Копье из модифицированной стали должны были выдать перед отправкой, а вот аналогичного качества защитное снаряжение Алексу не полагалось – слишком дорого оно стоило, так как на его изготовление уходило больше энергетического порошка. Хочешь крутую броню – покупай за пыльцу.
Особый интерес представляли монстры. Некоторые напоминали земных животных, но были и твари, непохожие ни на одно знакомое существо. Например, теневая корова – самая желанная добыча! – имела нулевой уровень и размеры обычной буренки. Но, в отличие от привычной коровы, теневая состояла не из плоти и крови, а из темной, однородной субстанции, прозванной народом протоплазмой. Эти монстры даже для новичков угрозы не представляли. Жаль, что люди не научились их разводить…
Однако больше всего Алекса заинтересовал интерфейс – у каждого человека на Другой Стороне активировалось окно с параметрами. Ученые пришли к интересному выводу, они утверждали, что интерфейс возник потому, что современные люди привыкли оценивать себя в цифрах.
Объяснялось это просто – в материальном мире у всякого взрослого человека есть персональный чип, который показывает массу параметров, измеряет активность, присваивает баллы, рассчитывает рейтинг… вот и Другая Сторона, как отражение человеческой культуры приспособилась к людям и их безумному стремлению измерять собственный прогресс в цифрах и процентах.
* * *
Хотя на горизонте маячила болезнь, и времени катастрофически не хватало, пролетело оно быстро. Алекс оглянуться не успел, как изнурительные тренировки и зубрежка подошли к концу. За полтора месяца мало что можно изучить по‑настоящему, но базовые знания в него впихнули. Пришло время отправиться в новый мир.
Глава 5. Буферная зона
Зал перехода был небольшим, но запоминающимся. Хотя, казалось бы, что тут может быть необычного – пол, потолок и три стены, но вот четвертая стена… Она была иной, словно не отсюда, а с другой планеты. В ней не было ничего земного. Ее поверхность выглядела как подвижная маслянистая субстанция, вибрирующая на высокой частоте. А если человек долго вглядывался в ее переливы, то у него начинала кружиться голова.
Четверная стена называлась дверью и вела на Другую Сторону.
Техник в защитных очках и белом халате показал на стену и сказал:
– Парень, слушай внимательно! Задерживаешь дыхание и проходишь через портал. На той стороне – Буферная зона. Будет темновато, но ты не бойся! Ничего опасного там нет, – оператор говорил устало‑спокойным голосом, чувствовалось, что он повторяет текст не в первый раз. – Как окажешься в Буферной зоне, вытяни руку и иди прямо. Направление не имеет значения, просто сделай несколько шагов вперед. Запомнил?
Алекс кивнул и техник продолжил:
– Там можно дышать. Как немного пройдешь рукой почувствуешь легкое сопротивление. Это вуаль перехода. Шагни еще раз и окажешься на Другой Стороне. Там тебя встретят. Так, что еще… Может закружиться голова, возможно, будет легкая дезориентация, но это нормально. Все понятно?
– Да!
В лагере их заставляли зубрить правила прохода Буферной зоны и тренироваться в симуляторе, поэтому все будущие старатели прекрасно знали, что делать.
– Главное, помни, – не унимался техник, – там нельзя долго находиться. Через несколько минут потеряешь сознание, и тогда тебя никто не вытащит! В общем, не стой столбом.
– Да знаю я это все. Нам сто раз объясняли, – проворчал Алекс.
– Никогда не мешает повторить технику безопасности, – строго сказал оператор. – Сейчас я выйду, а на потолке загорится зеленая лампа. Как загорится – иди. Только не задерживайся, проход работает десять секунд. Если опоздаешь – тебя оштрафуют. Этому вас тоже учили?
– Учили.
– Тогда желаю удачи!
Техник вышел. Алекс поправил рюкзак. Каждый старатель, помимо личных вещей и снаряжения, тащил с собой дополнительный груз, для передачи коменданту базы – той, куда попадет.
Люди не могли бегать туда и обратно, когда захочется. Если переход с Земли обходился относительно недорого, то для обратной дороги требовалась ценная пыльца, поэтому старателей нагружали под завязку. Они тащили с собой продукты питания, материалы для строительства и прочие припасы. Алексу достались энергетические батончики – желанный груз для любого лагеря, ведь Другая Сторона не радовала разнообразием пищи.
Так как это была его первая вылазка, то ему вручили рюкзак весом «всего» в шестьдесят килограмм. Впрочем, ему с ним не бегать. Груз нужно пронести через буферную зону и все! А с этим справится любой здоровый мужчина…
Загорелся зеленый свет, и настала очередь Алекса сделать шаг в неизвестность. Он подошел к порталу и, не останавливаясь, шагнул.
Буферная зона, иногда ее называли сумрачной, встретила его серым полумраком, видимость составляла всего тридцать метров, а дальше все сливалось как в тумане. Где‑то на периферии мерещились смутные тени, но они не пугали, поскольку пустошь казалось мертвой и безжизненной, как старая комната, в которую никто не заходил много‑много лет.
Несмотря на предупреждения, Алекс остановился и с любопытством осмотрелся. Буферная зона отделяла материальный мир от Другой Стороны, но выглядела на удивление скучно. Вместо нормальной земли и травы – безжизненная каменистая почва. Ничего интересного тут не было. Никто не встречал здесь ни гор, ни деревьев, ни озер и речек, ни даже завалящего холмика. Хорошо, что хоть воздух был.
Прикрыв глаза, Алекс распределил внимание по пространству вокруг, как при медитации. Он хотел прочувствовать это место. Неожиданно на периферии возникло ощущение Присутствия. Ощущение было слабым и необычным – на Земле он никогда не испытывал ничего подобного! И это при том что его чувство пространства было исключительно развитым, а при должной концентрации он мог почувствовать с закрытыми глазами людей или животных.
Алекс присмотрелся в направлении Присутствия, но ничего не увидел – место, где по его расчетам что‑то должно было находиться, оказалось пустым.
Он решил не тратить время понапрасну и просто пошел вперед, вытянув руку, как учил техник, но… ничего не произошло! Его окружала все та же серая пустошь и сумрак, хотя по инструкции где‑то здесь должна быть вуаль перехода.
Алекс поводил руками вокруг – ничего. Прошел вперед – опять ничего!
Что делать он не знал. Для людей что Буферная зона, что Другая Сторона – область неизвестного. За несколько лет ученые так и не выяснили, как устроена серая пустошь и почему нужно обязательно идти вперед. Как же тогда новичок может разобраться за пару минут, что делать?
– Ну, раз гора не идет к Магомеду… – пробормотал он, сосредоточил все внимание на пространстве и решительно зашагал в направлении Присутствия.
Оно несколько раз меняло свое положение, словно вело куда – то, но Алекс продолжал преследование. Через несколько минут появились сильное головокружение и дезориентация, и стало сложно удерживать концентрацию на пространстве. Ощущение Присутствия стало размываться. Он запнулся и уже подумал, что это конец, но неожиданно почувствовал, что рука коснулась чего‑то тонкого как паутина. Вуаль!
Еще шаг и Алекс перешел на Другую Сторону.
Глава 6. Первая стычка
Земля. Офис института исследований Другой Стороны. Ганс Рихтер.
Ганс был бюрократом до мозга костей, что теперь воспринималось не так, как в далеком прошлом – этот термин потерял негативный оттенок. В обществе, где главная ценность рейтинг, должность правительственного служащего была почетной и уважаемой.
Эффективность работы правительственных служащих, как и любых других работников, рассчитывалась персональным чипом. Наблюдения велись в режиме реального времени, оценивались действия сотрудника и его решения, а от этого зависел как рейтинг эффективности, так и показатель социальной значимости – составные параметры единого рейтинга гражданина. Поэтому и получалось, что современные бюрократы выполняли работу не за страх, а за совесть.
Ганс не был исключением, тем более его работа особенно важна – он отвечал за статистику по старателям, отправленным на Другую Сторону. Кто куда попал, откуда вышел и так далее. Бюрократия и раньше была силой, а современная высокоорганизованная и эффективная бюрократия, доведенная почти до абсолюта, мониторящая все процессы в реальном времени, действительно обеспечивала порядок и учет. Но это на Земле, а вот на Другой Стороне никакого автоматизированного учета нет – даже подсчет потерь, прибытие и отбытие старателей, сбор пыльцы и другие важные операции делались вручную.
Регулярно, в зависимости от размеров и частоты переходов на Землю, базовые лагеря отправляли отчеты о людях, которые к ним попали, потерях, достижениях и так далее. Статистика обрабатывалась и попадала в департамент, которым управлял Ганс. Как раз сейчас он анализировал очередной отчет.
– Еще сотня пропавших за месяц! – задумчиво произнес Ганс, потирая переносицу. Он давно бился над разгадкой этого феномена.
Количество исчезнувших за месяц людей было небольшим, обычно суточные потери значительно выше. Но это не погибшие, а пропавшие! Феномен потеряшек возник с самого начала освоения Другой Стороны. Сначала думали, что они попадают в далекий неизвестный лагерь, где много опасностей, и сразу умирают. Однако потом, когда стали известны все точки высадки, и на их месте образовались постоянные базы, от этой версии отказались. Затем потери стали списывать на буферную зону. Но Ганс считал, что старатели пропадают не просто так: это стало понятно из подробного анализа происшествий. Да, были неопытные новички, возможно, они действительно терялись в буферной зоне, но среди потеряшек было слишком много необычных людей или опытных старателей, опять же, с необычными способностями или, что особенно печально, высоким уровнем.
Ганс читал список пропавших новичков – в этот раз там тоже встречались нестандартные граждане: буддийский монах, художник и оперный певец. Певца он, кстати, помнил и даже был на его выступлении – талантливый парень. Другие потеряшки – опытные старатели. Если про новичков можно было подумать, что они пропали в буферной зоне, то люди с опытом многочисленных переходов такой ошибки совершить не могли.
«Куда же вы пропали?» – думал Ганс, не отрывая взгляда от списка.
* * *
Другая Сторона. Алекс.
Другая Сторона встретила Алекса довольным урчанием. Едва вступив в новый мир, еще испытывая дезориентацию, он ощутил сильный удар в спину. Хорошо, что толкнули в рюкзак. Иначе синяками он бы не отделался.
Это не совсем то, что ему обещали. Он не рассчитывал на фанфары с фейерверками, но и такого холодного приема не ожидал. Где, черт возьми, встречающий!
Алекс покатился по каменной неприятно‑твердой поверхности и расцарапал щеку.
Выкрикнув подходящий комментарий – на Земле за такой сразу рейтинг опустят, – он перевернулся и увидел, как к нему приближаются два мерзких создания размером с подростка. Коренастые тела свидетельствовали о силе и мощи, а длинные руки доставали до пола, компенсируя непропорционально маленькие ноги.
Алекс понял: быстро встать не получится. К счастью, на тренировках он навострился доставать оружие из разных положений. Лежа на рюкзаке, он ухватился за древко копья и резко дернул его. Фиксатор отстегнулся, и новоиспеченный старатель дрожащими руками направил лезвие на монстров.
Твари не проявили никакого уважения к оружию, а ведь это была самая ценная вещь в его арсенале! Они тупо перли вперед, но как‑то заторможено.
В крови плескался адреналин, Алекса к такому не готовили. В голове пронеслась мысль, что монстры, должно быть, тоже в шоке от неожиданного появления человека, и он должен этим воспользоваться.
Алекс принялся бешено размахивать копьем. В какой‑то момент понял, что уже стоит на ногах – оказалось, что при должной мотивации это можно сделать довольно быстро! Вращения в его случае были не какой‑то особой техникой, переданной буддийскими монахами, а лихорадочными движениями отчаявшегося человека. Увы, но монстров супертехника не впечатлила, и они шли на него, причем все быстрее и быстрее.
Алекс оглянулся – он находился в большой пещере, заполненной тусклым флуоресцентным светом с зеленоватым оттенком.
«Никогда не слышал об этой точке прибытия», – пронеслась в голове неподходящая мысль, и он сосредоточился на противнике.
Враги уже подобрались на расстояние удара. Он сделал выпад. Чвах! Попал! Но острие с трудом пробило кожу и погрузилось всего на несколько сантиметров. Монстр словно очнулся и заверещал, но приглушенно, негромко. В этот момент второй недомерок взмахнул рукой. На каждом из пяти крючковатых пальцев росли пятисантиметровые когти.
Время как будто замедлилось, и Алекс ясно увидел, как к его боку приближаются немытые когти. Он попытался сдвинуться, но не успел. Тело напряглось. В этот момент он физически почувствовал, что между ним и рукой существа что‑то появилось. Что‑то невидимое!
Хлестким ударом недомерок зацепил его бок, однако рука монстра как будто наткнулась на препятствие и отскочила.
Алекс развернулся и помчался прочь, даже не замечая веса тяжеленного рюкзака, но через сотню метров остановился. Впереди и по бокам виднелись стены пещеры. Он в каменной ловушке!
К этому моменту шок прошел, но тело еще горело от адреналина. Он резко развернулся и перехватил древко копья двумя руками.
Здоровый монстр несся полупрыжками, а раненый отстал метров на тридцать. Несмотря на короткие ноги, недомерки двигались быстро.
«Вот дерьмо! От них не убежать!» – подумал Алекс.
Он попытался вспомнить, что это за твари, – человечество накопило большую базу данных по обитателям Другой Стороны, – но ничего на ум не приходило. Значит, действовать придется по ситуации: скорее всего, он в районе Предгорья, только не на поверхности, а в пещере. Это плохо – в горы молодые старатели старались не ходить, там обитали монстры второго и третьего уровня, которые мало подходили новичкам.
«Какой у них уровень? Первый или второй? Скорее, первый! Иначе я бы не пробил его шкуру», – мелькнула очередная мысль.
Всех новичков учили, что делать, если они столкнутся с врагом, чей уровень выше. Рекомендация простая – бежать! Именно в таких схватках и гибли большинство землян. Там, где группа легко справится, особенно если в ее составе есть участники с подходящими способностями, одиночка погибнет.
«Они не такие большие! У меня есть шансы!» – подумал Алекс, глядя на раненую тварь.
Размер монстров имел значение – чем больше габариты, тем больше усилий нужно для уничтожения противника. Тварь величиной с кошку проиграет человеку, даже если ее уровень старше. Поэтому Алекс воспрянул духом – он в полтора раза выше и вооружен, а благодаря современной медицине и курсу мини‑омоложения еще и в хорошей форме.
Не дожидаясь, пока враг доберется до него, он, наконец, сбросил рюкзак и побежал навстречу.
Копье – простое оружие. Длинное древко позволяло контролировать ситуацию на средней и дальней дистанциях. А в случае одиночной цели, да еще и с разбега, копье – идеальный вариант. Алекс уже отрабатывал такие удары в виртуале.
Подбежав к монстру, он сделал резкий выпад. Враг явно не обучался бою с вооруженным соперником и не успел уклониться. Чвах! Лезвие вошло в горло с противным чавканьем. Удар опрокинул монстра. Вместо приглушенного верещания раздалось бульканье – видимо, кровь попала в горло.
– Готов, ублюдок! – прорычал Алекс.
Не мешкая, он попытался выдернуть копье, но оно плотно засело в шкуре. При этом существо не переставало размахивать длинными руками.
Алекс бросил настороженный взгляд на второго соперника. К счастью, тот мешкал, видимо, не хотел повторить судьбу собрата, но при этом не убежал, а стал нерешительно приближаться.
Как и большинство встреченных людьми монстров, эта тварь тупила – честно говоря, гениев среди обитателей Другой Стороны старатели не встречали. Местные твари агрессивны по отношению к человеку и обычно сразу нападают, но если их сильно ранить, то некоторые могут убежать. Недомерок же явно намеревался драться до конца.
Пока подранок колебался, Алекс изо всех сил раскачивал копье. Наконец, рана расширилась, и оружие освободилось.
Он настороженно стал приближаться к врагу, в то время как оставленный позади монстр хрипел и, видимо, умирал. По физиономии подранка сложно было понять, что он хочет сделать. Морда твари плохо подходила для выражения эмоций. Наконец, недомерок оскалил белые зубы и кинулся на человека.
Алекс был готов. Чвах! Лезвие вошло в живот, и охотник навалился на копье. Его ноги дрожали, а по спине струился пот, но он не сдавался. Еще немного и монстр упал на спину и стал хрипеть.
– Что, урод, сильный, но легкий?! – выкрикнул он в азарте. – Тебе конец!
Он чувствовал, что постепенно отходит от адреналина. Наконец, можно нормально осмотреться.
Вокруг была огромная пещера с ровным каменным полом. Тут и там в хаотичном порядке лежали огромные глыбы и небольшие валуны. Темнота давила со всех сторон и только благодаря светящемуся мху на стенах и камнях можно было хоть что‑то разглядеть. Тусклый свет с зеленоватым оттенком придавал пещере налет мрачности и таинственности; далекие предметы скрывались в полумраке, в общем – жуткое место. Потолка из‑за темноты также не было видно.
«Так вот ты какая, доля старателя! Интересно, сколько народа сюда попало?» – думал Алекс.
Он не знал, где очутился, и не помнил, чтобы читал о подобном месте. Но на Другой Стороне побывали миллионы людей, возможно, он просто не встретил нужного описания. Однако в инструкции по переходу, ни про какие пещеры ничего не говорилось – это он точно помнил. Переход должен был привести его в базовый лагерь, а не в подземелье!
«Если сюда кто и попал, то, скорее всего, просто не выбрался. Тогда шансы на выживание у меня небольшие», – Алекс не жаловался, а размышлял.
Многие бы впали в панику. Но в отличие от них он быстро успокоился. Пожалуй, из всех людей Алекс лучше других подходил на роль выживальщика. Последние годы перед комой он ни на кого не мог рассчитывать, кроме себя.
И даже до болезни мало с кем поддерживал связь. Весь его круг общения – немногочисленные друзья и редкие встречи с девушками, которые быстро разочаровывались в замкнутом на себе партнере, у которого на первом месте стояла карьера и подготовка к полету.
Болезнь еще больше подчеркнула отрешенность и отстраненность от остального мира, оставив один на один с приближающейся неминуемой смертью. Если бы он тогда не сосредоточился на выживании, то не стоял бы сейчас на этом каменном полу, залитом кровью врагов.
Алекс еще раз огляделся, пытаясь понять, где находится и что делать дальше. К сожалению, на Другой Стороне не работали сложные приборы, в том числе и привычные землянам электронные устройства. Поэтому главным источником информации оставалась память, но пока ничего в голову не приходило.
Ничего не надумав, он решил разобраться с ситуацией позже и занялся законной добычей.
Глава 7. Добыча и бегство
Земля. Офис центра снабжения сектора Предгорье. Кевин Шнайдер – глава департамента.
Кевин Шнайдер – худощавый, высокий человек европейской внешности – поджав губы, смотрел на бумажное письмо и раздраженно думал: – «Опять этот Сергеев! Что он от меня опять хочет? Ну, сколько же можно!»
Кевин вскочил и принялся нервно вышагивать по кабинету, размеры и обстановка которого говорили о высоком статусе владельца. На ходу чиновник бормотал:
– И что с того что он известный ученый? Мало ли у нас известных ученых!? Откуда я возьму ему столько кур!? А корм, а материалы!? Кто это будет все доставлять!? Как будто у нас мало работы!
Через несколько минут Кевин успокоился и сел в кресло – он был эмоциональным человеком, но хорошо подходил для своей должности, так как мог вникнуть во все тонкости порученного дела, разобраться с ними и организовать работу сотрудников наиболее эффективным образом. Что ему не нравилось, так это выполнять вот такие, нелепые «запросы»! Он снова посмотрел на письмо – заявки с Другой Стороны оформлялись только на бумаге. Отправитель – Станислав Сергеев – один из крупнейших ученых Земли, возглавлял исследовательскую базу «Амур» на Другой Стороне. Обычно базовые лагеря заняты охотой и сбором пыльцы, но среди них встречались и исследовательские базы. Кто‑то же должен заниматься изучением нового мира.
Глава департамента не отрицал ни авторитета Сергеева в научной среде, ни необходимости таких баз, он просто не мог терпеть изобретателей.
– Это карма! Точно карма! – бормотал он, раскачиваясь в роскошном кожаном кресле.
На заре своей карьеры Кевин – тогда еще зеленый юнец – сделал самую крупную ошибку в свой жизни. Даже не ошибку, а катастрофу! Старшие коллеги должны были уберечь начинающего бюрократа от подобной оплошности, но не успели. Не посоветовавшись ни с кем, начинающий чиновник объявил на сайте департамента освоения Марса, что им требуется помощь изобретателей и даже не уточнил в какой области.
Изобретатели! С того самого случая это слово стало для Кевина кошмаром…
Вначале ничто не предвещало катастрофы – в департамент стали приходить письма с рационализаторскими предложениями, затем предложений стало больше, потом еще больше. В конце они сыпались валом. Кевин даже не успевал разбирать почту.
