Хотелось дико ржать и одновременно орать от боли. Самое чувствительное место получило потёртость – не критичную, конечно, но такую, которая нанесла невосполнимый урон моей драконьей гордости.
Итак, что мы имеем?
Я просто вызывал лингвара. А получил истинную пару в облике чёрной кошки, которая шлёпнула хвостом по лицу самого короля, побила лапой королевскую любимицу, почти сняла скальп с министра здравоохранения, едва меня не кастрировала и скрылась в лесу.
И во всём этом хаосе меня интересовало лишь три вопроса: где мне взять нового лингвара, как найти безбашенную боевую котейку и как вернуть ей человеческий облик?
Надеюсь, что последнее вообще возможно, иначе придётся искать магов, которые сделают меня котом.
– Я очень, очень недоволен, Сайрон! – прошипел из окна разгневанный король.
Глава 6. Ультиматум
Сайрон Торн
*
Отряхнувшись, вернул себе мужской облик и быстро отправился в свой особняк.
Августин Великолепный стоял у окна и с видом защитника обиженной сиротки поглаживал свою белоснежную бандитку.
– Сайрон. Что. Это. Было??? – чеканя каждое слово, наехал на меня король.
– Я вызывал лингвара, ваше величество. Но магия нашего мира распорядилась так, что я заполучил свою истинную, – показал я ему на аккуратную вязь татуировки на запястье.
Глаза короля расширились, и он возмущённо рявкнул:
– Значит, ты воспользовался моей королевской магией, чтобы истинную себе раздобыть?!
– Я проводил ритуал призыва истинной день назад, но безуспешно. Видимо, с тех пор не все магические флуктуации развеялись, и тот ритуал наложился на сегодняшний. Вдобавок ваша кошка тоже внесла свою лепту в этот сумбур. В итоге нам по-прежнему нужен лингвар, а моя истинная бегает сейчас где-то в лесу в пушистой шубе! И я понятия не имею, смогу ли вернуть ей обычный облик. Если нет, то вам придётся назначать нового главу Тайной канцелярии, ваше величество, поскольку я сам буду вынужден стать котом. Думаю, как дракон, вы меня понимаете, – отозвался я, роясь в своём шкафу в артефактах поиска.
Нужно было отобрать самый крупный и мощный камень, чтобы он сработал наверняка.
Я чувствовал свою избранницу – ощущал, что она где-то недалеко, но определить её точное местонахождение был не в силах. И это сводило с ума и меня, и моего ящера.
Всё было бы проще, если бы девушка была драконицей. Тогда на её руке тоже проступила бы метка, и я смог бы безошибочно найти её где угодно.
А тут у меня была мало того, что человечка, но и в зверином облике! Если мне удастся вернуть ей нормальный вид и затащить под венец, то метка на её руке проступит после нашей первой брачной ночи. А на данный момент девушка не чувствовала ко мне такого же притяжения, как я к ней. Это всё усложняло.
Поэтому сейчас вся надежда была на артефакт поиска.
– Мы вызывали лингвара, Сайрон, – голос короля струился ледяным потоком. – К нам по межмировому порталу была доставлена эта девица. Значит, она переводчик. То, что она сейчас в облике кошки – это даже хорошо: мне докладывали, что слайтеры общаются только с животными. Даю тебе три дня, чтобы поймать свою пушистую проблему и с её помощью допросить пленного. А на четвёртый день чтобы моя сестра была уже дома! Потому что, если не справишься – я озвучу приказ своим лучшим охотникам найти эту наглую дамочку, которая ударила меня по лицу, и отдам её в руки правосудия. Ты должен знать, что бывает с теми, кто поднимает руку, лапу или хвост на короля.
В душе всё содрогнулось от такой угрозы. Впервые в жизни пожалел, что приносил клятву верности этому монарху.
– Неужели вы прилюдно казните кошку? – ужаснулся я. – Это даст вам славу живодёра!
– Я всё сказал, Торн. Займись делом, – припечатал меня взглядом король.
– Ваше величество, позвольте только один вопрос, – глухо выдохнул я.
– Спрашивай, – отозвался Августин с видом величайшего одолжения.
– Как так получилось, что ваша Снежинка вошла в комнату, когда мы проводили настолько сложный и важный магический ритуал? Кто запустил сюда ваше животное, чтобы отвлечь нас от дела? – пристально посмотрел я на него.
На это Августин раздражённо повёл плечом:
– Не выдумывай ничего на ровном месте, герцог. Это же кошка! Кошки всегда гуляют где хотят. Лучше сосредоточься на задании. У тебя всего четыре дня, не забывай. И кстати – когда найдёшь свою истинную и вернёшь ей нормальный облик – не забудь привести её во дворец, чтобы она извинилась передо мной и моей Снежинкой. Поведение твоей дамочки было возмутительным.
Гневно фыркнув, Августин ушёл, громко хлопнув дверью.
А я снова выпрыгнул из окна, в воздухе обращаясь в дракона и прижимая к груди артефакт поиска размером с яблоко.
Сделал несколько кругов над перелеском и над лесом с той стороны, куда сиганула моя пушистая лапушка.
Будь у меня какая-нибудь её личная вещь, ниточка от одежды или хоть один волосок – всё было бы проще. А пока что всё, что я мог прислонить к артефакту поиска, была моя прокушенная рука. То есть драконья лапа. Плюс метка истинной пары.
Видимо, поэтому артефакт не мог понять, что мне надо, и сиял как праздничная гирлянда, куда бы я ни летел. Такое чувство, что моя избранница была везде и нигде одновременно.
В конце концов я попробовал другой формат поиска: памятуя, как сильно она испугалась ящера, принял человеческий вид и побегал по лесу в поисках пушистой чёрной молнии.
Взглядом зацепился за два больших зелёных глаза, испуганно пялящихся на меня из кустов.
– Попалась! – обрадованно воскликнул я, выдёргивая на свет тёмного пушистика.
Вот только малость обознался.
Пойманный енот заверещал от ужаса и со всей дури тяпнул меня за палец...
Глава 7. Поиски
Сайрон Торн
*
Твою ж чешуйку, нельзя же быть таким удачливым и неудачником одновременно?!
Не день, а какой-то сплошной парад планет в туманности жирного песца…
Отправил кусючего енота обратно в заросли, придав ему ускорение шлепком по пятой точке. Кажется, меня обругали, но в возмущённом шипении чувствовались оттенки облегчения, что его не сожрали.
Какое счастье, что я дракон с отличным иммунитетом и ускоренной регенерацией, иначе пришлось бы пропить курс едких лекарств от бешенства.
Чем больше я размышлял обо всей своей ситуации, тем больше нюансов в ней подмечал.
Кто-то из королевского окружения стопудово подкинул кошку в мою лабораторию в тот момент, когда мы проводили ритуал. Не удивлюсь, что этот кто-то точил зуб на принцессу и каким-то образом поспособствовал её похищению. А теперь подсуетился так, что мы с королём запороли вызов лингвара. Августин от меня отмахнулся, но эту тему надо будет подкинуть своим ребятам из секретного отдела. Пусть её покрутят – артефактами, допросами свидетелей.
В какой-то степени король был прав: я невольно воспользовался его мощной магией, чтобы переместить к себе свою истинную. Моя лапонька находилась от меня слишком далеко, межмировой портал к ней был невероятно длинным, и своими силами я бы никогда в жизни не справился.
А если бы я обратился к Августину с просьбой помочь мне найти истинную – он бы поднял меня на смех. Ему самому истинная была не особо нужна, он вполне наслаждался собственной персоной и его всё устраивало. Недаром он добавил к своему имени слово «Великолепный» и велел установить ему прижизненные памятники в каждом крупном городе.
В итоге лингвара я проморгал, зато истинную обрёл.
Нужно как можно скорее проверить, насколько был прав Августин, говоря – мол, ничего не знаю, мы вызывали переводчика – значит, эта девушка переводчик, ведь мы задействовали для ритуала самое мощное заклинание, какое только было в нашем мире. Вдруг он прав и моя кисонька сможет общаться со слайтером? Разумеется, при обеспечении её полной безопасности и исключительно в моём присутствии.
Пока что слишком много неопределённостей и вопросов «если», что сводило меня с ума. В сражениях с гоблинами во время Коралловой войны всё было чётко и ясно: видишь врага – атакуешь. Как-то за одну ночь я в одиночку зачистил целый приграничный город.
Правда, действовал не только исключительно физической силой, но и применил неожиданный маневр: раскидал по городу артефакты, которые транслировали моё изображение и порой извергали огонь – не опасный для окружающих, но очень эффектный.
Гоблины решили, что на них совершена атака клонов, и в панике пустились в бегство. Освобождённую территорию тут же заняли наши войска, а меня с тех пор окрестили легендарным воином.
Сразу после войны король Августин назначил меня главой Тайной канцелярии, отметив при этом, что мой хитрый ум и решительность принесут большую пользу государству.
Я не возражал.
Двадцать лет на этом посту пролетели как один день. Отладил работу этого ведомства, кое-что модернизировал, расширил разведсеть. И впервые за всё время столкнулся с такой серьёзной проблемой, как похищение наших девушек иномирянами из параллельного измерения.
Я и раньше бросал все силы на спасение пленниц и на предупреждение новых похищений. Но теперь, когда король дал мне всего четыре дня – нужно было выпрыгнуть из чешуи, но уложиться в срок.
А уж о том, как мне не терпелось найти и нежно прижать к себе свою истинную – и вовсе можно не говорить. Внутренний ящер аж тихонько подвывал от разочарования, что наши поиски пока не увенчались успехом.
– Кис-кис-кис! Кири-кири-кири! Ну где ты, моя хорошая? Иди ко мне, моя сладкая! – громко приговаривал я, рыская по лесу.
И меня услышали.
Нет, на этот раз это был не енот.
Дородная румяная крестьянка на грибной поляне зарделась ярким румянцем и рванула через валежник в мою сторону:
– Уже иду, милый!
Кажется, она начала раздеваться прямо на ходу.
Я ошалел от такого поворота и позорно сбежал, буркнув в своё оправдание: «Прости, у меня потёртости».
Глаза румяной дивчины надо было видеть.
Надеюсь, я не сильно ранил её хрупкую женскую гордость.
Так, Сайрон, хватит уже паниковать. Нужно срочно начать думать верхним мозгом и отключить тревожность.
Вернулся домой, пометался по комнате, обдумывая ситуацию.
В голове нарисовался мутный, но всё же хоть какой-то план…
Глава 8. Ревность
Кристина Котова
*
Проснуться никак не удавалась.
В голову закралось сомнение, что всё это дичайшая, но всё же реальность.
Я в кошачьем теле! Заняла жилище ни в чём не повинного суслика! И на меня охотится дракон!
Причём этот наглый ящер снова принял мужскую форму – видимо, в надежде завлечь меня своими шикарными телесами. И принялся утюжить лес, разглядывая каждое дерево.
Почему-то он был уверен, что я спряталась именно на высоте.
И этот наглый рептилоид совершенно не скрывал своих намерений, что собирается меня сожрать!
Прямо так и приговаривал, заглядывая под листья: «Кис-кис-кис! Иди ко мне, моя сладкая!»
Живодёр бессовестный! Кошкоед!!!
И чего он на мне-то так зациклился, почему не стал охотиться на ту, белую? Побоялся, что та королевская, и он огребёт от монарха?
Через какое-то время до него дошло, что поиски не увенчаются успехом, и он внезапно вспомнил, что у него в этом лесу забита стрелка на свидание с зазнобой. Вот только, похоже, забыл, где именно.
Потому что стал орать: «Ну где ты, моя хорошая? Иди ко мне!»
Я – кошка, которая до крови прокусила ему ладонь, и на которую он в бешенстве орал из окна: «Стоять!»
Так что это точно не меня он называл «моя хорошая».
Мои догадки подтвердились, когда на его любовный призыв откликнулась дородная женщина с корзиной: «Уже иду, милый!»
Узнала его глубокий бархатный голос, стопудово.
Наверное, у них план был такой: крестьянка отправится в лес якобы за грибами, а на самом деле на горячее свидание с амнезийным ящером. Потому что он никак не мог вспомнить, на какой по счёту поляне было назначено рандеву. Половину леса в поисках прочесал – так ему хотелось женских ласк.
Вот только когда эти два одиночества встретились, дело приняло неожиданный оборот.
На мужественном лице красавчика проступила скупая краснота и он смущённо признался, что у него в том самом месте потёртости. Развернувшись, рептилоид дал дёру, оставив свою любовницу стоять с отвисшей челюстью и быстро хлопающими ресницами.
