- Возможно она чувствовала себя одинокой.
- Два сына, внуки, странный тип, который живет с ней много лет – как можно чувствовать себя одинокой в такой толпе?
-Родственники,- изрекла Николетта,- не то же самое, даже дети и внуки. Каждому хочется чувствовать, что он кому-то нужен. Ну… кому-то со стороны, я имею в виду. Вот, например, у нее две кошки, которых Виолетта любит и берет с собой, куда бы не отправлялась, даже на пару часов. Но это же совсем не то, что муж!- Тут Николетта покраснела и сбилась.- Ну, то есть… друг, любимый человек… ну, ты меня понял.
Брандолини пребывал в некотором замешательстве. – Допустим… но что мешало остановиться на одном муже?
- Он умер.
- Va bene, на втором?
- Возможно, он ей… не подошел.
Брандолини закатил глаза.
- Это создает множество проблем… как минимум с банковскими счетами и документами.
- Возможно она из тех, кто умирает со скуки если жизнь упорядочена и размерена.
- Пусть купит козу, стадо овец и… выроет пруд и запустит туда рыбок.
- Я об эмоциональной сфере, ну как ты не понимаешь?
-Баловство все это, испорченность и отсутствие эмпатии, а не поиски второй половины.
- В общем, сын, который банкир, решил, что мать сбрендила,- срочно сменила тему Николетта. Какой он, право… бесчувственный порой, этот Бани Брандолини!
- Ха! До него только дошло?
- И уверен, что не было никакого отравления и никакого анализа. Тем более, что дом всегда полон народа. И банкир, и убийца Брамса, и вторая внучка, и горничная, и кухарка, и дворецкий, и Эльмо наверху.
- В каком смысле Эльмо наверху? И… убийца кого? Я ничего не понял.
- Неважно, я просто так называю их про себя, чтобы не запутаться. Эта девица каждый вечер убивает Брамса, играя на скрипке. Боюсь, второго такого представления мои зубы не вынесут. И… этот Эльмо, он никогда не показывается, всегда наверху. Кстати!- Николетта рассказала карабинеру про шаги и слова горничной.
- С горничной все нормально, это ее третья работа в качестве домработницы и отзывы вполне комплиментарные. А вот повариха совсем не Кьяра Джованетти, а Кьяра Гуанчале.
- Зачем она притворяется Джованетти?
- А ты взяла бы на работу человека с фамилией «свиные щечки»?
- Ну… когда-то я знала человека по фамилии «священные панталоны», Сакрипанти. Так что щечки звучат вполне нормально, особенно для поварихи. Вот только готовит она ужасно.
- Теперь Эльмо. Никакого родственника по имени Гильельмо ни у Виолетты, ни у ее мужей компьютер не нашел. Хорошо бы узнать его фамилию.
- А вдруг он призрак? И топает по ночам на чердаке? – округлила глаза Николетта.
Брандолини хмыкнул, посоветовал умерить фантазию, смотреть в оба, а лучше возвращаться домой. И отбыл в казарму.
А Николетта вернулась в дом с видом человека, совершившего утренний моцион, и сразу направилась на кухню.
* * *
«Свиные щечки» с таким остервенением мешали что-то в кастрюле, что Николетта отошла на безопасную дистанцию. Эдак не успеешь оглянуться, как покроешься томатом с ног до головы!
- Что вам? – сердито буркнула Кьяра.- Не боитесь, что отравлю?
- Почему я должна бояться?
- А почему они все боятся? Заказали обед в ресторане и ужин тоже, так, глядишь, еще и не заплатят за работу. А я тут причем? Это я, что ли, отравила хозяйку? И вообще никто ее не травил, а иначе почему она осталась жива?
«Действительно, почему? Отравитель оказался неумехой или это было предупреждение, а не попытка убийства?»
- Ну, не думаю, что вы захотите меня отравить, я же не член семьи. Так что я не откажусь от чашечки кофе.
- Но суете нос во все дыры. Мешаетесь под ногами,- буркнула повариха, но прекратила издеваться над соусом.
Как ни странно, кофе оказался вполне сносным.
- Так что было в то утро? Кто присутствовал на завтраке?
- Те, что и сейчас. Когда я подавала кофе, ее сын, который банкир, говорил что-то о завещании, что они могут быть спокойны, бывшим мужьям она не оставила ни цента. Все детям.
- Это он при матери такие разговоры вел?
- Нет, хозяйка уже ушла.
- И он что, видел завещание?
- Видел ли, не знаю, но ему рассказал нотариус. Он сам так сказал, да покарают меня сантиссими санти, если я вру!
- А потом хозяйка вызвала ambulanza?
- Да, когда ей совсем заплохело. Но я тут не причем. Мне-то зачем ее травить?
«Учитывая, как ты готовишь, и умысла не нужно»- подумала Николетта и на всякий случай отставила чашку, из которой успела сделать один глоток.
- Знаете, синьора, на вашем месте я бы тут не крутилась. Всё это полная ерунда. И вообще это для карабинеров. Для властей. Но, между нами говоря, это всего лишь возраст, это я вам точно говорю. Она больше не молода и с этим надо смириться.
- Может, вы и правы,- задумчиво кивнула Николетта и быстренько юркнула за дверь, пока повариха не заставила ее допивать кофе. С нее станется!
* * *
Не представляя, чем заняться дальше, Николетта бесцельно шла по коридору, пока не увидела одну из кошек. То ли Раффи, то ли Таффи воровато оглянулся и втянулся в узкую щель в дверях одной из комнат. Вроде там была библиотека, и, как бы синьора Скарчелла не любила кошек, им вряд ли разрешено заходить в библиотеку, отсюда такой шкодливый вид.
Николетта решительно потянула дверь и ступила в полумрак. Плотные шторы задернуты, горит лишь маленькая лампа в мягком абажуре на журнальном столике.
Кошка тут же смылась, скользнув за дверь между ее ног. Но не уходить же, тем более что Николетта не придумала себе занятия.
Из коридора послышались голоса. Они приблизились и остановились прямо за дверью, у которой стояла Николетта. Две внучки, больше некому.
- Но, Кла, мне нужно было что-то придумать. Я никак не могла знать…
- Хорошо, carissima, я понимаю. Просто в этой ситуации…
Николетта замерла, стараясь не дышать. Если они сейчас войдут в библиотеку, то сцена будет более, чем неловкой.
- Подожди, Кла. Я и так достаточно наслушалась гадостей от разных людей. Я просто хочу его увидеть.
- В этом вопросе, - в голосе прозвучало ехидство – вы с ним, похоже, расходитесь. Если бы он хотел, то пришел бы.
- Бывают непредвиденные обстоятельства. Он… он мне позвонил.
- Да неужели?
- Представь себе. Он… он чувствует то же самое. И не надо все портить.
- Я не порчу, я пытаюсь помочь
- И выставить меня дурой. Если бы не эта сволочь… убила бы! Но что он может сделать, Кла? Ничего. Он ничего не знает.
Голоса удалились, а Николетта стояла в замешательстве. Нет, это вряд ли связано с отравлением. У Джузеппины, похоже, любовные проблемы, а сестра ее доверенное лицо. И они точно говорили о «сволочи» в мужском роде, значит это не может быть их бабушка.
В центре библиотеки стоял большой тяжелый стол, накрытый бархатной бордовой скатертью, достаточно длинный, чтобы вместить всю семью. Николетта подошла к шкафам, оглядела полки и нашла томик Итало Кальвино, чьи повести она давно собиралась перечитать. Села на один из стульев, расставленных вокруг стола, раскрыла книгу, но после десяти минут чтения глаза начали слипаться. Слишком темно.
Она опустила руки, чтобы отодвинуть стул и встать, и даже начала подниматься, но замерла в полуприседе. В библиотеке стало очень холодно. Так холодно, что все внутри Николетты буквально покрылось льдом.
Потому что рядом с ней… Она опустила глаза вниз, попыталась рассмотреть, что находится под столом. Наконец встала, отодвинула стул и наклонилась – и увидела тело, безвольно лежавшее на полу, прислонившись к соседнему стулу.
Это было тело мужчины, и оно было ужасно. Там, где подразумевался затылок, осталось что-то бесформенное с клочками черных волос.
А потом кто-то заорал истошным голосом и Николетта не сразу поняла, что кричит она сама.
Глава 5.
- Кто это? – Спросил Брандолини, когда Николетта выпила целую бадью кофе на кухне «свиных щечек» и ее собственные щеки порозовели.
- Я не знаю. А то, что я видела, не позволяло…- она снова побледнела.
- Перестань дрожать. Все уже прошло.
Это звучало так… надежно и она сразу перестала.
- Ты как?
Она неопределенно пожала плечами. – До сих пор все убийства, с которыми я сталкивалась, обходились без… крови. Как я? Наверное в шоке. Но разве ты не должен быть… там?
- Там Паоло.
Молодой карабинер пользовался особым расположением Николетты после того, как спас ей жизнь. Вечно краснеющий юноша оказался достаточно сообразительным в непонятной ситуации и теперь она окончательно успокоилась.
- Здесь есть какое-то помещение, где можно расположиться? Хозяйка все еще спит, ты покажешь?
- Гостиная…- неуверенно сказала Николетта.- Наверное она подойдет. Я провожу.
На лестнице толпились домочадцы, которых карабинеры не пускали в коридор.
- Можете разойтись по своим комнатам,- сказал Брандолини.- Мы обо всем позаботимся.
Это звучало утешительно, а может, солидная фигура начальника карабинеров внушала уверенность, потому что родственники, перешептываясь, начали расходиться.
Николетта юркнула в двери гостиной вслед за марешалло. Она окончательно пришла в себя, ведь приехали карабинеры!
Тихой мышкой села в сторонке, надеясь, что Брандолини ее не выгонит.
Дверь гостиной распахнулась и на пороге появилась Виолетта Скарчелла, еще более громоздкая в ярко-красном платье. Николетте показалось, что у нее даже цвет волос изменился, в нем появилась рыжина.
- Ну? Зачем так шуметь? Вы мертвецов разбудите!
- Боюсь, что уже нет.- Пискнула Николетта со своего места.
- Не понимаю. Что происходит и что здесь делают карабинеры? Я же ясно сказала, что не хочу огласки!
- Синьора, вам придется пройти с нами в библиотеку.
- То есть она вам позвонила, да? Несмотря на то, что я ей сказала!
- Дело не в мышьяке,- снова пискнула Николетта.- Это… другое. Какой-то мужчина в библиотеке.
- Абсурд.- Безапелляционно заявила хозяйка.- Совершеннейший абсурд. Что ему там делать?
- Ну, теперь он уже ничего не делает. Он мертв. Мне… жаль.
- О!
Она не успела ничего больше произнести, вмешался Брандолини.
- Вы синьора Виолетта Скарчелла? Хорошо. Мне нужно, что вы посмотрели на… тело. Как только судмедэксперт закончит. Это будет неприятно, но…
- Вы кем меня считаете, молодой человек? Дряхлой развалиной? Думаете, я никогда раньше не видела мертвецов?
Глаза Николетты округлились, а Брандолини ухмыльнулся. – Ну, многие, знаете ли, не видели.
Двери распахнулись и на пороге появился банкир Бартоломео.
