- Те, что и сейчас. Когда я подавала кофе, ее сын, который банкир, говорил что-то о завещании, что они могут быть спокойны, бывшим мужьям она не оставила ни цента. Все детям.
- Это он при матери такие разговоры вел?
- Нет, хозяйка уже ушла.
- И он что, видел завещание?
- Видел ли, не знаю, но ему рассказал нотариус. Он сам так сказал, да покарают меня сантиссими санти, если я вру!
- А потом хозяйка вызвала ambulanza?
- Да, когда ей совсем заплохело. Но я тут не причем. Мне-то зачем ее травить?
«Учитывая, как ты готовишь, и умысла не нужно»- подумала Николетта и на всякий случай отставила чашку, из которой успела сделать один глоток.
- Знаете, синьора, на вашем месте я бы тут не крутилась. Всё это полная ерунда. И вообще это для карабинеров. Для властей. Но, между нами говоря, это всего лишь возраст, это я вам точно говорю. Она больше не молода и с этим надо смириться.
- Может, вы и правы,- задумчиво кивнула Николетта и быстренько юркнула за дверь, пока повариха не заставила ее допивать кофе. С нее станется!
* * *
Не представляя, чем заняться дальше, Николетта бесцельно шла по коридору, пока не увидела одну из кошек. То ли Раффи, то ли Таффи воровато оглянулся и втянулся в узкую щель в дверях одной из комнат. Вроде там была библиотека, и, как бы синьора Скарчелла не любила кошек, им вряд ли разрешено заходить в библиотеку, отсюда такой шкодливый вид.
Николетта решительно потянула дверь и ступила в полумрак. Плотные шторы задернуты, горит лишь маленькая лампа в мягком абажуре на журнальном столике.
Кошка тут же смылась, скользнув за дверь между ее ног. Но не уходить же, тем более что Николетта не придумала себе занятия.
Из коридора послышались голоса. Они приблизились и остановились прямо за дверью, у которой стояла Николетта. Две внучки, больше некому.
- Но, Кла, мне нужно было что-то придумать. Я никак не могла знать…
- Хорошо, carissima, я понимаю. Просто в этой ситуации…
Николетта замерла, стараясь не дышать. Если они сейчас войдут в библиотеку, то сцена будет более, чем неловкой.
- Подожди, Кла. Я и так достаточно наслушалась гадостей от разных людей. Я просто хочу его увидеть.
- В этом вопросе, - в голосе прозвучало ехидство – вы с ним, похоже, расходитесь. Если бы он хотел, то пришел бы.
- Бывают непредвиденные обстоятельства. Он… он мне позвонил.
- Да неужели?
- Представь себе. Он… он чувствует то же самое. И не надо все портить.
- Я не порчу, я пытаюсь помочь
- И выставить меня дурой. Если бы не эта сволочь… убила бы! Но что он может сделать, Кла? Ничего. Он ничего не знает.
Голоса удалились, а Николетта стояла в замешательстве. Нет, это вряд ли связано с отравлением. У Джузеппины, похоже, любовные проблемы, а сестра ее доверенное лицо. И они точно говорили о «сволочи» в мужском роде, значит это не может быть их бабушка.
В центре библиотеки стоял большой тяжелый стол, накрытый бархатной бордовой скатертью, достаточно длинный, чтобы вместить всю семью. Николетта подошла к шкафам, оглядела полки и нашла томик Итало Кальвино, чьи повести она давно собиралась перечитать. Села на один из стульев, расставленных вокруг стола, раскрыла книгу, но после десяти минут чтения глаза начали слипаться. Слишком темно.
Она опустила руки, чтобы отодвинуть стул и встать, и даже начала подниматься, но замерла в полуприседе. В библиотеке стало очень холодно. Так холодно, что все внутри Николетты буквально покрылось льдом.
Потому что рядом с ней… Она опустила глаза вниз, попыталась рассмотреть, что находится под столом. Наконец встала, отодвинула стул и наклонилась – и увидела тело, безвольно лежавшее на полу, прислонившись к соседнему стулу.
Это было тело мужчины, и оно было ужасно. Там, где подразумевался затылок, осталось что-то бесформенное с клочками черных волос.
А потом кто-то заорал истошным голосом и Николетта не сразу поняла, что кричит она сама.
Глава 5.
- Кто это? – Спросил Брандолини, когда Николетта выпила целую бадью кофе на кухне «свиных щечек» и ее собственные щеки порозовели.
- Я не знаю. А то, что я видела, не позволяло…- она снова побледнела.
- Перестань дрожать. Все уже прошло.
Это звучало так… надежно и она сразу перестала.
- Ты как?
Она неопределенно пожала плечами. – До сих пор все убийства, с которыми я сталкивалась, обходились без… крови. Как я? Наверное в шоке. Но разве ты не должен быть… там?
- Там Паоло.
Молодой карабинер пользовался особым расположением Николетты после того, как спас ей жизнь. Вечно краснеющий юноша оказался достаточно сообразительным в непонятной ситуации и теперь она окончательно успокоилась.
- Здесь есть какое-то помещение, где можно расположиться? Хозяйка все еще спит, ты покажешь?
- Гостиная…- неуверенно сказала Николетта.- Наверное она подойдет. Я провожу.
На лестнице толпились домочадцы, которых карабинеры не пускали в коридор.
- Можете разойтись по своим комнатам,- сказал Брандолини.- Мы обо всем позаботимся.
Это звучало утешительно, а может, солидная фигура начальника карабинеров внушала уверенность, потому что родственники, перешептываясь, начали расходиться.
Николетта юркнула в двери гостиной вслед за марешалло. Она окончательно пришла в себя, ведь приехали карабинеры!
Тихой мышкой села в сторонке, надеясь, что Брандолини ее не выгонит.
Дверь гостиной распахнулась и на пороге появилась Виолетта Скарчелла, еще более громоздкая в ярко-красном платье. Николетте показалось, что у нее даже цвет волос изменился, в нем появилась рыжина.
- Ну? Зачем так шуметь? Вы мертвецов разбудите!
- Боюсь, что уже нет.- Пискнула Николетта со своего места.
- Не понимаю. Что происходит и что здесь делают карабинеры? Я же ясно сказала, что не хочу огласки!
- Синьора, вам придется пройти с нами в библиотеку.
- То есть она вам позвонила, да? Несмотря на то, что я ей сказала!
- Дело не в мышьяке,- снова пискнула Николетта.- Это… другое. Какой-то мужчина в библиотеке.
- Абсурд.- Безапелляционно заявила хозяйка.- Совершеннейший абсурд. Что ему там делать?
- Ну, теперь он уже ничего не делает. Он мертв. Мне… жаль.
- О!
Она не успела ничего больше произнести, вмешался Брандолини.
- Вы синьора Виолетта Скарчелла? Хорошо. Мне нужно, что вы посмотрели на… тело. Как только судмедэксперт закончит. Это будет неприятно, но…
- Вы кем меня считаете, молодой человек? Дряхлой развалиной? Думаете, я никогда раньше не видела мертвецов?
Глаза Николетты округлились, а Брандолини ухмыльнулся. – Ну, многие, знаете ли, не видели.
Двери распахнулись и на пороге появился банкир Бартоломео.
- Я сразу развернул машину, как только мне позвонили. Его уже опознали? Офицеры, лучше это сделаю я. Опознаю. Мама слишком… слаба.
- Слаба?- Возмутилась Виолетта.
Но Брандолини кивнул и банкир в сопровождении Паоло отправился в библиотеку. Вернулся через пару минут.
- Это… твой муж, мама. Один из… Стефано. Погиб. Извини, что сообщаю тебе. Не хотелось бы быть тем, кто…
- Не бормочи, говори нормально.- синьора Скарчелла с интересом оглядела сына.- Ты же не убил его, дорогой?
- О! – Теперь сказала Николетта.
Брандолини встал. – Я должен поговорить с вами со всеми. С членами семьи. Но сначала я хочу поговорить с Ни… синьорой Денизи. Дайте нам минутку.
- Никто не удивлен, правда?- синьора Скарчелла плюхнулась в кресло.- Все они обижены на бедного Стефано. Думали, он хочет доли в наследстве.
- Мама, ну что ты говоришь!
- Но это же не ты его застрелил?
- Минуточку. – остановился Брандолини. Он говорил тихо, но тон его голоса Николетте не понравился.
- Почему вы решили, что в него стреляли, синьора? Никто этого не упоминал.
Николетта уставилась на хозяйку дома. Та глянула на нее и быстро перевела взгляд на карабинера.
- Ну… А разве в него не стреляли?
Тот медленно кивнул. – В него стреляли. Но откуда вы это узнали?
- Что вы такое говорите, молодой человек? Откуда мне это узнать? Он просто мужчина. Предполагается, что мужчин убивают, когда в них стреляют.- Она секунду помолчала. – А женщин обычно отравляют, не так ли?
Лицо Брандолини не изменилось, но Николетта знала его достаточно хорошо, чтобы понимать - он озадачен. Она встала и сказала:- Пойдемте, марешалло,- и направилась к двери.- Мы выйдем во двор.
- Естественно, – ответила Виолетта Скарчелла, но никто не понял, что она имела в виду.
Во дворе Брандолини выдохнул:
- Фух! Что это было? Что это за женщина, черт побери?
Николетта хихикнула. – А каково мне!
- Как только мы закончим разговаривать с членами семьи, ты уберешься из этого дома. В любом случае, теперь тебе здесь нечего делать, расследованием убийства будем заниматься мы.
- Но я смогу узнать то, чего никогда не скажут карабинерам. (Сколько раз она уже произносила эти слова!) Ты же знаешь, как это бывает.
- В этом доме оставаться опасно. Действительно опасно. До сих пор речь шла о гипотетическом покушении на отравление и ты не представляла собой угрозы. Всегда можно списать это на выдумку эксцентричной синьоры. Но убийство совсем другое дело, так что собирай вещи, уедешь со мной. И не спорь!
На самом деле Николетта и не собиралась спорить. Ей и до убийства было очень неуютно в этом доме, а теперь абсолютно не хотелось здесь оставаться. Но дух противоречия…
Она поджала губы, изобразив обиду и отправилась в дом собирать вещи. Обернулась: - Лучше поговори с банкиром. Он выглядит самым здравомыслящим в этом доме. Синьора Скарчелла не помнит половины своих мужей.
- Или притворяется.
- Этого я так и не поняла. Но склоняюсь к мысли, что она действительно… странновата.
* * *
- Ну? – невежливо спросил Брандолини у банкира.
- Стефано был четвертым мужем моей матери. Не очень приятным человеком. Мои племянницы иначе как сволочью или змеей его не называли.
- И ваша мать не слишком расстроена, правда?
- По ней трудно сказать. Она… в общем, она вот такая.
- Как вы думаете, почему она решила, что в него стреляли?
Банкир на мгновение задумался. – Видите ли… у моей матери очень четкие представления о том, как должны вести себя мужчины и женщины. Думаю, это вписано в ее карту мира. Если бы события происходили лет триста назад, она была бы уверена, что его закололи шпагой. А в наше время…она считает убийство и выстрел синонимами.
Брандолини слегка наклонил голову.
- А женщин травят,- продолжал банкир.- Поэтому она и думает что кто-то пытался ее отравить.
- А вы не думаете?
