Страница 5 из 11
– Нет, не можешь. Не во время первого этапа.
– Тебя – нет, но их, – повелительница бури небрежно взмахивает рукой, – легко. В рамках защиты форпоста от враждебных сил, конечно, – плотоядная улыбка выползает на её лицо.
– Валя, что же ты не следишь за новостями? Пять минут назад между обоими форпостами был заключён союз. Мы все здесь теперь одна большая дружная семья! – говорю я с отеческой интонацией.
Глаза ушастой на несколько секунд затуманиваются, явно проверяет по интерфейсу, а затем она не выдерживает:
– Кройц тебя задери!
– Сильно оскорбительно? – скосив глаза, спрашиваю я у Драганы.
– Легко могут вызвать на дуэль, – отзывается та.
– Да? – возвращаю внимание к Вальторе. – Ну тогда, чтоб тебе всегда на Трансивер звонили, когда ты жирную шаурму ешь!
Накомис хрюкает и качает головой.
Так же быстро, как появились, тучи рассеиваются, и Повелительница бури хмуро требует:
– Что ты хотел?
– Ну как же? Обсудить условия вашего дальнейшего нахождения на территории форпоста.
– Они прописаны в договоре, – глаза Вальторы превращаются в щёлочки.
– Который вы заключили с прошлым главой. Увы, он недавно споткнулся и упал на мой револьвер. Хм, звучит как-то двусмысленно. В общем, его больше нет. Самое время пересмотреть условия договора. Ты правомочна это делать? Или мне нужно переговорить с настоящим лидером вашего клана?
– Она говорит за клан, – негромко замечает Драгана.
– Я говорю от имени Дома Архарц! – надменно заявляет Вальтора.
Взгляды сестёр скрещиваются и полыхают лютой ненавистью. Куда там врагам. Никто так не бесит, как собственная семья. Уж мне ли не знать.
– Поговорим в другой обстановке, – нехотя добавляет она. – На третьем перекрёстке поверните направо. Там находится комплекс. Я буду ждать тебя на втором этаже. Сестрёнка, – щерится Вальтора, кивнув Драгане, и улетает.
– По-моему, неплохо прошло, – констатирую я.
– Если альтернативой являлся сценарий, где нас прикончат на месте, то да, всё прошло идеально, – с сарказмом отзывается Нако.
Слышатся негромкий щелчок, шелест выходящих газов и ритмичное бульканье. Тай сидит в кузове пикапа и спокойно потягивает себе пиво, не испытывая ни малейших угрызений совести. У него нервы не стальные канаты, а настоящие титановые балки.
– Ты можешь прекратить хлестать пиво хотя бы до того момента, как нас начнут убивать?! – не выдерживает индианка, развернувшись на водительском сиденье в сторону Николая.
– Тогда будет поздно, – резонно возражает он, оторвавшись на миг от металлической ёмкости.
Мы продолжаем движение по городу. Здесь имеется разительный контраст с Уайтклэй. Во-первых, у нас гораздо чище. Тут до сих пор неубранные валяются мёртвые тела людей и нескольких монстров, все разной степени разложения, а кроме них – всевозможный мусор.
Во-вторых, у нас въезд на территорию форпоста перегораживает стена, а тут проход полностью свободен. По крайней мере, так я думаю, пока не замечаю пяток дрокков-снайперов, засевших на крышах домов. Их винтовки следят за нами неотрывно.
В-третьих, у нас жители передвигаются свободно и выглядят уверенно, насколько это возможно для людей, выживших после падения цивилизации. Всё же постоянная борьба за собственное выживание накладывает отпечаток. А тут на улицах практически никого не видно, а если кто и идёт, как вон тот плюгавый мужик, то постоянно озираясь и очень быстро.
– Скажи, мил человек, – поддав газу, догоняю его и торможу рядом, – а где сидит Самеди с ребятами?
Горожанин теряется, испуганно переводя взгляд с меня на Драгану и обратно.
– Там, – рука указывает примерно в том же направлении, что обозначила Вальтора.
– Рядом с ушастыми, что ли?
– Да.
– Тебя как звать-то?
– Те́рри.
– А меня – Егерь. Ты в курсе, Терри, что Самеди сдох? Да и все ублюдки, что с ним вчера укатили, тоже?
Мужичок преображается на глазах. На его лице возникает такая надежда, кажется, будто ему сообщили, что всё, случившееся за последние недели, просто глупый пранк. Сейчас прибегут операторы с камерами и болтливый ведущий, чтобы вручать всем участникам подарки.
А потом местный житель снова мрачнеет.
– А какая разница, если эти пришельцы остались и всем заправляют? Что Самеди всю аркану сдавать, что им, – он тяжело вздыхает.
– Это они так сказали? Пришельцы?
– Что? – не понимает собеседник.
– Пришельцы велели теперь им аркану сдавать?
– Да. Вчера днём всем приказали.
– Быстро подсуетились, суки, – Накомис сплёвывает на дорогу.
– Вот что, Терри, собери всех выживших минут через 30 там, где я смогу с ними пообщаться.
– Бейсбольный стадион, – механически предлагает он, а потом вглядывается мне в лицо. – А ты кто такой, Егерь?
– Ваш новый шериф. Самеди я ухайдакал.
– Ты, что ль, с того второго форпоста?
– Ага.
– А ушастых этих, – кивок на Драгану, – можешь так же, – характерный жест большим пальцем по горлу.
Мечница скрипит зубами под мой сдержанный смех.
– Я работаю над этим.
– Бейсбольный стадион, – он указывает на восток. – Через тридцать минут.
– Ага.
Едем дальше, и Драгана, не выдержав, задаёт вопрос:
– Зачем ты помогаешь им?
– Это, что, какой-то вопрос с подвохом? Потому что они такие же люди, как и я.
– Не такие же. Ты – хищник. Они – жертвы. Не могут бороться и не хотят. Что мешало им перебить своих тюремщиков?
– Те действовали спаянно и были вооружены. Имели классы и способности.
– Отговорки, – отмахивается Драгана. – То были Нулёвки да Пустышки. Они не сильно отличаются от обычных выживших. Просто этим травоядным не хватило ни мужества, ни дерзости, чтобы убивать и умирать.
Накомис, слушающая наш разговор, бросает со злостью:
– Тебе хорошо рассуждать, кто тут жертва, а кто нет! Тебе объяснили все правила, дали нужные навыки! А это простые мирные жители, многие из которых никогда не держали в руках оружия. И что теперь бросить их подыхать?!
– Да, – отрывисто роняет дрокк. – Если они не готовы драться за свою жизнь, значит, они её не достойны.
– Ты такая же, как та грёбаная сука Вальтора! – рычит полицейская. – Монстры! Две горошины из одного стручка!
Запоздало распознаю и трансформирую фразу в понятную мне: «Два сапога – пара».
– Я не такая, как она! – заводится ушастая, стискивая рукоять клинка. – Тебе ясно?!
– Брейк, дамочки, – вмешиваюсь, пока не дошло до поножовщины. – Давайте отношения выяснять в иное время, не на вражеской территории.
– А ты не лезь! – вскидывается Нако.
– Сами разберёмся! – огрызается Драгана.
– Выпорю обеих к этой, как её, Кро́йцевой матери!
Мечница начинает ржать, но на мои попытки выяснять причины веселья не реагирует.
Фритаун, он же Рашвилл, постепенно выводит нас к части города, выбранной чужеземным кланом под собственные нужды. Когда-то здесь явно находился промышленный район. Имелось много свободного пространства, частично занятого парой производств. Сейчас тут возвышается трёхэтажное модульное здание, окружённое россыпью таких же модульных малоэтажных построек. Слегка иной дизайн, но в остальном, всё тот же продукт Сопряжения.
Здесь уже имеется и стена, и пропускной пункт, контролируемый пятёркой дрокков.
– Тай, найди того чокнутого сборщика машин и проследи, чтобы он пришёл на собрание. Нако, выясни численность местных жителей, наличие серебряных и золотых классов. Драгана…
– Да? – ухмыляется ушастая, явно ожидающая приказа, чтобы послать меня в далёкое путешествие.
– Если я не выйду отсюда через двадцать минут, скажи Ваалису, чтобы позаботился о моих сородичах.
– Выйдешь, – не особо уверенно отвечает она. – Вальтора не настолько тупая, чтобы нарушать правила Сопряжения. Если ты, конечно, не будешь и дальше доводить её.
– А вот этого не обещаю.
Убрав мотоцикл в пульт управления, я двигаю к КПП, ожидая тупых вопросов. Кто я? Куда я? К кому я? Могу я? Хочу я? Зачем я? Однако парочка бойцов меряет меня внимательным взглядом и не говорит ни слова.
Я иду к главному зданию, изучая местную жизнь. Дроккальфары-мужчины бегают, как электровеники. Все занятые, все при деле. Женщины ведут себя более спокойно и уверенно. Могут стоять, обсуждая какой-то вопрос, и не дёргаться. Имеются и представители иных инопланетных видов, которых шпыняют вообще все. Явно что-то вроде слуг или рабов.
Первая сложность возникает, стоит мне подойти к лифту.
Несколько десятков секунд я разглядываю пустую шахту, пытаясь понять, куда пропала сама платформа, пока не вижу, как в ней опускается какой-то дрокк. Просто плавно съезжает, будто его поддерживают невидимые канаты. Пожав плечами, я нажимаю на среднюю кнопка на ближайшем пульте управления и ступаю внутрь. Гравитация меняется, и меня тащит вверх. Своеобразные ощущения.
Выбравшись, я делаю пяток шагов по направлению к большой стальной двери, за которой может скрываться как кабинет, так и зал для переговоров. Путь мне перегораживает пара ушастых бойцов с винтовками. Оба Квазы, чей РБМ превосходит мой всего на сотню единиц.
– Стоять, чужак! – металлический палец упирается мне в ключицу. – Госпожа занята. Тебя вызовут!
– Вальтора! – повышаю голос так, что меня невозможно не услышать. – Если этот мудак не уберёт свои руки, я засуну ботинок ему так глубоко в задницу, что он почувствует гуталин у себя во рту!
– Да как ты смее… – начинает охранник.
– Ещё десять секунд, и я ухожу, но потом не кричи, что новый договор оказался несправедлив!
Парочка оглядывается в сторону двери, которая медленно расходится в стороны. Из глубины комнаты выплывает Вальтора, сменившая доспех на платье[2]. Чёрное с золотыми прожилками в тон моему комплекту брони. Облегающее в груди, как перчатка, оно завершается на уровне бедра, оставляя узкую полоску тёмно-фиолетовой кожи. Дальше начинаются высокие сапоги.
– Не стоит шуметь, – бархатистым голосом замечает Квазар. – Я просто переодевалась во что-то более комфортное. Проходи, прошу. Уверена, мы сможем обо всем договориться.
Глава 6
Прохожусь глазами по её наряду сверху вниз и беззвучно хмыкаю.
– После тебя, – делаю приглашающий жест.
Вальтора ступает в комнату, покачивая бёдрами. Целый спектакль для меня одного. Действует она столь же наигранно, сколь очевидно. Посмотрим, что меня будет ждать в следующем акте.
Обстановка внутри – это палаты зажиточного хана с поправкой на инопланетный хай-тек. Просторное помещение разделено на две части массивной деревянной перегородкой, обтянутой узорчатой тканью. На одной половине находится рабочий кабинет с парой кресел, столом и широким шкафом. С другой половины выглядывает краешек кровати, пушистый ковёр и экзотические растения в горшках.
Обе части имеют огромное количество декоративных безделушек, не то статуэток, не то «шедевров» современного искусства. Сплошь выворачивающие сознание изгибы камня и дерева. Хозяйка словно противопоставляет старину с её первобытными материалами архитектуре Сопряжения с её безликой гладкостью.
Ну и дерьмовый же вкус у Вальторы.
– Нравится? – негромко спрашивает она.
– Уютненько, – вру я.
Квазар обходит одно из кресел, ведя ладонью по его спинке, и садится, забросив ногу на ногу одним элегантным движением. Последовав её примеру, занимаю место напротив.
Не могу не отметить её расчётливость. Вальтора выбрала кресло, позади которого находится дверь в комнату, а мне оставила кресло, придвинутое к стене. Она понимает, что в противном случае я держался бы настороже, вынужденный отслеживать ситуацию у себя за спиной. А так она убрала лишний дискомфорт для меня и показала свою заботу.
– Возможно, мы неправильно начали наше знакомство, – произносит представитель Дома Архарц и вынимает из кольца вначале бокалы, один за другим, а потом и бутылку.
Жидкость в ней светится холодной бирюзой прямо сквозь толстые стенки, словно в ёмкости имеется светодиодная лампа.
