– А-а-а, эта пушистая прелесть, – расплылся в улыбке Рон.
Непонятно почему, но душу прошила острая ревность.
– Это МОЯ пушистая прелесть, – рявкнул я прежде, чем взял эмоции под контроль.
– Конечно, как скажете, – опешил повар и на всякий случай покивал.
– Это для неё? – спросил я, заметив у окна две миски – одна стояла пустой, а вторая – с водой.
– Так точно, господин Торн, – чётко, и вместе с тем осторожно отозвался Рон.
– Почему миска пустая? – внимательно посмотрел я на него.
– Животное прибегало, отведало рыбки, попило воды, пошипело на меня и убежало, – отчитался Рон.
– Ясно, – с облегчением выдохнул я.
Почему-то слова повара о том, что Луняша шипела на него и не давала себя погладить, прокатились по душе благостной волной.
– Я новый хозяин Луны. Теперь она моя питомица. Передай всем слугам и запомни сам, что гладить её могу только я. Отныне у тебя появляется новая обязанность – следи, чтобы моя кошка не была голодной. Корми её каждый раз, как она придёт на кухню, и следи, чтобы вторая миска всегда была наполнена водой.
Поверить не могу, что я так сильно беспокоюсь за обычную кошку!
– Вас понял, господин Торн. Будет сделано! – заверил повар и уточнил: – А это отразится на моей зарплате?
– Дам прибавку, – пообещал я, и Рон просиял в готовности хоть прямо сейчас кормить, поить и всячески ухаживать за хозяйской живой игрушкой.
– Спасибо, господин Торн! А вы сами как – будете ужинать? Накрыть вам в трапезной или принести в комнату? – уточнил радостный повар.
– Нет, ничего не надо, Рон, – покачал я головой. Я устал настолько, что даже не хотелось есть. – Только организуй мне ранний завтрак на рассвете. Завтрашний день будет тяжёлым.
– Понял! Всё сделаю в лучшем виде! – решительно махнул он рукой.
Решив этот вопрос, я отправился на дальнейшие поиски своей пушистой варежки.
Та нашлась снова в лаборатории.
Луняша сидела под своим любимым шкафом, почему-то вся мокрая с ног до головы и усердно намывалась.
С помощью магии быстро её высушил и даже расчесал собственной расчёской, отчего кошачий мех не просто распушился, а наэлектризовался.
И теперь на меня с немым укором смотрел натуральный одуванчик с глазками.
– Зато ты теперь не мокрая и не заболеешь, – объяснил я котейке.
В ответ мне тихо фыркнули.
Подхватив этого сурового одувана на руки, отнёс в свою спальню. Пусть спит у меня в ногах.
А я скинул с себя одежду и направился в ванную – принять душ перед сном.
Маленький пушистый шарик проскользнул вслед за мной.
Глава 13. Игры разума
Сайрон
*
С одной стороны, внутренний дракон ликовал, что Луняша находится перед глазами – сидит на тумбочке напротив душевой кабинки – и можно не волноваться, что она сбежит или что-то натворит.
Но с другой стороны, мне было почему-то не по себе от пристального взгляда кошачьих глаз. Причём кошка то и дело стыдливо отворачивалась в сторону, но потом продолжала сверлить меня голубыми глазёнками.
Вроде как она смущалась смотреть на то, как я принимаю душ, и в то же время хотела наблюдать за этим процессом с природным кошачьим любопытством.
И вообще, наверное, она волновалась, видя меня под струями воды.
– Не волнуйся, не утону, – заверил я её, на что Луняша коротко дёрнула хвостиком.
Наверное, не поверила.
Луняша как зачарованная наблюдала за тем, как я намыливаюсь, и как пена стекает с моего торса.
Она смотрела на это так пристально и напряжённо, практически не мигая, что я озадаченно пробормотал:
– Кажется, я сломал этого одувана…
Закончив с помывкой, обтёрся полотенцем и направился в кровать.
Луняша – за мной.
Я думал, что она уляжется у меня в ногах, но эта котейка с королевской грацией и медвежьей решительностью расположилась возле подушки, вперившись мне в лицо немигающим взглядом.
– Спи давай, – сонно прошептал я и с горечью добавил: – Вот бы моя Чернушечка сейчас была со мной…
И зашипел от неожиданности: меня тяпнули за руку!
На ровном месте, ни за что!
А самое дикое – моему дракону понравился этот укус. Мой бедный ящер совсем свихнулся от всех этих кошкопроблем…
– Хватит баловаться, Луна! Спи! – прикрикнул я на пушистую хулиганку и повернулся к ней спиной.
По мне прошлись как по каменной мостовой и снова расположились перед лицом.
Под таким пристальным кошачьим взглядом постепенно погрузился в сон, снова и снова прокручивая в уме каждую секунду того момента, как я увидел свою истинную пару.
Невероятно красивая голубоглазая блондинка. Хрупкая, нежная, соблазнительная. Её сладкие губы манили к поцелуям, длинные волосы струились по спине жидким шёлком, а в бездонных очах можно было утонуть…
До безумия хотелось заключить её в объятия и смять эти соблазнительные губы жарким поцелуем, и ласкать, ласкать, ласкать...
От неё исходил аромат сирени, клубники и чарующего иланг-иланга, а её притягательная аура вступала в идеальный резонанс с моей собственной.
Я настолько глубоко проникся этим образом, что, проснувшись с первым рассветным лучом, увидел эту до боли желанную девушку рядом с собой в постели. Сонную. Очаровательную. Всё в том же золотистом халате.
Адреналин жахнул по венам, застучав звонкими молоточками в ушах.
Но, стоило мне потрясённо моргнуть, как на месте моей истинной пары лежала безмятежная Луняша.
Моя новая питомица совершенно не понимала, чего я так дёргаюсь с утра пораньше и захлопала удивлёнными глазками.
В голову даже прилетела бредовая идея, что Луна и есть моя истинная пара, а также Чернушенька. Но я отмёл её как слишком странную.
Да и Луняша реагировала на меня с идеальным кошачьим спокойствием высшего уровня. Будь на её месте моя истинная – разве она лежала бы так спокойно? Конечно нет.
– У тебя тоже голубые глазки, как у моей любимой, – погладив одувана, тяжело вздохнул я, объясняя самому себе такие игры разума. Мозг выдаёт желаемое за действительное.
На этот раз меня прикусили за ногу.
И внутренний дракон снова был рад такой кошачьей шалости. Когда он успел у меня стать таким мазохистом?
– Луняша, всё, хватит, – рассмеялся я, откидывая в сторону одеяло и отрывая хулиганку от своей пострадавшей пятки.
Меня лизнули в нос и сиганули под кровать.
Не из окна – и на том спасибо…
В ванную пошёл уже без сопровождения.
Быстро оделся под бдительным контролем из-под кровати.
А вот в трапезную Луна уже увязалась за мной.
Рон расстарался: положил у стены возле двери штук десять мисок с разными мясными и рыбными блюдами плюс миску с водой. И мне тоже накрыл на стол, разумеется.
Спешно позавтракав в тёплой кошачьей компании, я направился к выходу, торопясь в свою Тайную канцелярию, где в артефакторном зале меня должны уже ждать пятьдесят котоловушек с чётко заданными параметрами.
Вот только Луна решила внести коррективы в мои планы и заскочила мне на плечи, чётко давая понять, что она отправится вместе со мной!
Глава 14. Пушистая тень
Кристина
*
Этот коварный ящер явно намерен свести меня с ума!
Когда он появился в спальне, я в панике вылетела проторенным путём – в ближайшее окно.
И едва не захлебнулась в бидоне с молоком!
Правда, когда первый шок прошёл, я даже получила удовольствие, всасывая тёплое парное молочко со скоростью мохнатого пылесоса.
Но жестокая рука матёрого молочника нагло и резко лишила меня этой радости, схватив за шкирку и зашвырнув в кусты.
А как он орал! С таким глубоким, колоритным басом ему бы на сцене выступать.
Кошки и собаки со всей округи учуяли, что в кустах шарахается вкусно пахнущее существо, и устроили на меня настоящую охоту. Чтобы облизать или сожрать – не знаю, выяснять не стала.
Пришлось спасаться бегством, опять всё тем же старым путём: по стене, в особняк, в привычную и родную лабораторию, под спасительный шкаф.
Даже не знаю, что я зализывала больше – испачканную шёрстку или растоптанную гордость.
Я успела вымыть каждый сантиметр своего мохнатого тела, когда под шкаф снова заглянул мой доставучий ящер-красавчик.
Наверное, не нашёл себе любовницу на ночь и вспомнил о кототерапии.
Я совершенно не ожидала, что с кончиком его пальцев сорвутся искорки и полностью высушат мой мех. И не просто высушат, а наэлектризуют.
Но этого Сайрону показалось мало. Он добил мою шёрстку своей расчёской, и вся шерсть невольно поднялась дыбом.
Он сделал из меня натуральный одуванчик: дунь – улечу!
Ещё и поржал надо мной.
Пока нёс в комнату – наглаживал животик так, что хотелось включить виброрежим.
А потом началось натуральное издевательство над моей впечатлительной тонкой психикой…
Сначала этот тип разделся. Догола!
Я чуть хвост не прикусила, разглядывая этот образчик мужского совершенства. Он был идеален во всём. И везде!
Причём никаких потёртостей я у него в стратегически важном месте не заметила. Наверное, регенерация отличная у этого бабника.
Потом он направился в ванную.
А я, ругая себя последними словами – за ним.
Не смогла удержаться, каюсь.
