Лана Блэр "Я изменила(сь)"

Фыркнув, печатаю ответ.

Виола:«Ты мне не папа.»

Телефон тут же вибрирует.

Максим:«Нет. Но кто-то же должен за тобой следить.»

Виола:«Я взрослая.»

Максим:«Не заметил.»

Улыбка сама появляется на лице.

Виола:«Иди работай.»

В начале наших отношений меня часто пугала открытость Максима. Я считала, что однажды он обязательно устанет писать первым, интересоваться, поела ли я, или ждать после работы. Но проходят годы, а он остается таким же. И, возможно, именно это я люблю в нем больше всего.

Убрав телефон в сумку, проезжаю еще пару станций и выхожу на улицу.

Наш офис занимает третий этаж современного бизнес-центра. Поднимаюсь по лестнице, здороваюсь с охранником и едва успеваю сесть за стол, как рядом возникает Катя.

Она работает со мной уже второй год и знает абсолютно все обо всех. Иногда я всерьез думаю, что Катя могла бы работать не менеджером, а начальником отдела внутренней разведки.

– Ты слышала?

– Доброе утро, – усмехаюсь, включая компьютер.

– Это тоже. Так слышала?

– Нет.

– Тогда слушай.

Оглядевшись по сторонам, словно собирается сообщить государственную тайну, Катя наклоняется ближе ко мне.

– К нам нового исполнительного директора присылают.

– Хорошо, – толи спрашиваю, толи утверждаю растерянно.

Катя моргает, а затем хмурится.

– И все?

– А что еще я должна сказать?

– Хотя бы удивиться.

– Зачем?

– Виола, ну ты невозможная.

Я смеюсь.

– Катя, исполнительный директор – не премия в двойном размере. Радоваться заранее точно не стоит.

Цокнув языком, она театрально закатывает глаза.

– С тобой невозможно обсуждать сплетни.

– Потому что это сплетни.

– Пока да. Но Инна Сергеевна сказала, что уже завтра его представят коллективу.

– Значит, завтра и познакомимся.

Если честно, новое руководство никогда не вызывало у меня особого интереса. За пять лет работы здесь директора менялись уже дважды, и каждый приходил с громкими обещаниями изменить компанию к лучшему. Через несколько месяцев все неизменно возвращалось на круги своя.

Поэтому, куда сильнее меня волнует, успею ли выполнить все задачи на сегодня.

– Ты вообще никогда не переживаешь? – обреченно вздыхает Катя.

– Из-за нового начальства?

– Ну да.

– Нет.

– Почему?

– Если человек нормальный – сработаемся. Если нет – переживать заранее бессмысленно, – пожимаю плечами.

Она смотрит на меня так, будто я сказала величайшую глупость в своей жизни.

– Вот поэтому ты никогда не станешь руководителем.

– Прекрасно. Я и не хочу.

Катя тяжело вздыхает, явно не разделяя моего спокойствия, разворачивается и возвращается к своему столу. Уже через несколько секунд по кабинету снова раздается быстрое постукивание клавиш – лучший способ отвлечься от переживаний, которые она сама себе успела придумать.

Почти два часа проходят незаметно. Я сверяю цифры в отчетах, отвечаю на письма клиентов, созваниваюсь с бухгалтерией и несколько раз исправляю чужие ошибки.

Работы оказывается столько, что к обеду я вспоминаю о существовании телефона только потому, что он начинает вибрировать.

Максим: «Пообедала?»

Я улыбаюсь.

Виола:«Еще нет.»

Ответ приходит почти мгновенно.

Максим:«Я же просил.»

Виола:«Работа.»

Максим:«Пять минут.»

Виола:«Десять.»

Максим:«Виола.»

Виола:«Хорошо.»

Положив телефон на стол, краем глаза замечаю Катю, выглядывающую из перегородки.

– Максим?

– Он самый.

– Он когда-нибудь перестанет над тобой трястись?

– Не знаю, – дергаю плечом, хмыкнув.

– И тебя это не раздражает?

Вытянув губы в трубочку, на мгновение задумываюсь. Еще несколько лет назад, наверное, раздражало бы. Сейчас

– Нет.

– Честно? – удивляется она.

– Честно, – подтверждаю. – Мне нравится.

– Везу-у-учая ты, – поджимает Катя губы.

Улыбнувшись, ничего не отвечаю. Наверное, она права.

Порой я думаю, что слишком привыкла к тому, как Максим обо мне заботится. Он никогда не забывает пожелать доброго утра. Почти каждый день пишет, чтобы я не пропустила обед. А вечером обязательно ждет после работы, даже если я прошу этого не делать.

Я настолько привыкла, что иногда перестаю замечать эти маленькие проявления любви. И только чужое удивление напоминает мне, что далеко не всем так везет.

***

К вечеру офис пустеет. Кто-то только собирается домой, кто-то уже ушел, а кто-то обсуждает планы на выходные.

Катя снова появляется возле меня.

– Кстати, – скрестив руки на груди, она опирается бедром и край стола.

– М? – откликаюсь, убирая документы.

– Не опаздывай завтра.

– Почему? – задаю вопрос, нахмурившись.

– Новый директор приедет с самого утра. Начальство всех собирает.

Обреченно вздохнув, кривлю губы.

– Только не говори, что опять придется слушать часовую речь о корпоративных ценностях.

– Скорее всего.

– Тогда кофе понадобится в двойном размере.

– А вот это уже похоже на тебя, – смеется Катя.

Выключив компьютер, беру сумку и направляюсь на выход. Максим уже ждет меня на парковке. Несмотря на то, что я каждый раз говорю ему не приезжать, если задерживаюсь, он все равно заезжает за мной.

Иногда мне кажется, он заботится обо мне гораздо больше, чем я сама.

От одной мысли, что через несколько минут я увижу его, внутри становится тепло. Рабочий день со всеми отчетами, звонками и бесконечными таблицами остается где-то позади, потому что впереди самое обычное счастье – сесть рядом с Максимом, рассказать, как прошел день, и вместе поехать домой.

Глава 3

Роман

Проснувшись, сажусь на кровати и сижу какое-то время, уставившись в одну точку. Новый город, должность и коллектив. По большому счету – ничего необычного.

За последние десять лет я столько раз менял кабинеты, что перестал воспринимать это как событие. Меняются города, адреса офисов и лица сотрудников. Только работа остается прежней. Наверное, поэтому я давно перестал привязываться к местам. Потому что любой кабинет рано или поздно приходится покидать.

Выхожу из спальни и слышу, как из кухни доносится негромкий звон посуды. Значит, Софья уже проснулась.

Быстро приняв душ, надеваю темно-синий костюм и, застегивая запонки, прохожу на кухню. Софья стоит у кофемашины. Светлые волосы убраны в аккуратный пучок, строгая бежевая блузка, темные брюки. Кажется, за все семь лет нашего брака я ни разу не видел ее растрепанной или растерянной.

– Доброе утро, – повернув голову, произносит она.

– Доброе.

– Без сахара, – уточняет она, ставя передо мной кружку.

– Спасибо, – киваю.

Сделав первый глоток, подмечаю, что кофе именно такой, каким я привык его пить.