Страница 14 из 16
Чувствую его одеколон, и голова кружится так сильно, что мысли вылетают напрочь из нее.
— Ну, может…
— Так, Тихонова, признавайтесь, что случилось! И не врите, что ничего! Я вас насквозь вас вижу!
Мужчина подходит вплотную и давит на меня так, что я не нахожу ничего лучше, чем сказать правду:
— Я слышала ваш разговор с невестой! — выпалив фразу, я закусываю губу и со страхом поднимаю глаза на Максима Александровича. Его взгляд темнеет, а губы сжимаются в тонкую линию.
— Вот как…
— Да! И знаете, вы поступили подло!
— Я?! — поднимает брови Вишневский.
Он так наивно это спросил, что я уже засомневалась, все ли правильно я расслышала. Но Виолетта так орала, что трудно было не расслышать.
— Вы! Разве так можно?! Бросать своего ребенка! Бросать мать! Это… Это бесчеловечно! — кричу я, задыхаясь от волнения.
— Вы ничего не знаете, Василиса! — рычит Вишневский.
— Так расскажите! Что может быть важнее собственного ребенка?!
— Ничего! Просто это не мой ребенок!
— Не ваш? — выдыхаю я растерянно.
— Нет! Виолетта соврала!
***
— Но почему вы так уверены? Вы с ней не…
Я краснею, не став заканчивать вопрос, но Вишневский делает это за меня.
— Вас интересует, спал ли я с ней? Да, спал! — зло говорит мужчина.
— Тогда как вы можете утверждать, что это не ваш ребенок? — выдаю я.
Максим Александрович долго смотрит на меня, будто решаясь что-то сказать, а потом закрывает глаза и цедит сквозь сжатые зубы:
— До завтра, Тихонова!
Он резко разворачивается и уходит из кабинета, оставляя меня одну дрожать от волнения.
Мне действительно непонятно, как он может знать наверняка. Правда ли то, что ребенок не его, или же он просто нашел повод, чтобы расстаться?
Прихожу домой и, даже не поговорив с Ниной Михайловной, заваливаюсь спать. Я слишком устала от мыслей и накручиваний, чтобы продолжать эту пытку еще хоть минуту.
На следующий день и в последующие Максим Александрович ведет себя как ни в чем не бывало. Да и я решаю не наседать на него. В конце концов, он взрослый человек и наверняка знает, что делает.
— Доброе утро, Максим Александрович. Вызывали?
— Да, садитесь.
Я присаживаюсь напротив, и он поднимает на меня взгляд.
— Завтра важная встреча. Я договорился с менеджером одной крупной фирмы. Они поставляют детали на рынок. У них самая качественная техника, но вот проблема…
— Какая?
— Они сотрудничают с конкурентами. Нужно переманить их. Предложить условия выгоднее, чем «Сомласт Строй», но такие, чтобы и не в ущерб себе.
— Я поняла. Что требуется от меня?
— Сейчас все расскажу!
Вишневский нажимает на кнопку телефона на рабочем столе и четко говорит:
— Валентин, принеси нам с Василисой кофе.
— Сейчас! — пищит тот в ответ, а мы приступаем к работе.
Через пять минут заходит секретарь и ставит перед нами две чашки дымящегося кофе.
— Что-нибудь еще, Максим Александрович? — услужливо спрашивает мужчина.
— Нет, можешь быть свободен! — резко отвечает босс, не открывая взгляда от документов. — Василиса, вот тут вам нужно будет взять на себя вот это… — продолжает раздавать задания Вишневский, а Валентин уже исчезает за дверью кабинета, бросив напоследок очень странный взгляд на меня.
Выпив кофе, который оказывается с каким-то странным привкусом, я еще час пытаюсь решать поставленные задачи, но с каждой минутой мне становится все хуже.
— Василиса? Вы меня слышите? — доносится до меня встревоженный голос Максима Александровича словно сквозь толщу воды.
— А? Нет, да… не знаю…
— Вы так побледнели, вам нехорошо? — допытывается босс, приставая с кресла.
— Нет, все хорошо… — бубню я под нос. — Сейчас только схожу умоюсь…
Я встаю со стула, и тут же пол уходит из-под моих ног, и я падаю. Последнее, что я помню, – это крепкие руки, смыкающиеся на моей талии и не дающие мне упасть, а потом меня накрывает темнота.
Максим Александрович
— Нет, все хорошо… — бубнит бледная как полотно Василиса и встает со стула. — Сейчас только схожу умоюсь…
Я в последний момент срываюсь с места и подхватываю падающую в обморок девушку.
— Василиса! — кричу я, потряхивая ее за плечи, но она не слышит.
Черт!
— Валентин! — кричу я, перенося девушку на диван.
Тишина за дверью говорит только о том, что секретарь уже ушел.
Вот проклятье!
Достаю телефон и быстро набираю скорую. Но два гудка длятся вечность, и я решаю не ждать у моря погоды. Бросаю телефон в карман и, подхватив Василису на руки, бегу с ней в машину.
Расстояние до парковки я преодолеваю за считаные минуты. Никогда так быстро не бегал. Усаживаю девушку в машину и везу в ближайшую больницу. Нарушая все мыслимые и немыслимые законы, мы добираемся до нужного места очень быстро.
Заношу Василису в приемный покой и кричу во всю глотку, зовя врача или медсестру.
Ко мне выбегает женщина в белом халате и, оценив ситуацию, быстро командует идти за ней.
— Что случилось?
— Потеряла сознание!
— Сколько времени прошло? — деловито спрашивает она, проводя меня в отделение.
— Не знаю, минут двадцать.
— Долго. Очень. Дышит?
— Да! — выдыхаю я. Это первое, что я проверил.
— Тогда это не обморок. Сахарный диабет, эпилепсия, судороги неясного происхождения?
— Я не знаю! — почти в панике выдаю я.
— Что вы вообще знаете?! — сердито спрашивает она и распахивает дверь в отделение. — Кладите на каталку!
Я послушно выполняю поручение женщины, а к ней уже сбегаются другие сотрудники, обступив Василису со всех сторон.
Они увозят ее в реанимационное отделение, а я бегу за ними.
— Стоять! Вам туда нельзя! Ожидайте в приемном покое! — отрезает та самая женщина и закрывает перед моим носом дверь.
— Да пошли вы! — кричу я, пиная дверь.
Да, я веду себя как мальчишка, но я не могу так просто стоять и ничего не делать!
Я открываю все двери подряд и наудачу натыкаюсь на пустую ординаторскую. Схватив висящий на вешалке халат, бегу дальше, оказываясь в полубоксе.
Там лежат два человека, полностью голые, накрытые только тонкими простынками. Они без сознания. Только приборы, пикающие вокруг них, да экраны с какими-то цифрами говорят о том, что эти люди живы.
Черт пойми что! Где мне ее искать?
Василиса!
Бегу дальше и вдруг налетаю на мужчину в белом халате.
— Молодой человек! Что вы здесь делаете? Это реанимация!
— Я с девушкой! Сейчас привез ее без сознания. Я не уйду! Можете вызывать полицию, да хоть ОМОН, пока вы мне не скажете, что с ней, я с этого места не сдвинусь!
Глава 13
— Успокойтесь! Пройдёмте в мой кабинет, не нужно тревожить пациентов, — строго говорит мужчина и ведет меня за собой.
Я послушно иду за врачом, а у самого в голове буквально взрывается мозг от нервов.
Что с ней? Почему ей так резко стало плохо? Как помочь?
Только бы все обошлось! Сам не хотел признавать, но только сейчас понял, насколько мне дорога Василиса.
— Проходите, садитесь! — говорит доктор и усаживается на высокий стул напротив меня. — Меня зовут Андрей Петрович, я заведующий реанимационным отделением.
— Что с ней? — сердито говорю я, даже не поздоровавшись и не присев на предлагаемое место.
Некогда мне расшаркиваться.
— Девушка поступила к нам всего пять минут назад. Ее привели в стабильное состояние, но о прогнозах пока говорить рано. Нужно понять, что с ней произошло.
— Ну а на что это похоже? — чуть потише спрашиваю я, успокоенный мыслью, что Василисе помогли.
— Пока рано судить, но могу предположить отравление.
— Что?!
— Да, к нам часто попадают девушки, особенно из клубов или ресторанов, где им подсыпаюсь вещества в бокалы с напитками… Состояние…
— Василисы!
— Да, состояние Василисы очень похоже на передозировку такими веществами. Мы взяли кровь на анализ, и если это подтвердится, то мы будем вынуждены сообщить в полицию.
— Да что вы такое говорите вообще? Какое отравление? Она весь день была на работе! Со мной! — вспыхиваю я.
— А вы вообще кем ей приходитесь? — прищуривается мужчина, и я гордо выпрямляюсь:
— Я ее начальник!
— И только? Тогда чего вы тут переполошили всю больницу? — нервно выдает Андрей Петрович.
— Она очень важна для меня… как сотрудник.
— Все ясно! — устало выдает врач и трет переносицу. — У вас есть контакты ее родственников, знакомых? Нужно сообщить, что она попала в больницу.
