Лисья княжна
Анна Батлук
В северном княжестве, где суровые зимы сменяются робкой весной, наследница престола вынуждена скрывать страшную тайну. Проклятая с рождения, с наступлением ночи она оборачивается в лису. Как же снять проклятие? Как водится – выйдя замуж. Древние поверья твердят, что мужчина помогает от всех недугов. Но не так много желающих взять в жены лисью княжну, а те, кто прибыл на смотрины, преследуют свои цели, и не всегда благородные. Так что пока выбираешь жениха, вполне можно и передумать снимать проклятие.
Анна Батлук
Лисья княжна
Лисья княжна
В северном княжестве, где суровые зимы сменяются робкой весной, наследница престола вынуждена скрывать страшную тайну. Проклятая с рождения, с наступлением ночи она оборачивается в лису. Как же снять проклятие? Как водится – выйдя замуж. Древние поверья твердят, что мужчина помогает от всех недугов. Но не так много желающих взять в жены лисью княжну, а те, кто прибыл на смотрины, преследуют свои цели, и не всегда благородные. Так что пока выбираешь жениха, вполне можно и передумать снимать проклятие.
***
Женихи прибывали, а я смотрела на них из кустов. Не выходила к огням, но и не пряталась – вряд ли кто-то решит обнажить оружие прямо во дворе князя. Но наблюдать за незнакомыми пока еще людьми было интересно.
Один из женихов даже не верхом прибыл, а в колымаге. Толстый, укутанный в меха, еле выбрался в узкую дверь и вперевалочку направился в терем. Явно же из южных княжеств прибыл – они все там изнеженные и к зиме не привыкшие. Как он с таким отношением к зиме и трудностям собирается северную княжну завоевать?
Три жениха прибыли вместе. Все, как на подбор, рослые, плечистые, с русыми бородами, отличающимися только длиной. Я даже высунулась из кустов, забывшись. Сыновья старшего боярина Росстани. Я была с ними знакома в детстве, но уже давно мы не виделись. Не к лицу княжне встречаться с посторонними мужчинами. К тому же, слава о братьях идет двоякая. Вроде бы и щедрые они, и веселые, но бабы в их теремах надолго не приживаются. Потому-то ни один из братьев до сих пор и не женат.
Несколько женихов ничем не запомнились – быстро спешились, а то и пешими зашли на княжий двор и направились в зал. Благо, что слуги действовали быстро и умело, и столпотворения перед крыльцом не допускали.
Еще один жених устроил во дворе спор со слугами. Разгневался, попытался было схватиться за кнут, но вовремя опомнился. Неудивительно, что этот жених мне с первого взгляда не понравился и жаль, что нельзя сразу же сообщить ему, что шансов завоевать княжну у него не имеется.
Итого, если не сбилась со счета, женихов было восемь. Негусто, но и не так мало, как предсказывал отец. Он переживал, что явятся только сыновья младших бояр, охочие до княжеского приданого, ан нет. Меня даже сыновья старшего боярина засватать решили. Я весело фыркнула и, потягиваясь, встала, как вдруг в княжеский двор въехал всадник. Его лошадь казалась громадной, но и всадник на ней оказался крупным. Высокий мужчина с темными волосами, собранными в узел на затылке. На плечах его был красный плащ с меховой оторочкой – скорее всего, он накинул его прямо перед двором, скакать во весь опор с таким богатством на плечах было бы затруднительно.
Я вытянула шею, пытаясь разглядеть лицо мужчины, как он вдруг обернулся и посмотрел прямо в кусты. Прямо на меня. Не будь я уверена, что в темноте разглядеть маленькую лису невозможно, испугалась бы и убежала, но бояться мне было нечего. Как я уже заметила ранее – никто не станет обнажать оружие на княжьем дворе.
Жених оказался красив. Выступающие скулы, прямой нос, темные глаза, но светлая кожа – не южанин, уже хорошо. Он качнул головой и отвернулся, ушел в терем. А из кустов выбежала маленькая лиса. Наследница Изарского княжества.
***
В честь приезда женихов, был устроен пир. Пир, на котором, разумеется, не присутствовала наследница. Я в это время каталась по небольшому еще снегу в рощице, неподалеку от терема князя, но женихам об этом знать не стоило.
Как только занялся рассвет, я отправилась к дому. Мышцы покалывало, как всегда перед преображением, а усталость сковывала все тело. Я привычно направилась к черному входу, где для меня в двери был вырезан лаз, и вдруг замерла - на крыльце сидела незнакомая собака.
Я занервничала. В детстве у меня случилось краткое неприятное знакомство с собачьими зубами, и несмотря на то, что потрепал пес тогда лису, на ноге у у человека на память остался уродливый шрам. Так что погибни я в лисьем обличье, скорее всего погибла бы и в человечьем, и это не то событие, к которому я стремилась успеть перед собственной свадьбой. Собака же выглядела довольно большой для того, чтобы разорвать лисицу.
Повинуясь инстинктам, я прижала уши к голове и тихо зарычала. Конечно, рычание лисы угрожающим тяжело назвать – звучит, будто кашель, но собака должна была хотя бы почувствовать угрозу. Она же недоумевающе смотрела на меня, наклоняя голову то в одну, то в другую сторону. Наблюдала-наблюдала, а потом как тявкнула! Я подскочила от неожиданности и мигом бросилась обратно в рощу. Там уже, спрятавшись под знакомой елкой, дала себе возможность немного отдышаться, и прислушаться.
Собака вроде бы меня не преследовала, а быть может не решилась оставить крыльцо. Все-таки в гневе лисица страшна.
Я мысленно усмехнулась и тут же нахмурилась, злясь и на себя, и на проклятую собаку – из-за нее мне пришлось встречать рассвет в лесу.
***
В терем я возвращалась в одном платье и домашних туфлях – оставила под елью как-то еще летом, а с тех пор и не приходилось мне оборачиваться не в комнате. Так что шла я замерзшая, разгневанная и голодная. За время пути представила тысячу и один способ какими убью проклятого пса и не менее проклятого хозяина этой животины. Он точно не будет моим мужем. Все, хозяин собаки испытание не прошел, и точка.
Окольными путями я добралась до княжеского двора, вроде бы оставшись незамеченной. У хозяйственных построек уже были люди, но я пролезла через пролом в стене с другой стороны. Прямиком отправилась к черному входу, желая разорвать черную собаку голыми руками, но к сожалению, псина уже сбежала. Я зашипела от злости, дернула на себя дверь и тут же едва не столкнулась с одним из женихов.
Жених был как раз тот, что привлек мое внимание – черноволосый северянин. Волосы его сейчас были распущены, и лежали на плечах густой волной. Несмотря на ранний час, он выглядел раздражающе бодро, а самое главное в этом раздражении - жених всем телом закрывал проем, и не давал мне пройти.
- Приветствую, - буркнула я.
- Доброе утро, - мужчина наклонил голову, но в сторону не отошел. – Мне кажется, или для утренних прогулок в одном платье уже прохладно?
- Не кажется, так что будьте добры, потеснитесь, я хочу пройти в терем и согреться.
Жених отошел, но отошел, зараза так, что мимо него нужно было прямо протиснуться, а не пройти с гордо поднятой головой. Наверное, он думал, я засмущаюсь, но после прогулки по недавно выпавшему снегу в одном платье и туфлях, мое смущение замерзло.
Протискиваясь мимо жениха я нагло смотрела ему в глаза, и еле сдержалась, чтобы не показать язык. Ишь ты, каков наглец. По-видимому, принял меня за служанку, и теперь желает ущипнуть, или под юбку залезть. Пусть только попробует, и ему мигом руку отрубят!
Но нет, мужчина просто наблюдал за мной, прищурившись, и будто бы размышляя.
- Не подскажете, что вам понадобилось утром на дворе?
- Не подскажете, с каких пор гости стали выходить через черный вход? – не осталась я в долгу. Этот наглец мне уже категорически не нравился, так что его ответу я ничуть не удивилась:
- Моя собака убежала, так что я ее искал.
Я фыркнула – вот понятно, кто из женихов мне сразу не люб. Красивый конечно, но остальных недостатков это не перевешивает. Зачем мне жених с собакой, которая хозяйку разорвать при случае может?
- От хорошего хозяина собака не убегает, - высокомерно заявила я и отправилась к себе в комнату.
Батюшка страсть как не любил, когда я не успевала возвращаться к рассвету в дом. А еще больше не любил, когда по возвращении я натыкалась на кого-то из людей. И ладно уж свои – по княжеству уже давно ходили слухи, что княжна малость не в себе, но встреча с женихом могла очень сильно взбесить князя.
При рождении я ничем не отличалась от обычных людей. В том смысле, что шерсть на руках не пробивалась, да и хвоста рыжего не наблюдалось. Вот только родив, матушка моя страшно захворала, и через пару дней умерла. И на похороны пришла попрощаться с ней сестрица. Отец говорит, дружны они с матушкой были, так что горевала сестрица страшно. Так страшно, что на вечерней тризне, глядя на меня, виновницу смерти княгини, прокляла ребенка. Что говорила она – неизвестно, отец в сумбуре похорон не запомнил, но я вмиг обратилась в лисенка. Кормилица, которая меня как раз на руках держала, едва спящего лисенка не уронила, а тетку мою тут же схватили и в тот же день казнили. На поверку оказалось, что сделали это зря - утром я опять оборотилась в человеческого ребенка, но уже следующей ночью кормилица держала на руках лисенка.
Конечно, другой жизни я и не знала. Отец многое придумал для моего комфорта, верные слуги молчали о происходящем. Но на протяжении всего сознательного возраста меня постоянно мучает один вопрос: почему именно лиса? Я даже не рыжая! Волосы, как у отца с матерью – светло-русые. А вот, например, собака намного меньше бросается в глаза на княжьем дворе.
Как бы то ни было, в супружеской постели и собака, и лиса будут смотреться одинаково странно. Но отец долгое время пытался избавить меня от проклятия, и пришел к выводу, что избавление меня ждет только после выхода замуж. Вроде бы все предсказания об этом только и твердят. Верю ли я в это? Возможно. Во что-то же нужно верить, так почему бы не в сказку о том, что замужество решит любые проблемы.
***
Предстояло знакомство с женихами. Нельзя сказать, чтобы я волновалась, но… Волновалась я, что тут выдумывать? Три раза переодевалась, и в итоге надела то платье, которое было выбрано изначально. До щиколоток, свободного кроя, с прямым станом и длинными рукавами с треугольными вставками – такое платье демонстрировало величественность нашего рода. Цвет и ткань – белая парча, украшенная золотой нитью, подчеркивали богатство нашего рода. Платье было исключительной красоты, а вот я…я на его фоне терялась.
Заплела пышную косу (немного растрепала ее, так как мне нравилось). Батюшка может и не одобрить, но замуж выходить не ему, а мне. На лоб надела обруч в тон платью, и все, невеста готова к представлению.
Выходя к женихам, я еще не знала, что слово «представление» нужно использовать совсем в другом значении.
Женихи ждали меня в парадном зале. Слуга открыл дверь и я вошла, чуть не споткнувшись о напряженные мужские взгляды. Еще бы, слухи обо мне ходили разные, так что женихи могли удостовериться в том, что я все-таки человек. В свою очередь мне теперь тоже можно было рассмотреть мужчин не скрываясь, при свете дня, а не из ночных кустов.
Толстяк-южанин при свете дня оказался еще толще, а к тому же и меньше меня ростом. Зато одет был богато – пузо плотно обтягивала парчовая ткань, украшенная крупными каменьями. Смех, да и только. Эдак скоро выяснится, что не я здесь невеста, а он.
Один из женихов избегал встречаться со мной взглядом – стеснялся что ли. А может быть боялся лисью княжну. Вдруг вцеплюсь в горло.
Еще один все на подол мой смотрел – наверное, хотел хвост рыжий разглядеть. Я такие взгляды давно уже научилась определять, так что никаких шансов у этого жениха не было.
Братья Росстани смотрели дерзко, улыбались открыто, в общем, считали, что уже победители. Ну у их семьи шансов в три раза больше, чем у остальных. А если сравнивать с толстяком, так и в тысячи раз. Проходя мимо, улыбнулась им – не глядя ни на кого конкретного, а так, чтобы дать надежду.
Стоящий рядом с братьями Росстани жених смотрелся простым слугой. Сын младшего боярина, не иначе. И одет бедно, и сам тщедушный какой-то. Нет уж, такой с княжеством не сладит.
Тот, который со слугами скандалил, и сейчас недовольным казался. Знать, человек такой – вредный и склочный. Нельзя престол княжеский отдавать. Сразу отмела его кандидатуру.
Последним стоял черноволосый наглец. И хоть по нему уже вопрос был решенным, на мгновение загляделась. Красив, что уж тут говорить. Наши взгляды встретились и мужчина еле заметно улыбнулся. Я тут же вспыхнула и нахмурилась.
Вот насупленная и подошла к батюшке. Он взял меня за руку и немного сжал, призывая собраться. Пришлось улыбаться – я, как послушная дочь, знала, чего ждет от меня князь.
- Уважаемые гости, рад представить вам мою дочь – Радимилу. Краса Изарского княжества, и единственная наследница престола. Тот, в чью руку вложу я ладонь Радимилы, после моей смерти станет князем.
На этих словах я едва удержалась, чтобы не закатить глаза. Женихи мои и так знают, зачем пришли к княжьей дочке. Их даже слухи о том, что я в зверя оборачиваюсь, не пугают, а будь я страшилищем, так тем более рады бы были – меньше конкуренция.
- По сложившейся традиции вам предстоят три испытания, которые призваны продемонстрировать доблесть, силу, героизм и решительность. Я все же должен быть уверен, что отдаю любимую дочь в хорошие руки.
- И княжество, батюшка, - пропела я.
- И княжество, - не стал спорить отец. – Не мудрствуя лукаво, я решил в качестве первого испытания устроить полосу препятствий. Ее уже сооружают во дворе мои люди, и вы можете выйти и полюбоваться тем, что вас ожидает. Если кто-то из вас не сможет пройти полосу препятствий, то нечего и стараться завоевать сердце моей дочери – он даже дружиной не в состоянии руководить.
Женихи вышли, а меня батюшка задержал. Вчера нам не удалось поговорить, так что я с удовольствием осталась.
- Ну как, дочь, понравился уже кто-то? – я знала, что если укажу на одного единственного, отец может и выгнать остальных.
- Нет, - я вздохнула. – Но я с ними даже не разговаривала.
- Ой ли, - усмехнулся отец. – А мне доложили, что княжич Гельордский имел честь побеседовать с тобой утром.
- Гельордский? – я нахмурилась. – Это же княжество мамы, не так ли?
- Так. Идан – младший сын князя.
- Мы с ним родственники?
- Очень и очень дальние. Твоя матушка приходилась ему то ли троюродной, то ли четвероюродной теткой.
- Седьмая вода на киселе, - я почувствовала облегчение. Не то чтобы я переживала за этого собачника, но мало ли, вдруг по итогу испытаний больше никого из кандидатов не останется. – Мы перекинулись парой слов. Он даже не понял, что я княжна.
Отец недовольно покачал головой.
- Ты должна ответственнее относиться к сохранению тайны. Это важно, Радимила!
Я кротко кивнула, не желая объясняться. Отец махнул рукой, не доверяя моей кротости.
- Пока женихи здесь, возвращаться и уходить нужно вовремя. Не дай боги кто-то из них заметит, как ты оборачиваешься.
- Разумеется, батюшка.
- Ты придумала третье испытание?
Обманывать не хотелось – не придумала. Но скажи я правду, и отец расстроится, повысит голос. А расстраивать батюшку я не хотела.
- Почти, остались лишь мелочи, - время же еще есть, что-нибудь придумаю.
Батюшка посмотрел на меня с сомнением, но уточнять не стал.
- Хорошо. Испытания испытаниями, но выбирать мужа придется тебе. Присмотрись к братьям Росстани. Достойнейшие молодые люди, краса Изарского княжества, да и род древний и богатый.
Я закатила глаза, не желая даже отвечать на это. О Росстани я слышала многое, и вот об их достоинстве в этих слухах было меньше всего. Отец же не желал униматься.
- Мы им многим обязаны, Радимила. И к тому же, твоя тайна для них, вполне может статься, не такая уж и тайна, каковой точно является для остальных. Я просто прошу присмотреться.
Как подумаю, что я не только мужа себя выбираю, но и следующего князя Изарского, так волосы дыбом встают. Потому я осмелилась спросить:
- Как сделать выбор правильно, батюшка?
- А ты сердцем выбирай, Радимила. Тебе с этим человеком жизнь жить, детей растить, и самое главное, проклятие снимать. Здесь я могу только совет дать, к кому присмотреться.
Я не выдержала и обняла батюшку. Всегда помогало, будто сил от него набиралась. Хотя хотелось бы набраться немножко мудрости.
