И складывает на мой стол высоченную стопку учебников и тетрадей. Даже не морщится. Как она это все дотащила?!
— Выдохну, когда ты свою макулатуру спрячешь, — хмурюсь я. — Ты зачем столько учебников привезла?
— Да нас препод по макроэкономике осчастливил! — сестренка гневно сверкает глазами, — коллоквиум решил устроить, а потом сразу проверочную работу!
Лера жалобно всхлипывает.
— А зачем книг так много, если всего к одному предмету нужно подготовиться? — уточняю я сочувственно.
— Потому что еще по налогам контрольная будет. И реферат по страхованию надо подготовить.
— Я смотрю, ты ко мне учиться приехала? — посмеиваюсь над ней, вспоминая свои студенческие годы.
— Да. Я к тебе на пару дней. Возможно, до вторника.
Я аж присвистываю:
— Хитрюга какая! А я думала, ты со мной поболтать приезжаешь!
— И это тоже, — печалится Лера. — Но пока буду готовиться.
— Признайся! Ты просто планируешь отжать мою территорию.
— А что, можно?! — Лерка округляет глаза.
— Хорошо, я поняла, тебя завтра не трогать.
— Нууу… — невинно хлопает ресницами. — Только если на кафешку отвлечься! Да? — тихонько так добавляет. С веселой и теплой надеждой. Мама большие суммы сестре не выделяет, так что я материально Леру тоже поддерживаю.
— Уговорила! Иди сюда, мой проглотик! — обнимаю ее крепко и даже пытаюсь покружить, как в детстве, да уж деваха вымахала: просто так не поднять.
— Ну, расскажи же мне новости! — Лерка аж приплясывает от нетерпения.
— Ты о чем?
— Кто тебе цветы дарил! Признавайся!
— Ой, там такая запутанная история.
— Денис? Ну, скажи! Скажи!
— Да, — роняю кисло, но предупреждаю сразу: — И не вздумай меня расспрашивать дальше!
— Виделись? Общаетесь? Расскажи!
— Нет, не общаемся. Все! Закрыли тему!
И тут раздается звонок в дверь.
Лера, сверкая пятками, несется к видео-глазку. Ей-богу, для меня она совсем еще ребенок.
— Ого… — раздается удивленный голос из коридора, — он и в гости к тебе приехал! Не видитесь, значит?!
Да как так-то?! Быть этого не может! Топаю к ней.
— Впускать? — громко уточняет сестра, разглядывая моего бывшего на экране. Она не замечает, что я уже подошла, и переспрашивает еще громче: — Дэна впускать?
— Учитывая, что он сейчас абсолютно точно через дверь слышит, как ты орешь, то… да, впускать.
— Момент!
Леркина ладонь сжимается в кулак и зависает в воздухе, указательный палец оттопыривается. Смешная. Быстро справляется с замком.
Денис проходит торопливо и с возмущенным выражением лица, буравя меня недовольным взглядом. Замечает Лерку… Оглядывает с ног до головы, и только тут на его губах появляется улыбка облегчения. Я складываю руки на груди и отвечаю надменным взглядом, мол, что, как всегда, ожидал мужика какого-то обнаружить?
— Лерка! Здорово!
Багров приобнимает сестренку одной рукой, другой тщательно портит ей прическу, взлохмачивая аккуратные локоны.
— Ну Дэн! — со смехом пытается извернуться сестричка. — Перестань немедленно! Ахахах! Насть, он еще и щекочется!
— А чего не сказала, что Лерка приедет? — весело роняет в мою сторону гость. — Я торт бы купил!
Кое у кого уже потекли слюнки.
— Надо было взять и купить! — отсмеивается Лера и отходит от бывшего родственника на приемлемое расстояние. — Я, кстати, могу и в магазин сгонять!
— Обувайся! Вместе смотаемся! Настена нас дома подождет. Тебе зацепить что-то?
Это он у меня благосклонно уточняет? Я закатываю глаза к потолку.
— Мне ничего не надо. Но если вы собираетесь у меня ужинать, то пожалуйста, сами этот вопрос решите.
— Без проблем! — радуется Денис.
Лерка убегает в гостиную за толстовкой.
— Ты так радуешься, потому что я тебя не выгоняю, или потому что застал у меня Леру, а не мужика?
Скептично кошусь на бывшего.
— Если честно, и то, и то, — он тянется ко мне. — Не рада меня видеть?
— Я сказала не приезжать.
Упираюсь ладонями в его грудь.
— Ну прости, я соскучился. И вообще подумал, что ты шутишь.
— А еще в моем холодильнике запас продуктов, которые ты планируешь получить сегодня на ужин в удобоваримом виде? — язвлю, ничего не могу с собой поделать. Но делаю это с улыбкой.
— Об этом я даже не думал. Почти, — мягко играет бровями, пока Лерка не врезается в него. Обнимает за талию: очень рада видеть. Чмокает в щеку.
— Супер, что ты приехал!
— Уеду нескоро, — подначивает Денис. — Валим!
А я что? Во мне тоже просыпаются искорки ревности. Глупо, да. Но что я могу с собой поделать?
Я вниманием Дэна тоже делиться не люблю. То есть не любила!
За ними захлопывается дверь. А я плетусь к холодильнику и улыбаюсь как дура.
В итоге мы решаем ужин приготовить все вместе, даже Лерка помогает.
Мои гости выбрали рубленные куриные котлетки и запеченную с овощами картошку.
На всю квартиру уже распространяется умопомрачительный запах. Денис накупил всем лимонад, мне — тархун. Знает, чем побаловать.
— Ой, мне звонят! Скоро вернусь! — Лера хватается за телефон и уносится в спальню, а Дэн голодно принюхивается и выносит вердикт:
— Да все готово уже! Вынимаем!
Пока мы с Денисом возимся и шумим на кухне под заводную музыку, Лерка возвращается к нам с огромным букетом.
— Забирайте ваше имущество! — задорно командует сестра, перекрикивая музыку, и подмигивает Дэну. А мы с ним… замираем. И переглядываемся.
По его выражению лица становится понятным, что цветы не от него. Он загрызет сейчас кого-нибудь.
Сестра, замечая, что я не притрагиваюсь к подарку, начинает суетиться и подбирает вазу, нахваливая «дарителя».
Мое запястье внезапно обжигает твердое тепло, и Дэн тянет меня в коридор.
— Мы сейчас вернемся, Лер, ты пока накладывай.
От морозного голоса у меня мурашки по коже. Я представляю, что Денис подумал.
Опомниться не успеваю, как оказываюсь прижата к подоконнику в спальне, руки Дэна по обе стороны от моих бедер, в лицо страшно смотреть. Там и грозовые тучи, и град, и смерч.
— Сейчас без шуток, Настен. Ты реально весь этот цирк устроила, — и столько разочарования в его тоне, столько скорби… и отрезвление, — чтобы какого-то оленя подразнить? За мой счет? Всколыхнув то, к чему посторонним запрещено даже прикасаться?
Глава 18
— Я пыталась сделать вид, что несвободна… — голос мой стих от неловкости. Рука сама тянется к мужскому подбородку, пальцы проводят по щетине, что утром слегка оцарапала мой живот. — Да, к несчастью, вышло за твой счет. Могу извиниться, но мне даже в голову не пришло, что это обернется вот таким.
— К несчастью? — Денис не улавливает смысла. Целует мою ладонь. Мне бы одернуть руку, но это легкое касание такое приятное и ласковое, губы его твердые, но нежные.
— Я думала, ты даже не заметишь. И уж точно не рассчитывала, что примчишься утром.
Настороженность и неодобрение летят в меня клинками.
— Для чего тебе это понадобилось?
У Дениса каким-то чудом выходит быть и уступчивым, и жестким одновременно.
— Мне один тип прохода не дает. Как так угораздило связаться с ним — не знаю. Но я подумала, что если у меня бы был кто-то…
— Прекрасно. Значит, тебе просто надо отшить нерадивого ухажера?
— Что-то в этом роде, только он…
Я уже представляю, как Багров разносит тут все в пух и прах, и даже перышки от подушек в моем воображении лениво витают в воздухе, насмешливо опускаясь на пол. И вдруг…
— Фамилия, — ошарашивает Денис. — Имя-отчество. Я отобью ему желание ходить за тобой. Можешь не волноваться, все будет в рамках приличия.
И расстроенно отходит от меня, заставляя тут же податься вперед и вцепиться в него мертвой хваткой.
— Не вздумай! Даже не лезь в это, ты понял?! Я удалю наше фото, это была отвратительная идея, но ты ни за что не должен…
Его указательный палец грубо ложится на мои губы.
— За него так распереживалась? Да ничего я ему не сделаю.
— За тебя! Он какой-то неадекватный! Точнее, с виду нормальный, но внутри… ужас. И букеты те странные от него были, я просто не знала. Почему-то на тебя подумала.
— Эй-эй, — Денис с легкостью освобождается из моего захвата, обнимает мои плечи, прибивая тяжестью. — Ты что испуганная такая? Он тебя обидел?
Нижняя губа вдруг начинает болеть: это я сильно ее прикусила, зубы впиваются в чувствительную мякоть. Заставляю себя расслабить челюсти. Иначе прокушу сильнее.
— Нет, но он очень неприятный тип. Привязался.
— Так, что было — рассказывай.
— Нет!
Крепкая ладонь поглаживает мой затылок. Я вновь в приятном нежном плену.
— Насте-на… Почему ты его боишься?
Потому что Ольховский смотрит так пронзительно, что пожирает взглядом! Потому что он холодный, циничный и расчетливый, потому что от него колкие ледяные мурашки по коже, потому что он звонит с приказами и наблюдает за мной, даже когда я дома!
— Что он тебе сделал?
