Findroid "Гнев Империи. Книга 2"

— Ты ведь в курсе что у меня есть Таня? Ты мне нравишься Хильда, честно, но я не уверен что готов бросить её ради тебя.

Девушка вглядывалась в мое лицо, словно пытаясь отгадать мои мысли, и судя по морщинке у неё между бровей, ей не нравилось то, что она видела.

— Дим… Если ты хочешь, то можешь взять с собой эту девочку, Таню. Брак не равно любви. Я понимаю что у тебя есть чувства к ней.

— Это как-то неправильно Хильда, извини.

— Хорошо, — кивнула она. — Я не настаиваю. Достаточно чтобы я была твоей советницей и правой рукой. Брак с дочерью ярла сильно укрепил бы твое положение, но можно обойтись и без этого.

Я вздохнул, обдумывая её предложение и вспоминая разговор между мной, Рубцовым и Валентиной Сергеевной о брачных месяцах, когда дамы прибывают в лицей, чтобы найти себе хорошего мужа. И Хильда, судя по всему, отчасти тут именно поэтому. Пусть она и говорит о том что брак не обязателен, но именно на него она и надеется. Стать моей женой.

— Ну, так что скажешь? — спросила она, и в её голосе чувствовалось напряжение.

— Честно или оптимистично?

— Честно, разумеется!

— Я не могу. Твое предложение, оно… классное. Правда. Идея крошить демонов днем, а ночи проводить на пирушках мне нравится.

— Но?..

— Мой род. Что будет с ним?

— Вместе с троном ярла ты должен будешь взять северное родовое имя. Дмитрий Лоденборг, звучит красиво.

— Не выйдет. Для меня мой род значит столько же, сколько жизнь. Если я откажусь от него, то потеряю себя, — мне не нравилось видеть, как Хильда хмурится, но я не мог принять её предложение. — Я верну своему роду доброе имя, княжеский титул, принадлежавший моему отцу, и лишь после этого смогу обрести настоящую свободу. Но не раньше.

Девушка уставилась на меня так, словно я только что отвесил ей пощечину.

— Извини, но ты хотела честности. Иного будущего у нас с тобой нет, Хильда. Либо так, либо… тебе стоит подыскать себе нового фаворита.

— Ты готов потерять мое расположение и лишиться возможности сесть на Скальный Престол, лишь бы сохранить свою фамилию? — кажется, она не верила в услышанное. — Ты можешь получить весь север, Дима, но ты…

Я положил указательный палец ей на губы, мешая закончить.

— Исчезновение моего рода равносильно моей смерти, — повторил я. — Таковы МОИ условия. И либо наши пути пойдут дальше на них, либо мы расходимся своими дорогами. Извини.

Я почувствовал её возмущение, гнев, обиду. Скорее всего, девушка ощущала, что раскрыла мне сердце и душу, а я туда плюнул. И тем не менее она легко прочитала в моих глазах твердость и решимость.

Хильда подавила вспышку эмоций, затем поправила платье и взглянула на меня сверху вниз. Девушка попыталась скрыть бурю чувств под безэмоциональной маской, но я всё видел по глазам, а мой нос чувствовал её злость.

— Ты уверен?

— Только так, Хильда.

— Ты ставишь меня перед очень серьезным выбором, Дима… Я не вижу исхода ни одного из выборов.

— Добро пожаловать в мир всех остальных.

Девушка опустила глаза, пару мгновений смотрела в мостовую, после чего вновь взглянула на меня.

— Мне нужно подумать, — и зашагала прочь.

— Стой! — опомнился я. — Мне нужно тебя проводить!

Обычно её сопровождением занимался Эйрик, но он доверял мне, так что в Ильинск мы ездили вдвоем.

— Нет, — резко ответила она. — Я ценю твою заботу, но мне нужно побыть одной и всё хорошо обдумать. Просто не трогай меня сейчас, ладно?

— Как скажешь, — не стал спорить я. Девушка благодарно кивнула и зашагала прочь, шелестя юбками и цокая каблучками.

— Хлад! — пробурчал я, откидываясь на лавку.

Вот тебе, ГНЕВ, и человеческая жизнь. Всё же было так хорошо, но вначале Фломелия пошатнула баланс, теперь вот Хильда хочет меня захапать и увести на север. Судя по тому, что я узнал о Тысяче Фьордов, это край специально для таких как я. Занял бы престол ярла, воевал бы с хагга, пока не разнес бы этих демонов. Таня была бы женой, Хильда мудрой советницей.

Эх… Хорошая могла бы быть жизнь, но контракт есть контракт.

— Любовные неприятности? — послышался вопрос, и рядом со мной чуть ли не из воздуха материализовался Рубцов. Старик улыбнулся мне, продемонстрировав два золотых зуба, и в приветственном жесте приподнял шляпу.

— Это не ваше дело.

— Думаю, когда дело в одной из дочерей ярла Лоденборга, это касается и меня, — не согласился он. — В конце концов, это дело государственной важности. Вдруг разбитое сердце госпожи Хильды приведет к обострению отношений? Северяне - народ вспыльчивый и драчливый, это у них в природе.

Я смерил мужчину хмурым взглядом.

— Что вам нужно, Рубцов? Порой мне начинает казаться, что вы специально меня преследуете.

— Ну что вы. На самом деле я планировал и так с вами встретиться сегодня, и Валентина Сергеевна вечером привезла бы вас в город, но раз уж вы сами сюда приехали пораньше, то я решил встретиться сейчас.

— И подойти решили только сейчас.

— Вы были немного заняты.

— Старый извращенец любит подглядывать за милованием молодых людей? — оскалился я, но не похоже, что моя колкость хоть как-то его задела. Это сильно разочаровывает.

— Я присяду?

Я жестом пригласил его сесть, и старик, кряхтя, опустился на лавку, после чего облегченно выдохнул.

— Могу поздравить вас с успешной работой. Последний завод был уничтожен, у Беспалова уйдут месяцы и миллионы рублей на то, чтобы восстановить производство. Вы нанесли весьма внушительный урон по его карманам.

— Этого мало, — покачал я головой и сцепил пальцы в замок на своих коленях. — Смотреть, как горят его заводы, разумеется, приятно, но это не приближает меня к моменту, когда я смогу восстановить честь своего рода. И как бы мне не нравилось быть ему помехой, я чувствую, словно топчусь на месте. И мне это не нравится.

— Понимаю. Значит, одних заводов мало? — Рубцов задумался.

— Я бы назвал это разминкой перед настоящей дракой. Но эта разминка немного так затянулась.

— Боюсь, что сейчас я мало чем могу вам помочь. После той ночи Беспалов залег на дно, целиком сконцентрировавшись на своем бизнесе и подготовке к войне. Он почти не посещает торжественные приемы, не закатывает балы, как в былые времена, полностью сконцентрировавшись на делах. Мои люди наблюдают за ним, но ничего подозрительного в его действиях нет.

— А моя мама, где она сейчас?

— Всё там же, в Черноморске, поправляет свое здоровье. Я виделся с ней пару недель назад, и она говорит, что очень хотела бы с вами увидится. И думаю… это вполне можно сделать.

— Правда?

Ранее мы решили, что маму нужно спрятать. Боясь, что за нами с Дашей могут проследить, решили не встречаться и никак не контактировать, пока не настанет подходящее время.

— Да. Думаю, ваша сестра будет очень рада такой возможности. Как я уже сказал, Беспалов в последнее время сильно занят, и похоже, его действия, направленные против вас, временно отложены. Благодаря вашей подруге-кицунэ вы имеете почти абсолютное алиби, так что сомнительно, что он подозревает вас в этом деле.

— Тем лучше для всех. Кстати о Беспалове. До меня дошли слухи, что через несколько дней он и цесаревич Фёдор прибудут в лицей с какой-то не то проверкой, не то миссией.

— Да, так и есть. Отчасти я по этой причине и прибыл в Ильинск: проверить, чтобы всё было готово к прибытию цесаревича.

— Фёдор и Лев друзья?

— Да. Они оба были выходцами с военной кафедры лицея. Закончили обучение три года назад и до сих пор часто встречаются. Но я бы попросил вас не делать необдуманных вещей против Льва Беспалова, ведь это может подставить под удар цесаревича.

— Значит, хотите, чтобы я ничего не предпринимал?

— Именно.

— А что я получу взамен?

— Взамен? — удивился Рубцов.

— Да, я хочу что-нибудь взамен. Например, возвращение дворянского титула. Хотя бы графа, а то устал быть мещанином среди дворян.

— Не уверен, что это в моей власти, — покачал головой Рубцов. — Титул может даровать только лично Император, да будет править он вечно или Императорская комиссия. Но мы с ними не в очень-то хороших отношениях.

— Ну так поговорите с ним, — пожал я плечами. — Вы же не просто старший следователь, как говорили мне. Вы тайный советник, один из… четырех, если мои источники не врут.

Рубцов бросил на меня странный взгляд. Уж очень многозначительную фразу я сейчас выдал. На деле же о Рубцове я знал от принцессы, но ему я об этом говорить не собирался.

— Я не очень-то это и скрывал, — пожал он плечами. — Я часто называюсь старшим следователем, это позволяет избежать лишних… кхм… проблем и вопросов. Да и позволяет действовать более свободно. Впрочем, вы меня заинтриговали. Не так уж много людей знают о моем истинном положении. Кто вас сообщил?

— Думаю, я оставлю эту информацию при себе. Так что с титулом?

— Не сейчас, — покачал головой Рубцов. —Давайте вернемся к этому разговору через несколько месяцев. Обострение отношений с османами и провокации хагга сейчас занимают всё время Его Величества, а напоминание о Старцевых сейчас будет роковой ошибкой.

Я фыркнул, и тем не менее ожидал такого исхода. Рубцов с дворянством мне не поможет, и в итоге остается только один выход… Эх…

— В таком случае я ничего не могу обещать, — сказал я.

— Я верю, что вы поступите благоразумно, Дмитрий Алексеевич, — улыбнулся старик, поднимаясь с лавки. — Но есть ещё одна причина, почему я хотел с вами встретиться.

— М?

— Все ваши удары по предприятиям Беспалова мы прекращаем.

Я стиснул зубы, чувствуя, как накатывает волна ярости.

— Что?! Почему?!

— Потому что мы входим в иную фазу. Если раньше это было просто внутренними разборками, то приближающаяся война всё меняет. Вы нанесли удар по самым доходным его заводам, остальное же входит в оборонный комплекс, а их трогать нельзя. Это уже дело государства, и как бы мне не был неприятен Павел Беспалов, престол превыше всего, и внутренние дрязги не должны отражаться на безопасности страны.

— Значит, вы хотите, чтобы я вообще ничего не делал? — уточнил я.

— Именно. Залягте на дно, хотя бы на пару месяцев. Никаких вылазок Инфериала. Валентина Сергеевна уже оповещена, и она не станет вам помогать. Если вы решите действовать, то всё на свой страх и риск.

— А если я решу делать глупости, то вы не сможете гарантировать безопасность моей матери? — сквозь зубы процедил я.

— Вы всё понимаете, — улыбнулся Рубцов. — Просто отдыхайте и наслаждайтесь молодостью, Дмитрий. Я помогу вам разобраться с Беспаловым, обещаю, но не сейчас. А теперь, с вашего позволения, я откланяюсь…

Старик приподнял шляпу, прощаясь, после чего развернулся и неторопливо побрел прочь.

— Можно я откушу ему голову? Я очень давно не ел человечинки… — заискивающе произнес Казимир, запрыгивая на лавку. Кот за эти месяцы наконец-то восстановил свою шерстку, но без энтузиазма воспринимал диету.

— Хотел бы я сказать валяй, но мне только что недвусмысленно дали понять, что у него в заложниках моя мать, — удивительно спокойно сказал я, хоть и ощущал бушующую ярость внутри. — Лучше проследи за ним. Слушай всё, что он говорит и кому говорит, но на глаза не попадайся.

— Понял, — ответил Казимир и, спрыгнув на землю, скрылся в ближайших кустах.

Похоже, что моя спокойная и размеренная жизнь начинает подходить к концу…

***

Я шел по коридору сжимая, в руке зачарованный Цукимару имперский рубль. Это заметно упрощало мое перемещение по лицею, потому что окружающие не обращали на меня никакого внимания, а даже если замечали, то потом не могли вспомнить лицо. Удобная штука, чтобы оставаться незаметным, жаль что работает, исключительно пока Цукимару поблизости, и чем дальше от лисицы, тем слабее эффект. За пределами лицея он практически сходит на нет, а жаль.

Эта часть корпуса практически пустовала, так что остаток пути я прошел без свидетелей. И вот наконец впереди показалась дверь, ведущая в апартаменты королевской особы. Остановившись перед ней, я сделал два коротких удара, после пауза и ещё три.

Мгновение спустя та распахнулась, и я встретился взглядом с Эолой, телохранителем принцессы. Она прищурила свои глаза, похожие на два огненных водоворота, затем посмотрела мне за спину.

— Ты один?

— Да, — кивнул ей и зашел в комнату.

— Лизы нет?

— Ушла вместе с девочками. Её не будет минут двадцать.

— Что-ж, тогда придется подождать.

Глава 3

Лизаветы не было гораздо дольше двадцати минут, и мы за это время успели сыграть с Эолой в карты, причем она каждый раз меня обыгрывала.