректора. Наверняка хотел убедиться, что меня отчислили.
— Так тебя всё-таки отчислили? — спросил Маркус.
— С чего ты взял?
За спиной радостно взвизгнула Лия.
Но, прежде чем я к ней повернулась, мне показалось, что лицо Маркуса омрачила тень.
Видимо, он заметил вопрос в моём взгляде и поспешил объяснить:
— Я очень рад, что твоя проблема решилась, но меня просто бесит, что по одному слову презренного аристократишки можно вот так любого человека обвинить.
Мне стало неприятно.
Я было открыла рот, чтобы сказать, что аристократ аристократу рознь и мой род тоже относится к презренным аристократишкам, но вовремя остановилась. Маркус — один из двух моих друзей, которые не отвернулись от меня в сложный момент, не побоялись. Ну обобщил он. Наверняка у него в прошлом есть причины, о которых он не рассказывает.
И я улыбнулась.
— Брось, Марк, в мире никогда не было абсолютного равенства и не будет. Стоит ли об этом переживать?
— Наверное, нет. — Он ответил мне улыбкой, но как-то через силу. — И всё равно неприятно. Так как ты вывернулась?
— Верно, — подхватила Лия. — Как тебе удалось доказать, что ты не единорог?
— Там был профессор Мерфи.
— Вот как? — На лице Маркуса появилось странное выражение. — То есть тебе ничего не удалось доказать? Просто твой наставник за тебя поручился?
— Вроде того, — ответила я.
Мне почему-то не захотелось рассказывать про проверку и тем более про подводные камни, которые, к счастью, во время проверки мне не попались. Не потому, что я не доверяла своим друзьям. Вспомнилась поговорка: «Знает один — знает один, знают два — знают двадцать два».
Достаточно, чтобы Лия сболтнула кому-нибудь про то, как мне повезло, что неизвестный зельевар не догадался добавить какое-нибудь из моих нейтральных зелий…
Сложности в этом не было: они в свободном доступе. Лучше меня средство от головной боли даже травники не делали. А моя разработка от синяков под глазами пользовалась таким успехом, что академия поставляла её в одну из столичных лавок. Мне даже отчисляли немного денег, но моего имени на препаратах не было: таковы были правила академии. Всё, что в процессе учёбы было произведено в её стенах, принадлежало самой академии. Наверное, это правильно, ведь учили нас именно здесь.
К тому же к известности я не стремилась. У меня были другие цели.
А вот средство, укрепляющее каналы в случае перерасхода магии, лучше всего получалось у Маркуса. И он-то как раз пользовался заслуженной славой у боевиков. Может, поэтому он спокойно остался рядом со мной после сегодняшнего инцидента? Его авторитету ничего не грозило.
Вторая пара — практика по дистилляции — прошла как в тумане. Пока сокурсники судорожно следили за температурой горелок, боясь перегреть масло горного терновника, я выполняла все манипуляции машинально. Руки сами меняли фильтры и отсекали осадок. Эту базу я знала ещё с двенадцати лет. Мне уже тогда в магической школе прочили карьеру зельевара.
Я вздохнула. В то время я была уверена, что пойду по стопам отца. Он, правда, в этом сомневался, говорил, что женщине в армии не место. А сам не раз восхищался стратегическими способностями генерала Оливии Бран. Я даже надеялась одно время, что они поженятся. Оливия мне нравилась.
Но во время битвы у Серых Скал отец принял на себя удар Пустотным импульсом, закрыв своих людей. И сейчас генерал Оливия продолжает службу у разломов, а отцу надеяться не на что… Так считают лучшие целители. Но не я.
Закончив свою работу, я заполнила журнал, помогла Лие, которая всё ещё воевала с помутневшим раствором, и устроилась возле окна.
— Что, Вив, нет для тебя сегодня работы? — не без ехидства спросил Маркус.
Я обвела взглядом лабораторию. На меня косились. Многие, похоже, уже жалели, что столь открыто меня проигнорировали утром, но подойти никто не решался.
— Нет, — равнодушно ответила я. — Они сделали свой выбор.
— Удивлён, не ожидал от тебя такой жёсткости. Ты всегда всем помогала.
— Не было повода относиться к ним иначе, — усмехнулась я.
— И то верно. Не будешь время тратить. Тем более скоро сдача курсовой. Ты до сих пор уверена в теме?
Я кивнула.
Темой моей курсовой было создание Эфирных Мостов в мандрагоре. Называлось это, правда, несколько сложнее: «Алхимическая регенерация поврежденных магических каналов через внешние органические стабилизаторы». О настоящей цели я никому не рассказывала. Мне необходимо было разработать систему для человеческого организма и метод, как её встроить в живого человека. Этого никто никогда не делал. И времени у меня было мало. Отцу оставалось жить от силы два года.
Тьма! Я потеряла половину дня.
Ни разу за эти часы я не вернулась к той внезапной догадке, что вспыхнула в сознании во время завтрака. Проклятый Кейран с его обвинениями!
Кейран, конечно, тоже жертва, но мозги-то надо иногда включать. Ясное дело, он боевик — особая каста. Все боевики сначала действуют, а уже потом разбираются, кого пришибли.
Из-за нового приступа раздражения я даже забыла про жест, который сунула под нос Кейрану возле ректорского кабинета. Не появись в тот момент секретарь — и ответка прилетела бы сразу. Сейчас же мне стоило помнить о том, что боевики спесивы и злопамятны. Но я не помнила: я злилась.
В таком настроении в сопровождении двух своих друзей я вошла в столовую. И первым, кого увидела, был, конечно же, Кейран.
Лорд Стормвейл сидел над тарелкой со стейком. В его плечо вцепилась сияющая Селеста.
Я мысленно фыркнула: «Прекрасная парочка. Достойны друг друга».
И уже собралась отвести глаза, когда Кейран повернул голову, и наши взгляды пересеклись.
На мгновение я застыла на месте. Расстояние до источника моих проблем было приличным, но я всё равно разглядела огненные сполохи в его глазах. На этот раз зелье Сердечной петли было качественным.
Глава 5. Новые неприятности
Вивьен Силвертон
— С ума сошла? — прошипела Лия, схватив меня за руку и утаскивая к раздаточному столу. — Ты так пялишься на Кейрана, как будто влюбилась.
— Упаси меня Аурелий, — пробормотала я. — Марк, ты заметил?
— Что именно? После утреннего скандала, думаю, все, кто в столовой, обратили внимание, как вы смотрите друг на друга. Мне показалось, что он хочет тебя сожрать.
Я тряхнула головой.
— Ты не понимаешь? Я не об этом. Его глаза. — Последнюю фразу я шепнула ему прямо в ухо, привстав на цыпочки.
Марку хватило намёка.
Отличить обычные магические всплески от тех, которые спровоцированы запрещёнными зельями, было непросто. Нужно иметь солидный опыт работы с такими ингредиентами и часто видеть их сполохи во время активации, чтобы с ходу уметь распознавать оттенки.
На курсе зельеваров студентов с такой квалификацией было всего двое: Маркус и я. Причём даже среди однокурсников мы никогда не афишировали свой доступ к тем или иным веществам. Да и друг о друге мы с Маркусом знали только потому, что наставник у нас был один.
Загрузив на свой поднос стандартный обед, Маркус кивнул мне и направился к одному из столов нашего курса. Я отметила, что он специально выбрал траекторию мимо стола Кейрана и Селесты, и поспешно отвернулась. Не хотелось снова встретиться взглядом со звездой академии.
Получив свои положенные суп, тушёные овощи с двумя котлетами и ягодный морс, я пошла туда же, но обогнула пару столов так, чтобы пройти как можно дальше от Кейрана. Боковым зрением я видела, что голова Стормвейла повернулась в мою сторону, словно он следил за мной.
Хотя, может, я ошибалась, и он просто посмотрел на свою подружку?
Увы, нет. До меня донеслось недовольное шипение.
— Милый, что ты смотришь на эту уродину? Я не думаю, что она ещё раз рискнёт.
— Я тебе не «милый», Сел, — даже не пытаясь уменьшить громкость своего голоса, прорычал Кейран.
«Верное замечание, — подумала я, ускоряя шаг. — Милого там мало».
Наш стол был по диагонали от того, за которым сидел Стормвейл, и под таким углом, что Кейрану пришлось бы развернуться всем телом, если бы он захотел посмотреть в нашу сторону. А значит, кусок в горле у меня не застрянет.
— Ну что? — тихо спросила я Маркуса, опуская поднос на стол. — Мне не показалось?
— Офигеть, — коротко ответил он. — Надеюсь, на этот раз у тебя есть алиби?
— У меня и в прошлый раз было. Я на вечеринки старших курсов не хожу.
— Ну ты же понимаешь, что такие вещи редко делают своими руками.
— Не смеши меня, Марк. Кто из той компании стал бы выполнять поручения такой, как я?
— А порошок подчинения? Достаточно одного вдоха…
— Для него нужны особые… — начала я и оборвала себя в середине фразы.
В сознании словно завеса рухнула.
Особые ингредиенты у меня были, правда мне их предоставили для другой цели.
И пыльцу синего аконита, которую можно использовать не только для усыпления бдительности мандрагоры, но и для запретного порошка подчинения, и эссенцию огненного корня — один из обязательных компонентов приворотного зелья, выдают далеко не каждому студенту. Они входят в список запрещённых веществ. У меня было и то и другое. Оба были необходимы для моей курсовой.
— Да, ладно, — выдохнула я. — Надо срочно проверить сейф.
Я бросила ложку и начала подниматься из-за стола. Но Маркус, коснувшись моей руки, остановил меня.
— Вместе пойдём, — негромко сказал он. — Сама знаешь, в моей работе они тоже нужны.
Я опустилась на стул. Аппетит пропал. Почему я не побежала в Хранилище сразу же после утренней стычки? Растерялась?
— Ты куда после обеда? — спросила я, когда к нам добавилась Лия.
Сегодня был один из двух дней, когда обязательные занятия проводились в первой половине дня, а вторая отводилась под самостоятельную работу.
Лицо подруги приняло озабоченное выражение.
— Через полчаса встреча с куратором по курсачу, — вздохнула она. — А я план только до половины написала. Получу свой разнос — и в библиотеку. А вы?
